Глава 48. Да пребудет с нами Господь (48)

О демонах ходили самые разные слухи.

На самом деле, людей, сомневающихся даже в их существовании, было немало. С момента окончания Войны Богов и Демонов прошло уже более тысячи лет, а влияние Темного культа давно сошло на нет.

Однако те, кто принадлежал к аристократии, знали. Они знали, что демоны отнюдь не были просто легендой.

О точной их силе ничего не было известно.

Кто-то говорил, что они способны в одиночку противостоять целому рыцарскому ордену, а кто-то утверждал, что для их сокрушения потребуется целая армия.

Однако в одном все сходились во мнении.

По меньшей мере, это не тот враг, с которым можно справиться в одиночку.

Это были существа, которые пожертвовали чем-то драгоценным и взамен получили силу от злого бога Омероса. Они были авангардом, возглавлявшим вторжение Дельфирема на землю, и повелителями магических зверей.

Разумеется, они должны были обладать силой, соответствующей их положению.

И прямо сейчас я осознавал этот факт отчетливее, чем кто-либо другой.

Кровь чертит тонкую линию в воздухе.

Я отвлекся всего на мгновение. Не упустив эту брешь, замахнувшийся коготь оставил длинную резаную рану на моей щеке.

Опоздай я хоть немного, и вместо брызг крови у меня взорвалась бы голова.

Однако у меня не было времени спокойно оценивать способности противника. Когти, снова взмахнувшие с огромной скоростью, целились мне в голову.

Если так пойдет и дальше, выхода не будет. Сколько бы я ни взмахивал мечом, меня постепенно оттесняли назад.

Мой меч был один, а рук у противника — две. Это создавало фундаментальную разницу в скорости.

К тому же руки магического зверя были длинными, как и его когти. Разница в дистанции атаки была абсолютной.

Мое дыхание уже сбилось окончательно. Все мое тело было покрыто шрамами и ранами.

Я уже был близок к своему пределу.

В конце концов, мне ничего не оставалось, кроме как выругаться и бросить свое тело в сторону.

— ...Да твою мать!

Это был крик, скорее похожий на вопль. Когда мое тело покатилось по земле, в воздухе одна за другой прочертились серебряные тонкие линии. Там оставалось послесвечение синеватого света.

Это была аура. Свечение, которое я видел той ночью, не было иллюзией.

Раз господин Гилфорд обладал подобным мастерством, он, должно быть, мог концентрировать ауру даже на когтях.

Из-за этого ситуация становилась еще более затруднительной.

Аура мастера, достигшего уровня Эксперта Меча, воплощает его мысленный образ.

Иными словами, это означало искажение реальности. Примером тому была аура старшей Дельфины, которая излучала сильный жар без какого-либо источника тепла. Аура господина Гилфорда была точно такой же.

Иллюзия.

По крайней мере, насколько я мог судить, это было именно так. Положение когтей, чертящих причудливые траектории, немного отличалось от того, что я воспринимал своим зрением.

На первый взгляд эта способность казалась незначительной, но поединки мастеров всегда решаются за счет крошечных различий. Особую угрозу представляла сила, способная запутать зрение, которое занимает большую часть человеческих чувств.

Ведь пока ты не закроешь глаза, ты не сможешь освободиться от зрительного восприятия.

Но если закрыть глаза, это означало бы отключение более половины органов чувств, так что это был тупик.

С глухим звуком когти вонзились в землю. Это произошло сразу после того, как я, стиснув зубы, перекатился и уклонился с того места.

Магический зверь издал яростный рев.

— И это все, на что вы способны!

В его голосе уже примешивалось рычание дикого зверя. Тем не менее, в нем все еще чувствовались человеческие эмоции.

Гнев и сожаление. Как нелепо. Для всего лишь демонического чудовища.

Я быстро вскочил на ноги и швырнул ручной топор. Разрывая воздух, промелькнул луч света. Это произошло буквально в мгновение ока.

Будь противник неопытным фехтовальщиком, этот бросок решил бы исход боя.

Однако магический зверь продемонстрировал невообразимую реакцию.

Никакой реакции — он даже не обратил внимания на то, что топор вонзился в его плоть.

Его шкура была настолько толстой, что даже когда лезвие топора врезалось в нее, оно не могло нанести глубокую рану. С учетом регенерации магического зверя, нескольких секунд было достаточно для полного исцеления. Кожа уже пузырилась и восстанавливалась.

