Интерлюдия: Между возлюбленной и собакой (2)

Селин тяжело вздохнула.

Казалось, она успокоилась только после того, как выслушала мой рассказ. На её расслабившемся лице промелькнуло множество эмоций.

Облегчение, радость и смутная жалость вперемешку с сочувствием.

Для меня эмоции, которые я мог бы понять, были скорее редкостью.

Однако я думал только о старшей Элси.

Селин отличалась особенно сильной одержимостью мной.

Естественно, поступок старшей Элси, признавшейся мне в любви, не мог ей понравиться.

Образно говоря, она должна была казаться ей кем-то, кто уводит близкого старшего брата.

И всё же во взгляде Селин читались жалость и сочувствие. Как ни крути, возможная причина для этого была только одна.

Это означало, что как женщина она сопереживала разбитому сердцу старшей Элси.

От этого моё сердце сжималось ещё сильнее.

Неужели я нанёс ей слишком глубокую рану?

Хоть на первый взгляд старшая Элси и казалась сильной, внутри она прятала хрупкую женскую натуру.

Как бы то ни было, чтобы преодолеть боль отвергнутой любви, ей потребуется немало времени.

И вскоре мои догадки подтвердились.

Благодаря Селин, которая с горечью пробормотала:

— Да, вот оно что... А я-то думала, почему каждую ночь слышен плач.

— ...И только?

— И то, как она ругает тебя, братик Иан.

Кажется, я начал понимать, почему Селин сразу же пришла ко мне.

Это было так в духе старшей Элси.

В последнее время при встрече со мной она выглядела подавленной или же просто краснела, неловко покашливая, а оказывается, у себя в комнате она меня поносила.

Но, несмотря на это, она по-прежнему вела себя со мной покорно.

Судя по тому, как она вежливо кланялась при каждом приветствии или сразу же выполняла любую мелкую просьбу, которую я ей изредка поручал, это было именно так.

Но даже если так, обида, затаившаяся в сердце женщины, никуда не делась.

От этого было тяжело на душе.

Заметив моё мрачное выражение лица, Селин осторожно попыталась меня утешить:

— Н-не переживай так сильно! В любом случае, для такой, как старшая Райнелла, наверняка найдётся пара получше тебя, братик Иан, да.

— ...Это что, комплимент?

Спросил я, немного задетый её словами.

Если старшая Элси сможет оправиться от сердечной раны — это, безусловно, хорошо. Но утешать меня тем, что найдётся полно парней получше меня...

В её словах была правда. Оттого это и ударило по больному месту ещё сильнее.

Конечно, Селин это ни капельки не заботило.

Выражение её лица, с которого незаметно стёрлись даже остатки сожаления, стало совершенно безмятежным.

В душе я был ошарашен, но решил пока оставить Селин в покое.

В конце концов, её глуповатая улыбка выглядела довольно мило.

Спустя некоторое время Селин, словно вдруг встревожившись, добавила пару слов:

— ...Кстати, братик Иан, ты ведь знаешь? Я никого не обижала.

— А кто-то что-то говорит?

Фыркнул я, отмахиваясь от её беспокойства.

Хотя, по правде говоря, за ней числился грешок создания дурной репутации вокруг Серии.

Уладили ли они этот вопрос с Серией? Кажется, когда-то она перед ней извинялась.

Подумав о том, что надо бы как-нибудь это выяснить, в ту ночь я провёл время, болтая наедине с Селин — впервые за долгое время.

Так и не сумев стереть тень старшей Элси, затаившуюся в уголке моего сердца.

Но было и одно утешение.

Тот факт, что победа над трупным великаном решила множество проблем.

Не говоря уже о сотнях жителей поместья, сохранивших свои жизни, нам удалось защитить и земли, на которых они жили.

Уже ради одного этого стоило рискнуть своей жизнью.

Однако, помимо меня, был ещё один человек, который ходил с высоко поднятой головой — это была Святая.

Она гордо расправила плечи, положив руку на грудь.

Её выдающаяся грудь вновь оказалась подчёркнута. И каждый раз, когда это происходило, я вспоминал наши со Святой приятные моменты.

