Глава 57. Мой фаворит

**Мой фаворит**

— Народу здесь больше, чем я ожидал.

Путь к Академии вместе с Реноа.

Улицы, еще недавно пустовавшие, теперь пестрели ученическими мундирами.

— Разумеется, ведь в Академию прибывает принц. Даже для аристократа, если он не из высших кругов, увидеть его — шанс, выпадающий раз в жизни.

Реноа устремила взгляд в одну точку.

Там стояла девица, чьи наряды и обилие украшений с головы до пят едва ли вязались со скромным статусом адептки.

— Вряд ли кто-то пришел сюда с чистыми намерениями.

Она имела в виду, что большинство первокурсников жаждут лишь связей с принцем, надеясь сорвать большой куш.

Что ж, в этом плане мы от них мало чем отличаемся.

«Нет? Только не я».

В этой Академии, пропитанной интригами и клеветой, я один из немногих обладателей поистине невинной души.

Ведь я воочию поступил в ту самую Академию, на которую раньше смотрел лишь через экран.

«Пусть и не студентом, а всего лишь фамильяром».

Досадно, конечно, но возможности носить форму и дышать одним воздухом с остальными мне вполне достаточно.

Вспомнить хотя бы, как я был счастлив, когда недавно встретил Элоди.

«Мой идеал заговорила со мной? Да еще и одарила улыбкой?»

Охренеть.

Моей госпожой должна была стать Элоди. Уж ей-то я служил бы с преданностью цепного пса.

И не пытался бы вырваться на свободу, как сейчас. С такой хозяйкой жизнь была бы не так уж плоха.

*Хруст.*

— Кх...

Реноа с силой наступила мне на подъем стопы. Я резко обернулся к ней.

Раздавив мою ногу, она продолжала невозмутимо смотреть вперед.

— Оступилась. Тебе стоило держаться чуть поодаль.

— ...

Я ведь и слова не проронил, что же ей опять не понравилось?

Сколько ни гадай, я никогда в жизни не постигну ход ее мыслей.

Тем временем мы вступили на территорию Академии.

Видимо, эпатажная выходка на банкете принесла плоды: кое-кто начал нас узнавать.

Я никогда не стремился к славе, но рабский ошейник притягивал взгляды почище любого магнита.

— Госпожа.

— Что еще?

— Мы ведь заключили контракт фамильяра, не пора ли снять этот ошейник? На меня косятся на каждом шагу, переспрашивают, не раб ли я... Это, мягко говоря, неудобно.

Мое положение могло сыграть на руку в краткосрочной перспективе, но в долгую оно лишь вредило репутации Реноа.

В обществе, где статус — это всё, таскать за собой раба в качестве рыцаря-хранителя?

Подобное могло впечатлить разве что наивных девиц, но серьезная знать смотрела на это с нескрываемым презрением.

Лишь тогда Реноа соизволила взглянуть на меня, пристально изучая оковы.

— Я подумаю над этим.

— Покорнейше прошу.

Мы продолжали беседу, пересекая площадь, как вдруг...

— Рион!

— ...Хелена?

Я обернулся на знакомый голос и увидел Хелену.

Она поспешила к нам, и в каждом ее шаге сквозила неприкрытая радость.

— Точно, это ты, Рион! Я узнала тебя еще издалека.

— Хелена, что ты здесь делаешь?

Хелена — девушка, с которой мы три года бок о бок служили оруженосцами в доме Эдельхейд.

По идее, она должна была стать полноправным рыцарем семьи, но по моему совету отправилась искать удачи в других домах.

И вот она внезапно предстала предо мной. Причем в таком же академическом мундире, как и я.

Это значило лишь одно...

— Неужели ты тоже поступила в Академию?

— Да. Вообще-то я собиралась сразу в рыцари, но тут прошел слух, что сам Его Высочество принц зачислен в Академию.

— Было дело.

— Родители, узнав об этом, подняли такой шум, заставляя меня поступать, что пришлось подчиниться. Впрочем, я и сама была не прочь поучиться чему-то новому.

Никогда бы не подумал, что брошенное мной когда-то слово обернется таким финалом.

Плохо ли это? Разумеется, нет.

Хелена была едва ли не единственным человеком в этом ином мире, кого я мог искренне назвать другом.

Я был по-настоящему рад видеть ее здесь.

