Глава 7. Клуб алхимии

Во вторник у меня были география, иностранный язык, шитьё и ткачество. К расписанию старшего отделения я ещё не привыкла, поэтому каждое утро приходилось его перепроверять. Похоже, в старшем отделении досрочно закрывать курсы было проще, а значит, моё расписание ещё не раз могло измениться. Удерживать всё это в голове было довольно трудно.

Постойте, сегодня вторник. Значит, прошла неделя с тех событий с принцессой Маргарет и её подругами.

Принцесса всё ещё изо всех сил старалась вставать по утрам самостоятельно. Успеха она пока не добилась, но старалась. А последнее и было самым важным.

Мы отправились к завтраку и за едой вместе сверили наши расписания.

— Сегодня у меня первое занятие и по географии, и по шитью, — заметила я. Особенно я ждала географию.

Не терпится узнать побольше об этом мире!

— Шитьё трудное, — проворчала принцесса Маргарет. — Ещё сегодня у нас вместе иностранный язык.

Иностранный язык тоже был довольно увлекательным. Язык, который мы изучали, напоминал мне классическую литературу.

— Принц Кит правда собирается записаться и на рыцарское направление, и на направление государственной службы? — спросила я.

Принцесса Маргарет, похоже, не понимала, почему меня это беспокоит.

— А в этом есть проблема?

— Нет, просто иностранный язык относится к факультативам направления государственной службы, и мне кажется, что он довольно похож на классическую литературу.

Принцесса озадаченно склонила голову набок. Похоже, она не почувствовала никакого сходства между классической литературой и Денским.

— Правда?

— Да. Классические тексты написаны на имперском языке, который существовал до Эмперадо. Мне кажется, Денский очень похож на тот прежний язык. Возможно, в королевстве Ден говорили на том же языке, просто они сохранили его, потому что находятся севернее Лоуренса.

Принцесса Маргарет немного подумала и согласилась со мной.

— Наверное, грамматические структуры у них похожи. Но это факультатив направления государственной службы, верно? Если ему будет трудно, он ведь не обязан его брать.

Это правда. Перейдём к более важной теме — шитью.

— Я слышала, что на шитье мы будем шить платья для Фестиваля Зелени, — сказала я, меняя тему. — Интересно, что мы будем делать в осеннем семестре?

— Ах, ты не слышала? После Фестиваля Урожая у учеников старшего отделения проводится выпускной бал, так что мы будем шить платья для него. Ткань для зимней одежды довольно плотная, и у наших платьев ещё должна быть подкладка. Кажется, все были в ужасе от того, какой это объём работы. Хотя есть несколько учениц, которые уверены в себе и говорят, что это лучше, чем идти на бал в школьной форме.

Верно, в прошлом году мы обе были в младшем отделении, так что нам не нужно было посещать этот бал.

Помимо подробностей о проекте осеннего семестра, я узнала ещё и то, что для получения сертификата о завершении курса по шитью мне придётся сшить в общей сложности шесть платьев. Работы будет много.

Географию преподавал один из учителей, которых рекомендовал Руперт, и у меня не было никаких претензий: занятие оказалось увлекательным. К тому же было полезно посмотреть на карту этого мира и начать хоть что-то понимать о показанных на ней землях.

Когда-нибудь я бы с удовольствием поехала в другую страну. Но это придётся отложить до тех пор, пока у меня не появятся лишние деньги.

На иностранном языке я встала в пару с принцессой Маргарет, и мы тренировались представляться друг другу.

— Я люблю музыку, — сказала принцесса на Денском.

— Я люблю своих братьев, — ответила я на Денском. И правда люблю!

— Правда, Пейшенс? Я не знала, — ответила принцесса Маргарет на Эмперадо.

— Пожалуйста, без Эмперадо, принцесса Маргарет, — предостерёг мистер Морс.

— Да, сэр, — просто ответила она на Денском.

Прежде чем мы сможем вести более сложные беседы, нам понадобится ещё много практики.

Во время обеда принц Кит и его друзья говорили о рыцарском клубе. Я не хотела в это вмешиваться, поэтому обсуждала с принцессой Маргарет урок шитья.

— Школа предоставляет ткань для наших платьев? — спросила я принцессу.

Для меня это было очень важно. Тётя Шарлотта подарила мне немного шёлковой ткани, но я не хотела расходовать её на шесть платьев. Мне хотелось сохранить как можно больше, чтобы сшить братьям рубашки и другую одежду.

— Да, и ленты с кружевом тоже будут доступны, — ответила принцесса. — Начать нужно с того, чтобы придумать дизайн платья и подготовить бумажную выкройку. Вообще-то сначала лучше посмотреть базовые лекала, а уже потом решать с дизайном. Изначально я придумала чудесное платье, но не смогла сделать для него подходящую выкройку.

Понятно. Преподаватель, наверное, скорректировала процесс, когда поняла, что сделать целое платье с нуля для учениц будет слишком сложно.

— Значит, мне нужно выбрать понравившийся фасон базового лекала, а потом украсить получившееся платье лентами и кружевом?

Принцесса Маргарет уставилась на меня с недоверием.

— Ты говоришь об этом так, будто всё очень просто, Пейшенс. О, должна предупредить: хороших вариантов ткани могло уже не остаться. Раз эти платья для Фестиваля Зелени, все уже выбрали зелёные и синие ткани.

Логично. Я бы тоже хотела надеть свежие весенние цвета.

Пока мы болтали о шитье, принц Кит и его друзья, кажется, перешли от обсуждения рыцарского клуба к откровенному спору. К счастью для меня, обед я успешно пережила, так и не вмешавшись.

Как и предупреждала принцесса Маргарет, из оставшихся тканей ни одна не была лёгкого весеннего цвета.

— Сама виновата, что пропустила первое занятие, Пейшенс, — пожурила меня преподаватель, мисс Кэмерон. — Придётся выбирать из этого.

Все оставшиеся ткани были тёмных цветов: коричневые, густо-жёлтые и им подобные.

Была и красная ткань, но скорее черновато-красная, чем чисто-красная. Эти цвета подошли бы для Фестиваля Урожая, но для Фестиваля Зелени они никак не годились. Я продолжила осматривать варианты, и моё внимание привлекла ткань глубокого тёмно-синего цвета.

— Мисс Кэмерон, нам разрешается делать платья с узором? — спросила я.

— Ну, платье с узором было бы слишком неформальным для знатной леди на официальном балу, но на Фестивале Зелени это допустимо. Однако ткани с узором — материал дорогой, поэтому у нас нет таких для занятий.

