Глава 76. Лиам (1).

В комнате уже сгущались сумерки.

Одна из бесчисленных кают воздушного корабля. Лиам сидел на краю кровати один и смотрел в полупрозрачное окно перед собой.

『Условия выполнены. «Особый навык» разблокирован.』

Лицо у него оставалось пустым.

А память, наоборот, ожила.

Сама вытащила наружу то, что причиняло такую боль, что хотелось выскрести воспоминание из головы. И всё же в нём было тепло.

* * *

На воздушном корабле нашлось всё необходимое даже для тренировок. Почти весь день Лиам потратил на развитие навыков и только вечером добрался до комнаты, где условился встретиться со своей группой.

Каюта принадлежала Никелле, призывательнице духов.

Стоило открыть дверь, как его встретили без церемоний.

— Ну наконец-то. Где тебя, блядь, носило? Можно было и пораньше притащиться.

— Лукайэль! Я же просила не разговаривать так с людьми!

Хэриана тут же повернулась к Лиаму.

— Прости его. Ты, наверное, уже привык, но всё равно... Он не со зла. Просто до сих пор не научился нормально общаться.

— Хэриана, — отозвался Лукайэль, — ты иногда ведёшь себя как моя мамаша. С самого детства. Дрянная привычка, между прочим.

Она помолчала.

— Лукайэль... Как хорошо, что ты хотя бы понимаешь, насколько это ужасная привычка.

— Эй.

Оба приехали из Союза Дарек, где большую часть населения составляли представители иных разумных рас. У Лукайэля были волчьи уши и хвост, острые клыки и когти. Недавно именно он сцепился с Эмили. Хэриану легко было узнать по жёлтому цветку в форме звезды у уха.

Они выросли вместе. И с тех пор Хэриана регулярно тушила пожары, которые Лукайэль разводил собственным языком.

— Лиам уже пришёл, — вмешалась Офелия. — Может, хватит? Мы собрались не ради ваших семейных разборок.

Рабан Кароль Офелия происходила из далёкого Королевства Рабан. Оттуда же был Тигрес — тот самый дворянин, который оскорбил Алисию, проиграл рейтинговый бой и после поражения покинул Академию.

Когда все наконец угомонились, Офелия сразу перешла к делу.

— Ты хотел обсудить завтрашний итоговый экзамен?

— Да. Но сначала... Никелла, спасибо за комнату. Здесь хотя бы можно спокойно поговорить.

— Н-не за что... Я ведь тоже в твоей группе. Иногда хочется хоть чем-нибудь быть полезной.

Она говорила, глядя в пол. Если бы Лиам задержал на ней взгляд ещё немного, Никелла наверняка натянула бы капюшон до самого носа и спряталась.

— Ты и так всегда полезна.

— С-спасибо... Это приятно.

Она едва заметно улыбнулась.

Несколько дней назад Лиам уже пытался отдельно уговорить её отказаться от экзамена. Никелла боялась альтифов, но заявила, что всё равно пойдёт. Она обещала не мешать и почти со слезами просила позволить ей остаться с группой.

Запретить он не мог. Лиам был командиром пятёрки, а не хозяином чужих решений. Если товарищи уже выбрали путь, его обязанность — сделать этот путь хотя бы безопаснее.

Сам он предпочёл бы оставить Никеллу подальше от гнезда. Но рядом будут остальные. Рядом будет он. Значит, справятся.

Наверное.

Варган уже менял сюжет оригинала под себя и в последнее время делал это всё смелее. Лиам видел результат. До сих пор он сам осторожничал, боясь последствий каждого лишнего шага. Теперь понял, что одной осторожностью никого не спасти.

Ни Алисию — главную героиню оригинала.

Ни тех детей, которые придут в Академию после них.

— Завтра я собираюсь уничтожить гнездо.

В комнате стало тихо.

Лукайэль первым нарушил молчание.

— Ты, оказывается, совсем ебанулся. А я-то думал, чего ты последние дни ходишь с таким серьёзным хлебалом.

— Лукайэль, пожалуйста... — Хэриана сама побледнела. — Лиам, ты говоришь не об учебном алтаре? Ты хочешь добраться до настоящего и разбить ядро?

Офелия не стала ни возмущаться, ни спорить.

— Объясни, зачем.

— Мы слишком рано встречаемся с альтифами по-настоящему.

