Глава 955. Сила, выходящая за пределы
Пока эти двое отдалялись, я послала поток речи души в Нексус, сообщая план остальным членам нашей команды. Ответил только Люк, и несмотря на ситуацию, я поймала себя на том, что делаю глубокий вдох, расслабляясь от знакомого прикосновения его души.
— Разумно ли сейчас вступать в бой? Мы только-только начали изматывать его, — спросил Люк.
— Мы не можем больше позволить себе затягивать это дело, иначе измотанными окажемся мы, а не он. Корра и Гайрон не смогут так долго продолжать в том же духе.
В его мыслях промелькнула искра несогласия, но в конце концов он согласился.
— Я могу помочь им и всем остальным, — вмешалась Р'Лисса, — просто сейчас на нас немного давят. Эти солнечные штуки не отступают.
Разочарование в ее голосе было очевидным. Я перевела взгляд на нее и нахмурилась, увидев, что Р’лиссу и Бореалиса окружало вдвое больше этих светящихся марионеток, чем кого-либо другого. Эта разница была разительной, заставляя ее исполнять в воздухе безумный танец, словно колибри, мечущаяся между качающимися стеблями в бурю, она постоянно уклонялась от ослепительных вспышек света и широких взмахов энергетических клинков, следовавших за каждым ее движением.
— Я прикрою тебя, — сказал Люк.
Ее ответ был лаконичным. — Мне просто нужно немного места, чтобы сотворить несколько заклинаний.
Вспышка фиолетового света и тени прорезала небо, устремившись в сторону Р'Лиссы. На мгновение Люк исчез из моего поля зрения, чтобы появиться вновь среди рядов призванных солдат. Один из них рассыпался, получив удар мечом в грудь, а проклятия Люка потянулись к остальным, словно щупальца, вонзаясь в их плотные тела. Люк издал крик, и его душа напряглась, пуская поток маны по проклятиям. Светлые солдаты содрогнулись в конвульсиях, их формы дестабилизировались, и они взорвались цепью ослепительных вспышек, расчистив пространство вокруг Р'Лиссы.
— Спасибо, — сказала она с явным облегчением и тут же начала песнопение, массивный зеленый круг, почти такой же широкий, как те, что использовались для Древесного мира, закружился под ногами арбитра.
Но арбитр уже отвернулся, сосредоточив все свое внимание на Р'Лиссе. Гайрон вонзил клинок ему в плечо, но тот вскинул меч, и эфес клинка засветился ослепительным светом. Луч чистой солнечной маны выстрелил в нее копьем раскаленного белого света.
Люк бросился наперерез лучу, приняв его грудью. Свет омыл его, и от силы удара он отлетел на тысячу футов [300 метров] по воздуху. Я ахнула, когда моя душа раскалилась докрасна от вспыхнувшего Адаптивного Сопротивления, которое истончилось, растянувшись над разделявшим нас пространством и пытаясь поглотить необузданную мощь атаки архонта.
Боль в моей груди стихла, когда атака архонта сошла на нет, и Люк вышел из-под выжигающего света невредимым.
— Небесная Благодать!
Волна света вырвалась из круга Р'Лиссы, усиленная маной Древесного мира. Она окутала своим теплом всех, кто был в небе, это была аура мягкого золота, пронизанная зеленью. Когда она достигла меня через Нексус, то вымыла усталость из конечностей и укрепила душу. Я с шумом выдохнула когда на меня снизошло глубокое чувство покоя, даже не подозревая до этого, что затаила дыхание. Через нексус я почувствовала такое же облегчение от своих друзей, когда свет коснулся и их.
Меч арбитра рассек свет, направляясь к Корре, но она с легкостью перевернулась в воздухе, уходя с траектории, и на лету нанесла ему быстрый удар ногой по руке. Гайрон, все еще наседавший на него сзади, полоснул ангела по спине. Их удивление окрасило Нексус, словно они сами не могли поверить, что удары достигли цели.
— Что это за магия? — спросил арбитр, вторя их потрясению. Он отлетел на сотню футов назад, выиграв секунду, чтобы его раны затянулись, потратив на это лишь толику маны. Он поднял руку, словно мог коснуться угасающего света заклинания Р'Лиссы. — Мана Света и Судьбы слитые воедино..? Я и не знал, что в этом мире появилась подобная магия.
В тот самый момент, когда он обернулся, прищуренными глазами выискивая Р'Лиссу, ударили Селена и Виктор. Селена взмахнула рукой, и шар зеленой маны выстрелил вперед, ударив его в грудь. Из света вырвались лозы, обвивая тело арбитра и сковывая его. Прежде чем он смог вырваться, орудие правосудия Виктора ударили с силой метеорита, граничащей с пиком восьмого уровня.
— Почувствуй тяжесть закона! — воскликнул Виктор, появившись сам и размахивая орудием правосудия, как мечом.
