Глава 148. Ум и интриги 4
Тц...
Даже при том, что я предвидел подобный сценарий, меня всё равно раздражало, что мои подозрения подтвердились. Мысль о том, что могло бы произойти, проигнорируй я свое предчувствие, выбивала из колеи.
— Р-Райли?
Голос Яники был хрупким шепотом облегчения; она смотрела на меня с выражением, в котором смешались шок и благодарность. Было видно, что она потрясена, но её травмы были не так серьезны, как могли бы быть — если не считать растрепанного вида и разорванной формы.
«Похоже, я пришел как раз вовремя».
Оценив обстановку, я понял: хотя профессор не нанес ей тяжелых физических увечий, психологический удар по Янике, вероятно, будет значительным. Извращенность профессора явно оставила след, и я мог только догадываться, какую травму она вынесет из этого испытания.
«Этот извращенец знатно её извел».
Моё раздражение росло: я задавался вопросом, где носит главного героя, когда он нужен больше всего? Его отсутствие в такой критический момент было вопиющей оплошностью.
— Убери от меня свою ногу, щенок! — голос профессора Люка был полон ярости, пока он тщетно пытался вырваться из-под моего сапога, придавившего его к земле.
Несмотря на использование усиления маны на полную мощность, профессор оказался выносливее, чем я ожидал. Я рассчитывал, что усмирить его будет проще, но, похоже, статус профессора академии был не просто для галочки — у него обнаружился неожиданный запас прочности.
Увеличив отдачу маны, я приготовился прикончить его.
БУ-У-УМ!!!
Однако прежде чем я успел нанести решающий удар, вокруг него произошел внезапный яростный выброс маны. Взрыв магической энергии прошел по комнате ударной волной, заставив меня отпрыгнуть назад, чтобы не попасть под раздачу.
Комнату заполнила ослепительная вспышка и гулкий рев, когда тело профессора окутал огненный взрыв маны. Сила толчка отбросила его прочь от меня, заставив проехаться по полу. Я приземлился в паре метров, сердце бешено колотилось от адреналина и остатков маны в воздухе.
Хаотичные всполохи после взрыва улеглись, оставив за собой дымку и висящее в воздухе чувство тревоги. Я взглянул на Янику — она всё еще дрожала, но, кажется, постепенно приходила в себя.
— Ты в порядке? — спросил я, стараясь говорить ровно, несмотря на недавний хаос, чтобы помочь ей успокоить нервы.
Она кивнула, хотя её глаза всё еще были широко распахнуты от шока.
— Д-да, спасибо.
Я снова перевел внимание на профессора, который теперь стонал и пытался подняться. Взрыв оставил его дезориентированным и раненым, от его прежнего высокомерия остались лишь видимая боль и страх.
Как бы мне ни хотелось поскорее увести Янику отсюда, я знал, что сейчас мне нельзя к ней прикасаться. Судя по её состоянию, она была крайне уязвима и чувствительна. Учитывая природу афродизиака профессора Люка, который явно оказал на неё сильное воздействие, любой физический контакт мог вызвать опасную реакцию. В этот момент она могла непредсказуемо отреагировать на прикосновение или запах мужчины.
Было бы кстати иметь при себе исцеляющие зелья, чтобы помочь ей успокоиться. Но зная мою «Удачу», я, скорее, только всё усложню, чем помогу.
— Проклятый малец, как ты посмел испортить мне лицо!!!
Голос профессора был пропитан обидой и болью; он коснулся своего окровавленного лица, буквально источая гнев и унижение. Его жалкая реакция вызвала у меня лишь вздох. В игре этот извращенец так или иначе встретил бы свой конец, так что я не особо за него переживал.
Убивать его сейчас было бы хлопотно, особенно с Яникой в качестве свидетеля, но это не имело большого значения. Самым важным было обеспечить безопасность Яники и разрешить ситуацию без дальнейших осложнений. Как профессор, Люк, несомненно, был силен, но он и близко не стоял к уровню Лукаса или Со. Его способности были внушительны для его ранга, но не непреодолимы.
«С этим злодеем можно разобраться».
Схватив ножны своего меча, я глубоко вздохнул, позволяя ровному ритму сердца успокоить скачущие мысли. Обострив чувства, я вспомнил техники усиления маны, которым герцог обучал меня лично — техники, которые я до этого момента никогда не применял в полной мере.
