Глава 109

Демиан ответил вместо лечащего врача.

— Да, ты не приходила в себя несколько дней. Поэтому на церемонию назначения 12 жрецов я ходил без тебя.

— О, это… прошу прощения.

— Раз ты очнулась, значит, всё хорошо. Тебе не за что извиняться.

Демиан глубоко вздохнул с облегчением.

Бонита лежала рядом с Рейной и уже успела уснуть.

Видимо, всё напряжение отпустило её: цвет лица стал чуть лучше, и она, крепко держа Рейну за руку, ровно и тихо посапывала.

Демиан обратился к Рейне, которая смотрела на руку, крепко сжатую девочкой.

— Даже не знаю, с чего начать.

— М-м…

Рейна, как и Демиан, понятия не имела, как об этом говорить.

Как сказать о том, что глава торговой гильдии Рудбекия, встреченная на императорском балу, на самом деле её родная мать? У Рейны закружилась голова.

«А ведь фамилия Рокс казалась мне знакомой».

Фамилия Ботон действительно принадлежала матери.

Рейна не меняла фамилию, надеясь, что если мама когда-нибудь решит её найти, ей будет хоть немного проще это сделать.

Однако её родная мать, Эмелия, похоже, действительно собиралась порвать с Рейной все связи.

— Рейна, фамилия твоей бабушки по матери — Рокс. Это значит «свет». В детстве мама даже плакала навзрыд, потому что ей так нравилось это значение, и она безумно хотела носить фамилию Рокс.

— ……

Сменить фамилию было несложно.

К тому же, будучи простолюдинкой, она не оставила бы никаких следов.

Рейна потерла кончики пальцев.

«Неужели я была ей настолько противна?»

Неужели все воспоминания о времени, проведённом с ней, были настолько мучительны, что она решилась сменить фамилию и уйти? Чем дольше она думала об этом, тем горше становилось на душе.

— Я присяду.

— А, да.

Демиан занял стул, на котором сидела Бонита.

— Что ж, давай начнем с церемонии назначения 12 жрецов.

— Да.

— В тот день Боните стало плохо, и мы не смогли досмотреть до конца. Поэтому я даже не видел, как выглядит новый 12-й жрец.

— А… а важно ли видеть лицо?

— Нет, не особо. Лицо можно будет увидеть позже, если представится случай.

Рейна успокоилась, услышав спокойный тон Демиана.

— Но вот о пророчестве я не слышал.

— Р-разве об этом не было написано в газетах?

— Существовало две трактовки пророчества. Одну мы узнали, а вторую сообщили только присутствовавшим в тот день и передали на хранение в «Комнату записей».

Демиан пробормотал, что пророчества, хранящиеся в Комнате записей, — вещь крайне неудобная.

— Пророчества, хранящиеся в Комнате записей, ничего хорошего не сулят, если о них раструбят повсюду. Пусть дворяне и пекутся о собственной выгоде, против воли государственной религии они не пойдут.

— Значит, даже подкупом или угрозами заставить их заговорить не получится?

— Да, говорят, что если рассказать кому-то, кроме тех, кто связан с пророчеством, падёт проклятие.

— А что насчет второго? Того, которое можно было узнать?

При словах Рейны выражение лица Демиана стало еще более сложным и неоднозначным.

— Сказали: «Возвращайся, когда осознаешь значение звезды, взошедшей на небе».

— …?

— Именно так.

— И к кому, в конце концов, нужно вернуться?

При слове «звезда» на ум приходил только один человек.

«Леди Эстель».

Хотя вспоминать содержание оригинала уже не имело особого смысла, Эстель была главной героиней этого мира.

Демиан, похоже, думал о том же, что и Рейна.

— И еще…

— ……?

Демиан хотел было заговорить о графстве Пентейл, но осекся.

«Правильно ли сейчас об этом говорить?»

Рейна упала в обморок, увидев Эмелию Рокс, и несколько дней не приходила в себя.

Он не был уверен, стоит ли сейчас заводить разговор об Эмелии с человеком в таком состоянии.

Он пожевал губами и в итоге промолчал.

— Сказали, что ты упала в обморок от переутомления. Впредь, если почувствуешь усталость, сразу отдыхай.