Это мягкое и упругое ощущение.

Оно было великолепно.

Я уже невольно подпёр подбородок рукой и собирался закивать, но с трудом сдержался.

Ладно бы тут была только Святая, но рядом находился Юрен.

Я совершенно не хотел, чтобы Юрен понял меня превратно.

А то, чего доброго, он заявится ко мне с мечом, допытываясь, что я сделал с его сестрой.

От одной мысли об этом бросало в дрожь.

Почувствовав, как по спине потёк холодный пот, я продолжил наблюдать за хвастающейся Святой.

— Ахаха... Иан, вы бы видели реакцию архиепископа Айнделя в тот момент! Этот старикашка уже готов был рвать и метать из-за того, что мы использовали резервный кровавый кристалл, но потом так и заткнулся... Пфф-х.

— ...Разве победа над приспешником злого бога — это такое уж великое достижение?

— Конечно!

Святая, чьё волнение от победы ещё не улеглось, сказала это, сжав кулаки.

Давненько я не видел её такой возбуждённой.

Когда я только очнулся, она со слезами на глазах цеплялась за меня, а теперь, видимо, была в таком восторге от того, что утёрла нос этому "архиепископу Айнделю".

Так что мне оставалось лишь смотреть на Святую со слабой улыбкой.

Если ей хорошо, то и мне тоже.

— Церковь Небесного Бога существует для того, чтобы защищать человечество от злых богов. И не будет преувеличением сказать, что приспешники злого бога — это их авангард! Это поистине мифическое достижение.

Разумеется, на вершине этого блестящего достижения оказался я.

Святой это могло бы показаться несколько несправедливым.

Ведь, несмотря на то, что это я бросался в бой, рискуя жизнью, именно Святая ослабила трупного великана и создала решающую возможность для победы.

К тому же, кровавый кристалл, который она использовала, обладал колоссальной ценностью, сопоставимой со стоимостью целого замка.

И тем не менее, Святая нисколько не выглядела обиженной.

Наоборот, она смотрела на меня с гордостью во взгляде.

Казалось, она была даже больше рада моему успеху, чем я сам.

— ...И-и всё же, не смейте больше совершать таких безрассудных поступков, как тогда, ладно? Иан, я уже не раз говорила: вы тогда чуть не погибли.

— Да, да, понял.

Давая это обещание, которое вряд ли сдержу, я украдкой перевёл взгляд на Юрена.

Тот лишь смотрел на нас со Святой с довольным видом.

Он вообще никогда не вмешивался в наши со Святой разговоры.

Но всё же оставлять его в одиночестве, словно хвойное дерево в заснеженном поле, было как-то неловко, и я только собирался заговорить с ним, как вдруг...

— Иан, тогда оставляю сестру на тебя ненадолго. Я ещё не успел собрать все вещи...

Подмигнув одним глазом, он удалился.

Сегодня как раз был день нашего отъезда из поместья в академию.

Если остались несобранные вещи, вполне естественно отдать этому приоритет.

Однако то, что рыцарь-охранник покинул свой пост и оставил такую просьбу, означало, что мне придётся какое-то время охранять Святую.

В итоге мне пришлось ещё долго слушать хвастовство задравшей нос Святой.

Но это было не страшно.

Ведь время, проведённое со Святой, всегда приносило радость.

Благодаря этому я смог убить время вплоть до момента прощания с семьёй.

Прощание с родными прошло как обычно.

Я просто по очереди крепко обнял отца, мать, брата и Лию.

Отец и мать велели беречь себя, а брат вручил мне необработанный опал. Судя по тому, что я впервые видел такой камень, возможно, они недавно обнаружили новую жилу.

Самые крепкие объятия всегда доставались Лие.

Она уткнулась лицом мне в грудь и с силой сжала руки, обнимавшие меня. Ощущение мягкого женского тела, плотно прижимавшегося ко мне, заставляло чувствовать себя во многом неловко.

Лия посмотрела на меня влажными глазами.

— ...Береги себя, ладно?