Между человеком и демоном существовало столь фундаментальное различие. Битва с демоном была также борьбой со здравым смыслом.

Растерявшись, я первым делом вернул ручной топор, как и планировал изначально. Возникшее в этот миг колебание стало роковой ошибкой.

Пока я на мгновение замешкался, рванувшиеся вперед руки магического зверя прочертили перекошенный крест. Едва когти и клинок столкнулись, со скрежетом полетели искры.

Началось противостояние сил, мои руки мелко дрожали.

Физические способности господина Гилфорда, превратившегося в обезьяноподобного магического зверя, были на совершенно ином уровне. До этого момента казалось, что доминирую я, но теперь все изменилось с точностью до наоборот.

До этого я преодолевал разницу в мастерстве, подавляя противников своими физическими возможностями. Но теперь, лишившись своего единственного преимущества, я оказался в глубокой обороне.

Донеслось зловонное дыхание магического зверя. Пылающие синие зрачки пристально смотрели на меня.

— Разве я не учил вас! Нужно смотреть на меч до самого конца!

Прорычал магический зверь. Его тон был точь-в-точь как у строгого наставника, отчитывающего ученика.

Я выкрикнул в крайнем изумлении:

— ...Разве меч и когти — это одно и то же?!

Повторюсь, меч был один, а рук две. Разница была очевидной.

Однако мaгический зверь, похоже, не собирался слушать мои оправдания.

Со скрежетом магический зверь вывернул запястье, и мой меч оказался зажат между его когтями. В панике я попытался отдернуть руку, но это было невозможно.

В мое солнечное сплетение пришелся сокрушительный удар ногой.

Это был чистый удар, вонзившийся в промежуток между костями, словно шило.

На мгновение дыхание перехватило. В ту секунду я даже не почувствовал боли. Ощущение, будто время остановилось.

Когда я пришел в себя, я уже катился по земле. Я даже выпустил из рук меч.

— Кх-х... — застонал я. Стоило лишь раз пропустить удар в уязвимую точку, как в глазах все поплыло.

Магический зверь, зажавший мой меч между когтями, вскоре безучастно швырнул этот меч в мою сторону.

Меч покатился, со скрежетом труясь о землю, и я пополз, чтобы схватить его.

И стоило мне с трудом подняться, как на мою верхнюю часть тела, словно только этого и дожидаясь, обрушился ливень синеватых тонких линий.

Это были когти, окутанные аурой. Я думал, что смогу уклониться.

Поэтому в самый последний момент я попятился назад, но было уже слишком поздно.

Пять струй крови украсили воздух.

Иллюзия. Когти находились чуть впереди траектории, которую зафиксировали мои глаза.

Пошатываясь, мое тело отступило на шаг. Это не было смертельным ранением, но порез оказался довольно глубоким.

Из-за резкой потери крови кружилась голова. Тем не менее, я стиснув зубы и попытался взмахнуть мечом.

Если бы только мой меч снова не оказался зажат между перекрещенными когтями.

Следующий удар был очевиден. Снова удар ногой, вонзиющийся в солнечное сплетение.

Щит веры давно разбился. Внутренние органы, не выдержав силы удара, разорвались в клочья.

Сгусток крови подступил к горлу. Зрение стало еще более размытым.

Было тяжело даже просто перевести дыхание.

Было больно и мучительно. Хотелось просто закрыть глаза и обрести покой.

Мое угасающее сознание вновь пробудил скрежет металла, катящегося по земле.

Мои потерявшие фокус зрачки устремились к источнику звука. Оказывается, мой меч снова швырнули в мою сторону.

Магический зверь смотрел на меня сверху вниз своими пылающими синими глазами.

— ...Это конец?

Из моего рта вырвался хриплый, неоконченный смешок.

Кровь хлынула, наполняя рот. Я сплюнул кровь, задействовав до предела уставшие, дрожащие мышцы челюсти.

А затем снова пополз и обхватил рукоять меча рукой.

Было трудно даже удерживать равновесие. Мышцы ног мелко дрожали, словно взывая о достигнутом пределе.

Но я встал. Используя меч как трость и крепко стиснув зубы.

Неуверенным, шатким движением я направил острие меча на магического зверя. Это послужило ответом.

Магический зверь кивнул, словно ожидал именно этого. И тут же нахлынула острая, леденящая аура.

Широко раскрыв глаза, я до самого конца прослеживал траекторию удара.

