Глава 33

Сталь Бергзе (5)

Серебро.

Одно-единственное слово мощным ударом отозвалось в мозгу.

Нет, для начала нужно успокоиться и посчитать простые числа. Простые числа — это одинокие цифры, что делятся лишь на единицу и самих себя.

Я принялся перечислять числа, дарующие мне мужество, но это ни капли не помогло унять дрожь.

Сверкающее серебро махало мне ручкой прямо в мыслях, словно говоря: «Привет! Я серебро, фактически — мировая валюта доиндустриальной эпохи!»

«Нет, спокойствие. Еще ничего не подтверждено».

Верно, разработка серебряного рудника в эти времена — дело крайне неопределенное.

В конце концов, узнать точный объем запасов можно лишь одним способом — начав копать.

Можно, конечно, оценить потенциал по толщине жилы, но солидная толщина вовсе не гарантирует баснословных богатств.

И все же, раз опытные рудознатцы, присланные Отто, доложили об успехе, значит, жила показалась им весьма многообещающей…

Образно говоря, я нашел лотерейный билет, и он точно выигрышный, но какой именно приз — первый, второй или третий — станет ясно только после оглашения результатов.

Ведь если это джекпот, то даже после вычета налогов останется больше миллиарда, а если третье место — всего-то миллион; вроде и выигрыш, а чувство недосказанности остается.

«…Впрочем, если это мало-мальски приличный рудник, то с помощью метода купелирования можно будет перерабатывать даже бедную руду».

Данчхонский метод купелирования.

Способ аффинажа серебра с использованием золы и свинца, изобретенный в Чосоне во времена правления Ёнсан-гуна.

По правде говоря, в самом Чосоне его использовали недолго: под боком обитал не просто бегемот, а настоящий пожиратель серебра, из-за чего технологию пришлось «запечатать».

К тому же само Данчхонское месторождение истощилось подозрительно быстро.

Зато японцы подхватили идею и с успехом применили её на руднике Ивами.

Как бы то ни было, серебряный рудник. Рудник!

Я застыл посреди кузницы, погруженный в раздумья.

Такое чувство, будто мне вручили подарок, о котором я и мечтать не смел.

Вот только содержимое этого подарка пока оставалось скрытым от глаз.

Размышляя, что делать с этим «подарком Шрёдингера», я наконец заговорил:

— Для начала, печь, подобная этой… назовем её тигельной. Сколько времени вам потребуется, чтобы изготовить такие печи из вашей глины?

— Если будем делать вдвоем, уйдет немало времени, но если дадите помощников, справимся быстро.

— В таком случае я выделю людей вам в подмогу.

Верно. Нужно сохранять спокойствие и сначала довести до конца текущие дела.

Стеклодувам, имеющим богатый опыт работы с огнеупорной глиной и печами косвенного нагрева, я поручил изготовление тиглей.

— А ты, сможешь ли поделиться своим опытом с другими кузнецами?

— Простите? Поделиться… это в каком смысле?..

— Скажи им, что мой метод позволяет ковать сталь куда проще, чем раньше. Есть вопрос с топливом, но его я решу сам. Процесс несложный, любой освоит, стоит лишь раз-другой взглянуть. Этого будет достаточно.

— Это-то мы мигом, Ваша Светлость! Передам всё в лучшем виде.

Кузнецу я доверил роль «сарафанного радио».

Эдакий зазывала, который будет клясться: «Своими глазами видел! Засыпал, расплавил — и на тебе, сталь готова!»

Это ведь не наглая ложь, а всего лишь продвижение новых технологий в массы.

— Сэр Роена.

— Да, Ваша Светлость.

— Нам пора возвращаться.

— Позвольте вас сопроводить.

Роена, следовавшая за мной словно тень, почтительно склонила голову.

Пока мы покидали кузницу, мысли о серебре не давали мне покоя.

Вопреки расхожему мнению, выход чистого металла при использовании испанского метода с применением ртути выше, чем при купелировании.

Но есть нюанс: он бесполезен для сульфидных руд, а главное — при использовании ртутной амальгамации рабочие надышатся парами и либо станут калеками, либо отправятся на тот свет.

Как бы я ни жаждал серебра, я не настолько бездушный психопат, чтобы гнать людей на верную смерть от ртути.

