Глава 73. Брам (1).

Брутемберг был огромным городом даже по меркам Империи Троа. Официально здесь жили больше двухсот восьмидесяти тысяч человек, а сколько приезжих проходило через столицу ежедневно, не считал никто. Купцы везли товары со всего мира, служители Церкви Иггдрасиля приезжали по поручениям, охотники уходили в подземелья за магическими зверями и возвращались с добычей.

Особенно людной была улица гильдий. Здесь располагались штаб-квартиры организаций, известных далеко за пределами Троа.

В последнее время всё чаще говорили об одной новой гильдии.

Гильдия росла, вербовала талантливых людей в самых разных землях и после каждой удачной экспедиции становилась заметнее. Руководил ею Брам — человек, безусловно преданный Варгану.

Сейчас он отложил дела ради разговора с хозяином. Варган учился в Академии, поэтому разговаривать приходилось через кристалл.

Из шара донёсся голос, чуть искажённый помехами.

— Значит, погибла примерно пятая часть обитателей того подземелья. Жаль, но этого следовало ожидать.

— Это моя ошибка. Я не сумел удержать ситуацию.

— Нет, Брам. Ты справился. Среди магических зверей неизбежно находятся те, кто не подчиняется приказам. Потерять всего пятую часть — скорее повод тебя похвалить.

Брам опустился на колено перед кристаллом, будто Варган действительно стоял в комнате.

— Имя гильдии уже достаточно известно, чтобы обходиться без поддержки дома Шугенхарц. За хозяйственную часть я тоже спокоен: Калос не настолько глуп, чтобы нас предать.

Именно ради этого Варган и создал гильдию — собирать таланты, которых не найти среди студентов Академии.

Калос был одним из первых людей, которых Варган привлёк в гильдию. Он точно считал прибыль, быстро понимал, на чём можно заработать, и вёл всю хозяйственную часть. Варган знал сюжет оригинала и мог заранее выбирать выгодные направления; Брам, владевший почти любым оружием и умевший вести людей за собой, превращал это знание в силу. При таком сочетании путь к вершине гильдейского мира не должен был занять много времени.

— Среди добытых реликвий было копьё I ранга. Забери его себе.

В кристалле Варган улыбнулся.

— Копьё требовательное к владельцу. Тебе как раз подойдёт.

Брам не стал ни отказываться, ни изображать смущение.

— Реликвию, дарованную хозяином, буду считать частью собственного тела.

Из всех людей именно ему Варган доверял по-настоящему. Брам не оставлял без внимания ни одного слова Варгана и не позволял себе фамильярности.

— Проверять, насколько ты стал сильнее, не стану. В твоём случае такой вопрос был бы почти оскорбителен. На сегодня всё.

Для Варгана, любившего давить положением и происхождением, такая деликатность была редкостью.

— Жду следующего доклада.

— Будет исполнено, хозяин.

Связь погасла. Брам ещё некоторое время оставался на одном колене и лишь потом поднялся.

Почти сразу постучали.

— А, ты с господином Варганом говорил?

— Что случилось?

Вошёл мужчина в круглых очках. Это был Калос — единственный в гильдии, кроме Брама, кто знал, чья воля на самом деле стоит за организацией. Он по привычке поправил оправу.

— После последнего похода о нас заговорили не только в Брутемберге, но и в городах вокруг столицы. Самое время закрепить успех. Есть один вариант.

— Понадоблюсь я.

— Именно. Если толпа рядовых охотников полезет разбираться, это одно. А если глава гильдии лично выступит за справедливость — совсем другая реклама.

Брам уже потянулся к привычному мечу, но передумал. Отличный случай испытать копьё I ранга.

— Недавно появилась новая гильдия охотников, — продолжил Калос. — Только гильдия там для вывески. На деле торгуют всем, чем нельзя: наркотиками, людьми, магическими зверями. Вот адрес.

Брам пробежал глазами карту и кивнул.

Их организация не заменяла городскую стражу, но время от времени сама бралась за дела, которые считала вредными для общества. Польза была двойная: меньше грязи на улицах, лучше репутация.

— Только не устраивай бойню на глазах у прохожих, ладно? Имидж тоже чего-то стоит.

— Я помню.

Брам разогнал ауру по телу и размял мышцы.

Он вышел за дверь.

В столице его всё чаще называли Брутембергским Богом Войны. Не без причины: за долгие годы Брам отточил владение почти всеми видами оружия до уровня, недоступного обычному воину.

* * *

После разговора с Брамом я ещё два часа тренировался и только потом вышел из общежития.

День давно сменился ночью. Луна почти целиком спряталась за облаками.

По дороге мне попалась знакомая рыжая голова. Эмили орала на мужчину с волчьими чертами так, будто собиралась перегрызть ему горло. Рядом стояли Лиам и остальные члены его группы.

— И что мне делать с вонючей псиной? Шерсть тебе, что ли, всю повыдёргивать?

— Лиам, можно я уже врежу твоей подружке детства? Правда, могу случайно убить эту суку.

Любопытно.

Оборотня звали Лукайэль. В оригинале он входил в группу Варгана и постоянно сцеплялся с Эмили, иногда — с Лиамом. Теперь он оказался в одной группе с Лиамом, и я было решил, что конфликтов станет меньше. Ничего подобного. Видимо, дело всегда было прежде всего в характерах.

