Глава 33. Да пребудет с нами Господь (33)

Потребовалось время, чтобы успокоить старших, распростертых на полу.

Старшую Элси, которая дрожала как осиновый лист, я погладил по голове, а вот с тем, как успокоить старшую Дельфину, у меня возникли трудности.

Дрожащим голосом старшая Дельфина сказала мне:

— ...О-оставь на мне рану.

Сначала я подумал, что старшая Дельфина шутит.

Мой взгляд, полный недоумения, устремился на нее. Однако ее бешено дрожащие кроваво-красные глаза свидетельствовали о том, что она вовсе не шутила.

Пока я в растерянности медлил, старшая Дельфина попросила меня снова:

— П-прошу тебя... пожалуйста, где угодно...

В конце концов, мне ничего не оставалось, кроме как снова оставить порез на щеке старшей Дельфины.

Это была очень поверхностная рана. Порез, который заживет всего за несколько минут.

Но даже этого оказалось достаточно, чтобы старшая Дельфина, словно почувствовав облегчение, начала быстро выравнивать дыхание. Мне же оставалось лишь наблюдать за этим с озадаченным видом.

Кажется, у нее появилась дурная привычка, и это было серьезной проблемой.

Кое-как уладив ситуацию и убрав сломанный стол, я решил, что нам нужно поговорить втроем.

Конечно, какое-то время мы втроем не могли произнести ни слова.

Старшая Элси, видимо, сгорая от стыда, густо покраснела и замялась. Теребя пальцы, она натянула свою остроконечную шляпу поглубже, словно пытаясь скрыться от моего взгляда.

Хотя от этого она не стала для меня невидимой.

Старшая Дельфина, слегка покраснев, откашлялась и отвела взгляд. Она смущалась не так сильно, как старшая Элси, но ей явно было не по себе.

Впрочем, им было чего стыдиться. Показаться в таком виде перед младшекурсником!

К тому же, после того как они наговорили столько постыдных вещей — про служанок, рабынь, собак, кошек. Будь я на их месте, тоже сгорал бы со стыда.

Для начала я глубоко вздохнул. Поскольку эти двое явно не собирались ничего говорить, я решил, что мне придется взять инициативу в свои руки.

— ...И почему вы обе ссоритесь из-за такой ерунды?

На лице старшей Элси появилось обиженное выражение. Посмотрев на меня жалобным взглядом, она прошептала тоненьким голоском:

— Н-нет... я сидела спокойно, это она постоянно меня провоцировала!

Я перевел взгляд на старшую Дельфину. Но она лишь фыркнула, всем своим видом показывая, что это даже не стоит ответа.

Они все еще были в плохих отношениях. Поскольку лидером группы был я, улучшить их отношения также входило в мои обязанности.

Для начала я решил исправить заблуждение обеих девушек.

— И с какой стати вы обе — мои служанки? Если уж на то пошло, я здесь младший, так что впредь прошу таких слов не произносить.

— ...Н-но все же.

Старшая Элси, казалось, была чем-то недовольна и украдкой поглядывала на меня. Выглядело это мило, но я был непреклонен.

— Не надо. По крайней мере, не произносите этого вслух.

Иначе с большой вероятностью могли возникнуть самые разные проблемы.

Мой образ в академии и без того был давно искажен. Из-за беспочвенных слухов и падкой на сенсации местной прессы я уже прослыл кем-то вроде «бешеного пса с ручным топором».

И что будет, если в такой ситуации старшая Элси или старшая Дельфина объявят себя моими служанками?

Я даже представить не хотел, что тогда начнется. Это могло перерасти в конфликт между семьями. Как минимум, подобные трения не должны были всплыть на поверхность.

Однако старшая Элси поняла мои слова несколько иначе.

— Х-хорошо! Я не буду говорить это вслух, эхе-хе...

Я хотел сказать ей еще пару слов, но передумал.

Все равно она бы не послушала. У старшей Элси тоже было весьма твердое собственное мировоззрение. Придется постепенно перестраивать наши отношения в будущем.

Что ж, сегодняшняя ссора, похоже, на этом завершилась. Я был рад хотя бы тому, что слово «служанка» больше не будет звучать.

В последнее время моя жизнь менялась слишком стремительно. Раньше мне не приходилось ломать голову над подобными вещами.

И во всем было виновато то письмо. Вспомнив о любовном послании, оставшемся за пазухой, я с грустью опустил глаза.

