Глава 121. Принцесса не скрывает свою личность (3)

Эпизод 121. Принцесса не скрывает свою личность (3)

— Кх...

Мердок сплюнул кровь вперемешку со слюной и с огромным трудом поднялся на ноги.

Жив.

То, что он уцелел после предыдущего удара, само по себе граничило с чудом.

Обычному человеку такой силы пинок мгновенно переломал бы шейные позвонки, оборвав жизнь на месте.

Но Мердок выжил.

И все благодаря драгоценным камням, которые он нещадно тратил на укрепление своего тела.

Причем в жертву он приносил далеко не простые побрякушки.

Это были высокочистые кристаллы маны.

Необработанные камни, добываемые в мизерных количествах из самых глубин мана-рудников, десятки раз гранили, очищали от примесей дикой магии и лишь затем руками искусных ювелиров превращали в подобие драгоценностей.

Каждый такой самоцвет служил редчайшим магическим проводником, по стоимости сопоставимым с приличным городским особняком.

Сжигая дотла скопившуюся в них концентрированную ману, Мердок укреплял плоть, обострял чувства и многократно повышал прочность собственного тела.

Не заплати он эту цену...

Голова Мердока уже давно покатилась бы отдельно от туловища.

— Ух...

Мердок судорожно, со свистом выдохнул.

Скопившаяся во рту кровь тяжелыми каплями застучала по полу.

Благодаря возросшей регенерации раны затягивались прямо на глазах, но перенесенное потрясение так просто не проходило.

Он утер рот рукавом.

— Так я и думал... Никакой ты не раб.

— Да почему вы все спорите? Я же корейским языком говорю: я раб. С чего ты взял обратное?

Как правило, в историях про тех, кто любит притворяться слабаком, главному герою не верят сразу, даже если он раскрывает карты.

Но стоит продемонстрировать силу, как окружающим волей-неволей приходится признать очевидное.

Вот только Рион действительно был рабом.

И сколько бы он ни носил на шее рабский ошейник...

И сколько бы сам ни твердил о своем статусе...

Чем больше силы он выказывал, тем меньше люди верили в его рабское происхождение.

«Раб, которого никто не хочет признавать рабом. Ну не абсурд ли?»

В этом тоже крылась своего рода рабская трагедия.

Дзинь.

Мердок сорвал висевший на поясе расшитый кошель.

Содержимое градом посыпалось на землю.

Золотые и серебряные монеты, броши, ожерелья, перстни — сплошь дорогие, баснословно ценные вещицы.

— И не лень тебе такую тяжесть на себе таскать?

Рион лениво хмыкнул.

Мердок не удостоил его ответом. Вместо этого он с силой наступил на груду сокровищ.

Хруст.

Драгоценный металл смялся и деформировался.

Треск.

По камням побежали глубокие трещины.

Шурх.

Золотая пыль взметнулась в воздух.

Из раздавленных сокровищ высвободилось разноцветное сияние, начавшее скапливаться у ног Мердока.

Алое.

Лазурное.

Янтарное.

Все эти оттенки слились воедино, образовав мутную, бурлящую лужу чистого света, которая тут же впиталась в тело Мердока.

В то же мгновение спина Мердока выгнулась дугой.

Кровь, стекавшая по подбородку, мгновенно запеклась.

Затуманенный взор прояснился.

Даже боль отступила, растворившись без следа.

Осталось лишь неописуемое, пьянящее чувство всемогущества.

— Кх-х-ха...

Мердок сладостно, шумно выдохнул.

Сияющая жижа у его ног до последней капли впиталась в его поры.

— В который раз убеждаюсь... Деньги — величайшее благо.

Мердок свято верил в ценность материальных вещей.

Мечник, потративший десятки лет на тренировки...

Маг, харкающий кровью над древними гримуарами...

Даже одаренный божественным талантом гений — все они рано или поздно упираются в свой потолок.

Но только не деньги. У денег нет предела.

Если мало — можно сжечь еще больше.

Если не хватает — просто влей еще.

И тогда они обратятся в чистую силу, в неограниченную власть.

Стоит лишь заплатить, и этот мир преподнесет тебе все, что пожелаешь.

Эта простая, непреложная истина сейчас бурлила в жилах Мердока.