— П-пожалуйста, хватит... Не надо драться...

Девушка в капюшоне попыталась встать между ними.

— Отойди, Никелла. Я сегодня этой рыжей суке все волосы повыдёргиваю.

Лукайэль оттолкнул её, и тут уже вмешались Лиам с двумя девушками. Но меня заинтересовала именно Никелла.

Призывательница духов. Последняя из героинь Лиама после Алисии, Эмили и Франчески.

«И как к этому ублюдку вообще столько женщин липнет?»

Никелла была робкой, но при необходимости действовала куда смелее, чем от неё ожидали. Она сама тянулась помочь Лиаму и не боялась первой говорить о чувствах. Поэтому в оригинале Эмили считала её самой опасной соперницей.

Алисия на этом фоне выглядела почти комично: формально главная героиня, сильнейший союзник протагониста — и при этом в любовной линии её постоянно оттесняли остальные.

— Оба успокойтесь! — Лиам наконец вклинился между спорщиками. — Эмили, давай отойдём и поговорим? Мы давно вдвоём нормально не общались.

Эмили перевела сердитый взгляд с Никеллы на него.

— Не сегодня. Я тренировку не закончила.

Вот это уже действительно удивительно.

Раньше ради возможности побыть с Лиамом она бы подскочила среди ночи и ещё успела привести себя в порядок. Теперь отказалась сама.

То ли сказалось соперничество с Финном, то ли ответственность за свой Побег. В любом случае Эмили в последнее время тренировалась заметно дольше и жёстче.

— А... понял. Тогда ладно, — растерянно сказал Лиам.

Больше я не задерживался. Я не прятался и не подслушивал — просто остановился на несколько секунд по пути. Забавно, но пользы для меня никакой.

На миг вспомнилось недавнее предложение Лиама. Я тут же выбросил его из головы. Этот идиот всё ещё рассуждал о мире как ребёнок.

Дальше дорога вела к старому кургану на окраине территории Академии. Чем ближе я подходил, тем меньше становилось света.

В огромной насыпи была врезана старая железная дверь.

Скрип.

Она должна была быть заперта.

В темноте сразу блеснули золотые волосы.

— Быстро ты.

— Остальные дела закончились раньше, чем я ожидал.

Франческа ждала меня уже здесь и встретила привычно холодным взглядом.

Некромант, которой во втором семестре предстояло устроить на фестивале большой переполох.

* * *

— Фух! Вот это я понимаю — жизнь!

Тем временем в таверне для сотрудников Академии Паула с Луизой методично уничтожали запасы пива.

На столе стояли только огромные стеклянные кружки — каждая чуть ли не с человеческую голову. Из еды хозяин по собственной инициативе принёс горсть орехов: видимо, ему было страшно смотреть, как две преподавательницы пьют совсем без закуски.

Паула допила очередную кружку и с грохотом поставила её на стол.

— Как вообще жить без выпивки? Смешно вспомнить: в молодости я от одного запаха алкоголя нос воротила.

Она явно ждала реакции.

Луиза фыркнула.

— Да не пизди. На первом курсе ты у меня в комнате нажиралась так, что потом занятия пропускала. И не один раз.

— Я? Серьёзно?

— Серьёзно, блядь.

— А-а, точно! Вспомнила. Значит, не в молодости, а в детстве не любила. Или тоже любила? Да какая теперь разница!

Паула уже заметно захмелела и стала вдвое шумнее обычного. Луиза, давно знакомая с этим состоянием, молча отпила из своей кружки.

— Эй, чего одна? Вместе пить надо!

Ещё некоторое время они смеялись, спорили и чокались. Потом шум сам собой улёгся.

Паула покрутила кружку в руках.

— Хорошо бы итоговый экзамен хоть в этот раз прошёл без несчастных случаев.

Сказано было почти невзначай, но Луиза сразу посерьёзнела. Она сделала большой глоток.

Пиво вдруг стало чуть горше.

— Я ведь правда не понимаю, зачем нам настолько опасный экзамен, — продолжила Паула. — Что в этой традиции такого святого? Она важнее детских жизней? Да и травм каждый год хватает. Может, послать всё к чёрту и снова потребовать отмены?

— Не начинай. Ещё одну дисциплинарку схлопочешь. В следующий раз одним урезанием жалованья не отделаешься.

— Сука... Тоже верно.

Паула сдалась скорее потому, что знала: одной истерикой правила не сдвинуть.

Луиза помолчала.

— Они дети. Маленькие ещё, их хочется защищать. Тут я с тобой не спорю.

Паула подняла взгляд.

— Но хочешь не хочешь, они готовятся стать героями. Нельзя всю дорогу носить их на руках.

Работа преподавателя — не бросать учеников в мясорубку, а дать им вырасти под защитой. Но к настоящему бою без боли не подготовишься. Некоторые вещи понимаешь только после того, как обожжёшься сам.

Кто-то после первого серьёзного удара ломается и уходит.

Жестоко, но будущему герою придётся выдерживать куда худшее.

Луиза допила остаток.

Паула обнаружила, что её кружка тоже пуста, и тут же махнула рукой хозяину.

— Ещё два пива!

Так они и запивали пивом горькую правду.