Кажется, у меня отличная идея!

— Тогда можно мне использовать ещё и белую ткань? — спросила я следом.

— Можно. На самом деле многие ученицы добавляют к платьям белые воротники и подолы.

Взяв тёмно-синюю и белую ткань, я села рядом с принцессой Маргарет.

— О, только эти цвета и остались? — спросила она. — Тёмно-синий красивый, но для Фестиваля Зелени немного мрачноват.

У принцессы Маргарет была ткань цвета шартрёз, и она, ориентируясь на бумажную выкройку, вырезала детали.

Вот идеальный цвет для платья на Фестиваль Зелени! Но выкройку нужно приколоть булавками. Иначе она сдвинется.

— Ваше Высочество, прежде чем резать ткань, вам стоит приколоть выкройку, — предупредила я. — Ещё нужно портновским мелом отметить расположение вытачек, чтобы потом не возникло проблем.

Принцесса Маргарет лишь растерянно посмотрела на меня.

Ой, по-моему, она не знает, что такое вытачки. Уверена, хотя бы общий обзор был... Точно. Принцесса Маргарет тоже пропустила первое занятие. Теперь мне немного совестно.

— Теперь, когда ты это сказала, я вроде бы вспоминаю, что слышала нечто подобное.

Принцесса Маргарет записалась на два блока шитья, так что, вероятно, слышала это на втором.

Тогда это уже её вина, раз она не слушала на занятии. И всё же как её камеристка я не могу позволить ей опозориться на Фестивале Зелени. Придётся проверять всю работу принцессы!

Я решила сшить платье силуэта, похожего на «нью-лук» из высокой моды моей прошлой жизни. Нашлось даже базовое лекало, довольно хорошо подходившее к этому силуэту, что ещё больше упрощало дело. Горловину я сделала немного шире, чем в лекале, на котором основывала платье, и решила добавить большой белый воротник. Что касается тёмно-синей ткани, я собиралась использовать белую, чтобы добавить горошек. Узор я планировала наносить уже после того, как вырежу детали, потому что потом, кажется, будет легче совместить рисунок по швам.

— Ты уже закончила вырезать ткань? — изумилась принцесса.

— Да, но трудная часть только начинается, — ответила я.

С помощью бытовой магии я вырезала из белой ткани десятки маленьких кружков. Чем больше будет горошин, тем воздушнее станет выглядеть ткань, но это означало и куда больше работы.

Чтобы пришить кружки к платью, нужно было оставить припуск на шов. Я подготовила круглую выкройку меньшего размера, чем белые тканевые кружки, и с помощью утюга придала кружкам форму. Утюги в этом мире нагревались углём, который клали внутрь, поэтому были довольно тяжёлыми.

— Ах, Пейшенс, — заметила мисс Кэмерон, проходя по классу. — Думаю, платье у тебя получится прелестным. — Она, похоже, поняла, что я задумала, и похвалила мой дизайн.

— Спасибо. Надеюсь, так и будет... Вообще, мисс Кэмерон, мне лучше пришивать белые горошины до того, как я сошью платье, или после?

В моей прошлой жизни ткани уже продавались с узором. Я не была уверена, какой порядок здесь будет правильным.

— По правилам декоративные элементы пришивают до сборки платья, однако, если ты хочешь создать узор, после сборки изделия легче добиться сбалансированного расположения.

Хорошо, сначала сошью платье, а потом добавлю горошек.

— У меня руки дрожат, — пожаловалась я. Выносливости у Пейшенс действительно было мало, а от постоянного использования тяжёлого утюга руки устали.

— Господи, Пейшенс. Сегодня у нас музыкальный клуб! Ты обязана дать рукам отдохнуть на следующем занятии. — Как всегда, мысли принцессы первым делом ушли к музыке.

К несчастью для Её Любящего Музыку Высочества, дальше у меня было ткачество, так что отдохнуть рукам, вероятно, не удастся. Я решила оставить это при себе. Мне предстояло ткать жёлтое волокно, которое я покрасила на занятии по крашению, и я очень этого ждала.

Надеюсь, получится сделать что-нибудь похожее на традиционную японскую ткань кихатидзё.

В среду у меня были бизнес, магические круги, фармация II и шитьё II.

Лекция по бизнесу в основном просто следовала учебнику, но были и отступления благодаря вопросам Филипса и Рассела о семестровом проекте. Похоже, все мучились с этим заданием. Лично я совершенно не представляла, сколько обычно стоят товары, поэтому мне нужно было провести исследование.

Интересно, получится ли уговорить Мэри выпустить меня в город?

На магических кругах я начертила магический круг, создающий воду. Это заняло довольно много времени, но у меня получилось. Следующим заданием было начертить магический круг, создающий ветер.

Если я смогу его воспроизвести, то сделаю вентилятор с двигателем!

— Хочешь ускорить и этот курс, Пейшенс? — спросил мистер Кубрик. — Уверен, копировать магические круги из учебника ты сможешь и в свободное время. На магических кругах II ты будешь изучать теорию магических кругов и создавать собственные.

Звучит очень интересно, но, кажется, больше менять расписание я не могу.

— Кстати, ты ведь говорила, что после занятий у тебя нет времени на клубы? — продолжил мистер Кубрик. — Можешь использовать время и на этом занятии, и на Алхимии II для проектов клуба алхимии.

Мистер Кубрик был куратором клуба алхимии, так что очень настойчиво пытался меня туда втянуть.

— Я подумаю, — ответила я.

Он предлагает перескочить на магические круги II, чтобы у меня появилось время для клуба алхимии? Не могу не подозревать у него скрытых мотивов.

На фармации II я делала сильные лечебные зелья. Процесс был почти таким же, как при изготовлении малого лечебного зелья. Главных отличий было два. Во-первых, для сильных лечебных зелий использовались большие травы. Во-вторых, пока смесь кипела на слабом огне, в неё нужно было непрерывно вливать ману.

— Зачтено, — сказала мисс Макиас, увидев готовые зелья. — Переходи на фармацию III. Я уже знаю, что ты скажешь: расписание менять не можешь. Просто проходи материал во время этого занятия. Ну что, хочешь продавать эти сильные лечебные зелья?

Я передала зелья мисс Макиас, чтобы она продала их, фактически получив себе ещё одну подработку. Деньги я должна была получить в конце семестра.

Я так рада!

— Ты потрясающая, Пейшенс, — заметил Бенджамин. — Я уже напрочь забыл, как делать даже малое лечебное зелье. — Сегодня ему непривычно не хватало уверенности.

