Глава 47. Надвигается буря (часть 3)
Когда он вернулся в здание космомантии, по многим причинам атмосфера в обсерватории изменилась.
— Наконец-то пришёл.
Алтугиус подошёл и хрипло окликнул его, едва тот вошёл в здание. Сончул кивнул и посмотрел в сторону. Гамак Леонарда убрали, и теперь тот сидел прямо на полу, по-учёному сосредоточенный, с книгой в руках. Прервав занятия, он чуть отодвинул книгу и бросил на вошедшего злобный взгляд. Сончул не удостоил его вниманием и продолжил идти к Алтугиусу.
— Ты меня ждал?
Алтугиус кивнул. Сончула поразило, что в этот момент старик выглядел лет на десять старше своих лет. Дело было не в физическом состоянии — он казался совершенно измотанным.
— По личным причинам я держал тебя на расстоянии, но теперь решил всерьёз заняться твоим обучением.
Алтугиус протянул Сончулу единственное ожерелье. На медальоне была изображена планета на орбите солнца, а луч света бил точно в её центр.
— Это знак школы космомантии. Носи его на шее.
Сончул сделал, как ему велели.
— Медальон довольно впечатляющий, но с твоей одеждой он не сочетается.
Похоже, Алтугиусу не пришёлся по вкусу наряд Сончула, больше похожий на одежду рабочего.
— Для начала тебе стоит заказать форму по размеру. Если честно, меня это уже довольно давно раздражает.
Сончул не мог этого знать, но Алтугиуса называли Профессором-Тигром: тот строго следил за нравственностью студентов. Леонард, слушавший их разговор, рассмеялся, чем вызвал у старика недовольный взгляд.
— Впрочем, у нас тут нежеланный гость.
Алтугиус ткнул пальцем в лицо Леонарду.
— Что здесь делает это странное существо, которого я никогда не принимал в ученики?
Леденящий сарказм громко разнёсся по обсерватории. Выражение лица Леонарда тут же изменилось. Он считал, что Алтугиус его принял: старик ни разу не возражал против его присутствия. Но теперь выяснилось, что профессор терпел его всё это время, лишь ожидая удобного случая выставить за дверь — когда появится Сончул.
«Надо было прикончить этого ублюдка…»
Внутри всё кипело от ярости, но было уже поздно. Леонард опустился на колени и натянул на лицо мученическое выражение, надеясь вывернуть ситуацию в свою пользу.
— Простите, учитель! Я… я не могу выразить, как мне жаль. Во всём виноваты происки Фрегиуса…
— Мне от тебя ничего не нужно. Немедленно уходи.
Алтугиус был безжалостен. Стоило ему протянуть руку, как из Хранилища души появился великолепный посох, в который были вставлены пять разных драгоценных камней.
— Или ты готов сразиться со мной на Перчатке?
Каким бы сильным ни считался Леонард в школе, против Алтугиуса, за которым стояла легендарная слава, он не выстоял бы. Леонард побледнел, развернулся и бросился прочь, что-то невнятно бормоча и крича по мере того, как удалялся от здания. Алтугиус довольно рассмеялся, глядя ему вслед.
— Не возвращайся! Ты отчислен!
«Этот старик… Неужели вот каков он на самом деле?»
Сончул не ожидал такого: у старика, который всегда стоял к нему спиной, оказалась поистине широкая душа.
— Этот парень — последователь Бедствия. Ты ведь тоже знаешь, кто они такие?
Сончул кивнул.
— Проклятые идиоты. Настоящие вырожденцы. Я хотел его убить, но он всё-таки был учеником нашей школы. Убивать его было бы неприятно.
Алтугиус сунул в рот трубку и глубоко затянулся, глядя на потолок обсерватории. На белом куполообразном потолке не было ничего интересного.
— Ну как тебе Дворец призыва?
Алтугиус вынул трубку и неожиданно задал вопрос.
— Не место для отдыха.
Сончул ответил.
— Верно. Место адское. Но это необходимое зло. Люди из твоего мира думают слишком иначе, чем мы. Если в мир приходит слишком много людей с иными представлениями, он неизбежно меняется.
Интересный взгляд. Сончул всегда считал Дворец призыва особым обрядом посвящения, призванным отделить лучших от остальных и найти тех, кто сможет стать спасителями Иного мира. Такие люди обычно получали лучшее обращение, куда бы ни направлялись.
Алтугиус выпустил дым и со вздохом отвёл взгляд от потолка.
— Но это место тоже превратилось в ад. И неважно, что думают остальные.
— Ты о последователях Бедствия?
— Может быть. А может, и нет. Важны не они, а Бедствие, которому они поклоняются. Оно понемногу разъедает нас изнутри, пока мы все не сойдём с ума. Оно способно околдовать даже самых благородных из нас.