— Рион, ты тоже поступил?

— Поступил ли... Скорее, пошел «прицепом».

— Прицепом?

— Рабам вход заказан, так что мы с госпожой заключили контракт. Я здесь на правах фамильяра.

— Чего-о?

Лицо Хелены вытянулось от изумления.

Не верится, да?

Мне и самому не верится. Никогда не думал, что в дополнение к рабскому клейму стану еще и фамильяром.

— Гляжу, вам двоим очень весело.

Пока мы предавались радости встречи, за спиной раздался ледяной голос.

Реноа взирала на нас с каменным выражением лица.

Слегка наклоненная набок голова — верный признак того, что Реноа чем-то крайне недовольна.

— Ах, госпожа, вы тоже здесь. Прошу прощения, я так разволновалась, увидев Риона, что совсем...

Хелена виновато улыбнулась и запоздало поклонилась.

— Слышала, ты отказалась от места в гвардии Эдельхейд. Не ожидала встретить тебя здесь.

— И правда. В поместье мне так и не довелось перекинуться с вами и парой слов, а теперь вот представился случай. Как ваше здравие?

— Как видишь. Кандидат Хелена... впрочем, теперь стоит называть тебя «юная леди». Из какого ты рода? Что-то не припомню.

— Из дома барона Вайса.

— Вайс... Нет, всё равно не припоминаю.

— Мы — род незнатный. По сравнению с Эдельхейдами — сущие крохи.

— Оно и видно.

Что это еще такое?

Вроде бы обычный светский разговор, но от этой удушливой атмосферы сводит челюсть.

Взгляды, которыми они обменивались, казались спокойными, но в воздухе между ними так и летели невидимые искры.

— Э-э... Может, не будем стоять здесь и пройдем внутрь? Церемония вот-вот начнется.

— Да. Идем.

Главный зал был забит до отказа.

Там и прошла церемония открытия. Всё почти как на Земле.

Ректор затянул колыбельную, замаскированную под напутственную речь, а принц, как представитель первокурсников, подхватил этот хор.

Ничего по-настоящему важного сказано не было.

О том, что Академия — не арена для политики, и учение здесь превыше всего.

О том, что сословным предрассудкам здесь не место, а кому не нравится — волен уйти.

Слушая это, отпрыски благородных семейств едва сдерживали гримасы неудовольствия.

Они явились сюда вслед за принцем, но перспектива делить кров и парту с простолюдинами на равных была им не по нутру.

«А ведь в плане сословного высокомерия Реноа не было равных».

Прикрываясь именем семьи, она ни во что не ставила тех, кто стоял ниже по лестнице.

С Джерардом они составляли воистину идеальный дуэт.

Тогда я думал, что она просто презирает низы, как и любая аристократка, но всё оказалось сложнее. Это была ненависть к себе подобным.

Незаконнорожденная.

Глубоко внутри Реноа пустили корни комплексы и чувство неполноценности.

Всякий раз, видя этот изъян в других, она лишь яростнее обнажала клыки.

Из страха быть разоблаченной.

Как и любая подделка, она стремилась выглядеть подлиннее, облачаясь в яркие обертки и надрывая глотку.

И вот теперь она...

— Жалкое зрелище. Раз уж раб может стать рыцарем, то чем хуже простолюдин?

Как же она изменилась.

Одержимость кровью и статусом, снедавшая Реноа, притупилась благодаря обществу меня — обычного раба.

Это был колоссальный успех.

Реноа, которой плевать на Айтейра и которая не презирает народ?

Да кто теперь сможет ее остановить?

Она стала практически неуязвимой.

Под аплодисменты зала церемония подошла к концу.

Обошлось без сюрпризов: ни демоны не напали, ни катастроф не случилось.

Пришло время расходиться по местам.

Факультеты и аудитории были распределены заранее.

— Рион, ты ведь на рыцарский факультет, да?

— Ну, видишь ли...

— На магический.

— Магический? Но ведь Рион не владеет магией.

— Чисто логически, раз уж он зачислен как мой фамильяр, разве он не должен следовать за мной?

И она была права.

Сама мысль о том, что фамильяр может бросить хозяйку и пойти на другой факультет, абсурдна.

Тогда он перестал бы быть фамильяром и стал бы обычным студентом.

Хелена разочарованно надула губы.