— Может, мы поймём, что идёт не так, — сказала я. — Попробуешь сделать?

Я наблюдала, как Бенджамин готовит зелье, и заметила, что очищает смесь он кое-как.

— Вы хорошо владеете огненной магией, верно, сэр Бенджамин? — спросила я. — После того как вы вымоете котелок, нужно очистить его огнём. Ещё нужно очистить сито, ёмкость, в которую вы процеживаете смесь, и бутылочки для готового зелья. Кроме того, если вы не можете очищать воду, её нужно дистиллировать. Видите прибор под столом? Он предназначен для дистилляции. Стоит дистиллировать больше воды, чем нужно только для самих зелий. После того как вы вымоете травы, используйте часть этой лишней дистиллированной воды, чтобы промыть их ещё раз.

Бенджамин удивился, что я выдала все замечания разом, но, похоже, это его не запутало. Как умелый ученик магического направления, он сразу понял.

— Понятно. Я не очищал всё как следует. Спасибо, Пейшенс. Попробую тщательно очистить всё, чем буду пользоваться.

После этого Бенджамину удалось сделать малое лечебное зелье, но для мисс Макиас оно оказалось недостаточно хорошим, чтобы позволить ему ускориться.

— Такое зелье не продать, — проворчала она. — Можешь сам выпить, если хочешь. Живот от него не скрутит и ничего такого. В следующий раз очищай инструменты тщательнее.

Получается, зачёт зависит от того, достаточно ли хороши твои зелья для продажи?

Похоже, все остальные в классе подумали о том же, и мисс Макиас это уловила.

— Что? Это фармация. Какой смысл изучать лекарства, если вы не можете сделать что-то, что людям можно принимать внутрь? Это же очевидно. Вы правда не понимаете такой базовой вещи?

Я всерьёз думаю, что она умеет читать мысли.

— Пейшенс, ты могла бы посмотреть и на мой процесс варки? — попросил Брайс. Кажется, у него тоже не получалось делать малые лечебные зелья.

Брайс показал мне, как делает зелье, и выяснилось, что проблема у него та же, что и у Бенджамина.

— Ваш процесс очищения тоже недоделанный, сэр Брайс. И травы вы моете неправильно. Смотрите, видите, на корнях всё ещё осталась земля? Раз вы хорошо владеете водной магией, после того как всё тщательно вымоете, вам стоит создать очищенную воду с помощью магии и окончательно всё ополоснуть.

Эти богатые дети что, даже травы сами помыть не умеют?

— Ты даже вымыть ничего толком не можешь? — фыркнул Эндрю со стороны Брайса.

— На твоих травах корни тоже в земле, — презрительно указала мисс Макиас. — Если выпить зелье из таких трав, желудок себе угробишь.

Собиралась ли я учить Эндрю делать малые лечебные зелья? Ну, он не просил, а значит, и предлагать я не стала. Тем более это и так работа мисс Макиас.

На вышивке II мы украшали декоративные подушки. Почему-то занятие домоводства после магических предметов действовало на меня успокаивающе. Возможно, дело было в зловещей атмосфере, окружавшей эту часть кампуса. Хотя у меня были друзья на магическом направлении, такие как Бенджамин и Брайс — и, пожалуй, Эндрю тоже, — эта жуть выматывала. Неудивительно: я никогда не была большой поклонницей фильмов ужасов.

На вышивке второго года я никого не знала. Было немного одиноко, но в то же время находиться среди незнакомцев казалось свободнее. Я решила считать отсутствие знакомых плюсом.

— В прошлом во дворце сидеть разрешалось только членам королевской семьи, — объясняла мисс Макналли. — Единственным исключением были знатные дамы, занимавшиеся вышивкой. И по сей день вышивка остаётся увлечением многих женщин. Есть и прекрасная традиция: жёны вышивают фамильные гербы на сюрко своих мужей. Мужчина не сможет проявить всю силу на поле боя, если вышивка его жены сделана небрежно.

Как и раньше, мисс Макналли отлично умела раззадорить учениц. Возможно, это был продуманный метод преподавания.

Получив материалы от мисс Макналли, я начала вышивать подушку.

— Вы можете вышить любой узор, какой захотите. Однако ваши декоративные подушки должны быть такими, чтобы вам не было стыдно держать их в гостиной при важном госте.

Поняла. Если можно делать что угодно, вышью розы. У нас в гостиной довольно пусто, так что смотреться будет нормально.

Я представила розы из домашней теплицы и начала вышивать на подушке красные и розовые цветы.

Как же весело!

Я продолжала, и сама не заметила, как по поверхности ткани расцвело целое поле роз.

— Какая изумительная работа, Пейшенс, — похвалила меня мисс Макналли. — Этот курс тебе зачтён. Что же нам делать? Ты можешь взять вышивку III?

Теперь я закрыла уже три курса второго года: алхимию II, фармацию II и вышивку II.

— Мисс Макналли, единственный свободный блок у меня в пятницу после обеда, — с сожалением призналась я.

— В третьем блоке по пятницам я веду вышивку первого года, — ответила мисс Макналли. — Все остальные блоки у тебя уже заняты? О, придумала! Можешь изучать вышивку третьего года прямо во время этого занятия. Уверена, я очень скоро вручу тебе сертификат о завершении курса.

Мне очень хотелось заниматься новыми вышивальными проектами, но, увлекаясь рукоделием, я не могла удержаться от использования бытовой магии.

— Мисс Макналли, я правда очень люблю вышивку и хотела бы оставаться на занятии как можно дольше.

Мисс Макналли немного подумала, а потом улыбнулась мне.

— Проектов по вышивке существует великое множество, в том числе такие, что сами по себе являются произведениями искусства. Хочешь попробовать научиться делать вышивку, похожую на картины? Такие работы будут выполняться довольно долго.

Интересно, она говорит о чём-то похожем на традиционную японскую вышивку? Бабушкина вышивка всегда выглядела как прекрасные иллюстрации.

— Да, я очень хотела бы попробовать.

— Мне радостно видеть такую мотивированную ученицу. Со следующей недели мы начнём путь к живописной вышивке иглой.

Другие ученицы, кажется, немного раздражались из-за меня, но поделать я ничего не могла. Ещё сильнее менять расписание я не могла себе позволить.

Мне правда стоило оставить в расписании больше свободного места. Теперь я твёрдо решила получить сертификаты о завершении курса по праву и государственному управлению на итоговых экзаменах весеннего семестра. Учебники я уже получила от председателя Альберта. Если смогу закрыть эти курсы, дышать станет свободнее.

