Глава 303
Глава 194
Гуууууу—
Протяжный гул рога разнёсся со стороны замка Нина.
Смахнув с лица перемешанные пот и кровь, я погрузился в мысли. Наконец-то всё кончено. Затяжная, изнурительная битва.
Первый этап подошёл к концу.
Однако я прекрасно понимал: это ещё далеко не конец всей войны. Именно поэтому даже в момент первой победы меня не покидал глухой, липкий страх. Стоит лишь Семёрке Мечей и самому Святому Мечу рода Нина лично шагнуть на поле боя — и этой войне придёт конец.
Свист—
Я поднял голову и посмотрел на фигуру, с высоким высокомерием взиравшую на армию демонов с высоты замковых стен.
Святой Меч.
Он обозревал поле битвы, а подле него застыли семь рыцарей.
Всё сходилось. Почему они не вступили в бой сами? Им нужно было оценить наш уровень. И теперь они получили исчерпывающий ответ: им под силу полностью стереть род Барес с лица земли.
А значит, совсем скоро они лично ступят на это поле. Чтобы поставить жирную точку. Чтобы уничтожить всех нас до единого.
«...…Я сделал всё, что было в моих силах.»
Но у меня просто не было ресурсов, чтобы остановить их. Сегодня я сам едва не отправился на тот свет.
Эта воительница… Шаэль, кажется? Пока я сражался с ней, одна лишь далекая волна Силы Меча от Святого Меча едва не рассекла меня пополам, а следом я получил внутренние повреждения от дистанционного удара кого-то из Семёрки.
Бояться этого расклада было вполне естественно.Восемь человек. Один — на уровне, о котором я не смел и мечтать. И ещё семеро — находящиеся на одной ступени со мной.
Будь здесь этот пасынок судьбы, сынок Святого Меча — главный герой этой истории, — мы не выиграли бы даже первое сражение. Этот помешанный на справедливости сопляк ни за что не простил бы Святому Мечу того, как тот жертвует жизнями собственных солдат ради разведки. Он рванул бы в бой первым.
По моим подсчётам, текущая сила главного героя уступала разве что Криту да Святому Мечу. Он заведомо превосходил любого из студенческого совета — и меня в том числе.
Досадно, конечно, но такова суровая реальность. В конце концов, я сам в своё время отвалил ему столько сил, так на кого мне теперь пенать? Оставалось только смириться.
Стук-стук—
Стук-стук—
Пока я переводил дыхание среди гор трупов людских и демонических солдат, воины Нина окончательно отступили, и дистанция между нами увеличилась.
Глядя на уходящего врага, Крит подал голос:
— Не преследовать. Возвращаемся в лагерь.
Верное решение. И пусть моё выступление унесло немало вражеских жизней, демоны тоже понесли колоссальные потери.
Но главное было в другом…
«Рене. Где Рене?»
Сердце больно сжалось, а к горлу подступила тошнота. Запах крови и азарт битвы настолько одурманили мой разум, что я на какое-то время совсем забыл о ней.
Нет, я ведь рвался в бой в том числе и ради того, чтобы найти её. Но в какой-то момент эмоции — азарт и полное погружение в сражения — затмили всё.
И тут меня прошиб холодный пот.
Неужели…
Неужели Рене погибa?
Страх. Дикий, сковывающий ужас.
Топот—
Я резко оттолкнулся от земли и бросился вперёд.
Я отчаянно вглядывался в лица выживших. Вокруг были лишь израненные демоны, медленно бредущие к горному лагерю. Рене среди них не было, и от этого становилось совсем тошно.
— Госпожа…
Я не уберёг её. Как я мог забыть о самом главном? Едва эта жуткая мысль окончательно оформилась в голове…
Удар—
Я запнулся о чьё-то тело и грохнулся наземь.
Липкая кровь и грязь облепили лицо, а глаза обожгло адской болью. После долгого использования Ока Высокомерия зрение и так было на пределе, а попавшая в глаза грязь добила.
Больно.
Очень больно.
Хотелось просто разрыдаться. Сколько бы жизней я ни отнял, внутри я всё ещё оставался обычным человеком из современного мира, попавшим сюда лишь пару лет назад. У меня не могло вырасти стальное сердце за столь короткий срок.
Грудь давило тяжким грузом.
И в этот момент кто-то мягко подхватил меня под руки, помогая подняться.
— ......
Шорох—
Прикосновение этих ладоней словно смыло боль — пусть и ненадолго, пусть это была лишь иллюзия.
— Это вы…
Хотя глаза ещё отказывались открываться, я уже знал, кто передо мной. Та, кого я так отчаянно искал на поле боя, сейчас бережно держала меня.
Я еле разлепил пересохшие губы:
— …Где вы были?
— С отцом.
— Вот как…
Из горла вырвался невольный смешок.