Чистые наслаждение.

И еще более глубокое, пьянящее чувство всесилия.

— Сейчас мне кажется, будто я способен сокрушить горы.

Мердок высокомерно задрал подбородок, глядя на Риона сверху вниз.

— Ну что, закончил свои фокусы?

— Да. Премного благодарен, что ты так глупо стоял и ждал.

— Ну, не мешать врагу во время трансформации — это, знаешь ли, неписаный закон.

Рион беззаботно пожал плечами.

Он ничуть не опасался того, что противник выложится на полную. Напротив, он даже приветствовал это.

И дело было вовсе не в беспечности.

Почуй он реальную угрозу, то снес бы Мердоку башку еще до того, как тот успел бы начать свое пафосное пробуждение.

В конце концов, ради выживания Рион без колебаний прибегнул бы к любой, даже самой грязной уловке.

Но нынешний враг целиком и полностью укладывался в рамки того, с чем он мог легко совладать.

Попав в этот иной мир, он повидал немало магии и самых разных стилей фехтования.

А теперь перед ним разворачивалось зрелище того, как человек буквально сжигает деньги, чтобы обрести чудовищную силу. Зачем же мешать такому представлению?

Чужие уникальные техники...

Заклинания...

Приемы...

И способности...

Все то, что ковалось годами чужой жизни, формируя неповторимую индивидуальность.

Возможно, подобное зрелище он больше никогда в жизни не увидит.

«Надо ловить момент и смотреть, пока дают».

Когда еще представится шанс поглазеть на такое шоу?

Рион поудобнее перехватил кинжал. На его губах заиграла легкая усмешка.

— Ну что, давай проверим, окупаются ли твои инвестиции.

— Наглец. Я заставлю тебя пожалеть об этих словах.

Перед глазами Мердока вновь вспыхнул золотой нимб.

Он с силой оттолкнулся от пола.

Бабах!

Его тело рванулось вперед подобно вспышке молнии.

Не было даже ощущения бега.

Словно он просто купил себе нужную скорость, Мердок в мгновение ока преодолел разделявшее их расстояние.

Оказавшись прямо перед лицом Риона, он резко выбросил руку вперед.

С его пальцев, где еще мгновение назад плавились кольца, сорвались тонкие золотые нити.

Десять золотых струн, переплетаясь в воздухе, устремились к телу юноши, пытаясь опутать его с ног до головы.

От них исходила удушливая жажда крови — эти нити были готовы разорвать плоть на куски при первом же прикосновении.

Однако Рион даже не подумал отступить. Он лишь едва заметно шевельнул пальцами.

— Что?!

В тот же миг золотой нимб Мердока яростно задрожал.

Десять золотых нитей, летящих в Риона...

Две из них должны были перекрыть пути к отступлению, три — связать руки, а оставшиеся пять — перерезать жизненно важные артерии.

Шаг назад — и его рассечет пополам.

Прыжок в сторону — лишится ног.

Пригнется — лишится головы, попытается заблокировать — лишится кистей.

Безупречное золотое сечение смерти, не оставляющее ни единого шанса на спасение.

И все же...

Он ведь даже не взмахнул клинком. Просто шевельнул пальцами.

Шурх.

Сжимавшиеся со всех сторон золотые нити лопнули одновременно.

Словно их разом перерубило невидимое лезвие.

Фьють!

И тут же нога Риона, подобно гибкому хлысту, взмыла вверх.

Попробовав этот прием однажды, он вошел во вкус.

Удар из его личного арсенала Ножевания — фехтования ногами — обрушился на врага с новой силой.

— Кх..!

Зрачки Мердока сузились от ужаса.

Та же траектория, что и при первом ударе в челюсть, но скорость была в разы выше.

Уклониться невозможно.

Золотой нимб бешено вращался, пытаясь просчитать траекторию уклонения, но было слишком поздно.

Дзинь-дзинь-дзинь.

В ушах пронесся короткий, отчетливый звон рассыпающихся золотых монет.

В следующую секунду...

Целая горсть золотых монет, припрятанная за пазухой Мердока, бесследно испарилась.

Расплавленное богатство мгновенно конвертировалось в защитное заклинание.

Вууум.