Настал четверг — день, когда я обещала Бенджамину встретиться с Цезарем. С самого пробуждения я чувствовала беспокойство.

В отличие от мистера Паттерсона, мистер Салливан изо всех сил старался вовлечь учеников и заинтересовать их государственным управлением. Несмотря на его старания, мои мысли всё равно начали блуждать во время лекции.

Было бы здорово стать бюрократом, но до сих пор ни одна женщина этого не делала. Смогла бы я стать как леди Евгения, первая женщина-рыцарь? Смогла бы я действительно приложить усилия, чтобы стать первой женщиной-бюрократом и проложить дорогу другим женщинам? Я была упрямой, но смелости, чтобы подкрепить это упрямство, мне не хватало.

С этим карьерным путём была и другая проблема. Если я захочу стать первой женщиной-бюрократом, вероятно, лучше всего окончить университет. К несчастью, нашей семье это было не по карману. Даже если бы мы могли отправить кого-то в университет, я бы предпочла, чтобы учился Нассиус.

Я внимательно слушала мистера Салливана всякий раз, когда он отвлекался от учебника или общался с учениками, потому что эти моменты были интересными, но его объяснение материала из учебника, увы, было скучным. Я не могла удержаться от посторонних мыслей.

Да, мне правда нужно сдать этот курс досрочно.

— Дальше у вас кулинария, верно, мадемуазель Пейшенс?

Не верится, что Филипс помнит моё расписание вдобавок к своему.

— Изначально да, но я получила сертификат о завершении этого курса, так что собираюсь использовать это время для самостоятельных занятий.

Филипс выглядел поражённым.

— Я слышал, что вы получили сертификаты о завершении по всем обязательным предметам в младшем отделении, но не знал, что вы делаете то же самое и в старшем. Вы очень впечатляете.

— Ну, готовке меня немного учила мать, — ответила я.

После этого я вернулась в общежитие и занималась правом и государственным управлением, пока школьные колокола не возвестили конец второго блока.

Интересно, смогла ли принцесса Маргарет приготовить что-нибудь съедобное? Думаю, преподаватель там помогает, так что мне остаётся только верить, что всё будет в порядке.

У меня были более важные заботы. Нельзя было заставлять Бенджамина и Цезаря ждать. Я зашагала быстро — ну, быстро по сравнению с обычной медленной походкой Пейшенс, — и направилась в столовую. Я изначально собиралась прийти пораньше, но слишком увлеклась занятиями.

Как бы мне хотелось иметь часы. Было бы здорово сделать их с помощью алхимии.

— Вот ты где, Пейшенс, — окликнул меня Бенджамин. — Ты опоздала.

Бенджамин и Цезарь оба стояли, ожидая меня.

Ну и выделяются же они. И не только потому, что печально знамениты своей странностью. Если приглядеться к их форме, она выглядит очень дорогой!

— Сэр Бенджамин, сэр Цезарь, прошу простить меня за опоздание, — сказала я. — Я увлеклась занятиями.

Встретившись с ними, я взяла поднос и встала в очередь, только тут поняв, что ни Бенджамин, ни Цезарь, похоже, никогда этого не делали.

— Верно, в столовой нет официантов, — заметил Цезарь. — Какое интересное место.

Если я правильно помню, Цезарь — старший сын герцога Бёрнса.

— Если хотите, вы оба можете есть наверху, — сказала я. — Я ем здесь только потому, что принцесса Маргарет обедает на кулинарии.

Это правда. В салоне еда вкуснее.

— Нет-нет. Я здесь впервые. Хочу попробовать, — настоял Цезарь.

Похоже, он богатенький мальчик, который всегда получает своё.

В итоге мы втроём ели вместе в обычной столовой.

— Было довольно неплохо, — заметил Цезарь, закончив есть. — И мне нравится, что это заняло меньше времени, чем обед наверху.

У учеников второго года правда такая занятость? Куда он торопится? Еда у него исчезла так быстро.

— Ты уже закончила, Пейшенс? — спросил Бенджамин. — Если нет, можешь не спешить.

Большую часть еды я съела, но доесть остаток было трудно, когда они ждали меня.

— Не вырастешь большой, если не будешь есть больше, — предупредил меня Цезарь.

Подбадриваемая Цезарем и Пушистиком, я всё-таки справилась с остатком еды.

А ведь сегодня я должна была спокойно пообедать в столовой. Отстой.

— Подносы нужно возвращать, верно? — спросил Бенджамин. — Тогда я верну все наши, а ты пока поговори с сэром Цезарем, Пейшенс.

Про происхождение Бенджамина я мало что знала, но то, что он учился в классе A, вместе с его манерой держаться на магических занятиях заставляло думать, что он из семьи высокого ранга.

— О, нет, я... — Не успела я договорить, как Бенджамин подхватил мой поднос и умчался.

— Итак, Пейшенс, — начал Цезарь. — Я слышал, ты хочешь вступить в клуб алхимии, но не можешь, потому что занята обязанностями камеристки принцессы Маргарет.

Это не вся история. Не хватает нюансов.

— В тот день, когда вы показали мне, где клуб рукоделия, я на самом деле собиралась отказаться от службы при принцессе Маргарет, поэтому планировала выйти и из музыкального клуба. Но раз я продолжу ей служить, то хочу выполнять свою работу как следует...

Цезарь молча слушал, пока я не закончила.

— Понимаю. Ты хорошая камеристка, Пейшенс. И всё же ты ведь учишься в этой академии не для того, чтобы стать камеристкой, верно? Если после занятий ты занята, можешь приходить в клуб алхимии, когда свободна. Ещё я слышал от Бенджамина, что ты закрыла и алхимию II, и магические круги. И у тебя свободное время по четвергам во втором блоке, верно? Тебе даже не обязательно приходить в клуб три раза в неделю. Достаточно и одного-двух раз.

Он очень агрессивно пытается меня завербовать, а причины отказать у меня нет.

— Он прав, — вмешался вернувшийся Бенджамин. — Тебе правда стоит быть на магическом направлении, Пейшенс.

Теперь Бенджамин пытается записать меня ещё на одно направление!

— Бенджамин, сейчас я хотел бы, чтобы ты сосредоточился на теме клуба алхимии, — сказал Цезарь. Похоже, он отчаянно хотел сохранить клуб.

Уверена, потерять свой клуб было бы очень неприятно.

— Если правда ничего страшного, что я не буду участвовать после занятий, — сказала я, наконец сдаваясь. Возможно, меня и впрямь было легко уговорить.

