Глава 78. Мастерство провокации — мирового уровня.

Мастерство провокации — мирового уровня.

С того мгновения, как стало известно, что герцог — это ведьма Селсия, всё герцогство превратилось в логово ведьмы.

И целью этой ведьмы стала Реноа.

Пусть её ценность как «сосуда» и упала после разрушения мана-ядра, расслабляться было слишком рано.

Никто не знал, на что способна Селсия.

Именно поэтому я не отходил от Реноа ни на шаг.

Ни на единый миг.

Пока мы были в Академии, это не имело значения. Нет, проблемы были и там, но я хотя бы мог найти оправдание.

Ведь там, если не считать нескольких служанок, были только я и Реноа.

Но здесь всё иначе.

Тут на каждом шагу — аристократы и рыцари.

Я приклеился к Реноа как банный лист, и взгляды, которыми нас награждали, были отнюдь не шуточными.

Как и сейчас.

— Эй.

— Да.

— Это еще что такое?

— О чем именно вы говорите?

— О чем-о чем. Я про этого раба.

Время ужина в роду Эдельхайд.

За столом собрались все, кроме герцога, который сослался на дела и покинул зал.

Иделла, старшая дочь, отвлеклась от трапезы и в упор уставилась на меня.

Не только она — все в столовой смотрели на меня как на ненормального.

Реноа практически силой притащила меня на семейный ужин, и я был обязан оставаться подле неё.

— На меня уже как-то пытались совершить покушение. Я просто не смогу спокойно жить, если рядом не будет личного рыцаря.

Реноа подцепила кусочек блюда вилкой. Затем она обернулась и жестом подозвала меня.

— А-а, открой рот.

— Госпожа?..

— А-а.

— ……

Я быстро окинул взглядом присутствующих.

Я понимал, что этого делать нельзя, но решимость в глазах Реноа была такой непоколебимой, что возможности для отказа просто не осталось.

Скрепя сердце, я принял еду из её рук.

— Ну как?

— Отравы нет. Можете есть спокойно.

— Кто тебя об этом спрашивал? Я про вкус.

— …Вкусно.

— Вот как? Тогда попробуй и это.

Реноа принялась скармливать мне один кусочек за другим. Грань между «охраной» и «совместным ужином» стерлась окончательно.

Даже у меня голова шла кругом, что уж говорить об остальных.

И, как и следовало ожидать, последовал выпад от Флоренсии.

— Ты совсем лишилась рассудка? Что за комедию ты тут ломаешь?

— Однажды служанка, которой я доверяла, подсыпала мне яд. С тех пор я не могу притронуться к еде, пока не проверю её на безопасность. Ну так что? Что самое вкусное?

— ……

— Отвечай.

— Пожалуй, мясо удалось лучше всего.

— Мясо? Тогда съешь еще кусочек.

Оправдание Реноа с «покушением» было поистине универсальным щитом, отражающим любые нападки.

Даже Флоренсия, известная своим ядовитым нравом, не смогла вставить ни слова.

В итоге мне пришлось покорно поглощать всё, что давала Реноа, пока дело не дошло до полноценного обеда.

— Госпожа. В меня больше не влезет.

— Уже наелся? Или просто притворяешься?

— Госпожа…

— Ладно. Идем. Я закончила.

Наконец Реноа поднялась с места. К счастью, она поверила моей «сытости».

Я поспешил следом за ней, когда она гордо зашагала вон из зала.

— Госпожа? Вам не кажется, что мы привлекаем излишнее внимание? В нашем положении это вряд ли пойдет на пользу.

— И что с того?

— Как это «что»…

— Ты хоть знаешь, как эти люди со мной обращались всё это время?

Я знал.

Я сам видел, как Флоренсия влепила ей пощечину.

Но если бы она решила им отомстить, я бы понял, а это… Какая тут связь?

— Эти люди молят лишь об одном — о моем несчастье. Они скорее выберут смерть, чем увидят мой успех.

Неужели до такой степени?

Впрочем, я и сам встречал подобные темы на форумах.

«Вы получаете сто миллионов, но ваш злейший враг получает десять миллиардов».

«Я получаю сто миллионов, а Джерард — десять миллиардов…»

А что, неплохо.

Можно ведь просто избить Джерарда и отобрать у него эти десять миллиардов.

В чем проблема-то?

До чего же у людей гнилое нутро.

Нужно быть добрее, как я.

— То есть вы хотите сказать, что разыгрываете перед ними нашу «любовную идиллию», чтобы просто потрепать им нервы?

— Ну… Вроде того.

— Я понял. Но есть ли смысл делать это с рабом?

— Судя по их лицам, смысл был.

Вот оно что.

Должно быть, поэтому Реноа выглядела такой воодушевленной каждый раз, когда кормила меня.

Её забавляла мысль о том, как она их злит.

«А характер у неё всё такой же скверный».

Видимо, как бы ни менялись обстоятельства, суть человека остается прежней.

Впрочем, в этом и была вся Реноа.

— Хм?

Пока мы болтали, из столовой вышел еще один человек.

Это был Кассиус, старший сын.

Характер других членов семьи Эдельхайд лежал на поверхности, их было легко прочесть.

Но Кассиус всегда оставался бесстрастным и молчаливым; понять, что творится у него в голове, было решительно невозможно.

«Я слышал, они в ладах с Айтейром».

Обычно таких типов и стоит опасаться больше всего.

— Приятного ли было аппетита, брат?

Опять началось.

Очередная провокация Реноа.

Кто-то скажет: что тут такого? Но Реноа — незаконнорожденная.