— А я надеялась, что мы снова будем тренироваться до седьмого пота, как раньше...

Я сочувственно кивнул.

Поединки с Хеленой всегда приносили удовольствие, и невозможность попасть на рыцарский факультет действительно удручала.

К тому же, что мне делать среди магов, если я в этом ни смыслю? Разве что спать на лекциях.

Но не успел я предаться меланхолии, как ледяной тон Реноа пресек мои мысли.

— Долг фамильяра — быть у ног госпожи. И у тебя нет причин сокрушаться о том, где он и что с ним будет.

От этих колких слов Хелена осеклась.

Ох, госпожа опять взялась за старое.

Неужели так трудно быть поприветливее с той, кого давно не видела, пусть та и была подчиненной?

Только что рассуждала о равенстве, а стоило увидеть рыцаря из захудалого рода, как в ней снова проснулась спесивая аристократка.

— Идем. Нельзя опаздывать в первый же день.

Реноа схватила меня за руку и резко потянула за собой.

— Тогда до встречи! Я сама загляну к вам на магический факультет!

В спину долетел звонкий голос Хелены. Даже после такого приема она продолжала лучезарно улыбаться и махать рукой.

В этом вся Хелена. Ее доброта — полная противоположность скверному характеру моей хозяйки.

Я уже было собрался махнуть в ответ, но...

— Не отвечай.

— Что?

— Не маши ей, не оборачивайся. Просто иди вперед.

— ...Слушаюсь.

Делать нечего — пришлось едва заметно качнуть другой рукой, чтобы Реноа не заметила.

Я последовал за Реноа.

В Академии было множество факультетов и кафедр.

Помимо основных — магического и рыцарского — здесь изучали археологию, экологию магических зверей, алхимию, гербологию и прочие диковины фэнтезийного мира.

Наш путь лежал на магический факультет.

Несмотря на малочисленность из-за высокого порога вхождения, он считался сердцем Академии.

Стоило распахнуть двери большой аудитории, как перед глазами предстал величественный интерьер.

Помещение напоминало амфитеатр с полукруглыми рядами скамей.

В самом низу, в центре, располагалась широкая кафедра для профессора и доска.

А вокруг нее веером расходились ряды столов, уходящих всё выше и выше.

Аудитория уже гудела от голосов собравшихся студентов.

— Похоже, здесь одни аристократы?

— Разумеется. Это же магический факультет.

В группе едва набиралось двадцать человек, и почти все они были отпрысками знатных родов.

Сколько бы ни твердили о равенстве, магический факультет оставался оплотом элиты.

Ведь магия — это плод чистой крови и баснословных богатств.

Благородное происхождение, редкие эликсиры, бесценные гримуары и лучшие наставники.

Лишь при наличии всех этих слагаемых можно стать выдающимся магом, а потому засилье знати здесь было делом естественным.

Однако взгляды присутствующих были прикованы лишь к одной точке.

В самом центре амфитеатра.

На почетном месте, откуда открывался лучший обзор.

Там, с непринужденной улыбкой на губах, восседал среброволосый юноша — Айтейр.

Вокруг него уже роились дворяне, жаждущие выслужиться и привлечь его внимание.

Я не был удивлен.

Мне и так было известно, что Реноа и Айтейр окажутся в одной группе.

— Это же леди Реноа!

— Леди тоже в нашем классе?

— А это тот раб-рыцарь? Но что рыцарь забыл на магическом факультете?..

Ученики, узнав нас, тут же поспешили навстречу.

— Рада встрече. Я — Реноа Эдельхейд.

Реноа умело отвечала им, держась с достоинством истинной аристократки.

Оставив ее купаться во внимании, я незаметно выскользнул из толпы.

В этой аудитории, где находились Реноа и Айтейр...

...присутствовала еще одна ключевая фигура, которой предстояло учиться вместе с ними.

— Прошу прощения.

— Ох... Ой? А, вы тот рыцарь, которого я видела в прошлый раз?

У самого окна, в углу аудитории.

Сидела девушка в безупречно чистом мундире, на которой не было ни единого украшения.

Ее нежно-голубые волосы и опаловые глаза сияли ярче любых фамильных драгоценностей.

Элоди. Мой идеал из игры «Lady Maker» и единственная простолюдинка в этом классе.

— Вы не против, если я присяду рядом?

О боги, как же я обожаю Элоди!

***