Алтугиус крепко зажмурился и погрузился в глубокую задумчивость. Вскоре он достал из Хранилища души второй том.
— Пока возьми это.
Получив книгу, Сончул раскрыл её, но пока не мог понять содержимого.
— Это книга о «Метеоре» — популярном заклинании, составляющем основу школы космомантии. Чтобы его изучить, тебе потребуется Интуиция выше 210.
— Не слишком ли быстро мы продвигаемся?
— Возможно. Но мир опасен. Никогда не знаешь, что случится дальше. Сначала ректор, теперь Фрегиус — я тоже могу исчезнуть в любой момент.
Голос Алтугиуса слегка дрогнул. Сончул заметил в его лице тревогу и беспокойство.
— Давно мне не встречался такой прилежный ученик, как ты. Это большая редкость, даже если учесть твои мотивы и покровителя.
Как и Роберт Дантон, Алтугиус подозревал, что за Сончулом, явно незаурядным человеком, стоит кто-то, скрывающийся в тени. Иначе столь стремительный рост просто не укладывался в здравый смысл.
— Поэтому я и дарю тебе эту книгу. Не знаю, когда ты сможешь освоить «Метеор», но это уже не моё дело.
Закончив говорить, Алтугиус вернулся на прежнее место и снова повернулся к нему спиной. Глядя ему в спину, Сончул услышал неожиданную последнюю фразу:
— А теперь уходи. Я дал тебе то, чего ты хотел.
— Что вы имеете в виду?
— Это всё, чему я могу тебя научить. Я отдам тебе эту книгу, так что бери её и уходи.
Поворот событий оказался неожиданным. Сончула слегка раздражала бесстыдная перемена в поведении старика.
«Этот старик…»
Он успокоился и снова заговорил.
— Я не могу уйти только с этим.
— Тогда чего ты хочешь?
— Мне нужен Секрет. Я не собираюсь уходить, пока не получу Секрет космомантии.
В этот момент Сончул почувствовал исходившую от Алтугиуса магию. В ту же секунду в его сторону ударил луч света — ослепительная «Вспышка». Луч прошёл чуть в стороне от лица Сончула. Это было то же заклинание, но из-за разницы в магической силе заклинание Алтугиуса намного превосходило вариант Сончула по яркости и мощи. Луч пробил книжный шкаф у внешнего края обсерватории и оставил дыру в стене.
— …
Однако Сончул даже не дрогнул. Алтугиус притворно кашлянул и поднялся со своего места.
— Какой жадный приятель. Неужели тебе мало медальона и «Метеора»? Я раньше не упоминал, но с этим медальоном тебя примут учеником и другие конкурирующие школы космомантии.
— Мне нужен именно Секрет.
Сончул не сдвинулся с места, и Алтугиус застонал; в его глазах залегла глубокая печаль.
— Чрезмерная жадность может тебя погубить. Как погубила последователей Бедствия.
— Это не чрезмерная жадность. Я должен получить ваш Секрет не просто так.
— И почему же?
Алтугиус спросил. Сончул твёрдо ответил, и в его голосе не прозвучало ни капли колебания.
— Чтобы остановить Бедствие.
Услышав эти слова, Алтугиус на мгновение изумлённо посмотрел на Сончула, но вскоре тихо рассмеялся.
— Это невозможно. Бедствие ничем не остановить.
— Семь героев смогли. Невозможного не существует.
Сончул ответил решительно. Алтугиус посмотрел на него со смешанными чувствами, а затем отвернулся.
— Уходи. Пока я по-настоящему не разозлился.
— Разозлитесь вы или нет — не моё дело.
Сончул не отступил ни на шаг, а, напротив, шагнул вперёд. Алтугиус снова вздохнул.
«Не хочу с ним связываться, но, похоже, придётся подавить его, причинив как можно меньше вреда».
Сончул тут же остановился и внезапно обернулся. Алтугиус недоумённо посмотрел на него, но вскоре причина стала ясна.
«Присутствие?!»
За дверью ощущалось присутствие, которое нельзя было недооценивать. По телу Алтугиуса пробежал холодок. Оно напоминало присутствие человека, благодаря которому он когда-то прославился на поле боя.
— Ох, меня заметили. Какая Интуиция.
Крепко запертая дверь распахнулась. За ней стоял незваный гость в чёрном плаще и кошачьей маске. Он по очереди посмотрел на Сончула и Алтугиуса и бодро заговорил:
— Позвольте спросить: это школа космомантии?
С этими словами мужчина снял маску. Открылось примечательное лицо с длинным шрамом через левый глаз. От юноши Сончул уловил запах смерти.