Данчхонский же метод с использованием свинца более универсален, а при должной вентиляции и защите дыхательных путей влажной тканью риск отравления сводится к минимуму.

На Севере, где каждый человек на счету, выбор в пользу второго варианта был очевиден.

— Ваша Светлость!

На обратном пути я столкнулся с Отто, чьё лицо так и сияло от радости.

— Разве вы не должны были заниматься разметкой дорог?

— Должен был, но как услышал про серебро — всё бросил и примчался сюда! Ха-ха!

Отто довольно погладил усы, не скрывая восторга.

— Рудознатцы говорят, жила там просто невероятная. Если подойти к делу с умом, мы не просто окупим затраты, а озолотимся… то есть, осеребримся!

— Рудник всё равно будет строиться на ваши средства, неужели вы так рады тратам?

— Охо-хо, разумеется! Разве в деньгах дело? У меня их в достатке. Сейчас я в таком восторге, что готов хоть павану с вашей милостью сплясать.

— Прошу прощения, но у меня нет ни малейшего желания танцевать с мужчиной. Одного раза хватило, чтобы понять: там слишком много тактильного контакта.

Как бы весело ни было, всему есть предел.

Я бы еще согласился на казачок, но кружиться с Отто за руки в паване — увольте.

Я невольно представил, как мы с ним торжественно вышагиваем под марш, и тут же тряхнул головой, отгоняя видение.

Черт возьми, не заставляйте меня воображать подобные ужасы.

Но Отто, не обращая внимания на мой скепсис, продолжал весело балагурить, покручивая ус.

— Ха-ха, это же просто фигура речи! В любом случае, поездка на Север полностью себя оправдала. Одно дело иметь деньги на рудник, и совсем другое — иметь возможность его открыть. Я искренне надеюсь на наше долгое и плодотворное сотрудничество, Ваша Светлость! Ха-ха-ха!

— Признаться, поначалу ваши речи о продовольствии меня задели, но, видя вашу готовность добровольно платить налог с магических кристаллов, я смягчился. Пожалуй, такие отношения стоит поддерживать и впредь.

— Иного и быть не может! Кстати, Ваша Светлость, вы ведь и так человек не бедный. Когда рудник заработает в полную силу, ваши богатства преумножатся многократно. Вы уже решили, на что их потратите?

— На армию.

Я ответил мгновенно, не раздумывая ни секунды.

Если появляются деньги, их нужно вкладывать в войска.

Конечно, развитие герцогства Берг тоже важно, но в конечном счете любая инвестиция должна служить одной цели — созданию несокрушимой армии.

Реальность — это не игра, здесь нельзя набрать облигаций по максимуму, а потом надеяться, что всё как-нибудь само окупится.

Отто в недоумении переспросил:

— Неужели всё до последнего медяка уйдет на военные нужды? Ваша армия и так считается одной из сильнейших в Империи.

— Побудете здесь подольше — поймете. Если хотите, я позволю вам стоять рядом со мной, когда монстры пойдут на штурм.

— Вы о тех самых легендарных налетах на Стену?

— Проживите в таком ритме лет двадцать, и ваши взгляды станут идентичны моим. Желание вырвать эту заразу с корнем станет для вас самым естественным чувством в мире.

— Что ж, тогда я приложу все силы к разработке рудника, чтобы Ваша Светлость ни в чем не знали отказа. Пойду-ка лично осмотрю место находки. Ха-ха-ха!

Вместо ответа я лишь кивнул.

Да уж, не один Карл умел умасливать речами.

Похоже, это и впрямь мир любовного романа — уж больно гладко у всех подвешены языки.

Даже понимая, что это лесть, я не мог не признать её изящества.

Теперь ясно, почему короли и императоры так легко поддаются влиянию льстецов, даже если те ведут страну к краху.

Будь на месте этого усатого дядьки очаровательная дама, моё сердце, пожалуй, пропустило бы удар.

Проводив взглядом приплясывающего от радости Отто, я обратился к стоящей рядом Роене:

— Сэр Роена.

— Да, Ваша Светлость.

— Как продвигаются дела у начальника оперативного штаба? Отчетов от него я пока не видел.

— Мне донесений тоже не поступало. Полагаю, работа еще не завершена.

— Хм.

Карл, мой начштаба.

Я поручил ему производство телег на излишки средств, но совмещать это с основными обязанностями, должно быть, непросто.