— Правда? Мы рады тебя принять, — просиял Цезарь. — Итак, когда ты сможешь заходить?

Ты же только что сказал, что достаточно появляться раз в неделю!

— Вначале мне нужно многому тебя научить, — пояснил Цезарь. — Я подстрою своё расписание под твоё, Пейшенс.

А? Что это значит?

— А как же ваши собственные занятия, сэр Цезарь? — спросила я.

Он лишь отмахнулся от моего вопроса, словно его занятия не имели значения.

— Большинство нужных кредитов я уже получил, так что расписание у меня довольно гибкое. Так когда ты свободна?

Очень не хочется ему говорить.

— Пейшенс свободна в третьем блоке по понедельникам, потому что закрыла алхимию II, — проболтался Бенджамин. — Ещё она закрыла магические круги, которые у неё по средам во втором блоке. И получила сертификат по кулинарии, так что свободна по четвергам во втором блоке. Думаю, в четвёртом блоке по пятницам она тоже свободна.

Поверить не могу, Пушистик. Откуда ты так хорошо знаешь чужое расписание?

— По пятницам я один или два раза в месяц сопровождаю принцессу Маргарет в королевский дворец, поэтому тогда недоступна.

Мой ответ был отказом, но Цезарь почему-то улыбнулся.

— Иными словами, каждый месяц у тебя есть две-три свободные пятницы. Ты живёшь в общежитии, верно? Тогда в эти дни сможешь проводить в клубе алхимии много времени, хоть до самого ужина.

Истинная сущность Цезаря пугала, но его предложение, честно говоря, звучало лучше, чем ходить в клуб алхимии во время обычных занятий.

— Я буду участвовать в клубе алхимии только по тем пятницам, когда мне не нужно посещать королевский дворец, — заявила я. — Остальное свободное время я хотела бы использовать для учёбы. Если вас это устраивает, я вступлю в клуб.

Я изложила свои условия, но Бенджамин всё ещё настаивал, чтобы я приходила в клуб ещё и по понедельникам, когда у меня Алхимия II.

— Не могу. Я ведь убедила мистера Кубрика сделать для меня исключение, чтобы делать больше ламп.

На лицах обоих мальчиков расплылись широкие улыбки.

— Мистер Кубрик — куратор клуба алхимии, — указал Цезарь. — Не волнуйся. Мы поговорим с ним за тебя.

Что вы имеете в виду? О чём мне волноваться?!

Я недостаточно изучила противников, прежде чем начинать эти переговоры. Я проиграла.

Нужно пока отступить и вернуться, когда я буду лучше подготовлена.

— В этом нет необходимости, — сказала я. — Я сама поговорю с мистером Кубриком в понедельник на Алхимии II. После разговора с ним решу, что буду делать.

Цезарь лишь усмехнулся и попытался закрыть Бенджамину рот. Пушистик всё ещё пытался возразить: «Тебе не нужно этого делать!»

— Детали решим потом. А пока — добро пожаловать в клуб алхимии! — радостно объявил Цезарь.

Похоже, для него было важнее вообще получить нового члена, чем прямо сейчас выбить из меня обязательства по деталям. Я очень не хочу ходить в клуб алхимии три раза в неделю. Двух-трёх раз в месяц вполне достаточно.

Позже я узнаю, как глупо было думать, что я победила. Возможно, я и правда была наивной.

В прошлой жизни я никогда не считала себя человеком, которого легко уговорить, но в этом мире, похоже, со мной дело обстояло именно так. Возможно, на меня повлияла самоотверженная натура прежней Пейшенс. Хотя и она не была полной тряпкой и тоже могла быть довольно упрямой.

Наверное, люди в этом мире просто очень напористые, подумала я, направляясь в музыкальный клуб вместе с принцессой Маргарет.

— Раз тебя со мной не было, обед сегодня был ужасным, — пожаловалась принцесса Маргарет.

Судя по всему, в меню сегодня был варёный картофель. Я не хотела слышать, как именно она умудрилась испортить варёный картофель, поэтому просто согласно откликалась.

— Должно быть, это было тяжело, — ответила я.

— Да, очень! Каллиграфия тоже вымотала, а практическая магия вообще была полным кошмаром.

Может, она просто злая от голода. Скажу ей, что вступила в клуб алхимии, позже. Надеюсь, музыкальный клуб поднимет ей настроение.

С такими мыслями я совершенно забыла, что председатель Альберт и Цезарь — одноклассники: оба учились во втором году, в классе A старшего отделения.

— Пейшенс, почему ты вступила в клуб алхимии? Это же сборище чудаков! — взвыл председатель Альберт.

Чёрт. Худший возможный сценарий.

— Это правда, Пейшенс? — спросила принцесса Маргарет. Её и без того кислое настроение стало ещё хуже.

— Да. Я собиралась рассказать вам позже, — ответила я.

Цезарь, должно быть, проболтался. Зачем ему было рассказывать именно председателю Альберту?! Теперь я в музыкальном клубе потею от страха. Гр-р! Я думала, он взрослее! Какой же он гад!

— Если у тебя есть время на клуб алхимии, тебе стоит сочинять больше пьес! — пожаловался председатель Альберт.

Это просто то, чего хотите вы, председатель Альберт.

— Я уже сочинила несколько новых пьес, — сказала я, не удержавшись от возражения. — Думаю, я сделала достаточно.

Мой ответ спровоцировал принцессу Маргарет присоединиться к суматохе, и в итоге мне пришлось просто стоять и терпеть их нотации.

Если я сейчас заговорю, по мне ударит вдвое сильнее. Нет, может, даже вдесятеро.

— Важнее другое, председатель Альберт: что было на собрании председателей клубов? — спросил Руперт.

На тебя всегда можно положиться, Руперт! Ты моральный компас этого клуба!

— О, точно, я хотел это обсудить, — сказал председатель Альберт, переключаясь. — Магический клуб и клуб верховой езды оба заявили, что больше не будут принимать приказы от рыцарского клуба. Председатель Хаммонд страшно нахмурился, но все остальные клубы поддержали магический клуб и клуб верховой езды, так что он согласился. Впрочем, это неважно.

По-моему, это важно, просто не для музыкального клуба. Рыцарский клуб должен сам решить свои проблемы. Пока принц Кит ни во что не влипнет, рыцарский клуб меня не волнует.

— Ещё мы обсуждали Фестиваль Зелени, и этот идиот Руфус заявил, что, раз теперь есть вокальный клуб, выступление музыкального клуба нужно сократить.

