Глава 67. Удел любимца публики

Удел любимца публики

— Рион!

Стоило занятиям закончиться, и я собрался было в столовую, как из дальнего конца коридора ко мне со всех ног бросилась Хелена.

— Хелена? Что ты забыла на факультете магии?

— Как это что? Пришла повидаться. Здания здесь такие огромные, что найти кого-то — задача не из легких.

— А, об этом я как-то не подумал.

В современном мире всё решилось бы одним звонком.

Но здесь, в отсутствие нормальных средств связи, стоит разойтись — и встретиться вновь будет непросто.

— Впредь нам стоит заранее договариваться о месте и времени.

— Тогда я сама буду приходить на факультет магии каждый обед.

— Ты уверена? Кажется, путь неблизкий.

— Пустяки, а не расстояние. К тому же, здесь леди Эдельхайд, и я не могу требовать, чтобы вы куда-то ходили. Мне, одной, гораздо проще перемещаться.

Стоило мне кивнуть в ответ на её заботливые слова, как в разговор бесцеремонно вклинилась Реноа, до этого молча слушавшая нас.

— Мудрое решение, юная леди Вайс. Если бы вы ждали, пока Рион сам вас найдет, вы бы встретились разве что к выпуску.

— Ах, да...

Мы с Хеленой привычно пропустили её колкость мимо ушей.

Из-за моего плеча высунулась Элоди.

— Послушайте, господин Рион. А кто эта дама?

— Это Хелена, моя соратница по временам ученичества. Хелена, познакомься, это Элоди, она учится со мной на одном факультете.

— Так вы рыцарь! Гм, я Элоди. Рада знакомству, госпожа Хелена!

Элоди, со свойственным ей дружелюбием, широко улыбнулась и первой протянула руку.

— О, да... Взаимно.

Сбитая с толку столь искренним радушием, Хелена замялась, но вскоре осторожно ответила на рукопожатие.

— Какая необычная девушка.

— Есть в ней такое.

Она словно конфета-шипучка.

Та, что взрывается на языке искрами сладости.

Персонаж с поистине уникальным шармом.

— О, вы еще здесь. Я уж боялся, что вы ушли без меня, но, к счастью, успел вовремя.

Из противоположного конца коридора, закончив другую лекцию, к нам подошел Айтейр.

В то же мгновение лицо Хелены окаменело.

— Ри... Рион. Неужели это?..

— Ага. Именно тот, о ком ты подумала.

— Хм? Вижу новое лицо. Твоя знакомая?

— Это Хелена из рода барона Вайса, мы вместе были оруженосцами. Хелена, а это... ну, ты и сама понимаешь.

Застывшая было Хелена с невероятной скоростью, оставив после себя лишь смазанный силуэт, рухнула в глубоком поклоне.

— Хелена, старшая дочь дома Вайс, приветствует Его... Его Императорское Высочество!

— Какая бодрая особа.

— Она полна жизни, находиться рядом с ней — одно удовольствие.

Хелена, не разгибая спины, лишь слегка приподняла голову.

Она была настолько потрясена, что её зрачки лихорадочно метались — это было заметно даже невооруженным глазом.

— Ри-ри-ри-ри... Рион! Почему ты так непринужденно беседуешь с принцем?!

— Мы подружились. Правда ведь?

— Ха-ха-ха. Как только покинем Академию, я велю отрубить тебе голову.

— Ха-ха-ха-ха.

Стоявшая рядом Реноа зажмурилась и тяжело вздохнула, а Элоди лишь весело хихикнула. Она вообще была смешливой.

— Леди Вайс, здесь вам не нужно столь строго соблюдать этикет.

— Но...

— Мне «это» претит больше, чем «то». Надеюсь, так понятнее?

Под «этим» он подразумевал мою манеру общения, а под «тем» — излишние формальности.

Кажется, этой фразы хватило, чтобы Хелена мгновенно уловила суть.

— ...Я поняла. В таком случае, пока мы в Академии, я позволю себе некоторую вольность, Ваше Высочество.

Разумеется, её голос при этом всё еще звучал совершенно одеревенело.

Едва унимая дрожь в коленях, Хелена наконец выпрямилась.

— Славно. Раз уж все в сборе, идемте обедать. Я проголодался.

Айтейр, лучезарно улыбнувшись, пошел вперед.

Следом за ним величественно двинулась Реноа, а Элоди поспешила за ними, напевая что-то под нос.

Хелена же всё еще пребывала в прострации.

— Ты чего? Приди в себя.

— Это я должна спрашивать! Каким образом ты оказался в компании принца?!

— Понятия не имею. Он сам подошел.

— «Этот человек»?! За такие слова и головы лишиться недолго!

В отличие от меня, сохранявшего спокойствие, Хелена озиралась по сторонам с видом преступницы, пойманной на месте.

— Всё в порядке. Он куда приятнее, чем кажется на первый взгляд.

— И откуда тебе это знать?

— Хм, интуиция?

— С ума сойти. Клянусь, из-за тебя я только что лишилась половины жизни.

Её реакция была вполне объяснима.

Перед ней был не просто аристократ или какой-то княжич, а сам Имперский Принц.

Для такого раба, как я, он был подобен солнцу, на которое и смотреть-то — уже святотатство.

Не знай я истинной натуры Айтейра, я бы никогда не позволил себе подобной дерзости.

Но я видел его насквозь.

Будь Айтейр из тех, кто помешан на чистоте крови, никакого «пути Императрицы» для Элоди просто не существовало бы.

По крайней мере, в стенах Академии с ним можно было вести себя свободно.

