Глава 150. Глубокая ночь (6)

К этому моменту гибель Хаммелса уже не могла удовлетворить вожака.

Если им не удастся отыскать его сына, умрут все.

«Вскоре преследовать начнут и Лею, и меня».

Будет лучше выследить этого парня вот так.

Если не считать меня, оставалось трое подозреваемых.

Усач, здоровяк и мужчина с татуировкой на шее — все трое были рыцарями.

— Разве ты не рыцарь Леона?.. — спросили меня трое бакальских рыцарей.

В ответ я тяжело вздохнул с удрученным видом.

— Вообще-то, я ведь тоже родом из Бакала. Именно поэтому я поневоле оказался под подозрением.

Я бросил взгляд на Тину.

Затем подмигнул ей одним глазом.

— Я просто пытался затаиться, но раз уж мой рыцарский орден упомянул об этом, мне пришлось выйти...

Мужчины уставились на мои слезящиеся глаза.

Сами того не заметив, они прониклись сочувствием.

— Должно быть, ты тоже чувствуешь себя обиженным...

Усач посмотрел на меня с особой жалостью.

— Что ж... как бы то ни было, это значит, что кто-то из нас — сын Хаммелса...

Здоровяк быстро сориентировался в суровой реальности.

— Это не я. Я вообще впервые вижу старейшину.

Мужчина с змеиной татуировкой на шее яростно открещивался от обвинений.

— И не я тоже.

Усач ответил тем же.

Каждый из них клялся, что он вовсе не сын Хаммелса.

«Значит, один из этих подонков прячется среди нас...»

— Даже если кто-то из нас и есть он, неужели этот ублюдок действительно раскроет себя?

— Должен, иначе он погубит всех нас, а не только себя, — нахмурившись, произнес здоровяк.

Я ответил спокойно:

— Если он объявится, выжить смогут все.

После моих слов все четверо замолчали.

— ...

В удушливой тишине мы, подозреваемые, стояли посреди двора и молча таращились друг на друга.

— А что, если среди нас вообще нет никакого сына Хаммелса? — небрежно бросил я, чтобы собрать подсказки.

— Но Волк-старейшина точно говорил, что он здесь.

— Верно, да и сам Хаммелс перед смертью орал об этом, — наперебой возразили трое рыцарей.

— Старейшина вполне мог соврать, чтобы утащить нас за собой, — серьезно заявил я.

— В этом есть смысл.

Один за другим они начали кивать.

— Стал бы такой хвастливый старик вообще скрывать существование собственного сына?

— И то верно, иначе откуда принцессе было знать про черный кристалл.

Так мы предварительно пришли к выводу, что сына Хаммелса среди нас нет.

— Но если его и вправду нет, что нам теперь делать? — медленно завел я разговор.

Клюнув на приманку, мужчины согласились:

— Выхода нет. Придется идти к Волку-старейшине и сказать ему, что у Хаммелса не было сына.

Воодушевленный их словами, я поднялся с места.

И смело предложил:

— Тогда я попытаюсь поговорить с ним первым.

Мужчины подозрительно уставились на меня, когда я вызвался добровольцем.

Однако, не имея храбрости пойти самим, они вскоре сжали губы.

— Я сирота, так что к диким местам не привыкать. Если позволите, я разведаю обстановку.

— Верно, ты ведь сегодня расчистил тропинку для белок, — кивнул усач.

— Но сирота? Выглядишь ты довольно утонченно, — подозрительно оглядел меня здоровяк.

Я показал им шрам на лбу и ножевые отметины на предплечье.

— С виду я такой, но через многое прошел.

— А...

Парни наконец поверили.

— Ну что ж, оставляем это на тебя...

Трое рыцарей мрачно наблюдали, как я направляюсь к Волку-старейшине.

Но...

— ...!!

Оборотни выпустили передние когти, пытаясь срубить меня на месте.

Я в испуге отпрыгнул назад.

— Сын Хаммелса, прятаться и сопротивляться бесполезно, — сурово предупредил вожак.

— Я точно знаю, что ты здесь... И даже не думай бежать.

Волк растопырил когти, показывая пальцами цифру два.

— У тебя всего два пути.

От его когтей повеяло мощным фиолетовым разрядом.

— Объявится сын Хаммелса — умрет только он. Нет — умрут все.

Схватившись за испуганно бьющуюся грудь, я вернулся к рыцарям.