Арбитр пытался двигаться, но заклинание Селены удерживало его на месте, напрягая мышцы. Ему все же удалось извернуться и принять меч Виктора на бок. Золотой ихор брызнул наружу, когда клинок рассек броню, и свет способности Виктора собрался вокруг него.
— Свет Правосудия! — выкрикнул Виктор.
Арбитр побледнел, когда на него обрушилась тяжесть его грехов, вечность вины и сожаления, спрессованная в одно-единственное сокрушительное мгновение. Он ахнул, его сопротивление лозам Селены ослабло, он прижал руку к груди, его душа затрепетала. На его лице появилось выражение сосредоточенности, свет начал дрожать и мерцать, по мере того как сияние его души становилось все ярче.
— Скорее! — крикнул Виктор. — Это продлится недолго. Он слишком силен!
Люк материализовался за спиной ангела с поднятым мечом, шлейф тени тянулся от его острия, проходя прямо сквозь грудь арбитра. Его проклятие, наполненное остатками его сил, вгрызлось в самое ядро души врага, вытягивая непосредственно его ману и не давая ей пробиться сквозь свет Виктора.
Гайрон и Корра, не колеблясь ни секунды, обрушили на него отчаянные атаки. Корра активировала те немногие нити маны, что скопились на его теле с помощью Крушащих Волн, а меч Гайрона оставил глубокие кровавые борозды на его груди.
Но всё зависело от Селены. Подняв руки, она погрузилась в состояние абсолютной концентрации. Сам воздух вокруг нее, казалось, замер, а мана стекалась к ее душе видимой рекой. Ее мана резко возросла глубоко черпая силу из Небесной Благодати, и вокруг один за другим начали появляться круги.
Я смотрела в благоговении, сбившись со счета, когда их число перевалило за пятьдесят. Неужели такова мощь мага девятого уровня? Я не могла призвать и половины от этого, не говоря уже о том, чтобы надеяться их контролировать. Что еще более невероятно, меньше половины из них принадлежали к магии Жизни. Казалось, она сотворяла все боевые заклинания, которые когда-либо изучала, одновременно.
Небо мерцало от их объединенного присутствия, создавая впечатление, будто над нами нависает целый океан. Арбитр забился сильнее, когда они начали действовать, обрушив на него молнии, пламя и лед. Поначалу они были низкого уровня, не в силах пробить его барьеры, но по мере того, как водоворот разрастался, воздух сгустился от высокоуровневых заклинаний, срабатывающих одно за другим. Треск статического разряда прорезал рев магии, когда его барьеры рухнули.
Селена издала тихий крик, остатки ее маны испарились в одном-единственном магическом круге восьмого уровня, начертанном на земле далеко внизу. Земля закрутилась, образуя копье из камня, трупов и обожженных деревьев. Оно поднялось, как гора, взмывая ввысь подобно черному обсидиановому шпилю Блэксенда. Если арбитр и почувствовал его приближение, то не успел отреагировать, и сужающееся в одну точку копье пронзило его грудь. Оно вышло с другой стороны в ливне золотого ихора.
Селена рухнула, ее крылья рассеялись, а глаза закрылись. Виктор вскрикнул, размахивая руками, поскольку магия, удерживавшая его в воздухе, тоже исчезла.
Серебряная полоса пересекла траекторию падения Селены, это Фейбл поймал падающую пару. Ускорившись, он метнулся к кораблю и высадил их на палубу.
Я бросилась к Селене, но Файрен схватил меня за руку.
— Что? Мне нужно помочь...
Я умолкла на полуслове, поймав его прищуренный взгляд, направленный на арбитра. Мое сердце дрогнуло.
— Он не... это не... — пролепетала я, сердце ушло в пятки. — Он не мертв?
Хватка Файрена на моей руке усилилась, пока я смотрела на это в ужасе. Тело арбитра содрогнулось, и из его груди вырвался низкий стон. Его глаза распахнулись, сияя блестящим светом, от которого у меня по коже побежали мурашки. С тошнотворным хлюпаньем его крылья вспыхнули, и он начал двигаться. Зияющая двухфутовая [0,6м] дыра в его груди забурлила золотым светом, когда он освободился от шпиля. Золотая плоть срасталась прямо на наших глазах, ужасная прореха в его доспехах медленно затягивалась, словно ее никогда и не было.
Возможно, пока он исцелялся, это был идеальный момент для удара, однако никто из нас не мог пошевелиться, застыв в шоке от его очевидного воскрешения.
Он кашлянул, выплюнув сгусток крови, и обернулся, его взгляд скользнул по всей нашей компании. — Впечатляюще, смертные. Поистине, я так давно не веселился… ну, очень давно. Я рад, что вы убедили меня понизить мой уровень до вашего. Вы даже заставили меня задуматься, не недооценил ли я вас, и если так, то это делает вас угрозой, которую я больше не могу игнорировать. Пора мне перестать сдерживаться.