Глава 37. Юный глава дома Бельверк

Глава 37: Юный глава дома Бельверк

— О боже, это же маленький Патриарх!

— Эй, он временно исполняющий обязанности. Называй титул правильно.

— Молодой господин так прекрасно выглядит в этой форме!

Примерно через час после того, как я услышал от Шварц невероятную новость, я уже стоял у входа, где собрались горничные, каким-то образом облаченный в заранее подготовленную, сшитую на заказ форму.

— Молодой господин. С этого момента Элитная гвардия Патриарха будет сопровождать вас.

— ...Элитная гвардия?

— Это специализированные боевые горничные среди персонала дома Бельверк, которые служат исключительно Патриарху.

Стоило Шварц, шедшей рядом со мной, договорить, как из ниоткуда появились горничные с суровыми лицами и окружили меня, оставляя за собой шлейф черного тумана.

Боевые горничные существуют отдельно?

Насколько я знал, каждая горничная дома Бельверк предположительно обладала достаточным мастерством, чтобы с легкостью одолеть обычного рыцаря. И при этом существовали отдельные боевые горничные?

Тогда насколько же сильны эти люди?

— ...Молодой господин, нам нужно проверить, должным образом ли вам передались полномочия командования.

— П-правда?

— Да, так что попробуйте приказать им встать на колени.

Пока я размышлял об этом, исполняющая обязанности старшей горничной подошла ко мне и таинственно прошептала на ухо.

— В-встать на колени!

Искренне посчитав это разумным предложением, я отдал приказ с самым величественным выражением лица, какое только смог из себя выдавить. Элитная гвардия какое-то время молча смотрела на меня, а затем одновременно опустилась и преклонила передо мной колени.

— Пф-ф.

— Вау, они и правда встали на колени.

— Эти сумасшедшие девки. Так им и надо.

Но в то же время сестры-горничные принялись перешептываться со зловещими улыбками:

— Молодой господин, в следующий раз прикажите им снять одежду...

— Нет, в конце концов, горничные созданы для прислуживания. Это наш шанс, чтобы...

— Хватит дурачиться.

Поскольку сестры начали озвучивать просьбы, которые выглядели подозрительно неуместными, Шварц вмешалась, чтобы остановить их.

— Молодой господин, нет ничего хорошего в том, чтобы портить отношения с Элитной гвардией.

— ...Да.

— А теперь давайте поторапливаться.

Теперь, когда Элитная гвардия поднялась и сопровождала меня, я направился к выходу из особняка.

— В обычных обстоятельствах нам следовало бы проинформировать вас о правах и обязанностях, предоставляемых временно исполняющему обязанности Главы, но учитывая ситуацию...

— ......

— Продолжим наш разговор, когда сядем в карету.

Если честно, я никогда не думал, что Шварц способна принимать такое серьезное выражение лица, но, полагаю, ситуация действительно экстренная.

— Добро пожаловать, молодой господин Кайрен.

— ...Да.

— Нет, теперь мне следует звать вас временно исполняющим обязанности Главы.

Когда мы добрались до кареты, ждавшие там вассалы склонили головы и поприветствовали меня.

— Мы не хотели, чтобы всё обернулось именно так, но учитывая обстоятельства...

— Ха-а, и почему Герцогиня выбрала именно такое время...

— ...Впрочем, в это время года так происходит всегда.

Молча выслушав обеспокоенный шепот вассалов, я осторожно задал вопрос:

— Извините, уважаемые. Где сейчас находится моя мама?

Однако вассалы, мельком взглянув на меня, прокашлялись и отвели глаза.

— ...Просим прощения, но мы не можем сказать вам это.

— Мы бы и рады сообщить вам, но...

— Кхм, гм...

Это было немного досадно, но если даже Шварц, моя личная горничная, вынуждена молчать об этом, то ничего не поделаешь.

— Что я должен делать?

— Вам нужно немедленно сесть в карету и отправиться в Императорский дворец.

— После этого вы, скорее всего, примете участие в собрании Четырех великих Домов-Основателей.

— Конечно, вы будете неопытны, поскольку для вас это впервые, но беспокоиться не о чем. Дом Бельверк — это не та семья, которая потеряет лицо из-за подобного.

Молча смирившись с ситуацией, я засыпал вассалов вопросами, и на меня тут же хлынул поток информации.