«Он убийца?»
От него открыто исходило убийственное намерение. Позволить себе такую роскошь могли лишь немногие, абсолютно уверенные в своей силе. Обычно убийца силён в засаде, а в открытом бою это, как правило, его слабое место.
Таинственный юноша продолжал переводить взгляд с Сончула на Алтугиуса и обратно.
— Хм. Похоже, того, кого я ищу, здесь нет. Если позволите, я взгляну на силу вас обоих.
Он достал свиток и разорвал его прежде, чем Алтугиус успел возразить. В тот же миг глаза юноши заполнила магическая формация, и перед ним появились характеристики обоих мужчин.
— Молодой: средний. Старый: выдающийся.
Юноше вспомнился один случай — унизительная история, которую в Гильдии убийц пересказывали шёпотом.
— А, так вы Алтугиус?
— Невоспитанный мальчишка. Как ты смеешь приходить сюда и нести такую чушь?
Алтугиус расправил белую бороду и прогремел, отчитывая юношу. Тот удивлённо посмотрел на него, но этим всё и ограничилось.
— Пфф, не мучайте так молодёжь. Я просто хотел немного поговорить.
Алтугиус внезапно направил на него «Вспышку». Яркий луч в тот же миг ударил чуть в стороне от его виска. Но, как и Сончул, парень не шелохнулся. Однако отреагировали они по-разному: тот зарычал от злости.
— Эй! Ты что, нарываешься?
Он распахнул полы плаща, показав десятки спрятанных под ним оружий. Алтугиус рассмеялся.
— Ты что, прихвостень Гильдии убийц? Поразительно, как вы с тем красноволосым идиотом похожи. Увидел бы ты, как этот болван умер, — не посмел бы показываться здесь.
— Я сильнее него, старик.
Юноша ничуть не отступал. Ситуация быстро приближалась к кульминации.
«Неплохо. Такими темпами я смогу увидеть, на что способен Алтугиус».
Сончул отступил на шаг, чтобы понаблюдать за происходящим, но желанная драка так и не началась. Юношу успокоил женский голос, донёсшийся из-за распахнутой двери.
— Братец Каз*. Чего ты добиваешься, дурачась в таком месте?
В обсерваторию вошла ещё одна фигура в чёрном плаще и кошачьей маске.
— Похоже, его здесь всё равно нет. Пойдём.
— Ну почему ты такая, Майра? Я просто хотел немного поразвлечься перед уходом.
Юноша поворчал, но уже успокоился. Он искоса взглянул на Алтугиуса и повернулся, чтобы уйти.
— Извиняй, старик. Сведём счёты в другой раз.
Алтугиус скрестил руки и снова рассмеялся. Две фигуры, покинувшие обсерваторию, медленно спустились по пологому склону горы.
— Ах, как же меня бесит.
Каз, старший сын семьи Альмейра, посмотрел в небо, бормоча себе под нос. Он знал, что задание будет сложным, но след оказался более чем скудным. Обнаружив охотника на рабов, транжирившего золотые монеты как воду, Каз рассчитывал добраться до легендарного злодея, но наложенный на тело охотника завет всё испортил. Не выдержав пытки, тот произнёс одно-единственное слово: «Школа космомантии». Сразу после этого сердце мужчины вспыхнуло и было принесено в жертву Богу Посредничества.
— Но почему школа космомантии?
Каз оглянулся на куполообразное здание. Враг мира и школа космомантии — между ними не находилось ничего общего. В конце концов он посетил школу, но кроме знаменитого старика там не было никого, кто мог бы соответствовать описанию.
— Кстати, Майра. Как там у родителей? Они нашли второго, который расплачивался немаркированными золотыми монетами?
Майра покачала головой в ответ на его вопрос.
— Исчез. Никому ничего не сказав.
— …М-м. Неужели он почуял наш след?
— Возможно. А может, это просто совпадение. В любом случае спешить некуда.
Во время разговора взгляд Каза привлекла одинокая фигура. В лесу, далеко от школы космомантии, один сидел красивый мужчина в красной мантии и зачем-то кричал.
— Какого чёрта? Кто это?
— Откуда мне знать? По-моему, он ненормальный.
Майра отмахнулась, словно не проявляя интереса, но Каз отреагировал иначе.
— Я немного им займусь.
Каз направился к кричавшему мужчине с видом ребёнка, обнаружившего новую занятную игрушку.
— СУЧАРА! БЛЯДЬ!!!
Кричавшим в лесу мужчиной оказался не кто иной, как Леонард Санctум.
*Братец — наиболее возвышенная, формально-уважительная форма «оппа». Это слово также употребляется вместо «молодой господин».