Глава 63. Глаз дракона, человеческое сердце (63)
В последнее время дни Святой проходили в суете.
Причиной тому было огромное количество раненых, нахлынувших в храм. Нападение с участием сотен демонических зверей привело к многочисленным жертвам, и даже несколько священников серьезно пострадали от монстров, которые взрывали сами себя.
Пациентов много, а священников не хватает.
Так что то, что Святая, безусловно обладавшая сильнейшей божественной силой в академии, стала столь занятой, было неизбежным результатом. А в последние дни она и вовсе крутилась как белка в колесе.
Приближался день, когда нужно было лечить Иана.
Подготовка к подношению даров уже завершилась. Если официально начать ритуал с использованием священной реликвии, раны Иана тоже должны полностью исцелиться.
Настолько драгоценной вещью была эта «священная реликвия».
Способной полностью вылечить мужчину, которого только за последнее время несколько раз приносили в полумертвом состоянии.
С мастерством Святой это не составило бы большого труда. Тем не менее причин, по которым она вкладывала столько сил в подготовку к лечению Иана, было в общих чертах две.
Во-первых, Святая любила Иана.
Ей было немного неловко признаваться в этом самой себе, но так оно и было. Говорят, что перед Небесным Богом все равны, но не было никого, кто верил бы в эти слова буквально.
Человеческой природе свойственно желание хоть немного больше позаботиться о том, с кем тебя связывают узы. А уж если этот человек — любимый мужчина, то и говорить не о чем.
И во-вторых, у Святой была странная уверенность в том, что Иан снова вернется раненым.
До сих пор не было ни единого случая, чтобы Иан возвращался без ран. Более того, теперь над академией витали тучи войны.
На протяжении всех событий, начиная с Охотничьего фестиваля, случая в приюте и заканчивая Фестивалем возвращения на родину, на заднем плане вырисовывался «Темный культ».
Аномалии на этом не закончатся.
В таком случае Иан, который всегда оказывался в самом центре событий, также не сможет избежать столкновений. Необходимо было приложить максимум усилий и сберечь священную реликвию.
Ведь если Иан пострадает, ее придется использовать снова.
Кроме этого, оставалось еще много вопросов, требующих обсуждения.
Прежде всего, было слишком много людей, называвших себя опекунами Иана.
Так как количество выписывающихся пациентов постепенно росло, родственникам разрешили навещать тяжелораненых, и каждый раз после этого больничные палаты превращались в море слез.
В особенности это касалось палаты Иана.
Святая до сих пор помнила лицо Серии, смотревшей на бледного Иана.
Ее лицо так побледнело, что она едва не выронила корзинку с фруктами из рук. Затем Серия дрожащим голосом непрерывно спрашивала о самочувствии Иана.
Каждый раз Святая повторяла ей, чтобы она не беспокоилась, но Серия, казалось, и не думала успокаиваться.
В конце концов, это прекратилось лишь после того, как Дельфина тяжело вздохнула.
— ...Хватит, Серия. Императорская семья передала священную реликвию, так что если в нем теплится жизнь, ничего страшного не случится.
Только тогда Серия, замявшись, снова перевела взгляд на Иана.
Она просто не могла ослушаться приказа старшей сестры, которую уважала больше всех после Иана. Наблюдавшая за этим с горьким взглядом Дельфина вскоре вежливо поклонилась Святой.
— Что ж, позаботьтесь об Иане.
«А ты кто такая, чтобы просить об этом?» — эти слова едва не сорвались с губ Святой, но она с трудом сдержалась.
Да, это были слова, которые вполне можно было сказать о дорогом младшем товарище.
И все же Святой пришлось отвечать с некоторым недовольством на душе.
— Да, ведь брат Иан — человек, с которым меня связывают глубокие узы.
Когда Святая улыбнулась и поклонилась в ответ, Дельфина пристально посмотрела на нее.
Однако молчание было недолгим.
Вскоре Дельфина странно улыбнулась и прошептала Святой на ухо.
Ее кокетливый голос был настолько сладким, что, казалось, мог расплавить барабанные перепонки Святой.
— Какое совпадение, у меня то же самое... Вам случайно Иан не шлепал по попке?
— ...Ч-что за!
Услышав эти слова, Святая тут же подскочила на месте. Содержание фразы было настолько невообразимым, что она даже подумала, не послышалось ли ей это.
Святая немедленно сотворила крестное знамение на груди и начала бормотать бессвязные слова.
— К-какое бесстыдство! Немного завид... А, нет! Это богохульство! Я предам вас суду инквизиции!
Наблюдая за этой картиной, Дельфина лишь издала ленивый смешок.
— Это шутка.
Святая до самого конца провожала Дельфину подозрительным взглядом, но даже будучи Святой, она не могла выпытывать у наследницы семьи Юрдина столь сокровенную правду.
