Глава 933. Свет в окне
В Сердце Хейвена было тихо. Маленький фонтан, изображавший меня, тихонько журчал, подражая небольшим ручейкам Хартленда. Я сидела перед статуей, поджав ноги вбок и неосознанно повторяя её позу. Взмахом руки, призвав свой посох, я положила его себе на колени.
Прошли недели с тех пор, как я сознательно обращалась к Оракулу Вечности, но он мгновенно отозвался на мой зов. Тьма застлала взор, затягивая меня в пространство моей души. Я сосредоточилась на Эйрионе, Элиз, совете - всем, что могло бы дать мне хоть щель, чтобы взглянуть на то, что ждет впереди. Судьба ответила, сплетая звездный свет в видение.
Моргая, я огляделась и обнаружила, что стою в незнакомом внутреннем дворе. Стены здесь были тонкими и изящными - куда более декоративными, чем даже те, что защищали поместье Элленвинтер. Само здание было меньше типичных особняков и возведено из обработанного камня. Колонны снаружи поддерживали устремленные вверх арки с резными карнизами. Высокие витражные окна располагались в ароках. Они буквально светились изнутри, излучая такую ману, что воздух колыхался, словно я смотрела на всё из-под воды.
— Собор? — прошептала я, слегка наклонив голову.
Я не могла придумать, чем еще это могло быть. Ни один дворянин, достаточно богатый, чтобы позволить себе такое роскошное здание, не стал бы жить во внешнем городе и не имел бы столь маленький особняк. Стражи на дежурстве было много, но они не носили никаких узнаваемых гербов. Более того, я не могла припомнить ни одного случая, за исключением разве что сотворения заклинания девятого круга, где я чувствовала бы такую концентрацию маны. Я никогда не бывала в Соборе Сумеречного леса, так как эльфы наотрез отказывались подпускать кого-либо, связанного с демонами, к нему и близко, но это наверняка был он. Внутри этого здания просто обязан был находиться осколок. Более того, кто-то им пользовался.
Пока я бродила по двору, пытаясь сориентироваться, я приблизилась к отряду стражников у ворот достаточно близко, чтобы услышать их разговор. Сначала это казалось пустой болтовней, но вскоре я навострила уши, услышав что-то интересное.
— Черт, эти ублюдки в наши дни повсюду, — проговорил один из мужчин, кивнув в сторону улицы.
Остальные пробормотали слова согласия, и я проследила за их злобными взглядами, чтобы увидеть женщину, переходившую рынок за руку с ребенком. Она была простым человеком, одета в скромное хлопковое платье, а ее длинные каштановые волосы были повязаны платком. В ней не было ничего, что заслуживало бы насмешек или презрения, так почему же… ох. Мои глаза сузились, когда я разглядела детали. На таком расстоянии и сквозь рыночную толпу это было едва заметно, но по краю ее платка была вплетена алая нить.
— Почти половина нашей домашней стражи повелась на их ложь, — сказал другой, плюнув на землю. — Все они молодые заблудшие дураки, которые не понимают своего места в семье.
— Половина? — первый приподнял бровь. — У нас от силы процентов тридцать. Если вообще столько наберется. Всё равно слишком много, но я не слышал, чтобы всё было настолько плохо.
— Наверное, потому что ты приписан к первому поместью, а не к вассальному дому, — вмешался третий. — Не думаю, что многие рискнули бы показаться в чем-то подобном на глазах у Лорда Элленвинтера.
— И не только у вас, парни, — добавил еще один. — У нас в Доме Юйл настоящее нашествие. Полагаю, мы достаточно далекий вассал Сплитбарка, чтобы это придавало им немного смелости. Думаю, каждый второй в гарнизоне и где-то половина нашей стражи носят багровое.
Один из них застонал. — Я так и знал, что было ошибкой впускать этого ублюдка Сансингера к военным. О чем только думал командующий, ставя его во главе? Они все идиоты, раз повелись на его ложь.
Все они покачали головами, бубня о невежестве молодежи. Я повернулась, чувствуя, что больше от них ничего не узнать, как вдруг мое внимание привлекла могущественная душа. Я резко развернулась, мой хвост дернулся и замер, когда я заметила существо шестого уровня в черном плаще, бродившее по рынку. Никто из стражников, разумеется, его не заметил, но для моих глаз он выделялся, как бельмо на глазу. Его путь казался хаотичным, но каждый раз, огибая бранящегося торговца или бегущего ребенка, он оказывался всё ближе к собору.
А вот второй, и третий. Их появлялось всё больше, и у всех были скрыты и ауры, и внешность. Другие эльфы горожане начали отступать назад, возможно, чувствуя что-то неладное в воздухе. Стражники были не исключением, разговор утих, они выпрямились и настороженно огляделись.
