Глава 195

— Ах, ну правда. Что это вообще такое?

Тот день не стал исключением.

В последнее время она постоянно твердила, как она занята, но стоило ей заглянуть в гости, как разговоры заводились об одном и том же.

По её словам, ей удалось получить отдельную поддержку от Магической башни и добиться отправки дополнительных магов на Северный фронт.

Благодаря этому на севере стало чуть свободнее, и теперь можно будет высвободить часть военных сил — она вываливала на слушателей сведения, которые, честно говоря, вряд ли стоило разглашать посторонним.

— Это ведь к лучшему, верно? К тому же я слышала, что поведение Трансцендентных на севере сильно изменилось.

— Изменилось?

Сильверна была особенно рада приходам принцессы Клариссы. Новости с севера, которые та приносила, были для неё крайне ценными.

Казалось бы, раз так, Сильверне стоило просто вернуться назад, но она, похоже, пока не собиралась этого делать. Должно быть, она и сама чувствовала, где её место в данный момент.

— Говорят, они больше не бросаются в бездумные атаки. Напротив, теперь они склонны отступать, даже если появляются внезапно.

— Это значит…

— Что они собирают все силы воедино, — уверенно ответила Кларисса, пожав плечами, будто здесь и думать было не о чем.

Остальные при этих словах подумали о том же: ситуация на севере была подобна затишью перед грядущей бурей.

— В любом случае, на душе как-то неспокойно. С одной стороны, хочется, чтобы всё это поскорее закончилось, а с другой — гложет мысль, а достаточно ли мы готовы.

Слова Клариссы отзывались в каждом. Как она и сказала, всех мучили схожие сомнения.

Предвкушение того, что финальная битва с Трансцендентными уже на пороге. И в то же время — растущая тревога, ведь даже если преимущество на их стороне, неизвестно, на что решатся враги в последний момент. Всех объединяли одни и те же чувства.

— Что ты думаешь, Исаак? Как считаешь, мы сможем победить?

После вопроса принцессы Клариссы взгляды всех присутствующих устремились на него.

В каком-то смысле он знал больше всех и имел самый тесный контакт с Трансцендентными. Учитывая его уникальный опыт регрессии, они надеялись, что он сможет дать хоть какую-то зацепку. Однако…

— Теперь я уже ничего не могу вам подсказать.

Знания о будущем стали бесполезны. Причина была проста.

— В те времена люди не могли загнать Трансцендентных так далеко.

Его слова означали отсутствие информации, но для остальных они стали поводом укрепиться в своей решимости. Это было подтверждением того, что они прижали врага к краю и конец уже близок.

Исаак верил, что впереди их ждёт результат, в корне отличающийся от прежнего.

* * *

— …

Это была редкая ночь, когда сон никак не шел.

Исаак сидел в своей комнате, отрешённо глядя в небо, и чувствовал, как многочисленные думы тянут его вниз, словно за ноги.

— Это всё из-за сегодняшнего разговора.

Обычно в такие моменты лучше было чем-то заняться. Если просто сидеть сложа руки, мысли поглотят тебя целиком.

Поэтому Исаак взял в руки мечи и вышел наружу.

«Надо подвигаться».

С этой мыслью он спустился на первый этаж и увидел на кухне человека.

— М-м?

Это была Шарен. Вид у неё был сонный, она была в пижаме, а волосы, вопреки обыкновению, не были завязаны. Должно быть, спустилась попить воды. Потирая глаза, она спросила:

— Исаак, ты куда?

— Хочу немного потренироваться.

— …Тренировка ночью? Это то, о чём говорили сестрицы?

«И что они ребёнку наплели?»

— Я собираюсь помахать мечом. А ты иди спать. А то не вырастешь.

— Ну ладно-о.

Шарен поплелась в гостевую комнату. Из-за того, что людей стало неожиданно много, она жила в одной комнате с Рианной.

Исаак вышел в сад.

В тот миг, когда среди прохладного воздуха и ветра он обнажил свой меч…

— …Хм?

Вместе с ночным ветром кожу обожгло ледяное чувство. Холодная жажда крови, словно заявляющая о своём присутствии.

Исаак перевёл взгляд на вход. Там стоял мужчина в тренировочном костюме, сжимающий в руках огромный одати. На голове у него была соломенная шляпа-саккат, словно скрывающая его от взора небес. На лбу выделялся рог. Кулаки были сжаты с непоколебимой решимостью.

Исаак знал, что этот момент настанет. Знал, что нужно быть готовым. Что всё к этому шло.

Он каждый день думал об этом, укреплял дух и ждал. Но когда этот миг настал, он показался слишком внезапным, и нахлынуло мимолётное сожаление: «Может, стоило подготовиться лучше?»

«Нет, не думай об этом».

Всё, что можно было подготовить, уже сделано. Большего он совершить не мог.

Исаак выровнял дыхание и сделал шаг вперёд.

— Даже для Демона меча прийти сюда в одиночку — это безрассудство.

Он подумал, не Кан У ли это, которого называют отцом Демонов меча, но это был не он. Трансцендентный, которого он видел впервые.

Тем не менее, незнакомец невозмутимо положил руку на эфес.

— Да, отец велел мне не действовать опрометчиво.

