Глава 157

Сама ветка была шириной около метра, так что по ней можно было спокойно идти. Вглядевшись вперед, Гао Ян увидел густую сеть подобных путей, переплетающихся в огромный, сложный лабиринт.

Белый Кролик, Тигр Войны и Цин Линь стояли на ветке неподалеку от него.

Гао Ян подбежал к ним, недоумевая, почему они прекратили pогоню, но тут же замер в шоке.

Оказалось, они настигли свою цель. Чэн Синь неподвижно лежал на ветке спиной к ним. Судя по закостенелому телу, он был мертв.

— Он мертв? — Гао Ян почувствовал, как по коже пробежал мороз. — Кто его убил?

— Без понятия, — холодно ответила Белый Кролик. — Когда я его догнала, он уже был трупом.

— Ты осмотрела тело? — спросил Гао Ян.

— Он умер от яда, — сказал Тигр Войны.

Сердце Гао Яна упало. Он осмотрел профиль Чэн Синя: выпученные глаза, кожа покрыта темно-фиолетовыми сосудами, губы посинели.

Гао Ян не удержался от крика:

— Постойте, его убил паучий яд!

— Да, — кивнул Тигр Войны. — Его убило собственным ядом.

— Он убил себя? — Гао Яну было трудно в это поверить.

— Не уверена, — Белый Кролик сняла белые перчатки. — Я обыскала его, Рунического Контура при нем нет.

— Чэн Синь! Ах ты сукин…

Старина Ван выругался, догнав их вместе с офицером Хуаном, но остальные слова застряли у него в горле, когда он увидел тело Чэн Синя. Ошарашенный, он произнес:

— Он… он мертв? Или вы его убили?

— Похоже, он покончил с собой, — объяснил Гао Ян.

— Быть такого не может! — недоверчиво воскликнул старина Ван, словно услышал самую глупую шутку в мире. — Я знаю Чэн Синя. Этот ублюдок ценит свою шкуру. Даже если останется лишь призрачная надежда, он будет цепляться за нее ради выживания.

— Его убил паучий яд, — пожал плечами Тигр Войны. — Не мог же он случайно убить себя собственным ядом?

— Что? — старина Ван подбежал к ним и внимательно всмотрелся в лицо Чэн Синя.

— Блять! Да что здесь происходит?! — старина Ван был на грани нервного срыва.

Гао Ян тоже начинал волноваться. С того момента, как они вошли в вагон метро, происходящее противоречило здравому смыслу и самому себе. Он огляделся, с замешательством понимая, что этот возвышающийся лабиринт переплетенных ветвей кажется каким-то другим. Затем он заметил перемену: свет тускнел.

Присмотревшись, он увидел, что белая энергия внутри ветвей движется вниз, к корням.

— Что-то не так.

Даже Цин Линь начала тревожиться. Она повернулась к Гао Яну, надеясь, что он найдет разумное объяснение.

«Думай, думай быстрее. Если вещи не поддаются логике, лучше мыслить нестандартно».

Мысль промелькнула в его голове, и Гао Ян ухватился за нее, его глаза блеснули.

— Гу Лин была убита выстрелом.

— Была, — кивнула Белый Кролик.

Гао Ян повернулся к старине Вану:

— В твоей команде был кто-то еще, кроме Гу Лин, кто пользовался огнестрельным оружием?

Старина Ван покачал головой:

— Нет.

— Гу Лин тоже покончила с собой? — намеренно спросил Гао Ян.

— Гу Лин не убивала себя, — тут же ответила Белый Кролик. — Я же говорила. Никто не стреляет себе в грудь, чтобы покончить с собой, и уж точно не убирает пистолет в кобуру после этого.

— Тогда остается только одна возможность. Это самый очевидный ответ, но тот, в который нам меньше всего хочется верить. — Гао Ян повернулся к Тигру Войны.

После паузы Тигр Войны улыбнулся:

— Они были убиты собой.

— Я же говорила, что это не самоубийство… — начала Белый Кролик и осеклась, воскликнув: — Этого… этого не может быть!

— Черт, это безумие! — догадался и офицер Хуан.

— Что? — старина Ван был единственным, кто все еще оставался в неведении, и тревожно спросил: — Хватит говорить загадками. Что, черт возьми, происходит?

Все переглянулись. Какое-то время никто не хотел признавать правду.

Гао Ян глубоко вздохнул и огляделся.

— Посмотрите на дерево. Оно вам ничего не напоминает?

— Что именно? — спросил старина Ван.

— Песочные часы, — сказал Гао Ян.

— Верно, — глаза Цин Линь сверкнули. — То, что течет внутри дерева, похоже на светящийся песок.

Гао Ян не был уверен, отнести дрожь внутри себя к возбуждению или к страху. Он кивнул и сказал:

— Песок течет к корням. Вот почему здесь становится все темнее, а внизу — светлее.

— Что это значит? — старина Ван запутался еще больше.

— Ты подумал о том, какой именно Рунический Контур может быть спрятан в этой Рунической пещере, старина Ван? — задал ключевой вопрос Гао Ян.

Старина Ван на мгновение задумался и пробормотал себе под нос:

— Песочные часы, закольцованный поезд метро и разное течение времени…

— А! — воскликнул он. — Пространство-Время! Это Рунический Контур Пространства-Времени!

— Это бы все объяснило.

Тигр Войны добавил:

— Время и пространство здесь подчиняются другим правилам, что и привело ко всем странностям, которые мы наблюдали. Что касается дыры в дереве…

— Это должно быть ядро пространства, — смело предположил Гао Ян. — Рунический Контур, вероятно, был внутри, но его забрали.

— Кто еще мог его забрать? — настойчиво спросил старина Ван. — Здесь никого нет, кроме нас. Чэн Синь и остальные мертвы.

— Не обязательно.

Гао Ян присел и перевернул тело Чэн Синя. Когда он приподнял рубашку мертвеца, по его коже побежали мурашки.

Его догадка подтвердилась.

— Смотрите! — голос Гао Яна дрожал. — У этого Чэн Синя нет раны на животе.

Тигр Войны щелкнул пальцами:

— Дело закрыто. Это не тот Чэн Синь, которого мы спасли.

Старина Ван наконец понял, что происходит. Бледный как полотно, он пошатнулся и чуть не упал с ветки.

— Перестань, перестань нести чушь. Ты же не хочешь сказать, что есть другой Чэн Синь?

— Не только он. Гу Лин и все твои остальные товарищи, — Гао Ян сделал паузу. — Вероятно, у всех них были дубликаты.

Ноги старины Вана подогнулись, и он рухнул на колени, вцепившись в свои короткие волосы:

— А-а, а-а…

— Старина Ван! — офицер Хуан быстро помог ему подняться. — Что с тобой?