Мужчины с тревожным видом посмотрели на меня снизу вверх.

— Ты в порядке?..

Я тяжело вздохнул и ответил:

— Бесполезно... Судя по всему, его сыну действительно придется выйти вперед...

Рыцари снова онемели.

— У нас нет выбора.

Здоровяк, больше не в силах выносить это, подал голос.

Он поднял палец и заявил:

— Есть только один выход.

Мы все уставились на него.

Сверкающий черными глазами мужчина в легкой рубашке произнес:

— Если сына Хаммелса нет... нам придется создать его самим и выдать им.

— То есть... пожертвовать невиновным?.. — многозначительно переспросил я.

— А какой у нас выбор? Мы поговорим с принцессой, и пусть ему хотя бы присвоят звание героя, — холодно бросил крепкий мужчина.

— Зато его семья будет жить в достатке.

— Ха, какой бред. Ты что, сам преступник? Пытаешься таким макаром повысить свои шансы на выживание? — нахмурившись, возмутился я.

— Ты и впрямь не понимаешь? — твердо заявил здоровяк.

— Неважно, кто именно сын Хаммелса. Главное, что он никогда не объявится сам!

По мере того как его голос становился громче, Тина бросала на меня обеспокоенные взгляды.

Я выдавил улыбку, чтобы успокоить ее.

— В конце концов, сын он или нет, кто-то должен умереть, — прямо подытожил я обстановку.

— Значит, нам нужно выбрать жертву, чтобы умиротворить этих волков.

Трое бакальских рыцарей посмотрели на распростертый на земле труп старика.

На ровный срез его шеи.

С него капала черная кровь.

— Я не могу...!!

— Может, устроить голосование среди всего конвоя? — шептались мужчины, глядя на остывающий труп Хаммелса.

— Разве это сработает? Если мы кого-то принудим, обман тут же вскроется, — жестко возразил я.

— Кто-то должен добровольно сыграть эту роль.

Я подводил их к ситуации, где кто-то должен был принести себя в жертву.

— Это бред...

— Я правда не смогу...

Все вокруг тряслись от страха.

Они хватались за головы, впадая в отчаяние.

— ...

Оценив их состояние, я на мгновение умолк.

Затем тихо поднялся с места и произнес:

— Тогда это сделаю я.

Предложение выйти вперед.

Заявление о готовности стать жертвой.

При этих словах внимание рыцарей приковалось ко мне.

— Я все равно родился сиротой.

Я прищурил свои лисьи глаза, глядя на них.

И с гордостью изрек:

— Так что я спасу всех вас и получу звание героя.

— ...

Рыцари крепко сжали губы.

Похоже, останавливать меня они больше не собирались.

— Вейл...

Но Тина вела себя иначе.

Издалека она тревожно смотрела на меня, решившего пожертвовать собой ради остальных.

— ...

Лея тоже.

Хоть она и прислонилась к дереву со скрещенными руками, вид у нее был расслабленный...

Но ее взгляд неуловимо дрожал.

— Большое тебе спасибо... Я позабочусь о том, чтобы весть о твоем вкладе разнеслась по всему Бакалу...! — Рыцари выразили благодарность с надеждой во взорах.

Однако перед этим я выдвинул условие:

— Но у меня есть одно условие.

Стоило мне принять серьезный вид, как рыцари тяжело сглотнули.

— Какое?..

— Ничего особенного. Просто «честно» ответьте на один простой вопрос.

Мужчины скривились от неудовольствия.

Но вскоре кивнули:

— Ладно, спрашивай что угодно... Мы тоже ответим искренне.

— ...

Других вариантов у них сейчас все равно не было.

— Отлично, тогда я спрашиваю.

Я скрестил руки на груди.

— Среди вас действительно нет сына старейшины? Даже если он есть, жертвой все равно буду я, — твердо спросил я рыцарей.

— Так что, если кто-то из вас его сын, смело признавайтесь. Неужели никого?

— ...

Мужчины переглянулись.

Затем медленно заговорили:

— Не я.

— И не я.

— Как я уже говорил, я впервые вижу лицо старейшины.

Я по очереди окинул взглядом лицо каждого рыцаря.

После чего тронул уголки губ легкой улыбкой.

— Понятно. Похоже, его здесь и вправду нет.

Я поднялся с места.