Раз уж этот профессор был боссом сценария одной из героинь, очки опыта, которые я собирался получить, должны быть существенными. Слабый вздох сорвался с моих губ, когда я заметил страх в глазах профессора Люка. Его бравада исчезла, сменившись явным ужасом, когда он осознал всю тяжесть своего положения.
— Эй, извращенец, используй свою ауру, — произнес я холодным, властным тоном. — Если, конечно, не хочешь сдохнуть.
Как только слова слетели с моих губ, я почувствовал знакомый прилив маны. Я сосредоточил её в ногах, со взрывной скоростью бросившись вперед. Мой меч засиял ярко-синим светом, лезвие мерцало, рассекая воздух. Профессор Люк, несмотря на прежнее высокомерие, успел среагировать. Его аура вспыхнула, обволакивая руки, когда он приготовился к неминуемому столкновению.
Как и ожидалось от профессора с его статусом, его аура была отточенной и мощной, превосходя даже ауру Лукаса в чистоте и контроле. В момент столкновения эффект был мгновенным и яростным. Сила удара разошлась по комнате, окружающий воздух затрещал от энергии. Я чувствовал разницу в мощи между нами, но азарт битвы только подстегивал моё воодушевление.
«Ха-ха... это будет весело».
ДЗЫ-Ы-ЫНЬ!!!
Оглушительный звон металла о металл разнесся по комнате, когда меч Райли столкнулся с усиленными маной руками Люка. Сама сила их столкновения породила ударные волны, от которых закружилась пыль и задрожали стены.
В это мгновение профессора Люка захлестнул водоворот эмоций: ужас, страх, гнев и отвращение. Его былая уверенность была вдребезги разбита, сменившись дикой, кипящей яростью.
«Как он смеет?!»
«Как он смеет?!»
«Как он смеет?!»
Эти мысли пульсировали в голове Люка, пока он изо всех сил пытался удержать позицию перед светловолосым студентом. Гнев был почти осязаем, он исходил от лезвия ауры, искрящегося свирепой энергией. Его планы, тщательно выверенные и казавшиеся безупречными, рушились на глазах.
— Я убью тебя, щенок!!! — взревел Люк, и голос его был полон яда и отчаяния.
Он рассчитывал, что никто не помешает — студентов не должно было быть рядом, а магическая печать на двери должна была скрыть любой шум и не впустить посторонних. В его расчетах кабинет оставался изолированным — идеальной ловушкой, где его порочные намерения могли осуществиться без помех. То, что Райли появился из ниоткуда, было оскорблением всей его хитроумной схеме.
Весь его план был на грани разоблачения, а вместе с ним на кону стояли карьера и жизнь. Последствия этой встречи будут катастрофическими; новость о его мерзких поступках разлетится как лесной пожар, нанеся непоправимый ущерб его репутации и положению.
«Мне придется убить их обоих».
Хотя убийство Яники и Райли не гарантировало ему безопасности — академия наверняка начнет расследование и заподозрит неладное — это был единственный способ обеспечить выживание здесь и сейчас. Разум лихорадочно соображал, как замести следы, как выставить историю в свою пользу и как найти путь к спасению после этой катастрофы.
Аура профессора вспыхнула с новой силой в отчаянной попытке подавить Райли и вернуть контроль над ситуацией.
Райли был неоспоримо силен. С этим фактом профессор Люк не мог не считаться. За последние недели, оценивая всех своих студентов, он выделил Райли — наряду с Со, Лукасом и Кагами. Несмотря на то, что они были всего лишь студентами, эта четверка демонстрировала боевое мастерство, не уступающее опытным рыцарям. Их навыки впечатляли, и с ними нельзя было не считаться.
И всё же, в конечном счете, они оставались студентами. Опыт Люка был огромен, он оттачивался годами в борьбе с угрозами и в опасных переделках. В битве не на жизнь, а на смерть даже малейшая переменная могла изменить ход событий.
«Этот щенок сильнее меня, но я могу победить».
Безумная улыбка расплылась на его лице; он рассмеялся — этот звук был полон сумасшествия и угрозы.
— Я разорву тебя в клочья, малец!!!
Его смех эхом разносился по комнате, становясь леденящим душу подтверждением его решимости. Люк был готов сражаться, вложив в это всё, что у него было. Несмотря на то, что Райли уже доказал, что является грозным противником, Люк был полон решимости использовать свой опыт и коварство, чтобы одолеть его.