Рейна с неловким видом отвела взгляд и посмотрела на Бониту, которая мирно посапывала рядом.

— …В тот день, когда я упала…

— ………

— Я видела маму.

При слове «мама» Демиан напрягся.

Но Рейна, смотревшая на Бониту, не заметила его волнения.

— Мама тоже видела меня, но сделала вид, что не узнала.

— …………

— Неужели она правда меня не узнала?

Демиан мгновенно понял ситуацию по словам Рейны.

Он продолжал шевелить губами, не в силах произнести ни слова.

— Если…

— …………

— Если твоя мать…

То, что должен был сказать Демиан, было довольно жестокой правдой для Рейны.

У Демиана не хватало духу произнести такие жестокие слова просто так.

Однако Рейна сама спокойно спросила:

— То, что вы хотите сказать, связано с моей мамой?

«Если так, то расскажите мне».

Демиан и Рейна решили сменить место, чтобы договорить.

Чтобы Бонита не услышала их разговор.

Тело, которое долго не двигалось, казалось затекшим и тяжелым.

Рейне казалось, что она — кукла, связанная нитями.

В легкой одежде, накинув лишь шаль, Рейна направилась к месту, подготовленному Демианом.

В маленькой столовой её ждали теплое молоко, чай и закуски.

Демиан указал на место, где стояло молоко.

— Кофеин не пойдет на пользу тому, кто только что очнулся.

— С-спасибо.

Рейна села и сделала глоток молока.

Оно было приятно теплым, как раз для того, чтобы пить с удовольствием.

Демиан передал Рейне подготовленные документы.

В них была фотография Эмелии.

— Это твоя мать?

Рейна провела дрожащим пальцем по фотографии.

Она чувствовала тоску, обиду и одновременно щемящую нежность.

— …Да.

Рейна горько улыбнулась, глядя на фотографию Эмелии, которая была такой же прекрасной, как в её воспоминаниях.

— Это моя мама.

— Стало известно, что она — тайная возлюбленная выжившего из рода Пентейл, Лео Пентейла.

— Что?

— Говорят, на прошлом императорском балу это было объявлено официально. А до бала — подтверждено.

— Т-то есть…

— Да, если их отношения — правда, то наследницей должна быть ты.

Демиан продолжил с крайне озадаченным видом:

— У тебя случайно не было сестры-близнеца? Или старшей сестры?

Рейна покачала головой.

— Если бы это было так, я бы не могла этого не помнить.

— Но если так, то разговоров о нынешней наследнице не возникло бы.

Демиан указал на бумаги, которые держала Рейна.

Рейна перевернула страницу.

— …Далия Рокс.

— Да, та, которую называют дочерью Эмелии Рокс. Более того, поговаривают, что она рождена от союза Лео Пентейла и Эмелии Рокс.

— Э-этого не может быть.

Рейна побледнела, изучая личные данные Далии Рокс.

— Далия Рокс одного возраста со мной. Но как это…

— Да, из этого факта можно сделать один вывод, независимо от того, правдив ли возраст или статус Далии Рокс.

Руки Рейны, сжимавшие документы, напряглись.

— Эмелия Рокс пытается захватить Пентейл, используя фальшивую дочь.

— …………

— Проблема в том, как это доказать. Считать магические колебания невозможно. Твоей магии не существует, а даже если бы и существовала, Лео Пентейл в коме.

— А магический оценщик не может считать магические колебания?

— Считать-то может. Но магия человека в коме — это стоячая вода. Стоячая вода, которую никому не под силу зачерпнуть. Магию такого человека прочитать невозможно.

— Значит, пока Лео Пентейл не очнется, ничего нельзя узнать?

— Да.

— А как же проверка магических колебаний моей мамы и Далии Рокс?

— Их давным-давно проверил императорский магический оценщик. Говорят, они действительно кровные родственники. Раз это проводилось силами императорской семьи, вполне возможно, что всё сфабриковано. Хотя доказательств подделки нет.

Глаза Рейны сильно задрожали.

Дело было не в том, сколько времени это займет, и не в этом она видела причину для беспокойства.

Рейна знала.

«Лео Пентейл… никогда не очнется».