Прямо перед лицом Мердока, буквально в паре сантиметров от носка Риона...

...возник прочный золотой щит.

И удар ноги Риона пришелся точно в его центр.

Бабах!

— А-а-а-ах!

Оглушительный грохот эхом прокатился по всему подземелью. Запертые в клетках девушки в ужасе зажали уши руками.

Золотой щит пошел глубокими вмятинами и трещинами.

Остаточная ударная волна, которую преграда не сумела поглотить, обрушилась на стоявшего за ней Мердока.

Его отбросило назад по прямой траектории.

— Кха!

Врезавшись в каменную стену, Мердок мешком повалился на пол и шумно выплюнул целую лужу крови.

— М-да...

Рион озадаченно наклонил голову набок.

— Похоже, тебе придется раскошелиться посерьезнее.

— Кх..!

Мердок отчаянно протянул руку в сторону клеток с пленницами.

Золотые нити, извиваясь подобно змеям, скользнули сквозь прутья решетки, целясь прямо в беззащитных девушек.

Вжух.

Однако они не успели даже приблизиться к целям — невидимый клинок безжалостно рассек их прямо в воздухе.

Обрубки золотых нитей посыпались на каменные плиты. Потеряв магическую подпитку, они еще немного покорчились, словно дождевые черви, а затем рассыпались серой пылью.

— Ты правда думал, что я позволю тебе это сделать?

Мердок до крови закусил губу. Он влил в эту атаку целое состояние, но не смог даже волоска на его голове повредить.

Положение было отчаянным.

Выхода из этого тупика не предвиделось.

— Эй... Не хочешь заключить со мной сделку?

— Сделку?

— Я не знаю, сколько тебе платит твой наниматель. Но если перейдешь ко мне, я буду платить тебе в разы больше.

Мердок, хоть его и трясло от страха и злости, попытался натянуть на лицо ухмылку.

— Нужны деньги? Власть? Женщины? Я могу дать тебе абсолютно все, что пожелаешь. Присягни мне на верность.

Несмотря на то, что Рион уже несколько раз прямым текстом назвал себя рабом, Мердок отказывался в это верить.

Он был твердо убежден, что перед ним либо элитный рыцарь на службе у какого-то влиятельного дома, либо высококлассный наемник.

А значит, вопрос упирался лишь в цену. Именно так он раньше переманивал на свою сторону лучших людей своих конкурентов.

В этом мире нет людей, которых нельзя купить. А если кто-то не продается, значит, предложенная сумма была просто недостаточно велика.

Но...

— Слушай, чтобы перекупить меня, у тебя должно быть как минимум больше денег, чем у моего нынешнего работодателя, верно?

Рион выразительно кивнул в сторону клеток.

Мердок проследил за его взглядом. Там, за решеткой, сидела Аурора.

— Ну так как, ты богаче принцессы?

— ...Что?

— Я говорю: каким бы богатым ты ни был, неужели твоя казна больше, чем у имперской принцессы?

Мердок упустил из виду одну простую вещь.

Да, за золото можно купить почти все: преданность, власть, даже любовь.

Но у денег есть один фатальный изъян.

Любое богатство пасует перед богатством еще большим.

Каким бы огромным ни было состояние Мердока, тягаться с казной дочери самого императора он физически не мог.

— Эта девка... действительно принцесса?..

— Ага. К тому же, я ведь раб. Даже если бы я очень захотел к тебе уйти, ошейник не позволит.

— Не мели чушь! Чтобы имперская принцесса, скрывая свою личность, притащилась в этот притон с одним-единственным рабом?! Ты за кого меня принимаешь, думаешь, я поверю в этот бред?!

— Верить или нет — твое дело, мне плевать. В любом случае, сделки не будет, так что закатай губу обратно.

Мердок отказывался верить своим ушам.

Эта девчонка — принцесса?

Не сумасшедшая, начитавшаяся дешевых романов, и не самозванка, а настоящая наследница престола?

«Да быть такого не может! Подобный бред бывает только в книжках!..»

Топ.

Рион сделал шаг вперед.

— Ну, раз ты показал мне все свои трюки, давай закругляться?

— Кх..!

В этот момент дверь, ведущая в коридор, с грохотом распахнулась.