— Да, Лия. Увидимся на следующих каникулах.

Это были привычные слова прощания.

После этого мне оставалось только развернуться, а семье Перкус — неотрывно смотреть вслед уезжающей карете, в которой я сидел, и на этом всё.

Однако сегодня к этому добавилась новая загадка.

Виной тому была Лия, которая, как обычно, звонко поцеловав меня в щёку, обронила многозначительную фразу:

— Мне не придётся так долго ждать, братик.

Что бы это значило?

На мгновение у меня возник вопрос, но мои спутники и так прождали слишком долго.

В итоге мне ничего не оставалось, как отложить слова Лии на задворки сознания и направиться прочь от поместья.

Изнутри кареты уже доносились звуки оживлённой беседы моих спутников.

В основном предметом обсуждения была старшая Элси.

Святая, прикрыв рот рукой, бросала на неё сочувственные взгляды.

— Сестра Райнелла, я слышала... Вы признались Иану, а он вас отверг. Как это печально. Если вам вдруг понадобится помощь Небесного Бога, обращайтесь без колебаний.

Вечно скрывать это было невозможно.

В конечном счёте о произошедшем между мной и старшей Элси узнали все наши спутники, и из-за этого она, похоже, снова терпела унижения.

Если бы я знал, что всё так обернётся, лучше бы заставил её держать язык за зубами.

Но, поскольку источником слухов был не я, тут уж ничего не поделаешь.

По слухам, старшая Элси поддалась на провокацию Святой и нечаянно проболталась.

Поистине, красноречие Святой, прошедшей через политику Святого Королевства, напоминающую ходьбу по тонкому льду, было пугающим.

Конечно, старшая Элси была не из тех, кто станет молча терпеть насмешки Святой.

Она тут же оскалила зубы и зарычала:

— ...Эй, а ну убери руку.

На эти слова Святая молча и осторожно убрала руку, прикрывавшую её рот.

Это длилось всего мгновение, но я отчётливо увидел.

Уголки её губ, изогнувшиеся в ехидной ухмылке.

Не выдержав, старшая Элси повысила голос:

— Ах ты дрянь, я с тобой по-хорошему, а ты...!

И в этот момент я громко кашлянул.

Вздрогнув, старшая Элси перевела взгляд на меня, а затем, смутившись, отвела глаза.

Покрасневшая девушка нерешительно опустилась обратно на своё место.

Похоже, она пока не была готова со мной разговаривать.

Мой взгляд немного омрачился, но Святая лишь одарила меня улыбкой победительницы.

В итоге с моих губ сорвался вздох.

Кажется, по прибытии в академию мне придётся устроить ещё один разговор со старшей Элси.

Так, за беседами с попутчиками, прошло несколько дней.

И наконец я оказался перед знакомой территорией академии.

После всего пережитого за это время безумия этот пейзаж казался особенно нереальным.

Отчасти дело было и в том, что Центральный проспект пустовал, так как каникулы ещё не закончились.

Неужели я и правда вернулся в академию?

Меня, погружённого в свои мысли, пробудил внезапный рёв.

— ...Граааарх!

Голос был тихим и милым.

Она, видимо, пыталась изобразить грозного зверя, но из-за тембра голоса это совсем не пугало.

Я рассеянно поискал взглядом источник звука.

Там стояла девушка с тёмно-синими волосами.

Сжав руки, словно имитируя звериные когти, зажмурив глаза и подавшись вперёд, она выглядела весьма очаровательно.

И мне ничего не оставалось, как глупо переспросить:

— ...Что это вы делаете?

Кхм, — кашлянула девушка, возвращаясь в нормальную позу.

Тем не менее, чувство стыда у неё присутствовало, так как щёки залил румянец.

Опустив свои светло-серые глаза, она произнесла:

— Э-это... дракон! А место щенка, похоже, уже занято...

Глядя на неё, я не смог сдержать лёгкой улыбки.

Я наконец-то вернулся.

Ведь на всей земле было только одно место, где обитала столь не догадливая принцесса.

Это был конец долгих каникулов.