— Однако есть кое-что, о чем вам следует знать...

Как раз в тот момент, когда вассалы взволнованно смотрели на меня, не решаясь продолжить, это и произошло.

— Может ли быть такое, что экстренный сбор Четырех великих Домов-Основателей никогда не проводится, если только не наступил кризис?

Внезапно со стороны раздался холодный, забавный и ленивый голос.

— В конце концов, главы Четырех великих Домов-Основателей — выдающиеся личности. Каждый из них способен потрясти Империю одним единственным словом.

Повернув голову на знакомый тон, я с удивлением обнаружил, что там стоит личная горничная второй дочери, держащая в руках магическое устройство связи. Мои глаза широко округлились.

— Конечно, никто из них не сравнится с нашим домом Бельверк, но всё же...

Значит, тот, кто сейчас говорит со мной — не кто иная, как моя вторая сестра? Но почему её манера речи кажется такой знакомой?

— В такие времена, если на тебя посмотрят свысока, может случиться что-то непоправимое.

Пока я наклонял голову от странного чувства дежавю, Шварц шагнула вперед с холодным выражением лица.

— Вторая дочь. Мы не могли связаться с вами до этого момента. Что привело вас сюда?

После недолгого молчания магический коммуникатор снова передал голос второй дочери.

— Я пришла, чтобы предложить решение этой ситуации.

Решение? Она ведь не собирается сказать, что займет пост временно исполняющего обязанности вместо меня, верно?

— К сожалению, я не могу явиться туда лично, но у меня есть отличный план для моего новообретенного братика.

К счастью, она, похоже, не выказывала таких мрачных намерений, но почему тогда мне стало так не по себе?

— Всё просто.

Пока я оставался настороженным, личная горничная второй дочери внезапно поднесла магический коммуникатор к моему уху и достала из-за пазухи стеклянный флакон.

— Что это...?

Внимательно разглядывая вьющийся локон волос внутри флакона, я не мог поверить своим ушам, слушая шепчущее предложение второй дочери.

— Поглоти меня, Кайрен.

Погодите, что вы такое вдруг говорите?

— На сегодняшний день я стану паразитом внутри тебя.

Сестра, говорящая подобные вещи брату, которого встречает впервые — дом Бельверк действительно ненормален.

В Императорском дворце Шайнхарт тоже было несколько своих собственных историй о призраках, пусть и не так много, как в доме Бельверк.

Например, ходили слухи, что в самой охраняемой зоне на глубоких подземных уровнях спит дракон, способный уничтожить Империю, или что садовники, бродящие по садам, исчезают раз в несколько лет, или что иногда, если ходить по коридорам ночью, портреты прежних Императоров заговаривают с тобой.

Но среди них был один слух, известный очень немногим: о том, что существует тайное собрание, где главы великих домов-основателей собираются вместе с Императором для принятия важнейших решений Империи.

Конечно, Империя Шайнхарт — это мирное государство, которое управляется прозрачно через открытые советы, уважающие мнение всех своих подданных, так что подобное просто не могло происходить.

— Ха-а, как же это утомительно...

Однако ситуация, прямо противоречащая имиджу Империи, вот-вот должна была начаться в комнате, которая каким-то образом не значилась ни на одной карте или чертеже Императорского дворца.

— ...Все в сборе?

Императрица Юстина Люмен Шайнхарт, которая только что заняла главное место за столом переговоров в этой комнате, которой не должно было существовать, спросила с выражением лица, полным раздражения, сидя в расслабленной позе.

— В мое отсутствие уровень опасности на Севере увеличивается с каждой минутой, Ваше Величество.

Первым человеком, уже сидевшим по правую руку от неё, был не кто иной, как маркграф Хакприд, Защитник Севера, отвечающий за безопасность и управление северной границей, известной своими суровыми условиями.

— Я не хотела звать кого-то столь занятого, как ты, в столицу без необходимости. Но учитывая сложившуюся ситуацию, у меня не было выбора.

— ...Ну, поскольку старшая дочь дома Бельверк находится на фронте, сейчас не должно возникнуть никаких проблем.

— Да, она определенно сравнима со своей матерью. Короткое отсутствие не должно вызвать никаких сложностей.