Основа техники Перехвата инициативы заключается в том, чтобы видеть поток. Делая шаг вперед, нужно поймать это течение и крутануться вокруг своей оси.

Да, именно так и следовало поступить.

Однако в тот самый миг, когда я попытался развернуть тело, обрушился очередной удар ногой.

На этот раз в бок. Это место не считалось жизненно важной точкой, но для меня, чьи внутренности уже были разорваны, это было равносильно смертельному удару.

Мое тело снова покатилось по земле. Теперь у меня не осталось сил даже на то, чтобы просто подняться.

Оценка наставника, превратившегося в чудовище, была безжалостной.

— ...Вы опоздали. И снова замялись в самый последний момент.

Жизнь ведь драгоценна, разве это не естественно?

Я хотел было так огрызнуться, но передумал. Вернее сказать, у меня даже не было на это сил.

Глаза постепенно закрывались. Словно подступал уютный сон, силы медленно покидали все тело.

Нельзя, так нельзя...

Слышались чьи-то крики. Возгласы и скрежет сталкивающегося металла — там был кто-то, кто ждал меня.

Но веки были слишком тяжелыми. Сон неумолимо одолевал меня.

И в тот миг, когда я закрыл глаза...

— ...Повинуйтесь воле.

Голос, словно молния, вонзился мне в уши, и я резко пришел в себя.

Мир рушился, подобно эффекту домино. Хлынувшие ослепительно белым потоком воспоминания перекрыли угасающее сознание.

Это был пейзаж, в котором запечатлелись мужчина и женщина.

Из них мужчина, впечатанный в землю, тяжело кряхтел. Судя по искаженному лицу, ему было очень больно.

Вместе со вздохом он выдавил обиженный голос:

— Нет, ну правда... Разве от этого боевое искусство усвоится телом?

Это был циничный вопрос, но женщина лишь самодовольно усмехнулась.

Она как раз отряхивала руки. Одно лишь это выдавало, кто именно впечатал мужчину в землю.

Женщина, смотревшая на распластавшегося мужчину, заговорила:

— Неужели есть что-то, чего не знает сам Ворон, исколесивший весь континент вдоль и поперек?

— ...Если бы я и впрямь знал абсолютно все, стал бы я бродить по всему континенту?

В ответ на угрюмую реплику мужчины женщина залилась чистым смехом, будто услышала забавную шутку.

На мгновение сохранив веселое выражение лица, она вскоре заговорила с ним тихим, наставляющим голосом:

— Секреты боевых искусств нельзя объяснить одной лишь теорией. Нужно понять их идеологические корни, чтобы по-настоящему усвоить их историю и замысел. И среди всего прочего, Повиновение — это самая суть секретного боевого искусства Святого Королевства.

— ...А вам не кажется это бессмысленным?

Это был неожиданный вопрос.

Женщина, слегка удивленная, округлила глаза и пристально уставилась на мужчину.

Мужчина перевел дух и переспросил:

— В конце концов, разве это не значит, что нужно поступать только по воле Бога? Если из-за этого придется умереть, по-моему, это как-то пусто.

— Хм-м, — издала женщина странный звук и слегка отвела взгляд.

Затем, загадочно улыбнувшись, она заложила руки за спину и мелкими шажками подошла к мужчине.

— А что, если даже это — моя собственная воля?

— Ну, даже если так...

Тень внезапно накрыла лицо мужчины.

Игривая улыбка женщины отразилась в зрачках мужчины. Мужчина так и застыл с закрытым ртом.

Потому ли, что она была прекрасна, или по какой-то иной причине.

Он смущенно отвел взгляд.

— Тсс, — приложив указательный палец к губам, прошептала женщина. — Когда тобой овладевают сомнения, помни эти слова. Ведь это тоже самая суть тайного учения Святого Королевства.

— ...Какое слово?

Женщина посмотрела на мужчину своими чистыми глазами. Их тени медленно слились воедино.

— ...Иммануил (Immanuel: Господь пребывает с нами).

Не знаю, сможешь ли ты понять этот смысл, — нежный голос, добавивший это, омыл его уши.

И снова мир рухнул.

Гилфорд молча смотрел сверху вниз на Иана.

Он был сильным человеком. Будь то в плане боевой мощи или ментального образа — в любом отношении.

Но даже этот сильный мужчина потерпел поражение. Сила, дарованная злым богом Омеросом, была невероятно могущественной.

Кровь уже обильно пропитала земляной пол. Струйка крови стекала из уголка рта Иана, который еще не до конца выплюнул ошметки внутренних органов.