И спокойно направился к Волку-старейшине.

— Волк-старейшина...!!

От моего зычного крика все волки уставились на меня.

— Я — сын Хаммелса!

При появлении сына проклятого Черного старейшины красные глаза волков сверкнули.

— Наконец-то ты явился. Кусок дерьма, который даже глазом не моргнул, когда погиб его отец, — поднялся со своего места старый волк.

Затем он приказал подчиненным притащить меня к нему.

— Кхм...!!

Меня швырнули к ногам оборотня.

От его ошеломляющего присутствия меня прошиб холодный пот.

«И впрямь... Мощный старик».

Столетний оборотень.

От его тела исходила мощнейшая мана.

«Если потеряю бдительность, придется задействовать Великую ауру».

— По крайней мере, у тебя есть совесть, раз ты не хочешь убивать всех тридцать человек.

— И что вы со мной сделаете? — спокойно спросил я, глядя ему в лицо. Вожак холодно ответил:

— Разумеется, убью.

— Я распорю тебе брюхо живьем и вырву сердце. А потом заставлю сожрать его, выжав все соки.

От жестоких слов вожака Тина прикрыла рот ладонью.

Ее сапфирово-синие глаза затрепетали.

— Из-за меня...

Но я, главный виновник, особо не отреагировал.

Лишь неспешно ответил помрачневшим оборотням:

— Из-за меня у вас будет много хлопот.

— Ты, продавший собственного отца из страха смерти, теперь волнуешься за нас? — оскалил острые зубы Волк-старейшина.

Однако вскоре его челюсть резко замерла.

— Великий вожак, есть способ гораздо проще, — стоя лицом к лицу со смертью, неожиданно предложил я.

— Убийство меня не вернет вашего погибшего сына. К тому же мой отец, корень всех бед, уже мертв, так что это лишь выплескивание злости.

Я пожал плечами.

И, окинув Волка-старейшину обеспокоенным взглядом, добавил:

— К тому же, если вы убьете меня, но отпустите остальных свидетелей, моя семья отправит карательный отряд.

Я повернулся лицом к бакальским рыцарям.

Указав на них, я произнес:

— Тогда сюда заявятся бойцы куда сильнее этих элитных солдат. Помимо сына, вы потеряете ценных подчиненных.

— Ты... смеешь угрожать нашему клану?

Легендарные чудовища нахмурились.

Вид у них был такой, будто они готовы разорвать меня на куски прямо здесь и сейчас.

— Угрожать? Я говорю это из заботы о вас. Судя по характеру моего отца, члены моей семьи — те еще отморозки.

Я попытался скорчить зловещую гримасу, точь-в-точь как покойный Хаммелс.

В этот момент мои узкие глаза пришлись как нельзя кстати.

— Так почему бы вам не отпустить меня, чтобы я вернул черный кристалл с душой вашего сына?

— Ты знаешь, где находится кристалл с душой моего сына?..

Старый волк загорелся возможностью вернуть душу чада.

— Да, в Бакале. Если отпустите меня, я верну не только черный кристалл, но и тело, которое хранится там же.

И черный кристалл, и тело.

Пусть оживить сына уже не получится, но эти условия позволяли устроить ему достойные похороны.

— Разве я не должен остаться в живых, чтобы все уладить? — широко улыбаясь, обратился я к старому волку.

— ...

Рыцари ошеломленно уставились на меня, пока я плел эту ложь.

— Кто этот парень? Как он смеет вести себя так дерзко...?!

— Неужели он и вправду сможет выбить нам свободу одним лишь трупом?..

Мужчины тяжело сглотнули, глядя на меня.

Но они упускали из виду одну деталь.

Оборотни так взъелись на Хаммелса именно из-за тела его сына.

Они верили, что умершего необходимо проводить в последний путь, дабы встретиться с ним в следующей жизни.

Так что сейчас тело было весомым козырем в переговорах.

— ...

Как и ожидалось, Волк-старейшина схватился за лоб.

И на миг погрузился в раздумья.

— Вожак, это безумное предложение...!!

— Верно, давайте просто прикончим его и сами отправимся в Бакал за телом...!!

Волк-старейшина покачал головой на отчаянные уговоры подчиненных.

— Нет, если я потеряю еще и тебя...

Чтобы помочь размышляющему волку принять решение, я добавил:

— Чтобы искупить грехи никчемного отца, я разобью и черный кристалл. И соберу всю кровь, что в нем содержится.