Чужие взгляды немного раздражали, но я, прошедший огонь и воду, не привык обращать внимание на такие мелочи.

— Попробуй и ты, Хелена. Когда еще тебе выпадет шанс завести дружбу с членом императорской семьи?

— ...С меня хватит. Я еще пожить хочу.

***

Мы вместе с Хеленой направились в столовую.

Еще в первый день Айтейр сидел и ждал, пока ему принесут еду.

Но, осознав, как неловко сидеть в одиночестве посреди переполненного зала, он стал ходить за подносом сам.

— Кто это рядом с принцем? Впервые её вижу.

— Понятия не имею. Раз мы о ней не слышали, вряд ли она из знатных. Да и этот синеволосый, говорят, из простолюдинов.

Вокруг нашего просторного квадратного стола зароился шепоток студентов.

Каждый шаг принца в Академии становился темой номер один для сплетен.

И мы, находясь в его окружении, неизбежно оказывались в центре внимания.

Сегодня все взгляды были прикованы к Хелене.

— Боже... на нас же все смотрят.

Видимо, поэтому Хелена никак не могла приступить к еде, затравленно озираясь по сторонам.

— Вы что, всегда обедаете в такой обстановке?

— Удел любимцев публики. Со временем привыкаешь.

— И к такому можно привыкнуть?

— Ну да. После гладиаторских боев перед тысячами зрителей это кажется пустяком.

— А...

Взгляд Хелены, направленный на меня, мгновенно наполнился сочувствием.

Для меня же, привыкшего к вечному надзору, подобное внимание было делом обыденным.

— С тобой-то ясно, но остальные выглядят на удивление спокойными.

— Ха-ха. Я лишь благодарен подданным за их интерес.

— Это так удивительно — столько людей смотрят на меня!

Айтейр и Элоди ответили по очереди. Затем Хелена перевела взгляд на Реноа.

— Я не настолько праздна, чтобы обращать внимание на чужие взоры.

Ответы были под стать их характерам.

— Интересно, стану ли я когда-нибудь такой же невозмутимой?

— Кто знает.

Впрочем, может, оно и к лучшему — не привыкать. Хоть кто-то в нашей компании должен сохранять непосредственность.

Так мы и сидели, неспешно обедая и перебрасываясь фразами.

— А это что за парень? У него на шее будто рабский ошейник.

Ох, началось.

Опять обо мне.

Тяжела доля знаменитости.

— Верно, раб. Раб-рыцарь дома Эдельхайд.

— Раб? Какое уродство. И что раб забыл в Академии?

— Да кто его знает. Слышала, он тут не как раб, а как какой-то контрактный фамильяр.

— И это позволено?

— Без понятия. Наверняка подсобил авторитет семьи. Герцогскому дому не привыкать к грязным делишкам.

Но на этот раз тон разговоров отличался от обычного. Это было похоже на откровенную травлю.

Какая смелость — злословить, когда человек сидит прямо за спиной.

Реноа, казалось, не обращала внимания, продолжая молча есть.

Но пересуды не утихали.

— Говорят, этот раб-рыцарь невероятно силен. Победил капитана гвардии Эдельхайдов, а недавно одолел и наследника Рубелиусов.

— И что с того? Подлую кровь не скроешь. Как только додумались притащить это отребье в Академию? То-то я чувствую, воняет чем-то странным.

— Вот-вот. Рабы хуже скотины, а у неё, видать, вкусы специфические. Гляньте на этот собачий ошейник. Настоящее бесчестье.

Хм, давно я не слышал столь неприкрытых оскорблений. Пожалуй, с тех самых пор, как стал рыцарем.

— Это переходит все границы.

— Вот именно! Господин Рион — выдающийся человек!

— Нет, я так не могу. Пойду и выскажу им всё.

Я придержал Хелену, собиравшуюся вскочить с места.

— Оставь. То, что я попал сюда благодаря уловкам — правда. И в наше время сидеть за одним столом с рабом для многих дико. Это моя ноша.

— Но ведь...

У меня давно выработался иммунитет, так что эти слова меня не ранили.

К тому же, лишние скандалы мне ни к чему. Не рабу заботиться о своей чести.

Я был бы вполне доволен, если бы всё прошло тихо.

— Но всё же... он правда стал рыцарем благодаря мастерству?

— О чем ты?

— Посмотри на него. С таким смазливым личиком... не используют ли его по ночам для иных целей?

— Ох! Ты намекаешь на постельные услуги?

— Вполне возможно. Говорят, чем ниже происхождение, тем больше они походят на зверей в постели. Днем — рыцарь-хранитель, ночью — комнатная собачонка в ошейнике. Сразу видно, что там к чему.

Однако их гнусные шутки перешли всякую меру.

Если я промолчу, это бросит тень на моих спутников. С этой мыслью я уже собрался встать, но...

*Скрип.*

Реноа отодвинула стул и поднялась. Взяв свою тарелку, она направилась прочь.

Я подумал, что она просто закончила обед и идет убрать посуду, но она остановилась прямо за спинами сплетничавших девиц.

— Леди?

В голове мелькнуло недоброе предчувствие, и оно не замедлило воплотиться в жизнь.

*Хлюп.*

Реноа вывалила остатки обеда прямо на голову одной из студенток.

— А-а-а! Что... что это?!

Окаченная помоями девушка в панике заметалась, пока не увидела стоящую позади Реноа.

— Л-леди Эдельхайд?! Что вы творите?!

Реноа, ледяным взглядом смерив возмущенную студентку, произнесла...

— ...Ах.

Она бросила это короткое слово, словно невзначай.

— Я приняла тебя за мусорный бак.

***