На фоне возможного появления демона у нас не было времени на внутренние распри. Я сказал предельно серьезным голосом:

— Неизвестно, что нас ждет впереди. Магические звери, нападающие на приют, — вряд ли это просто так. Возможно, в это замешан демон.

— ...Демон?

Это произнесла старшая Дельфина, до сих пор сидевшая молча. Ее голос был полон сомнений, а брови слегка нахмурились.

Со старшей Элси было то же самое. Округлив глаза, она смотрела на меня с растерянным выражением лица.

Внезапное появление демона — даже мне эта история казалась невероятной. С моих губ сорвался уже не знаю какой по счету за сегодня вздох.

— Да, явных улик нет, но такая вероятность существует. Господин Гилфорд сказал, что аномальное поведение магических зверей можно объяснить только присутствием демона.

— И ч-что ты будешь делать, если мы и правда столкнемся с демоном?

Старшая Элси выглядела немного напуганной. Я мог ее понять, ведь на самом деле она была довольно трусливой. Честно говоря, мне и самому было страшно.

Сразиться с демоном еще во время учебы в академии — одно только это достижение сделало бы из меня легенду, о которой младшекурсники говорили бы не один десяток лет.

Я на мгновение замолчал. Что же делать? Как ни крути, вывод напрашивался только один.

— ...В приоритете должно быть выживание.

Это были люди, которых я притащил сюда насильно. Или даже если они пошли по своей воле, они не были готовы рисковать жизнью.

Я не мог заставить их так просто рисковать собой. В крайнем случае, мне придется как-то справляться одному.

В слегка повисшей напряженной атмосфере я снова поднялся на ноги.

Эту информацию нужно было сообщить остальным. И я бы уже покинул столовую, если бы не голос, остановивший мои торопливые шаги.

— ...Так каков вердикт?

Я непонимающе перевел взгляд на источник звука. Это была старшая Дельфина.

Слегка покраснев, она опустила глаза и неловко переспросила:

— Кто из нас более полезен, я или Рейнелла?

— ...Тебя это так сильно волнует?

— Конечно, ведь я Дельфина Юрдина. Пока не определится победитель, поединок не окончен.

Я всем своим видом показал, что сыт этим по горло, но волю старшей Дельфины было не сломить. Наоборот, она послала мне откровенно ожидающий взгляд.

Старшая Элси была не лучше. Делая вид, что ей неинтересно, она то и дело поглядывала на меня.

Это был взгляд, в котором смешались надежда и тревога. Издав легкий стон, я ответил:

— ...Давайте обсудим это после окончания практики.

Сейчас моя голова была полностью забита мыслями о демоне, так что это был единственный возможный выбор.

После моих слов взгляды старшей Элси и старшей Дельфины снова скрестились в воздухе, после чего они обе без лишних слов принялись за черновую работу.

Как я ни старался, мне было не дано этого понять.

Неужели место служанки так важно?

Поистине загадочный мир.

Той ночью состоялась немного необычная тренировка.

Меч столкнулся с мечом. Синие искры брызнули в воздухе, вспыхивая во мраке. Резкий лязг металла звенел в ушах.

Моим противником был старый мечник. Его звали Гилфорд, он был директором приюта и бывшим наемником, когда-то достигшим уровня Эксперта Меча, и выделялся своими белыми волосами.

Естественно, он был сильнее меня. Это стало понятно после нескольких скрещиваний клинков.

У него был совершенно другой опыт и другая техника. И, что самое главное, я не мог угнаться за его причудливым стилем фехтования.

Сделав шаг назад, я глубоко вздохнул и сделал выпад.

Это была атака, быстрая как луч света. Виртуальная траектория, рисовавшаяся перед моими глазами, свидетельствовала о том, что господин Гилфорд стремительно приближается.

Обостренные чувства ни разу меня не подводили. Так было и сейчас.

Только вот, хотя я ударил первым, клинок господина Гилфорда почему-то уже оказался у моего кадыка.

Его движения казались галлюцинацией. Я наношу удар, а он, как ни в чем не бывало, разворачивает тело, уклоняясь от моей атаки, и проскальзывает прямо под мою защиту.

— Это называется "Круговой разрез", —

Сказал господин Гилфорд, вытирая пот заранее приготовленным платком. Тяжело дыша, я открыл флягу.

Прохладная вода полилась по горлу, и мне стало немного лучше. Я снова посмотрел на господина Гилфорда.

— Эту технику я выучил в молодости благодаря одному короткому знакомству. Овладеть ею довольно сложно.

— ...Оно и видно.