Маркграф, командовавший частной армией, достаточно большой, чтобы даже императорская семья не могла легко списать её со счетов, выпрямился, касаясь морщинок вокруг глаз, которые когда-то, должно быть, обрамляли красивые черты лица.

— Я планировал наслаждаться отставкой как старый неудачник, который уже отжил свое. Зачем вызывать меня по этому хлопотному делу?

На противоположной стороне сидел старик со скрещенными на груди руками — глава дома Шархен, престижного фехтовального рода, который несколько раз едва не был возведен в герцогское достоинство.

— Почему в наши дни на постах глав семей так много женщин? Поистине, наступают последние времена.

Несмотря на то, что ему было за семьдесят, еще несколько лет назад его называли величайшим фехтовальщиком в мире. Он огляделся по сторонам, прежде чем поднять свои острые глаза и заговорить.

— Старик опять за свое. В Империи правит меритократия.

— Женщины должны—!

— Маркиз Шархен. Я, Императрица, вообще-то тоже женщина, понимаешь?

— ...Кхм, прошу прощения.

Старик, чье тело было покрыто шрамами, говорящими о его прошлом опыте, собирался сделать еще одно узколобое замечание, но закрыл рот после упрека Императрицы.

— Ха-а, у меня столько исследовательских проектов, которые нужно завершить, и тем не менее я здесь, вожусь со стариками. Почему дом Обштейн должен был доставить столько неприятностей?

Между тем, человек, сидевший рядом с ним, был главой престижного магического рода и повелителем Императорской Магической Башни, маркизом Магнарисом, который недавно заменил опозоренный дом Обштейн в качестве одного из Четырех великих Домов-Основателей.

— ...Стариками? Чья бы корова мычала.

— Ха-ха, какая ирония.

— Разве ты не был Повелителем Башни еще тогда, когда я была ребенком?

Женщина, на которой была низко надвинутая ведьминская шляпа, имела на удивление молодой вид, напоминающий младшего сына одного чудовищного Герцога, но те, кто слушал её слова, бросали на неё недоверчивые взгляды.

— Давайте покончим с пустой болтовней и начнем, однако...

Несмотря на собрание столь видных деятелей, они бледнели по сравнению со следующей персоной.

— ...Наш самый важный человек еще не прибыл.

Напротив Императрицы, которая по определению должна стоять выше всех остальных в Империи, находилось еще одно почетное место, зарезервированное за самопровозглашенным Темным Троном Империи — главой чудовищного герцогского дома.

— ...Это первый раз, когда Герцогиня Астриз опаздывает.

— Ха-ха, теперь она еще и задерживается? Действительно...

— Проявлять такое высокомерие даже на подобном собрании. Вот почему современная молодежь безнадежна.

Как раз в тот момент, когда главы семей начали высказывать свои жалобы по поводу её необычного отсутствия, это и произошло.

Скри-и-ип...

Внезапно дверь конференц-зала открылась, и кто-то появился.

— ...Гм?

— А?

— Что?

Главы семей, повернувшиеся с холодными выражениями лиц, готовые отругать наконец-то прибывшую Астриз, в замешательстве наклонили головы, сомневаясь в своих глазах.

— Ах, здравствуйте...

Вместо Герцогини Астриз, которая должна была прийти, появилась совершенно неожиданная фигура.

— ...Апчхи!

— Молодой господин, будьте осторожны.

Загадочная фигура, внимательно осматривавшая комнату, наполненную леденящей тишиной, мелкими шажками побежала к столу, за которым собрались главы семей, но в итоге ударилась головой о угол стола.

— Ой...

— О боже, давайте я помогу вам подняться.

— С-спасибо.

С немного плаксивым выражением лица он попытался залезть на стул рядом с собой, неуклюже перебирая ногами, пока горничная, вошедшая вместе с ним, не подхватила его за талию и не усадила на сиденье.

— Д-дом Бельверк... прибыл.

Когда пустовавшее место Бельверка наконец было занято, Императрица, наблюдавшая за происходящим с несколько отсутствующим выражением лица, заговорила:

— Что здесь происходит?

В ответ на этот вопрос Шварц, стоявшая рядом с ним горничная, ответила с улыбкой:

— Нынешним главой дома Бельверк является лорд Кайрен.

— Почему?

И на её краткое и уверенное объяснение, которое последовало далее, лица у всех присутствующих вытянулись.

— ...Потому что он миленький.