Никто не считает её частью семьи Эдельхайд.

И Реноа платит им тем же.

Она не зовет отца отцом, а сестер — сестрами.

И то, что она назвала Кассиуса «братом», было явным вызовом.

Интересно, как он отреагирует?

Мы с Реноа замерли в ожидании.

Наконец Кассиус разомкнул губы.

— Не смей называть меня братом.

И добавил:

— Ты не из рода Эдельхайд.

Холодное, исключающее заявление, ничем не отличающееся от слов остальных.

Реноа ожидала подобного, а потому удар не достиг цели.

Её ленивый взгляд выражал скорее разочарование.

— Пусть у нас разные матери, но в нас течет одна кровь. Как же жестоко вы обходитесь с сестрой.

— Не заблуждайся.

Кассиус неспешно сократил дистанцию, остановившись вплотную к Реноа.

Он слегка вскинул подбородок, глядя на неё сверху вниз.

— Даже если ты посещаешь императорские приемы и учишься в Академии, ты не Эдельхайд. Ты лишь временная замена.

— ……

— И прекращай этот цирк с использованием имени семьи. Ты мозолишь мне глаза.

Словно решив, что дальнейший разговор — пустая трата времени, Кассиус прошел мимо нас и скрылся.

Реноа, глядя ему в спину, тихо пробормотала:

— Скучно. А я думала, он другой.

— ……

— Ты чего?

— Да нет… Просто.

Его манера речи.

Выражение лица.

Голос.

Вся его аура была пропитана ледяным, удушающим спокойствием. Это напомнило мне нашу первую встречу с Реноа.

Врожденное чувство превосходства.

Оно исходило и от Кассиуса.

«Но вот что странно».

В давлении Кассиуса на Реноа не было истинной враждебности.

Он просто рычал, скаля зубы.

Без малейшего намерения укусить.

«Неужели он струсил перед ней?»

Словно напуганный пес, который лает громче всех.

Вполне возможно.

Учитывая, что Реноа — та еще бешеная собака.

— Пойдем прогуляемся.

— Решили меня выгулять?

— Чего?

— Ничего. Идемте.

***

Императорский замок в столице.

Айтейр, поступивший в Академию, вернулся. Он не бросил учебу.

Ведь он был тем, кто делал громкие заявления перед толпой и собирал сторонников; его исчезновение ударило бы по престижу.

Он лишь ненадолго отлучился, сославшись на плохое самочувствие. Как только дела будут закончены, он вернется.

— С возвращением, Ваше Высочество. Как вам Академия? Завели новых друзей?

— И не спрашивай. Мне там ни минуты покоя не давали.

— Это лишь доказывает, сколь многие жаждут вашего расположения. Неужели никто не приглянулся?

— Были такие.

Глава слуг заинтересованно погладил усы.

— Охо. Кто-то удостоился внимания принца? И кто же это?

— Вторая дочь Эдельхайд и её раб-рыцарь. И еще один простолюдин.

— Весьма необычное сочетание, судя по описанию.

— И не говори. С ними время летит незаметно.

Айтейр невольно усмехнулся.

Стоило ему представить их, как в голове в деталях зазвучали их голоса.

Слуга сменил тему.

— Я слышал новости. Вы нашли ведьму.

— Благодаря помощи друга. Именно ради этого я и вернулся во дворец.

— Намерены лично возглавить карательный отряд?

— Разумеется.

Ведьма Селсия — это катастрофа, некогда повергшая всю империю в пучину ужаса.

Имя, от которого в империи замолкают даже младенцы.

Истребление подобного существа — великий и судьбоносный долг императорской семьи.

Покарать ту, что вырезала мирных граждан, и упокоить души невинно убиенных.

К тому же, победа над ведьмой укрепит веру народа в правящую династию. А это, в свою очередь, усилит императорскую власть.

И смысл этого деяния раскроется в полной мере, только если во главе встанет Айтейр, главный претендент на престол.

— Однако меня кое-что беспокоит. Как вы намерены доказать, что герцог и есть ведьма?

То, как Селсия приняла облик герцога Эдельхайда, не было простой мимикрией.

Она завладела самим телом.

Если бы это было временным заимствованием, личность хозяина могла бы еще теплиться где-то внутри, но Селсия занимает это место уже больше десяти лет.

Нужно признать: самосознание герцога давно стерто.

То есть нынешний герцог — это и есть герцог, как внешне, так и внутренне.

— Если мы казним аристократа, тем более герцога, без неопровержимых улик, это будет выглядеть как гражданская война, развязанная императорским домом.

Как бы ни была велика власть императора, нельзя просто так убить главу первого рода империи.

Без четкого оправдания применение силы превратит принца в тирана, который под предлогом измены избавляется от верных подданных.

Необоснованная кровавая баня станет худшим ходом, который заставит подняться даже тех великих аристократов, что доселе хранили молчание.

— На этот счет я уже подготовил всё необходимое вместе с придворными магами, так что не беспокойся.

Это дело готовилось долгие десятилетия. Было бы странно не предусмотреть всё.

На любой сценарий развития событий у них есть готовый ответ.

Ошибки недопустимы. Ведьма должна быть уничтожена ради будущего империи.

И даже если что-то пойдет не так, есть запасной план.

Достаточно доказать, что ведьма поглотила Эдельхайдов. И неважно, кто именно окажется этой ведьмой.

«Правда, в таком случае я не смогу сдержать обещание, данное ему…»

Жаль, конечно.

Но великая цель всегда требует малых жертв.

***