Видя в нем потенциал, я хотел обсудить военную реформу, которую планировал запустить на «серебряные» деньги.

Интересно, обрадуется ли он новой задаче как шансу на повышение или взвыет от непосильной нагрузки?

Немного подумав, я принял решение.

«Пожалуй, разговор с Карлом стоит отложить».

Да, пусть сначала закончит то, что уже начал.

Каким бы амбициозным ни был этот юноша, подкидывать ему работу сейчас — плохая затея.

А то вдруг Карл, которому суждено стать новым Клаузевицем, совершит «темную эволюцию» и превратится в Карла Маркса?

Красная зараза в мире, написанном моей сестрой, мне была совершенно не нужна.

— Ваша Светлость?

— А?

Роена вопросительно склонила голову набок.

— Задумался. Идем, вернемся в кабинет.

— Как прикажете.

Мы снова направились к административному корпусу.

Ладно, спешка ни к чему.

Будем решать проблемы по мере их поступления. Рудником займется Отто.

Моя же первоочередная задача — наладить добычу угля и производство кокса.

Сначала нужно вооружить солдат первоклассной сталью, а уж потом думать, куда пристроить серебро.

В конце концов, металл из земли никуда не убежит.

Размышляя о том, как еще можно с пользой применить богатства, я наткнулся на отличную идею.

«Нужно отправить подарок Императору».

И герцогству Иллиад, так дешево продавшему нам зерно, тоже стоит послать что-нибудь в знак благодарности.

Традиция, когда верный вассал, охраняющий границы, преподносит дары из местных ресурсов, прослеживается во многих исторических хрониках.

Это проверенный веками способ укрепления связей.

«Первое серебро из нашего нового рудника, отобранное с величайшим тщанием, преподносится Его Величеству Императору».

Отправлять просто слитки как-то несолидно, так что, может, стоит заказать скульптору бюст?

Помнится, он питал слабость к статуям.

Репутацию нужно ковать заранее.

Видимо, красноречие Отто всё же на меня повлияло.

Я даже почувствовал легкий укол гордости за собственную проницательность.

Растешь, Эстиан.

— Похоже, весть об открытии рудника вас очень обрадовала.

— А как иначе? Ты ведь и сама слышала. Теперь у нас будет куда больше средств на содержание армии.

— …Фу-фу, раз Ваша Светлость довольны, то и я рада.

Роена едва заметно улыбнулась.

— Пусть же серебра там окажется столько, чтобы ваша радость не знала границ.

— И я на это надеюсь.

Я ответил машинально, но тут же поймал себя на мысли.

Если уж на то пошло, именно Роена всегда рядом и берет на себя всю рутину. Если я собираюсь одарить Императора, то и ей полагается подарок.

Я решил закинуть удочку:

— Когда начнется полноценная добыча, я планирую поднести Его Величеству серебряный бюст.

— Разумное решение. Символизм первого серебра наверняка будет оценен по достоинству.

— А как насчет тебя?

— Простите?

Роена недоуменно моргнула.

— Ты служишь моим адъютантом еще с тех пор, как я не был великим герцогом. Прошло немало времени. В благодарность за твои труды я хотел бы сделать тебе подарок. Как ты смотришь на серебряную брошь?

— …Хм.

Спрашивать в лоб не совсем вежливо, но лучший подарок — тот, что желанен.

Я ведь не слишком осведомлен о её вкусах, потому и решил уточнить.

Она на мгновение замялась, а затем с мягкой улыбкой произнесла:

— Брошь ни к чему. Но могу ли я попросить об одном серебряном украшении?

— Тебе тоже нужна статуэтка?

— Вместо статуи мне хватило бы одной серебряной камелии. Если вы вручите её мне лично.

— Не стоит стесняться, если ты хочешь чего-то иного, говори прямо.

— Нет, этого будет вполне достаточно, Ваша Светлость.

— Что ж, раз ты так хочешь, будет тебе цветок.

Роена тихо рассмеялась.

Удивительно скромная просьба.

Честно говоря, учитывая её заслуги, мне было бы не жаль подарить ей целый сад из серебра, а не какой-то один цветок.

Странный выбор, но хозяин — барин.

Кажется, обещание подарка подняло ей настроение — походка Роены стала заметно легче.