Лишь Серия почувствовала необычную атмосферу между ними и склонила голову набок.
И даже она, стоило старшей сестре покинуть палату, с сожалением бросила взгляд на Иана и послушно последовала за ней.
Кроме них, приходили Селин и Лето.
Селин долгое время всхлипывала, держа Иана за руку, а затем отчаянным тоном взмолилась Святой.
— Н-наш брат Иан... Он ведь выживет, да? Госпожа Святая, умоляю вас...
— Не беспокойтесь, сестра Селин.
Святая чувствовала, что если не улыбнется, то разразится ругательствами, поэтому ей пришлось натянуть улыбку.
Самовольно прикасаться к руке мужчины, находящегося без сознания — воистину, какая нескромная девица.
— Когда завтра начнется ритуал, думаю, не пройдет и трех дней, как брат Иан придет в себя. В этом также заключена благодать Небесного Бога, Иммануил.
Селин громко высморкалась в салфетку, лежавшую в углу палаты. Это означало, что она пролила немало слез.
Поскольку они давно не виделись, это было вполне ожидаемо. Однако в ее преувеличенных жестах нельзя было не заметить скрытого намека.
Безмолвный сигнал, гласящий: «Я уже положила глаз на этого мужчину, так что не лезь».
Конечно, на Святую это совершенно не подействовало. Наоборот, про себя она лишь презрительно усмехнулась.
Не в силах больше смотреть на это зрелище, Лето с силой пнул Селин ногой в районе поясницы.
— Ай, ай! Эй, Лето... Ты совсем с ума сошел?! Я вообще-то сейчас о чем-то прошу Госпожу Святую!
— Понял, а теперь пошли на выход, пошли. Госпоже Святой ведь тоже нужно время на подготовку, не так ли?
Это были очень отрадные слова.
Святая слегка поклонилась, выражая благодарность Селин и Лето, которые с ворчанием покидали палату. Проходя мимо Святой, Лето тихо сказал:
— ...Позаботьтесь об Иане.
Рука Святой сотворила крестное знамение.
— Иммануил.
Даже если бы он этого не сказал, она так и планировала поступить, но на искренние слова оставалось лишь ответить такой же искренностью.
После этого приходили Элси и брат с сестрой Люпен.
Как ни странно, Элси не проронила ни слезинки. Она лишь смотрела на Иана сверху вниз тоскливым взглядом, а затем тихо спросила, словно разговаривая сама с собой:
— Если бы я пошла за хозяином, что-нибудь бы изменилось?
Это было предположение, ответ на которое никто не знал.
Единственное, что можно было дать в ответ — это дежурное утешение. Само собой разумеется, Элси этот ответ не удовлетворил.
В сапфирово-синих глазах Элси, покидающей палату, застыла смутная решимость.
Куда приведет ее это решение, пока оставалось неясным.
Единственное, что могла сделать Святая, — это молиться. Она надеялась лишь на то, что чувства девушки окажутся полезными для Иана.
Главное, чтобы она не сближалась с Ианом слишком сильно.
Вознося столь полные личных мотивов молитвы, Святая завершила приготовления к завтрашнему ритуалу.
Именно тогда к Святой пришел последний гость.
Это была красавица с темно-синими волосами и выразительными светло-серыми глазами. В отличие от того, какой надменной и непреклонной она была в прошлом, теперь от ее лица так и веяло мрачной тоской.
Сразу узнав ее, Святая приложила руку ко лбу.
И с ее губ сорвался ледяной голос.
— ...Я ведь сказала вам не приходить?
— Я хочу увидеть сэра Иана.
Однако и тон голоса Сиен, с которым она ответила ей, был столь же решительным.
Святая сверлила ее холодным взглядом.
— Насмотритесь на него позже. Когда Иан придет в себя. В конце концов, вы не в таких уж и близких отношениях с Ианом, не так ли? От вашей встречи с Ианом лечению будет только вред, так зачем...
— Я сделаю что угодно.
Слова Святой резко оборвались.
Нежно-розовые глаза с недоумением посмотрели на Сиен. Не обращая на это внимания, Сиен лишь монотонно произнесла мрачным тоном:
— Если я только смогу увидеть сэра Иана, я сделаю что угодно... Пожалуйста, прикажите мне что-нибудь.
Однако Святой оставалось лишь презрительно фыркнуть.
Приказать что угодно?
Лечение — не такой уж простой процесс. Тем более, когда речь идет о травмах такого уровня, где требуется проведение ритуала, для непрофессионала, не прошедшего даже должного обучения, просто нет места.
Святая продолжила насмешливым тоном:
— А что вы вообще можете сделать? В лучшем случае — принести воды и помыть полы, словно прислуга? Стать членом императорской семьи и заниматься подобной черной работой...
— ...Я буду делать это.
Она снова лишилась дара речи.
Широко распахнутые глаза Святой доказывали, насколько абсурдным было это заявление.