— ...

Волк-старейшина тяжело выдохнул.

Бросив на меня взгляд, он спросил:

— Ладно, допустим, я отпускаю тебя. Тогда...

Волк протянул огромную лапу и указал на принцессу Тину с конвоем:

— Что ты сделаешь со свидетелями твоего позора?

В глазах старого волка вспыхнуло алое сияние, похожее на закатное солнце.

Словно он пытался пронзить взглядом мои истинные намерения.

— Ну, разумеется...

В ответ я прищурился по-лисьи.

И, улыбаясь глазами, ответил:

— Мне придется перебить их всех.

――――――.

От моего холодного заявления конвой пришел в ужас.

Даже Лея, до этого сохранявшая спокойствие, приоткрыла рот.

— Допустим, все они вернутся живыми. Тогда, вместо того чтобы вернуть тело вашего сына, меня тут же арестуют.

Я холодно и серьезно посмотрел на принцессу Тину.

— Даже если мне позволят забрать его, меня казнят после. Тогда возвращаться живым нет никакого смысла.

Я сложил руки вместе.

И с хитрой улыбкой обратился к волку:

— Так что мне нужно заставить всех замолчать, чтобы выжить и устроить вашему сыну похороны, верно?..

— ...

Волк-старейшина на мгновение онемел от моего безумного предложения.

Оборотни, еще недавно требовавшие моей смерти, тоже замерли.

До них наконец дошло, почему я не объявлялся, пока отец был жив.

— Если я нарушу обещание, вожак сможет прийти в замок и раскрыть правду. Вы ничего не теряете.

— И то верно...

Волки закивали.

В конце концов, их первоначальной целью было убить бакальскую принцессу, чтобы отомстить императору.

Так что перебить всех присутствующих, включая Тину, ничем не отличалось от их изначального плана.

— Да, теперь я чувствую твою искренность...

— Если ты действительно собираешься сдержать слово, тебе придется принять на себя такую долю зла.

Волк-старейшина посмотрел на принцессу и старейшин.

Оскалив острые клыки, он произнес:

— Предложи ты освободить заложников, я бы прикончил тебя на месте, решив, что это трюк ради спасения остальных.

— Я ведь даже глазом не моргнул, когда погиб мой отец.

Я встал рядом с Волком-старейшиной.

И сузил черные зрачки, глядя на них волком.

— Ублюдок...!!

— Как человек может переходить на сторону монстров?!

— Простите, принцесса.

Волк-старейшина поднял руку.

И отдал приказ подчиненным:

— Тело моего сына для меня важнее вашей никчемной жизни.

Перебить всех людей здесь, кроме меня.

Оборотни окружили заложников.

Окутав когти золотой аурой, они медленно двинулись вперед.

С намерением прикончить каждого.

— В-Вейл...

Синие глаза Тины задрожали.

— Принцесса, прячьтесь за нами...!!

Лишившиеся оружия рыцари в спешке сплотились вокруг Тины.

Они попытались встать преградой перед оборотнями, глядя на них глазами, полными страха.

Однако нашелся один человек.

Тот, кто защищал не принцессу, а сверлил яростным взглядом только меня.

Тот самый усач.

— С-погодите...!!

Он вскочил со своего места, будто приняв какое-то решение.

— Вы все заблуждаетесь...!! — отчаянно завопил он волкам:

— Этот парень вовсе не сын старейшины, все это ложь!

— Не он? Что это значит? — сверкнув алыми глазами, спросил Волк-старейшина.

— Этот человек вообще не из Бакала! Я точно встретил его впервые в Леоне!

Задыхаясь, усач подбежал к Волку-старейшине.

— Как я и говорил, я родом из Бакала. Мой отец Хаммелс просто отправил меня в Леон на обучение рыцарскому ремеслу, — бросил я вожаку, призывая не поддаваться на обман.

— Нет, черт возьми, абсолютно точно нет!!

— Почему это «абсолютно точно нет»? Какова твоя причина? — холодно поинтересовался Волк-старейшина.

Стоявший перед вожаком рыцарь прижал руку к груди.

— Потому что...! Настоящий сын Хаммелс — это я!!

От шокирующего заявления этого человека все оборотни замерли.

Все люди тоже разом уставились на него.

«Наконец-то попался».