— Босс! Что тут за грохот?! Мы услышали...

Услышав шум борьбы, в подземелье ворвались головорезы, охранявшие тайные проходы.

Кое-как опираясь на дрожащие руки, Мердок с трудом поднялся на ноги.

— Это лазутчик! Схватить его! Живо!

— Да, босс!

Повинуясь приказу, бандиты обнажили клинки и толпой ринулись на Риона.

Лицо Риона мгновенно помрачнело.

— Надо же. Только что хвастался, будто деньги могут все, а теперь прячешься за чужими спинами.

Хотя, если подумать, эти псы служат ему тоже ради звонкой монеты. Так что, пожалуй, это все еще можно назвать силой денег.

Легким движением уложив первого подбежавшего бандита, Рион скользнул взглядом дальше.

Мердока и след простыл — он уже вовсю улепетывал по потайному ходу.

Кое-как волоча израненное тело, главарь банды ворвался в свой личный кабинет.

— Проклятье... — процедил он сквозь зубы.

Мердок со злостью огляделся.

Стены, сплошь заставленные тяжелыми сейфами.

Стеклянные витрины, в которых сияли редкие самоцветы.

Древние монеты, бесценные артефакты...

Здесь было все, ради чего он жил.

Его кровь.

Его пот.

Вся его жизнь.

Мердок на секунду замер.

Жалко. До безумия жалко расставаться с этим добром.

Но иного пути не было.

Сколько лет он потратил, гния в трущобах, чтобы скопить это богатство?

Скольких людей предал, продал в рабство, закопал заживо?

Каждая монетка была его личной победой, каждый камень — вехой его триумфа.

И все же...

«Если я выживу, то смогу заработать еще больше. Главное — остаться в живых».

В глазах Мердока вспыхнул безумный огонек.

Пусть золото и было для него смыслом существования, собственная шкура все же ценилась им куда выше этих побрякушек.

Он вскинул руки.

Все сокровища в комнате разом задрожали.

Замки на сейфах с треском лопнули, и золотые монеты хлынули наружу ревущим водопадом.

Самоцветы, ожерелья, кубки — все это устремилось к Мердоку, повинуясь его воле.

Поглощение такого колоссального объема энергии за раз грозило страшными последствиями для организма, но сейчас было не до осторожности.

Чем выше риск, тем слаще победа. Этот безумный шаг должен был окупить все.

— Я приношу в цену все!

Кредитное плечо — двести пятьдесят тысяч крат!

Комнату затопило непроглядное черное сияние.

На мгновение все подземелье погрузилось в абсолютную тьму.

***

— И куда это он подевался? — пробормотал Рион, неторопливо шагая в ту сторону, куда сбежал Мердок.

С бандитами он покончил без особого труда.

Хотя те и считались грозными бойцами в преступном мире, против Риона они не продержались и минуты.

Пройдя вглубь коридора, юноша наткнулся на массивную дверь, за которой скрывались личные покои главаря.

Комната поражала своим кричащим великолепием.

Посреди этого роскошного убранства распластался Мердок. Его тело сотрясали дикие, неестественные судороги.

Под кожей, словно черные черви, пульсировали вздувшиеся вены, налитые темной энергией. Взгляд мужчины остекленел, а изо рта обильно текла розовая пена.

— По... почему... — прохрипел Мердок сорванным голосом.

Конвертация ценности.

Способность превращать материальную ценность вещей в чистую силу.

Но эта сила давалась лишь взаймы и на время.

Она не расширяла внутренний сосуд маны самого пользователя.

Мердок же попытался влить в себя колоссальный объем мощи, который его тело просто не могло вместить.

То, что следовало развивать десятилетиями упорных тренировок, он попытался купить за один миг.

И вот законопослушный итог.

— Мое золото... Все, что у меня было...

Богатство, собиравшееся всю жизнь...

Сила, купленная на это богатство...

Все сгорело без остатка.

На полу осталась лишь бесполезная серая пыль, в которую превратились драгоценности, да жалкий калека, не способный даже пошевелить пальцем.

Рион лениво пнул носком сапога валявшийся на полу осколок золотой монеты.

— Эх, говорил же я тебе: жить надо честно.

Все-таки честный труд — залог долголетия.