С Критом. Вот уж действительно: хочешь что-то спрятать — положи на самое видное место. Крит вовсе не участвовал в рубилове, но его колоссальное присутствие перекрывало всё вокруг. Понятно, почему я не заметил Рене, даже когда пробивался совсем рядом: аура Крита просто затмила её.
Это было глупо, но дикое облегчение от того, что она жива, окончательно лишило мои ноги сил.
И я, плевав на этикет, тихо попросил:
— Могу я… хотя бы ненадолго опереться на ваше плечо, госпожа?
— …Конечно.
Рене ответила так просто, будто в этом не было ничего особенного.
Шорох—
Опираясь на неё, мы медленно побрели в сторону лагеря демонов. По пути я не удержался и спросил:
— Вы, случайно не изменили своего решения?
Может, всё же вернётесь со мной в Царство Демонов? Я задавал ей тот же вопрос, что и раньше. Но Рене промолчала.
— ......
Она просто молча шла рядом, поддерживая меня за плечи. Этот молчаливый отказ был понятен без слов, и я решил больше не поднимать эту тему.
Рене.
Похоже, у неё не было ни малейшего желания покидать Царство Людей. Что она пыталась здесь увидеть? На что хотела посмотреть посреди этой кровавой бойни?
Я не знал ответов, но решил уважать её выбор. Пусть я и уступал Святому Мечу, но слабаком точно не был. Защитить одного человека — ту же Рене — мне вполне по силам. Даже если это означало бы использование силы Бога-Демона, я бы защитил её.
Когда мы молча дошли до палатки, она отстранилась:
— Пришли.
— ......
Только сейчас повреждённое зрение начало понемногу возвращаться. Пусть последствия применения Ока Высокомерия не пройдут бесследно, обычной жизни и способности сражаться это не помешает.
Перед глазами проявилось убранство палатки. Никаких кроватей или удобств. Впрочем, глупо было ожидать комфорта посреди войны.
Шорох—
Рене бережно придерживала меня за талию, пока я опускался на голый пол.
Шорх, шорох—
Достав платок, она принялась аккуратно стирать кровь с моего лица.
— Спасибо. Вы, должно быть, тоже ужасно устали за сегодня, госпожа. Простите, что заставляю вас волноваться.
— Не бери в голову, — ровным тоном отозвалась она.
— Что ж, это радует.
— Ага.
— ......
Разговоры с Рене всегда получались немного натянутыми. Я немигающе уставился на неё, а она — на меня.
— Вы хотите что-то сказать?
Кач-кач—
Рене отрицательно покачала головой. Я нахмурился. Тогда почему она всё ещё здесь?
— …Вам пора отдохнуть. Не лучше ли пойти к себе и нормально поспать? — попытался я как можно мягче намекнуть, что ей пора в свою палатку.
Но Рене даже не шелохнулась.
— Госпожа?
— Я буду спать здесь.
— Ч-что, простите?
Я не ослышался?
От её слов я ошарашенно захлопал глазами. Спать здесь? С чего вдруг?
Я судорожно попытался сообразить, в чём дело, но истощённый мозг отказывался выдавать хоть сколько-нибудь логичный ответ. Нет, серьезно, почему?
Видя моё крайнее замешательство, Рене наконец пояснила:
— Ты сказал, что будешь защищать меня.
— …Ну… да…
— А я буду защищать тебя. Рядом.
— ......
Головная боль накрыла с новой силой. То есть она реально собралась ночевать в этой палатке, пока я спать буду? Внутри всё воспротивилось. Как вообще мужчина и женщина… под одной крышей….?
Едва я собрался наотрез отказаться от столь щедрого предложения, как в голове что-то щёлкнуло.
Эта ситуация…
Она казалась до странного знакомой. Будто нечто подобное уже происходило. Пока я щурился от странного чувства дежавю, Рене заговорила первой:
— Я слышала об этом.
— О… о чём?
— О промежуточных экзаменах. О тебе и о Ки…
— ...…!
Стук—
Я мгновенно зажал ей рот ладонью. Кто, чёрт возьми, трепался об этом?
История о том, как я заснул в одной постели с Луной… Рене про неё знала. Пока я стоял ни жив ни мертв, краснея от смущения, Рене с угрюмым видом отстранила мою руку от своих губ.
— Мне Прон рассказала.
Блять.…!
Так эта гадина тогда всё подглядела? Но на этом сюрпризы не закончились. Из уст Рене вылетело кое-что ещё более дикое — то, чего я никак не мог ожидать.
— Тебе ведь нравится спать с женщинами, да?
— Кому? Мне?
От ужаса перед тем, что ещё она может выдать, я смог лишь заикаться в ответ на её абсолютно серьёзный вопрос.
Да что я опять сделал-то?
Я же ничего подобного не помню! Неужели я правда совершил что-то эдакое?!
Слова застряли в горле, я даже рот открыть не мог от шока. Посмотрев на меня, сжавшегося в комок, Рене разочарованно вздохнула:
— ….Дурак.