Про Алисию Лиам промолчал. Для остальных это был бы плохой аргумент.

Он говорил о том, что знал наверняка. В оригинале Никелла после этого экзамена ломалась от страха и уходила из Академии. Многие студенты получали тяжёлые травмы. Некоторым шрамы оставались на всю жизнь.

Да, Академия готовила будущих героев. Но испытание должно приходить тогда, когда человек способен его выдержать. А здесь первокурсников, которые ещё толком не научились летать, просто сталкивали с обрыва.

Этот экзамен следовало либо перенести на потом, либо отменить совсем.

Лиам сам не замечал, насколько на него повлиял Варган. Прежний Лиам выбрал бы безопасную дорогу и постарался бы ничего не ломать. Нынешний уже искал способ свернуть с рельсов.

Лукайэль ковырнул пальцем в ухе и скривился.

— Тогда слушай сюда. Этот экзамен проводят не первый десяток лет. Мне плевать на священные традиции, но все старшие курсы через это прошли. Ты предлагаешь нам одним забиться в угол и трястись как трусливые щенки?

Клыки показались из-под губы.

Лиам не спорил.

— У меня есть ещё кое-что.

Он достал из-за пазухи свёрнутый лист. Когда бумагу развернули, почти вся поверхность оказалась исписана мелким почерком.

— Вот прошлогодний экзамен. Погибших не было, зато двенадцать человек получили тяжёлые ранения. Трое после этого отказались от пути героя.

Дальше шли более старые записи. Год за годом. В одном случае число пострадавших перевалило за несколько десятков, двое студентов умерли.

— Я переписал всё из архивов Академии. Эти книги многократно проверяют перед тем, как оставить в библиотеке.

Даже официальные цифры могли быть приглажены. Но и приглаженные выглядели достаточно мерзко.

Лукайэль перестал ухмыляться и нервно поскрёб затылок.

— Подожди. Тогда какого хрена ты не пошёл с этим наверх? С такими данными можно было попытаться отменить экзамен без твоего идиотского теракта.

— Нельзя.

Каждый год кто-то предлагал заменить практику в гнезде другим испытанием. И каждый год большинство голосовало против. Так продолжалось больше пятнадцати лет.

Академия казалась современнее многих государств этого мира, но застоявшаяся система остаётся застоявшейся системой. Слишком многие профессора и чиновники считали традицию достаточной причиной продолжать.

Если Лиам сначала официально потребует отмены экзамена, получит отказ, а потом уничтожит гнездо, никто не поверит ни в случайность, ни в ошибку.

— Поэтому придётся сделать вид, будто всё вышло из-за недоразумения. Да, способ крайний. Другого я не вижу.

Он начинал этот план ради Алисии и Никеллы. Чем больше копался в старых отчётах, тем меньше оставалось личного мотива и тем больше — отвращения к самому экзамену.

Лукайэль долго смотрел ему в глаза. Звериное чутьё будто проверяло то, чего нельзя услышать в словах.

— Ты всерьёз.

— Да. И понимаю, что после этого меня будут поливать дерьмом.

План был прост только на словах. После старта группа дойдёт до нужной развилки. Там Лиам уйдёт к настоящему алтарю, а остальные продолжат маршрут. Он рассказал им заранее, потому что его исчезновение всё равно ударит по товарищам. По крайней мере, они не станут терять время на поиски и не полезут из-за него в ещё большую опасность.

— Один, значит, решил красиво героем побыть, — буркнул Лукайэль.

Он плюхнулся на стул, закинул ногу на ногу и больше не возражал.

— Ты точно найдёшь алтарь? — спросила Хэриана. — Его же специально спрятали.

— Найду. Для этого я подготовился. От вас нужно только сделать вид, что ничего не знаете. Пожалуйста.

В оригинале расположение настоящего алтаря было описано достаточно подробно. Лиам несколько раз восстановил маршрут по памяти и даже зарисовал его. Если внутренности гнезда не перестроили, заблудиться он не должен.

Кто-то потянул его за рукав.

Никелла.

— Я пойду с тобой.

— Нет.

— Я хочу помочь.

— Никелла, это моя самодеятельность. Вы и так рискуете из-за того, что состоите со мной в одной группе. Втягивать тебя ещё глубже я не стану.

Пальцы на его рукаве сжались сильнее.

И впервые Никелла не отвела глаз.