— Что за чертовщина? — пробормотал один, нахмурившись, когда наконец заметил нечто странное. — Что это за ак-
Он поперхнулся, когда из его горла выросла стрела. Я отшатнулась от брызнувшей крови, зажав рот ладонями, чтобы подавить крик. Остальные в шоке уставились на него, после чего резко развернулись, хватаясь за мечи. Фигура в черном плаще рванулась вперед, выхватив узкий кинжал откуда-то из рукава и вогнав его в спину ближайшего стражника. Оружие без труда пробило его сияющие доспехи, войдя и выйдя почти без звука. Стражник рухнул на землю, заходясь в крике от боли и тщетно пытаясь зажать рану, в попытке остановить кровь.
— Нападение! К Восточной Стене!
Наконец, поднялась тревога, когда всё новые фигуры в черных плащах ринулись к воротам. Они продолжали выбегать из охваченной паникой толпы, словно муравьи из потревоженного гнезда. Пять, десять, двадцать… Я быстро сбилась со счета, пока они вступали в бой со стражниками, за считанные секунды вырезая мужчин второго и третьего уровней.
Я переместилась во внутренний двор. Поднятые по тревоге солдаты бегали повсюду, отступая от стен и сбиваясь в нестройные ряды. Я и не подозревала раньше, как много здесь стражи и что среди них, похоже, смешались низкоуровневые солдаты церкви. Вдобавок там присутствовал даже инквизитор шестого уровня.
Темные фигуры скользили по стенам и поднимались, раскрывая свои ауры. Другие занимали позиции на парапетах, натягивая тетивы и выбирая цели. Из всех нападавших не более пяти были слабее четвертого уровня.
— Назовите себя! — рыкнул инквизитор, выходя вперед с обнаженным мечом. — Кто, черт возьми, смеет нападать на это священное место среди бела дня?
Стрела метнулась к нему от лучника на стене, но инквизитор небрежным движением меча отбил её. Она вонзилась в землю, с силой вибрируя.
— Что ж, будь по-вашему. Убейте злоумышленников, — произнес он, указывая мечом на фигуры в черных плащах.
Стражники сплотились на его клич и ринулись вперед. Черные плащи рассредоточились, заставляя солдат рассеяться по всему двору попадая прямо под удары их лучников. Нападавших было меньше, чем защитников собора, но колоссальная разница в силе жутко напоминала то, что я наблюдала между Файреном и Люком. Даже для тех редких защитников, кто сражался с равными по силе души, воины в черных плащах устраивали настоящее унижение, демонстрируя богатейший опыт, который можно было добыть только в постоянных, смертельных боях. Стражники, большинство из которых выросли в безопасности за стенами Сумеречного леса, просто не могли с ними соперничать.
Из этой круговерти боя выделилась одинокая фигура в черной мантии, направлявшаяся к последней линии обороны, выстроившейся перед внутренними воротами собора. Его душа находилась на начальных стадиях шестого уровня, однако он сдерживал свою ауру. Инквизитор поднял меч, окутывая его в магию солнца.
— Я не позволю вам помешать ритуалу, — прорычал инквизитор.
— Ты не сможешь меня остановить, — ответил незнакомец, сбрасывая плащ.
Я ахнула, узнав эльфа. Вернее, его разноцветные глаза. Один был глубокого сапфирового цвета, другой поразительно зеленого.
— Откуда ты узнал? Никого не извещали об этом визите, — спросил инквизитор.
— Вы возомнили себя хозяевами этого города, думая, будто никто не знает о ваших шепотках, тайнах и заговорах? Вы лишь непрошеные гости, яд столь же горький, как и самый дикий демон.
— О? И кто же смеет заявлять, что бросает вызов богам?
— Ночь вашего правления окончена, разрушена Багровым Рассветом.
Эсвитт рванулся вперед, и его клинок скрестился с мечом инквизитора. Бой был коротким и жестоким, и хотя дворянин из Уайтмарша был слабее инквизитора, он с легкостью заставил того отступать. Все больше его соратников прорывались сквозь строй, присоединяясь к нему в битве за контроль над входом.
Но когда Эсвитт занес меч над инквизитором, он замер. Свет взорвался позади нас, вырвавшись из витражных окон собора, словно солнечные лучи, пробивающие грозовые тучи. Земля задрожала, пока свечение становилось всё ярче, превосходя своей слепящей силой само солнце. Моя грудь сжалась, когда я почувствовала знакомую ауру, поднимающуюся изнутри, а я отступила на шаг, изо всех сил подавляя позыв сбежать.
Один за другим черные плащи и стражники прекращали сражаться: их борьба теряла всякий смысл перед лицом этой всеподавляющей мощи. Они поворачивались, прикрывая глаза от слепящего света.
Двери распахнулись, сорванные с петель волной ауры. Она железной хваткой сковала весь внутренний двор, поставив каждого на колени. Те, кто оставался в сознании, судорожно пытались вдохнуть, их лица побледнели, а тела неконтролируемо дрожали.
Из глубины собора поднялась фигура, парящая на крыльях из чистого, полупрозрачного света. Это был мужчина в серебряных доспехах с золотой отделкой и длинным двуручным копьем, лезвие которого напоминало скорее изогнутый меч, чем традиционный наконечник. Знакомым было не его лицо, а само чувство его души и ангельский амулет, висевший на его шее. Впервые за долгое время и лишь второй раз в истории - Арбитр ступил на Энузию.