Это конец.

Основываясь на многолетнем опыте и зверином чутье, Гилфорд вынес точное суждение.

Каким бы стойким ни был человек, он не сможет выжить при таком кровотечении и с раздробленными внутренностями.

Даже если он не умер прямо сейчас, через несколько минут его дыхание прекратится само по себе. В таком случае ему не было нужды лично лишать его жизни.

Гилфорд не любил убивать. Тем более лишать жизни молодого человека, к которому когда-то питал добрые чувства.

Конечно, это было не более чем лицемерием. И все же Гилфорд хотел сохранить хотя бы эту видимость человечности.

И вот, когда Гилфорд повернулся спиной, намереваясь покончить с оставшимися членами группы...

— Хх-х... Кх-х...

Сдавленный стон Иана заставил демона остановиться.

Он издает звуки?

Наполненный недоумением взгляд Гилфорда устремился назад. Человек, стоящий на пороге смерти, может стонать, но он не способен дышать столь отчетливо.

Гилфорд, машинально обернувшись, замер. Его глаза широко раскрылись.

На землю капала какая-то неопознанная жидкость. Это была не кровь. Только тогда в поле его зрения попали разбросанные по земле осколки стекла.

Гилфорд нахмурился.

— ...Зелье исцеления?

Этого не могло быть. Флаконы для зелий тщательно изготавливаются так, чтобы они не разбивались даже во время боя. Они никак не могли разлететься от подобного.

Однако вид мужчины, чье тело содрогалось в судорогах, явно свидетельствовал о том, что эта жидкость действительно была зельем исцеления.

Пока ошеломленный Гилфорд медлил, рука мужчины с глухим стуком уперлась в землю.

Пошатываясь, мужчина поднялся на ноги. Только тогда Гилфорд смог по-настоящему встретиться взглядом с Ианом.

Пылающие золотые глаза.

Сломленный, отчаявшийся человек никогда не смог бы так смотреть. От этой колеблющейся враждебности и решимости у Гилфорда пробежал мороз по коже.

Пока он поднимался, он несколько раз падал плашмя.

Его мышцы, должно быть, были тяжелыми, как свинец, и даже если он применил зелье исцеления для первой помощи, это было лишь средством удержать ускользающую жизнь.

Дальнейшее сражение было невозможно. Таков был здравый смысл, который Гилфорд усвоил за десятилетия своего опыта.

Но почему этот мужчина так отчаянно пытается заставить свое тело подняться?

Страх перед неведомым охватил Гилфорда. Разум велел ему немедленно заколоть этого мужчину насмерть, но инстинкты удерживали его.

После нескольких попыток Иан наконец встал на ноги.

Прерывистое дыхание, залитые кровью глаза, из-за которых он даже не мог толком сфокусировать зрение.

Любому было ясно, что это предел. Тем не менее, он ухитрился слегка улыбнуться.

— ...Нападайте.

Стоило Гилфорду услышать эти слова, как он не смог сдержать нахлынувшие эмоции.

Он даже не мог понять природу этого чувства. Однако интуиция, неистово бьющая по его разуму, твердила:

Нужно убить его. Если не сейчас, то другого шанса не будет никогда.

Его нога оттолкнулась от земли. В мгновение, которое было короче самого короткого мига, рука Гилфорда уже была полностью вытянута вперед.

Вместе с когтями ее длина достигала почти двух метров.

Разница в дистанции атаки, которую было невозможно преодолеть; к тому же реакция Иана даже запоздала.

По логике вещей, он должен был быть пронзен насмерть.

Однако в следующий миг.

Время остановилось. В этом застывшем пространстве двигалось лишь тело мужчины.

Подобно рыбе, плывущей по течению, тело Иана плавно крутанулось.

Это было на грани. Повернись он хоть немного раньше — попал бы под контратаку, повернись хоть немного позже — оказался бы пронзен.

Это было похоже на прикосновение к сфере, лишенной силы трения. Рука Гилфорда не почувствовала ни малейшего сопротивления.

Гилфорд инстинктивно понял, каким будет следующее связующее движение.

Меч Иана, преодолевая временную задержку, прочертил горизонтальную линию.

Секрет техники Перехват инициативы, разделяющий жизнь и смерть.

Тайная техника: Круговой разрыв.

На мгновение широко раскрывший глаза Гилфорд вскоре мог лишь расплыться в довольной улыбке.

Это было безупречно.

Даже более чем.