Одно неверное движение — и на тот свет отправишься ты, а не противник. Чтобы применять это в реальном бою свободно, требовалось колоссальное количество тренировок.

Нет, дело могло быть даже не в тренировках. Куда важнее была сила духа.

Готовность умереть от удара — это не тот настрой, который свойственен живому существу.

— Изначально эту технику может использовать не каждый. Я тоже постиг ее суть лишь оказавшись на пороге смерти. Нужно просто отпустить себя.

— ...Отпустить себя?

— Да, только так можно преодолеть инстинкты. Ха-ха... словами это объяснить трудно. Если вам интересно, могу немного научить.

Услышав это неожиданное предложение, я на мгновение сделал глупое лицо.

На самом деле сегодняшний спарринг состоялся по просьбе господина Гилфорда. Желая хоть как-то отплатить за оказанную помощь, он решил помочь мне с тренировками.

Господин Гилфорд не только превосходил меня в мастерстве, но и обладал богатым опытом. Разумеется, у меня не было причин отказываться, и я с радостью согласился.

Но обучать меня своей технике вдобавок ко всему — это было уже чересчур. Я тут же помотал головой.

— Нет, как бы там ни было, заходить так далеко...

— За несколько сотен золотых можно спасти десятки детей.

Спокойный голос господина Гилфорда. Под несколькими сотнями золотых он, вероятно, имел в виду деньги за трупы убитых мной магических зверей.

— Это плата за их жизни. Прошу, примите ее.

После таких слов я больше не мог отказаться. В итоге я криво усмехнулся и принял предложение господина Гилфорда.

Единственное, что я упустил из виду — господин Гилфорд оказался на удивление строгим учителем.

— Еще раз!

— Стойка не та. Если вам продырявят голову, вы же будете винить меня с того света, не так ли?

— Даже обезьяна справилась бы лучше, молодой господин. Вам как человеку не стыдно?

Бывший наемник оставался бывшим наемником. Меня отпустили только после того, как я повторял движения до тех пор, пока во рту не появился привкус крови.

Мое тело обмякло от усталости. Пошатываясь, я поплелся в свою комнату.

Лето, наверное, уже спал, Юрен ушел в город, так что не спал только я. Какая жалкая участь.

Возможно, из-за недавних перегрузок в спине чувствовалась ноющая боль. Я думал, что исцеляющее зелье полностью вылечило меня, но, видимо, его оказалось недостаточно.

И вот, пока я шел...

Внезапно в мое поле зрения попала одна картина.

Это была статуя божества, стоявшая в углу двора приюта. Дешевая каменная статуя, какие есть везде, где получают поддержку от Святого Королевства.

Перед ней молилась Святая.

Это было зрелище, при котором слово "Святая" напрашивалось само собой.

В глаза бросались ее серебристые волосы, мягко сияющие в лунном свете, и ослепительные черты лица, напоминающие произведение искусства больше, чем сама статуя.

Ее присутствие затмевало весь окружающий пейзаж.

В одно мгновение пейзаж превратился в портрет. На какое-то время я лишился дара речи. Я долго смотрел на нее в молчании.

Девушка медленно открыла глаза. Словно на портрет нанесли каплю нежно-розовой краски, щекочущую сердце.

— ...Какая редкость. Неужели такой человек, как вы, тоже умеет молиться?

Впрочем, этот холодный голос вмиг разбил все мои возвышенные чувства.

Словно только сейчас придя в себя, я усмехнулся и покачал головой.

— Я не настолько набожен, чтобы молиться на рассвете. Скорее, я просто убедился, что Святая — это и правда Святая.

— А вы сомневались?

Ее тон был резким. В последнее время наши отношения всегда были такими, поэтому я не особо обиделся.

Слегка помахав рукой, я решил уйти. Святая тоже фыркнула и собиралась отвести от меня взгляд.

Если бы только я вдруг не почувствовал горячую и влажную липкость на спине.

Ой, что это такое.

В то мгновение, когда у меня промелькнула эта мысль, глаза Святой уже широко распахнулись. Запинаясь, она зашевелила губами:

— К-к-кровь...!

С недоуменным видом я завел руку за спину. И почувствовал на пальцах липкую кровь.

От растерянности я потерял дар речи. До тех пор, пока звонкий голос Святой не потряс ночной приют:

— ...У вас же кровь идет!!

Дело дрянь. Меня застукал тот человек, которому я меньше всего хотел попадаться на глаза в таком виде.

Я покрылся холодным потом от одной лишь мысли о том, сколько нотаций мне теперь придется выслушать.

А ночь была еще очень длинной.