Члены императорской семьи Империи благородны.
Даже высшая аристократия испытывала сильное отвращение к черной работе. Вспомнить хотя бы Дельфину, которая в сиротском приюте какое-то время наотрез отказывалась выполнять мелкие поручения.
И чтобы член императорской семьи таскал воду и мыл полы?
Это был полный бред. Такое возможно лишь в том случае, если представитель императорского рода растопчет свою гордость до самого дна.
Где это видано, чтобы человек наливал воду и прислуживал по приказу выращенной им свиньи?
Примерно таким был масштаб потрясения.
Застигнутая врасплох, Святая беззвучно открывала и закрывала рот.
— Я буду. Служанкой. Горничной... Так что, умоляю, позвольте мне хотя бы увидеть сэра Иана...
На глазах умоляющей об этом Сиен уже выступили слезы.
В конце концов, не в силах больше сдерживать слезы, Сиен всхлипнула и несколько раз вытерла глаза рукавом. Перепады ее настроения были весьма значительными.
Это означало, что ее разум доведен до предела.
И при всем этом единственным способом исцеления, который она выбрала, была встреча с Ианом.
Ей было любопытно узнать, почему Сиен так зациклилась на Иане, и как ее рассудок оказался в таком отчаянном положении, но сейчас не время было докапываться до этого.
Святая долго колебалась, а затем, закусив губу, бросила одну фразу.
— ...Делайте, что хотите.
В этот момент определилась иерархия Сиен в группе.
Пятая принцесса Империи Сиен, самая низшая в иерархии.
Она стала горничной.
Иан тяжело дыша открыл глаза.
Все его тело было покрыто холодным потом. В воздухе, наполнявшем его легкие, ощущался слабый запах целебных трав, благодаря чему он сразу понял, где находится.
Это была палата интенсивной терапии в храме.
«Сколько же я здесь пролежал?» — Иану пришлось какое-то время застонать от пульсирующей головной боли.
Вскоре он приподнял верхнюю часть тела.
В теле все еще ощущалась ломота, но в целом оно казалось в порядке. Он беспокоился о последствиях, но, похоже, его каким-то образом полностью исцелили.
Дверь палаты открылась как раз в тот момент, когда Иан вздохнул с облегчением.
Уставшая Святая, открыв дверь, вошла внутрь, но как только ее взгляд встретился со взглядом Иана, она замерла на месте.
И вскоре, едва сдерживая слезы, воскликнула:
— ...Иан!
Глядя на нее, Иан горько усмехнулся.
Судя по всему, он снова заставил многих поволноваться. Затуманенный разум постепенно прояснялся, и воспоминания о прошедших днях начали нахлынывать как волны.
На мгновение застывший Иан первым делом задал следующий вопрос:
— ...А принцесса?
— Что?
Святая, поспешно направлявшаяся к Иану, от этого внезапного вопроса лишь склонила голову набок.
Только тогда Иан понял, что его обращение было немного неправильным, и поспешил исправиться.
— Я говорю о Ее Высочестве принцессе, она в безопасности?
— Ах, эта женщина...
Святая не договорила, и в золотистых глазах Иана появилось сомнение. Тем не менее, Святая немного поколебалась, а затем с безысходностью тяжело вздохнула.
Все-таки он должен был знать, в каком положении оказалась женщина, которую он спас.
Святая в общих чертах описала нынешнее состояние принцессы.
В академии с ней обращаются как с врагом общества, по слухам она — величайшая злодейка, а ее душевное состояние настолько нестабильно, что она часто плачет без всякой на то причины.
Также она упомянула, что принцесса хоть как-то успокаивается только тогда, когда смотрит на Иана.
Конечно, Святая не знала причины, но стоило Иану услышать эти слова, как в его памяти тут же всплыла одна история.
Прошлое принцессы и «Глаз Дракона».
Иан на мгновение отвел взгляд, ничего не говоря. А затем, пошатываясь, попытался встать.
Испугавшись этого, Святая вскрикнула:
— Ч-что вы делаете! Вы все еще пациент! Немедленно ложитесь обратно!
Однако Иан, несмотря на отчаянные попытки Святой остановить его, все же поднялся на ноги. И среди сложенных у изголовья вещей нашел ручной топор и взял его в руку.
Оружие, которое он давно не держал, отдавалось тяжелым весом.
Со свистом взмывший в воздух ручной топор снова оказался в его руке. К счастью, хватка, казалось, не совсем исчезла.
Святая, внимательно наблюдавшая за действиями Иана, все еще непонимающим голосом спросила:
— ...Что вы делаете?
— Разминаюсь.
Произнес Иан с тяжелым вздохом.
— ...Позовите старшую Нерис.
Подумав о том, что, по-видимому, осталось еще кое-какое незаконченное дело.
В тот день Сиен получила незнакомый конверт.
Это было письмо от младшей сестры Иана.