— О боже, это же ужасно! — яростно воскликнула принцесса Маргарет. — Вокальный клуб существует только потому, что в хоровом клубе начались неприятности и часть учеников отделилась. Им следует брать половину времени хорового клуба.

Остальные участники клуба тоже выглядели очень недовольными. Я привыкла к ненависти музыкального клуба к хоровому, но для Сэмюэла это, вероятно, было шоком.

— Вокальный клуб всё равно лучше хорового, — сказал Сэмюэл, присоединяясь к обсуждению. — Несколько моих одноклассников состоят в вокальном клубе, и я слышал от них, что они до сих пор делят клубную комнату с хоровым клубом. Им ещё и разрешают пользоваться ею только тогда, когда хорового клуба там нет. Мне их жаль.

Он начинает становиться одним из них! Твоя кузина волнуется, Сэмюэл!

— Я кое-что вспомнил, — сказал Альберт, поворачиваясь ко мне. — Разве ты не предлагала снабдить вокальный клуб песнями, Пейшенс?

Он об этом не забыл?

— Я дружу с председателем вокального клуба, — продолжил председатель Альберт. — Маркус Ламберт очень обрадуется, если получит песню от Пейшенс. Он хвалил новые пьесы музыкального клуба.

Можно было сначала спросить меня, прежде чем что-то решать?

— Это было лишь общее предложение, а не то, чем я лично хотела заниматься, — сказала я. Если мы начнём писать песни для вокального клуба, пока у них плохие отношения с хоровым, то просто впутаемся в их ссору.

— Теперь понимаю. Если мы напишем песни для вокального клуба, значит, сможем исполнять наши новые пьесы и во время их слота. Тогда мы не потеряем время на сцене. Я бы с удовольствием урезал ещё и время театрального клуба, — сказал председатель Альберт, и в голове у него уже зажужжали новые планы. — Пейшенс, напиши оперу для вокального клуба! Если они будут ставить оперу, студенческому совету придётся отнять часть времени у театрального клуба, раз выступления похожи. Мы сможем вернуть время у всех!

Что? Оперу?! Я и в прошлой жизни ни разу не была на опере. Можно это будет просто мюзиклом? Ух, почему я так легко уступаю людям?!

— Это невозможно, — настаивала я. — Я сочиняла только пьесы для ханона. Вокальному клубу ведь нужны тексты, которые они будут петь?

Председатель Альберт молча обдумал мой вопрос.

— Тексты можешь оставить мне, — наконец ответил он. — Я напишу слова к твоим песням. Твой кузен Сэмюэл сможет подготовить аранжировки для лютни. Даниэль тоже хорошо играет на лютне, так что поможет ему. Можно даже подключить Клауса и Валдиша. Этого достаточно, нет?

Ур-р! Он собрал рай для шотакона! Председатель Альберт знает мою слабость?

— Звучит весело, — сказала принцесса Маргарет. — Я уже закончила собственную новую пьесу, так что тоже помогу.

Теперь, когда принцесса Маргарет была на борту, новые участники уже не могли отказаться.

— Я тоже буду рад помочь, принцесса Маргарет, — сказал Сэмюэл.

Ты вообще-то должен помогать мне. Ты это знаешь, да? Ой, смотрите! Он весь покраснел! Должно быть, влюбился в принцессу Маргарет. Это понятно. Она очень красивая.

— Я тоже буду рад предложить любую скромную помощь, на какую способен, — сказал Даниэль, а Валдиш и Клаус последовали его примеру.

Я надеялась, что Даниэль, которого я мысленно назначила лидером мальчиков, удержит всех на земле, но даже он покраснел, когда принцесса Маргарет поблагодарила его.

Шоты, похоже, совсем слабы против принцессы Маргарет.

— Где твой боевой дух, Пейшенс? — отрезала принцесса Маргарет. — Все здесь хотят помочь вокальному клубу. Разве тебя не трогает их бедственное положение? Они были достаточно смелыми, чтобы покинуть хоровой клуб, когда уже не могли терпеть его тиранию. Если это не трогает твоё сердце, можешь ли ты вообще называть себя любительницей музыки?

Музыка мне нравится, но я ни разу не утверждала, что люблю её. Впрочем, спорить об этом бессмысленно.

— Я понимаю. Не знаю, получится ли у меня, но я попробую, — ответила я принцессе. Затем повернулась к Альберту. — Слова я оставлю вам, председатель Альберт, потому что правда не думаю, что смогу их написать.

Если это поможет принцессе Маргарет простить меня за вступление в клуб алхимии, я заставлю всё сработать.

Придётся собрать несколько песен из мюзиклов, которые я помню. Может, будет весело добавить песню о любви.

— В таком случае приступай немедленно, — потребовал председатель Альберт. — Я сообщу Маркусу о плане.

После этого участники музыкального клуба исполнили свои новые пьесы, и занятие клуба на сегодня закончилось.

— Пейшенс, ты ведь согласилась, потому что что-то придумала, верно? — спросила принцесса Маргарет. — Ну же, дай послушать.

— Я подумала только о паре фраз, — ответила я, пытаясь отвертеться от игры для неё, но она меня не отпустила.

Я продолжила вспоминать песни из прошлой жизни: любовную тему из фильма «Ромео и Джульетта» и романтические песни из «Вестсайдской истории».

— Ты правда удивительная, Пейшенс, — восхищённо сказала принцесса.

Похвала была приятной, но мне всё ещё нужно было подготовить гораздо больше песен.

Как же хорошо, что председатель Альберт займётся всеми текстами.

Я всё сильнее начинала думать, что мной легко манипулировать. Какая идиотка станет радоваться, что ей не придётся работать над словами, а нужно будет «всего лишь» сочинить песни для целого театрального представления?

С этого дня я стану женщиной, которая умеет говорить «нет»!

Настала пятница, и принцесса ничего не сказала о поездке во дворец. Иными словами, начиная с четвёртого блока я была свободна от обязанностей.

Когда мы выходили с классного часа, Бенджамин улыбнулся.

— Буду ждать тебя в четвёртом блоке.

— Мадемуазель Пейшенс, у вас планы с Бенджамином? — спросил Филипс, пока мы шли вместе в кабинет права и экономики.

— Да. Я вступила в клуб алхимии, и сегодня пойду туда впервые.

Лицо Филипса полностью застыло.

Вот так нормальные люди реагируют на упоминание клуба алхимии?

— Вот как? — ответил он. Возможно, теперь я для него больше не буду «мадемуазель».

