Глава 61. Судьбу Райнелла определяет сама Райнелла (61)

В деревне уже царил кромешный хаос.

От внезапно посыпавшихся с неба кусков плоти жители кричали от ужаса. Некоторые люди, потеряв руку или ногу, истекали кровью.

Хорошо хоть я прибыл пораньше.

Владения Перкус, даже в самом их центре, не отличались высокой плотностью населения. Благодаря этому число тех, кто пострадал от упавших с неба кусков плоти, было невелико.

Да, по крайней мере, пока что.

Глядя на тех, кто с искаженными от боли лицами протягивал руки, мне оставалось лишь стиснуть зубы.

Неужели их и вправду придется бросить?

Тем, кто жил в центре, повезло больше.

Меня куда больше беспокоили жители отдаленных окраин. Там не было ни достойной боевой мощи, ни человека, способного возглавить колонну беженцев.

Серия, конечно, обещала собрать людей в тылу и постепенно вести их за собой.

Но сколько времени это займет — оставалось только гадать.

Задержка, вызванная выходом из-под контроля подопытных, оказалась фатальной.

Свою роль сыграло и то, что мы не ожидали сошествия прислужников злого бога без малейших на то предвестников.

«У-у-у-у», — завибрировал воздух, и земля содрогнулась.

Тум, тум... В шагах гиганта, стряхивающего с себя тени, таилась колоссальная мощь.

Земля крошилась, а деревья валились, как соломинки.

Вскоре предрассветные сумерки осветили ужасающий облик монстра.

Гигант, сотканный из трупов.

Иного определения для этого существа в голову просто не приходило.

Сотни, нет, тысячи, а может и десятки тысяч мертвых тел были слеплены воедино.

Трупы, образующие ступни, не выдерживая тяжести, исторгали из себя кровь. С каждым кровавым следом раздавались жалобные предсмертные хрипы.

Голова трупного гиганта состояла из бесчисленного множества человеческих лиц.

Их глаза беспорядочно вращались, рассеивая взгляд. Потребовалось время, прежде чем все эти зрачки одновременно уставились в одну точку.

Гигант посмотрел на меня сверху вниз.

А может, и на деревню, в которой я стоял.

Настолько широким углом обзора обладало это существо. Не исключено, что и на его затылке было множество лиц, не оставляющих ни единой слепой зоны.

Сотни ртов одновременно издали вопль.

У-у-у-у-у-у-у-у-у-у!

Под этот оглушительный рев куски плоти задрожали, добавляя шума. Картина казалась совершенно неземной, не из мира людей.

Лица жителей мгновенно побледнели.

— Н-Небесный Бог...

Сорвалось с чьих-то губ.

Лишь услышав этот голос, выражающий общие чувства, я резко пришел в себя.

Появление трансцендентного врага в одночасье окрасило атмосферу в цвета всепоглощающего страха.

Это был противник, голову которого можно было увидеть, лишь запрокинув шею до боли.

Насколько же жалкими и ничтожными выглядели люди на его фоне.

Отчаяние богомола, пытающегося остановить повозку, отразилось на всех присутствующих.

Я инстинктивно понял.

Почему нам велели бежать.

И почему сказали, что придется их бросить.

Разница в уровнях сил была очевидна с первого взгляда.

Селин была глупа.

Как вообще можно сражаться с таким монстром, да еще и пытаться найти его ядро?

Один удар кулаком, один пинок этого чудовища из мифов приравнивались к стихийному бедствию.

Я просто не мог представить, как можно противостоять ему в одиночку.

Такая роль годилась разве что для героя из тех самых мифов.

Покусывая губы, я крепче сжал руку, опущенную к поясу.

Как раз в этот момент мне на глаза попался кусок плоти, надвигающийся на женщину средних лет.

— П-помоги...!

Из-за сковавшего горло страха женщина не могла даже нормально говорить.

Поэтому я решил устранить причину ее страха.

Серебристая траектория рассекла воздух.

Лезвие топора, разорвав пространство, вдребезги разнесло переднюю часть куска плоти. Тот забарахтался и попятился назад, но это был конец.

Брошенный топор вновь наполнился силой.

С хрустом ломающихся костей кусок плоти исторг из себя потоки крови.