— …

— Так что мой приход сюда — лишь моя прихоть и мой эгоизм.

— Твой эгоизм?

— Я хотел сойтись в поединке один на один с тем, кого признал мой отец.

Исаак подумал, что эти существа, Демоны меча, в каком-то смысле очень похожи на него самого. В конце концов, этот пришелец хотел испытать пределы своего мастерства и, даже глядя в лицо смерти, желал узнать, какой высоты достиг его клинок.

— Я Ман У, Демон меча из мира Нараки. Человек, я желаю скрестить с тобой мечи.

— Исаак Логан.

Исаак спокойно назвал своё имя и положил руку на меч.

В тот миг, когда их взгляды столкнулись, воздух между ними словно раскололся. В тишине ночи даже звук вынимаемого из ножен клинка казался затаившим дыхание.

Одати Ман У обрушился в мощном ударе техники иай, но встречный удар Исаака, последовавший мгновением позже, сокрушил атаку противника.

Нет, разрушился не только сам удар.

*Хрусть! Хруст-хруст!*

Одати Демона меча, не выдержав мощи и твердости Мукхёльдо, начал покрываться трещинами. Вскоре он рассыпался на осколки, которые опали, подобно лепесткам цветов.

— …!

Глаза Ман У широко распахнулись.

Это не было просто столкновение искр и звон стали о сталь. Несмотря на то, что произошёл всего один размен ударами, Ман У было трудно осознать случившееся.

— Ты… намеренно ударил медленнее?

Иай — техника, идеально подходящая для упреждающей атаки. Сам факт того, что ты бьёшь, одновременно выхватывая меч из ножен, означает переход в наступление, минуя лишние движения. Но именно из-за своей скорости и мощи у этой техники неизбежно есть уязвимые места. Это искусство, доведённое до крайности в одном направлении.

Единственная причина, по которой техника казалась безупречной, заключалась в том, что до сих пор никто не мог её сокрушить.

Но для Исаака, владеющего тем же искусством, всё было иначе.

— Раз у нас одна и та же техника, я решил, что разрушить её слабое место будет проще, чем идти на лобовое столкновение.

— …

Услышав это, Ман У покачал головой.

— Не думаю, что мой меч сломался бы только из-за того, что ты разгадал технику.

Ман У тоже был Демоном меча, и он, кажется, что-то понял. Уголки его губ слегка приподнялись в выражении высшего удовлетворения.

— Это был твой собственный иай. Отличный от того, как рубим мы, Демоны меча…

— Оставлять слабые места без внимания — не в моём характере.

В этом ударе, ушедшем на несколько шагов дальше мастерства Демонов меча, виделся почерк великого наставника и чувствовалась форма Хельмута. Это был, в прямом смысле слова, иай Исаака.

— Ха.

Ман У понимал. Физически он был несравненно сильнее. Как бы усердно Исаак ни тренировался до сих пор, существовал врождённый предел человеческого тела.

— Впервые я терплю столь сокрушительное поражение.

Только что произошедшая схватка не была просто битвой Трансцендентного и человека. Это был поединок двух мастеров меча, и Ман У, имея преимущество в силе, проиграл исключительно в мастерстве фехтования.

Исаак бесстрастно смотрел на него. Его холодный взгляд выражал потерю интереса к мечнику, лишившемуся оружия.

Ман У горько кивнул.

— Теперь я понимаю, почему отец признал тебя. Ты достиг уровня владения мечом, недоступного обычному человеческому телу.

— Именно потому, что это тело несовершенно, я и смог зайти так далеко.

Для Исаака, который, зная о своих слабостях, трудился с удвоенным упорством, такая оценка была неприемлема.

— …

Ман У, будучи побеждённым, не мог ничего возразить и просто принял слова Исаака.

— Продолжим?

Вопрос, заданный безоружному Демону меча, теперь нёс иной смысл. Поединок мастеров закончился его победой. Теперь Исаак спрашивал: хочет ли тот сразиться как Трансцендентный против человека? Грязная, вязкая битва без правил, где остаются только жажда выжить и ненависть к врагу.

Однако Ман У покачал головой и развёл руки в стороны. Тот факт, что он пришёл сюда, нарушив приказ, означал, что для него не было ничего важнее пути меча.

— Для меня было честью закрыть глаза, увидев столь прекрасный клинок.

В тот миг, когда Мукхёльдо вновь прочертил диагональ, Ман У рухнул, захлебнувшись кровью.

Как только тело врага коснулось земли, на плечи Исаака навалилась тяжесть ночного воздуха. Горький, обжигающий воздух ворвался в его лёгкие.

— Кх… ап?!

На мгновение дыхание перехватило, но, сделав усилие, он вскоре приспособился. Этот воздух был ему знаком — он уже вдыхал его раньше.

«Мир Нараки?»

Ощущение было точь-в-точь как от вязкого, отравленного воздуха Нараки.

И в тот же миг голову Исаака осветил серебряный свет.

— Неужели…

Словно заворожённый, Исаак поднял взгляд.

Луна, мягко сиявшая в ночи, бесследно исчезла. Теперь в небесах одиноко и величественно горела лишь одна серебряная звезда, озаряя землю своим холодным светом.