Ничего страшного. Мне будет менее неловко, если он перестанет меня так называть.

Вопреки моим ожиданиям, Филипс продолжил обращаться ко мне «мадемуазель». Это было по-настоящему странно.

Обедала я, как обычно, в салоне.

— Вчера тебя здесь не было, — заметил принц Кит, совершенно лишний раз поднимая тему моего отсутствия.

— Правда, Пейшенс? — спросила принцесса Маргарет. — Где ты ела? Ты что, на диете или вроде того?

Судя по тому, какая я всё ещё худая, никакая диета мне точно не нужна.

— Нет, ничего такого. Я просто подумала, что будет приятно спокойно пообедать в столовой.

— Тебе следует приходить в салон, даже если меня здесь нет, — отчитала меня принцесса Маргарет. Я думала, на этом обсуждение закончится, но у принца Кита нашлись вопросы.

— Ты ела одна, Пейшенс? — спросил принц.

Очень хотелось бы, чтобы он не задавал такие неудобные вопросы.

— До того как я начала служить принцессе Маргарет, я ела одна, — ответила я. Это не было ложью, но вопроса я явно пыталась избежать.

— С кем ты ела, Пейшенс? — спросила принцесса. Она сразу увидела мою попытку уклониться.

— Я ела с сэром Бенджамином и сэром Цезарем, — призналась я.

Принцесса Маргарет нахмурила брови.

Ой-ой. Она в режиме гнева.

— Пейшенс! Именно такая беспечность и приводит к тому, что тебя вербуют в сомнительные группы вроде клуба алхимии! Вот почему тебе нужно есть в салоне!

Возможно, принцесса была права, но мне было неловко есть за чужой счёт, когда я одна. Если бы со мной была хотя бы принцесса, я могла бы оправдать это тем, что сопровождаю её. Есть в салоне одной ощущалось почти как уйти из ресторана не заплатив. Нужно будет позже обсудить это с ней.

— Ты правда вступила в клуб алхимии? — спросил принц Кит.

Он точно идёт по пути, который запустит мой радар словесных промахов.

— Да. Они сказали, что мне можно участвовать всего два-три раза в месяц.

На лице принца появилось растерянное хмурое выражение.

Почему ты так смотришь? Тебя это вообще не касается.

— Сэр Цезарь и сэр Бенджамин ели в столовой? — спросил Хьюго, потрясённый самой такой возможностью. Он был избалованным богатым мальчиком, совсем как ребята из клуба алхимии.

— Почему в столовой? — спросил Ральф. Обычно он был таким спокойным, но и его это, похоже, выбило из колеи.

— Ты пригласила их в столовую? — спросил принц Кит, добавляя ещё один вопрос в кучу.

Есть хоть какая-то причина, по которой я обязана отвечать?

— Нет, не приглашала. Сэр Бенджамин настоял, чтобы я хотя бы раз поговорила с сэром Цезарем, и так получилось, что во время обеда я была свободна, потому что по четвергам принцесса Маргарет обедает на кулинарии. Мы просто случайно поели вместе.

Принцесса Маргарет тоже нахмурилась, возможно вспомнив ужасный вчерашний обед.

— Раз ты получила сертификат о завершении курса, я теперь ужасно страдаю. Знай, мне пришлось есть варёную картофелину, которая внутри была твёрдой и хрустела. Если бы ты была рядом, она наверняка сварилась бы полностью.

Даже принц Кит и его школьные друзья, похоже, в этом вопросе были на моей стороне.

Конечно, они на моей стороне. Я ничего плохого не сделала.

— Леди Маргарет, вы делали записи, когда мисс Спенсер объясняла шаги?

— Разумеется, делала, но внутри она всё равно была сырой.

Странно. Мисс Спенсер даёт подробные инструкции, чтобы даже новички не провалились.

— Вы проверили шпажкой, готова ли она?

Глаза принцессы Маргарет широко распахнулись от потрясения.

— Ты что, ясновидящая или что-то вроде того, Пейшенс? Мисс Спенсер отругала меня именно за то, что я об этом забыла.

— Нет, я не ясновидящая. Просто представила, что могло случиться.

Принц Кит и его одноклассники тоже были поражены моей верной догадкой, и, кажется, забыли о столовой.

Как хорошо, по-глупому подумала я.

— С будущей недели по четвергам тебе стоит есть с нами, — предложил принц Кит. — Кто знает, что ты ещё выкинешь, если я спущу с тебя глаз.

Что? Нет, спасибо. Я служу принцессе Маргарет, а не принцу Киту.

Прежде чем я успела отказаться, принцесса Маргарет улыбнулась и приняла его предложение.

— Хорошая мысль. Мне будет гораздо спокойнее. Эта девочка совсем не понимает, что делает. О чём она думала, вступая в клуб алхимии? Это всё равно что кролик сам прыгнул в логово волков. Похоже, Брайс тоже вступит в клуб, так что от этого мне немного легче. — Затем принцесса повернулась ко мне. — Если Бенджамин или Цезарь когда-нибудь начнут давить на тебя слишком сильно, ты должна обратиться к Брайсу за помощью. Несмотря на то что он на магическом направлении, он на самом деле довольно рассудителен.

У принца Кита было пугающее выражение лица.

Он на что-то злится? Всё ещё думает, что я вступила в клуб алхимии, потому что хочу встречаться с Цезарем? Это неправда, и вообще я не обязана перед ним оправдываться.

На этикете II проект весеннего семестра состоял в том, чтобы устроить ланч. Судя по тому, как идут эти задания, в курсе третьего года нам, вероятно, придётся планировать званый ужин. В отличие от чайной встречи, ланч требовал ещё и составления меню.

У меня не было воспоминаний о том, чтобы обедневшие Грэйнджеры когда-либо устраивали ланч. Однако в летнем дворце я каждый день наслаждалась вкусными блюдами, поэтому решила опереться на тот опыт.

— Ты устроила бы прекрасный ланч, Пейшенс, — похвалила меня преподавательница. — Зачтено. Можешь сразу начать готовить план ужина для этикета III.

Возможно, я смогу получить сертификат о завершении курса. Я постараюсь!

Я продолжила использовать свой опыт из летнего дворца, чтобы спланировать званый ужин.

— Вот твой сертификат о завершении курса, — сказала преподавательница, вручая его мне.

Если для этого достаточно такого, уверена, принцесса Маргарет тоже быстро получит сертификат. Расскажу ей как-нибудь в другой день.

Зофи прибыла в общежитие и сопроводила принцессу Маргарет обратно в королевский дворец. Пора было отправляться в клуб алхимии.