Рванув с места, я выхватил топор обратно в руку.

Затем последовал удар ногой.

Бах! Как только моя нога вонзилась в пухлую мякоть, кусок плоти с жалобным визгом отлетел далеко в сторону.

Дрожащий взгляд обратился ко мне.

Я вздохнул и протянул ей руку.

— ...Тетушка Йона, бегите в особняк.

— М-молодой господин... Н-но как же эти монстры...

— Я с ними разберусь.

Ответил я без малейших колебаний.

Тем не менее тетушка Йона выглядела довольно тревожно.

Даже на ее взгляд трупный гигант не казался монстром, с которым по силам справиться человеку.

Но и не поверить мне она не могла, поэтому ухватилась за мою руку и, пошатываясь, поднялась на ноги. А затем поспешно отвернулась и пустилась бежать.

В глазах жителей, заметивших мое присутствие, затеплилась слабая надежда.

И я должен был оправдать эти ожидания.

Я метнул топор, и еще один кусок плоти взорвался фонтаном крови. Он пытался нащупать и вытащить лезвие, но топор, вонзившись еще глубже, окончательно размозжил одно из лиц этого месива.

Ки-э-э-э-эк!

Почувствовав угрозу, один из разъяренных кусков плоти бросился на меня.

Возможно, в прошлом это и представляло бы опасность, но для нынешнего меня он не был серьезным противником.

Меч сделал горизонтальный взмах.

Вслед за этой серебряной линией один за другим брызнули фонтаны крови. В этом кровавом мареве я опустил меч влево и вниз.

А затем оставил три следа, похожих на следы когтей.

Какой бы мощной ни была регенерация, возродиться, будучи разрубленным на восемь частей, невозможно.

Останки куска плоти, превратившиеся теперь в обычные куски мяса, с глухим стуком посыпались на землю.

Незаметно для меня все стали ошеломленно на меня пялиться.

Они знали меня с самого детства, но впервые видели, как я сражаюсь.

Это никак не вязалось с моим привычным добрым и кротким образом.

К тому же мои волосы уже пропитались кровью и стали липкими.

Даже не подумав стереть стекающие капли крови, я произнес:

— Немедленно уходите к особняку... Немедленно!

— Н-но мы еще не собрали вещи...

В ответ на мой крик, полный отчаяния, прозвучал этот неуверенный вопрос.

Я перевел взгляд на мужчину, сказавшего это.

Встретившись с моим налитым кровью взглядом, он вздрогнул.

На моих губах появилась слабая улыбка.

— Если не уйдете прямо сейчас, то умрете.

В таких ситуациях статус аристократа оказывался весьма полезным.

Потому что все без лишних вопросов и возражений бросились бежать.

Только тогда я выдохнул и приложил руку ко лбу.

Я еще не до конца протрезвел, да к тому же был ранен.

Живот пульсировал от боли, рассудок мутился. Пропитанный усталостью мозг молил об отдыхе.

Состояние было хуже некуда.

Казалось, я могу отключиться в любую секунду.

Пошатываясь, я шагнул вперед и вонзил меч в приблизившийся ко мне кусок плоти.

Ки-э-э-э-э-э-эк!

— Думал, я не замечу, если будешь подкрадываться так тихо?

Естественно, ответа не последовало.

Потому что я повернул лезвие воткнутого меча и с силой провернул его.

Тело разрубленного надвое куска плоти покачнулось. Не упуская шанса, я впечатал ногу в его нижнюю половину.

Физические возможности мечника, достигшего уровня Эксперта, превосходили всякое воображение.

Неважно, насколько тяжелым был этот кусок плоти, от такого удара он неминуемо отлетел.

С оставшейся половиной я расправился, вонзив в нее меч.

Останки дернулись в последней судороге и обмякли.

Так, раз за разом нанося удары, я продвигался вперед.

Чем ближе к окраине деревни, тем больше становилось мертвых людей и кусков плоти.

То ли из-за падающих кусков плоти что-то произошло, но деревня уже полыхала ярким пламенем.

Похоже, куски плоти тоже плохо переносили огонь.

Они лишь визжали, глядя, как шипит и жарится их собственное тело.

Вонзая клинок в беснующуюся объятую пламенем тушу, я с грустью посмотрел на свою разорванную одежду.