— Я. Хочу. Тебе. Помочь.

Рука у неё дрожала. Не от нерешительности — от того, сколько сил стоило ей не отступить.

— Я тоже пойду, — сказала Офелия. — Я дворянка и прекрасно вижу, сколько ты тащил на себе как командир. Сделать вид, будто это меня не касается, было бы подло.

— Тогда и я... — начала Хэриана. — Мне страшно, но я считаю, что ты прав.

— Да вы все мозги мышцами заменили? — рявкнул Лукайэль. — Он предлагает натуральную хуйню, а вы строем за ним!

— Лукайэль прав в одном, — сказал Лиам. — Никто не обязан идти со мной. Мне достаточно, чтобы вы промолчали.

— Я всё ещё против. И Хэриана с вами не пойдёт.

— С чего это ты за меня решаешь?!

— С того.

Под столом Лукайэль взял её за руку. Хэриана пыталась держаться, но пальцы у неё были ледяными.

— Ты сама дрожишь. Кого ты собралась спасать в таком состоянии?

— Но всё равно...

Лукайэль перевёл взгляд на Лиама.

— Давай без красивых речей. Мы твоя группа. Тебе от нас нужно, чтобы мы держали рот на замке. Так?

— Так.

— Этого достаточно?

— Более чем. Я не хочу вешать на вас ещё и остальное.

Лукайэль мягко потянул Хэриану к себе, заставив посмотреть ему в лицо. Она мучительно колебалась.

Никелла взяла её за свободную руку.

— Лиама защитим мы с Офелией.

Хэриана молчала.

— А вы с Лукайэлем помогите по-другому. Просто никому не говорите.

Никелла улыбнулась. В её улыбке не было ни упрёка, ни жалости.

Хэриана опустила голову и тихо попросила прощения. Никелла вместо ответа обняла её.

Прошло ещё немного времени. Решения были приняты, и никто уже не собирался их менять.

Лиам посмотрел на каждого.

Они знали друг друга немногим больше трёх месяцев. Смешной срок. Но, если не считать Эмили, знакомой ему с самого начала, именно эти четверо стали первыми людьми, с которыми он здесь по-настоящему сблизился.

Друзьями.

Товарищами.

— Спасибо вам.

Он сказал это без всякой красивости. Так, как чувствовал.

* * *

Др-р-р-р...

В тишине комнаты особенно ясно слышалась мелкая дрожь корпуса воздушного корабля.

Тёплое воспоминание кончилось.

То, что секунду назад напоминало сладкую вату, стало лезвием гильотины.

Сердце заболело так, будто его сдавили рукой.

Лиам попытался схватиться за грудь, но пальцы были туго перебинтованы и почти не сгибались.

— Лукайэль... Хэриана... Офелия...

Голос сорвался.

Он не имел права произносить их имена. Не после того, что сделал. Не после того, к чему привёл их своей уверенностью.

И всё-таки произнёс последнее.

— Никелла...

По щеке медленно сползла слеза. В ней отражалось только окно навыка.

『Условия выполнены. «Особый навык» разблокирован.』

Лиаму стало нечем дышать. Сердце колотилось слишком быстро, кровь пульсировала в висках.

Вернуть бы.

Хотя бы раз.

Вернуться к тому вечеру, вломиться в комнату и избить прежнего себя до полусмерти, лишь бы этот самодовольный идиот не открыл рот со своим планом.

«Это же роман. Мир из книги. Раз страницы можно было перелистывать назад там — почему нельзя здесь? Неужели нет навыка? Ни одной чёртовой возможности? Ничего?..»

Грохот!

Лиам смахнул со столика всё, до чего дотянулся. По полу разлетелись медицинские инструменты.

Вот что это была за комната.

Палата на воздушном корабле, который возвращался в Академию после проваленного итогового экзамена.

Лиам лежал весь в бинтах и плакал до крови в глазах. Снова и снова проживал решения, принятые несколько дней назад.

— Простите... Простите меня...!

За окном уже стояла ночь. Свет снаружи бросал на стену его тень — почему-то почти чёрную, гораздо темнее, чем она бывала под полуденным солнцем.

— А-а-а-а-а-а!.. А-а-а!..

В этой комнате плач не возвращался эхом. Он просто тянулся, пока хватало дыхания.

Все началось на итоговом экзамене первого семестра.