— Здравствуйте, — сказала я, входя в клубную комнату. Для этой компании это приветствие точно было неправильным.

— Ты опоздала, Пейшенс! — воскликнул председатель Цезарь. — Давай познакомлю тебя со всеми.

Представления не казались особенно нужными, ведь кроме Бенджамина, Брайса и ещё одного ученика других членов не было.

— Это Артур Миллер. Он на втором году старшего отделения. — Затем Цезарь повернулся к Артуру. — Это Пейшенс Грэйнджер. Она первогодка.

— Приятно познакомиться, — сказала я. Меня отвлекали отвратительные лабораторные халаты, которые были на всех, кроме Брайса, и я рефлекторно отступила на шаг. — Можно спросить о ваших халатах?

Мне очень хотелось очистить их бытовой магией, но, возможно, их специально оставляли грязными.

— О, точно! Тебе и Брайсу тоже нужны лабораторные халаты! Мы работаем с горячим металлом и стеклом, а ещё с лекарствами. Без халата родители отчитают вас за испорченную форму.

Цезарь выдал каждому из нас по халату, который, судя по всему, раньше принадлежал прежним членам клуба. В нынешнем состоянии я точно не собиралась его надевать.

— Председатель Цезарь, можно мне очистить этот халат?

— Конечно, но он сразу снова испачкается.

Мне всё равно. Я не хочу надевать такой мерзкий халат!

— Стань чистым! — произнесла я, и халаты у всех снова стали ярко-белыми.

Вот так и должен выглядеть лабораторный халат!

На халате были дырки, явно оставшиеся от ожогов, но даже они заштопались моей магией.

— Твоя бытовая магия действительно уникальна, Пейшенс, — заметил Цезарь. — Ну что, вам двоим интересно что-нибудь сделать?

Я хочу сделать много всего, но сначала мне нужна магическая лампа для комнаты моих братьев.

— Председатель Цезарь, возможно ли сделать регулятор, который меняет свет магической лампы? Например, чтобы можно было переключаться между ярким светом, мягким светом и полным выключением.

Цезарь скрестил руки на груди и на мгновение задумался.

— Это определённо возможно, но какой в этом смысл? От магической лампы требуется только включаться и выключаться.

Бенджамин, Брайс и Артур, похоже, были озадачены моим вопросом не меньше.

— Мой младший брат боится кромешной темноты перед сном, поэтому я подумала, что ему будет не так страшно, если в комнате будет мягкий, тусклый свет.

Может, четверо старших мальчиков вроде них не поймут чувств маленького ребёнка.

Я ошибалась. Похоже, все они вспоминали собственные детские годы в детских комнатах своих домов.

— Довольно неплохая идея, — ответил председатель Цезарь. — Если хочешь сделать такую лампу, придётся изменить механизм регулятора.

Мы с Цезарем начали придумывать, как настроить регулятор.

— В идеале я хотела бы, чтобы была не просто настройка между «включено» и «выключено», а ручка, которую можно поворачивать и регулировать яркость лампы.

Набросав базовый куполообразный абажур и основание, я нарисовала ручку посередине основания.

— Хочешь этой ручкой регулировать яркость? Да, думаю, мы сможем это сделать.

Председатель Цезарь быстро набросал конструкцию так, чтобы поворот ручки постепенно приближал магический камень к магическому кругу.

Если я смогу сделать лампу с регулировкой яркости, Генри больше не будет бояться перед сном.

Пока мы с председателем Цезарем увлечённо работали над конструкцией, Брайс и Бенджамин начали собирать магическую лампу.

— У тебя магический круг нарисован неправильно, — отругал их Артур.

Удивительно, что их обоих ругают за неряшливые магические круги.

— Эй, Пейшенс! Сейчас не время отвлекаться, — сказал Цезарь. — Давай сделаем ручку. Запомни схему и попробуй сделать её сама.

Это новое устройство довольно сильно отличалось от регулятора, который я делала на занятии, поэтому я внимательно изучила схему.

— Давай, пробуй, — сказал председатель Цезарь. Он снова был довольно напорист.

В печи уже был жидкий металл, поэтому я повернулась к ней и представила чертёж ручки, который только что запомнила.

— Сделай ручку, — приказала я.

Жидкий металл принял форму, которую я представляла в голове, а затем с глухим стуком опустился рядом с печью.

— Неплохо получилось, — похвалил Цезарь. — Правда, узнаем, сможет ли это регулировать яркость лампы, только когда попробуем.

Магический круг был готов, значит, пришло время испытаний.

— Сначала нужно проверить, включится ли она вообще, — сказал Цезарь. Я повернула ручку до упора, и лампа загорелась. — Теперь попробуй медленно повернуть в обратную сторону, — велел он.

Лампа постепенно потускнела.

— Думаю, спать было бы проще, если бы свет был немного тусклее, — сказала я.

— Попробуй повернуть ещё чуть-чуть, — предложил Цезарь.

Я сделала, как он сказал, но при дальнейшем повороте лампа просто погасла.

— Хм? Свет загорается, когда камень соприкасается с магическим кругом, и гаснет, когда их разъединяют. Сложная часть — удержать тусклый свет между этими двумя состояниями, — заметил Цезарь. — Дело только в настройке ручки?

Я задумалась о лампах из прошлой жизни. Были настольные лампы, яркость которых можно было менять простым поворотом ручки, но как это работало? Наверное, что-то мешало электричеству на пути к лампочке. Эти лампы были обычными предметами, и я не могла вспомнить механику их работы.

— А существуют магические круги, создающие пламя, которое может становиться ярче или темнее?

Председатель Цезарь удивлённо посмотрел на меня.

— У тебя безумные идеи, Пейшенс! Мне нравится! Попробуем придумать совершенно новый магический круг! Сегодня будем работать всю ночь!

Подождите, на улице уже темно! А?

— Я провожу тебя обратно в общежитие, Пейшенс, — вмешался Брайс, как всегда рассудительный.

Остальные члены клуба уже вовсю спорили.

— Они правда собираются не спать всю ночь? — спросила я.

Родители не будут волноваться? Их экипажи не ждут?

— Не беспокойся об этом, — успокоил меня Брайс. — Клубные комнаты закрываются в определённое время, так что, скорее всего, позже вечером за ними приедут экипажи и отвезут домой.

Когда мы добрались до моей комнаты, я поблагодарила Брайса за то, что он проводил меня.

С клубом алхимии нужно быть осторожнее. Иначе меня затянет слишком глубоко.