Мана могла усиливать только тело.

Униформа была порвана, обожжена и изобиловала дырами. Она насквозь пропиталась кровью, и было ясно, что после боя ее придется выбросить.

И все же я выглядел еще неплохо.

Многие бежали с криками, не успев собрать даже самое необходимое. И то это были те, кого я успел спасти.

Некоторые лежали на земле мертвые, с так и не закрытыми глазами.

Каждый раз, видя это, я крепко зажмуривался.

Пусть нас и не связывали глубокие отношения, но мы часто виделись и здоровались.

К тому же, разве это не были жители моих земель?

Я снова и снова повторял про себя:

От того, что придется бросить, нужно отказаться.

Да, чем-то придется пожертвовать.

И хотя для них это была единственная жизнь и единственный шанс, тот факт, что для кого-то другого их жизни ничего не значили и их можно было вот так легко отнять, никак не укладывался у меня в голове.

Я убеждал себя, что должен смириться и двигаться дальше.

Я закрыл глаза посреди пылающего пейзажа.

Разум мутнел.

Граница между бессознательным и реальностью истончалась.

Вдруг мне показалось, что я стою посреди бушующего пламени далеко не в первый раз.

Пошатываясь, я делал шаг за шагом.

Орудуя мечом и топором, осыпаемый кусками плоти и заливаемый кровью, я шел вперед.

От едкого дыма пересохло в горле.

Из-за нехватки кислорода дыхание сбивалось все чаще. Мое сознание все больше отрывалось от реальности.

А ведь поблизости даже не было врага, способного причинить мне вред.

Мой затуманенный разум пробудил чей-то голос; кто-то схватил меня и кричал:

— Дети, там остались дети!

Мои глаза лениво перевелись на говорящего.

Это была еще совсем юная на вид девушка.

Внезапно перед глазами все поплыло, и я ощутил, как пейзаж вокруг меняется.

С моих губ непроизвольно сорвалось незнакомое обращение:

— ...Младшая соученица?

Но в следующее мгновение, увидев лицо рыдающей передо мной девушки.

Я понял, что это была галлюцинация.

Это была девушка с милыми веснушками.

Наверное, едва достигла совершеннолетия.

— А? М-молодой господин... О чем вы говорите? Там, там внутри еще дети...

Затуманенным взглядом я проследил за направлением, куда она указывала.

Это был до боли знакомый переулок.

Мой разум, на мгновение погрузившийся в оцепенение, начал медленно леденеть.

Потому что я осознал, чей это был дом.

— ...Вот дерьмо.

Я сорвался с места и бросился бежать.

По пути на меня набрасывались куски плоти, но каждый раз я пробивал себе дорогу, сокрушая их черепа топором.

У меня даже не было времени их добивать.

Я бежал и бежал, и вскоре...

Увидев кое-кого, я как вкопанный остановился на месте.

Это был мальчик.

С пробитым насквозь животом, он кашлял, харкая кровью.

Замерев, я покачал головой и прошептал:

— Нед...

Шатаясь, я подошел к Неду.

Рядом с ним извивался изрубленный мечом кусок плоти.

Нед сражался с этим монстром.

Стиснув зубы, я метнул топор.

Бах — и вверх взметнулся фонтан крови.

Ки-э-э-э-э-э-эк!

Издав последний крик, кусок плоти, бившийся с Недом не на жизнь, а на смерть, испустил дух.

Подумать только, он смог противостоять этому жуткому монстру.

Слова Неда о том, что он каждый день усердно тренируется, не были ложью.

Пусть и не рыцарем, но отличным солдатом он бы стал точно.

Если бы выжил.

Я тяжело опустился на колени.

Опустошенный взгляд скользил по ранам Неда.

Я судорожно начал шарить по карманам. Если использовать лечебное зелье, возможно, его еще удастся спасти.

Но прежде чем я успел это сделать, чья-то крепкая рука перехватила мое запястье.

Из уголка губ мальчика текла кровь, но он улыбался.

— Наставник.

Увидев эту улыбку, я совершенно растерялся.

Чьи-то воспоминания нахлынули на меня, словно прилив.

Рука, сжимавшая меч, постепенно наливалась силой.