Глава 266. Доп. история. Неугасшие чувства (1/2)
— Моя выносливость и правда сильно возросла.
Метаморфоза.
Процесс перерождения, во время которого скелет и мышцы преображались на структурном уровне, наделяя меня телом сверхчеловека.
Теперь я действительно ощущал, что прошёл через него.
Прошлой ночью я занимался интенсивными упражнениями для всего тела в окружении жён, задействовав каждую его часть. И всё же сегодня утром, поспав всего два часа, проснулся, полностью избавившись от усталости.
Сколько заходов у меня было?
Кто знает.
После десяти я перестал считать.
Из меня без всякого отдыха выжали всё до последней капли.
— Корнелия? Ты уже встала?
— Ах, кх... Да... Мне нужно на работу...
Скрип.
Дверь тихо открылась, и из комнаты вышла Корнелия. Она с трудом передвигалась, опираясь на стену.
Её шатало из стороны в сторону, а ноги почти не слушались.
...Вчера ей и правда сильно досталось.
— Может, возьмёшь выходной и отдохнёшь?
— Государственные служащие обязаны заранее подавать заявление на отпуск, господин Наёмник.
— Неужели даже человек, занимающий такую высокую должность управляющей, обязан соблюдать подобные мелочные правила?
— Именно потому, что я занимаю столь высокое положение, мне следует подавать пример.
— Твои подчинённые, скорее всего, предпочли бы, чтобы сегодня ты не приходила.
— Это... Возможно, ты действительно прав. Кажется, всем немного тяжело работать под началом настолько молодой управляющей.
— Пухе-хе.
Корнелия тихо рассмеялась.
Затем подошла ко мне, быстро осмотрелась и села мне на колени.
— Всё-таки решила прогулять работу?
— Нет. Я просто пользуюсь коротким промежутком, пока все остальные спят, чтобы единолично завладеть тобой, Ю Джин.
— Какая жадная девушка. Почему бы тебе не проявлять такую жадность и в обычное время?
— Я не могу. Ведь я...
Корнелия проглотила оставшиеся слова и с тихим стуком прислонилась головой к моей груди.
Я догадывался, что она собиралась сказать.
— Ты чувствуешь вину, потому что думаешь, будто соблазнила меня и отняла у тех троих?
— Не могу сказать, что это совсем не так...
На этот раз тихо рассмеялся уже я.
Какая нелепость.
Я обхватил голову Корнелии руками и поцеловал её в макушку.
— Я повторю столько раз, сколько потребуется: именно в тебя я впервые по-настоящему влюбился, Корнелия. Благодаря тебе я понял, что такое любовь. Если бы не ты, я бы никогда не воссоединился с Джилл, Юлией и Ериной.
— Но...
— Я говорю это не ради утешения. Это правда. Сначала я решил жениться на тебе, а уже потом воссоединился с остальными жёнами. Строго говоря, это не ты встала между нами, а они.
— Это действительно так?
— Ты когда-нибудь видела, чтобы я лгал?
— Да... Довольно часто...
Это была правда, поэтому возразить мне оказалось нечего.
— Я когда-нибудь лгал именно тебе, Корнелия?
— Да... Хм-м. Нет, не лгал. Ты многое скрывал, но ни разу не сказал мне прямой неправды.
Я немного нервничал, ведь ложь уже давно вошла у меня в привычку, но, услышав такой ответ, почувствовал облегчение.
Корнелии я действительно не лгал.
Не знаю почему, но мне всегда казалось, что этого делать нельзя.
Остатки моей крохотной совести не позволяли обманывать и использовать ещё и Корнелию.
— Хе-хе. Тогда можно мне стать немного жаднее?
— Конечно. Можешь вести себя так даже перед другими жёнами.
— Это будет слишком неловко... Честно говоря, прошлой ночью я едва не умерла от стыда.
— Прости. В следующий раз тебя не звать?
— Как я могу отказаться, когда ты спрашиваешь таким образом? Если тебе это нравится, я готова вынести любой стыд.
— Тяжело тебе приходится с мужем, у которого настолько странные вкусы.
— Хмф. Хорошо, что хотя бы понимаешь.
Глуповато рассмеявшись, Корнелия потёрлась щекой о мою грудь.
Её дыхание щекотало кожу.
Было бы здорово, если бы она проявляла такую нежность и в обычное время.
Раз она стесняется делать это перед остальными, следует чаще создавать ситуации, в которых мы остаёмся наедине.
— Ю Джин?
— Ай?!
Скрип.
Дверь напротив открылась, и наружу показался синий мех. Корнелия испуганно подпрыгнула.
Словно её застали за изменой, она вздрогнула и попыталась отстраниться от меня.
Но я не отпустил, поэтому сбежать с моих колен Корнелия не смогла.
— Хм-м. Развлекаетесь наедине с самого утра. Прошлой ночи вам оказалось недостаточно, управляющая Кёльна?
— Вовсе нет... Я рано встала, потому что собиралась на работу... Ой! Точно! Мне действительно уже пора!
— Разве ты не собиралась прогулять?
— Нет! Отпусти меня, пожалуйста, Ю Джин! Я тороплюсь!
— Хочешь уйти на работу — поцелуй меня в щёку.
— М-м. Сюда?
— Теперь в губы.
— Ух, ну правда!.. М-м...
— Не чмокни, а поцелуй. Если уйдёшь сейчас, мы несколько дней не увидимся. Разве такого прощания достаточно?
— Какой же ты злой... Правда...
Корнелия не любила проявлять нежность перед окружающими, а в присутствии других жён сдерживалась особенно сильно. То ли из чувства вины, то ли из желания считаться с ними.
Однако, поняв, что без поцелуя я её совершенно точно не отпущу, Корнелия покраснела, осознав, что выхода нет.
— Ха-а...
Быстро проверив реакцию Ерины, Корнелия обвила руками мою шею.
Затем притянула меня вниз и прижалась губами к моим губам.
Пусть после прошлой ночи тело уже достигло предела, её сердцу всё ещё было недостаточно.
Словно разделённой на четверых любви ей не хватало, Корнелия отчаянно требовала большего одними губами.
Она так жадно тянула мою шею своими тонкими руками, желая получить мои губы, что выглядела невероятно очаровательно.
— Т-теперь мне правда пора на работу... До встречи, Ю Джин. И Ледяная Королева...
— Да. До следующей встречи.
Лишь после долгого поцелуя Корнелии наконец удалось выбраться из моих объятий.
Так и не посмотрев Ерине как следует в глаза, она попрощалась и почти бегом скрылась.
Хотя её жалкая шатающаяся походка совсем не позволяла назвать это бегом.
Наверное, на работе все будут беспокоиться, не повредила ли она ноги?
— Хмф...
Всё это время Ерина молча наблюдала за нашей лаской, скрестив руки на груди. И только после ухода Корнелии недовольно фыркнула.
Несмотря на ужасную ревнивость, она была такой же доброй.
До невозможности милая.
— Корнелия стала довольно смелой. Это ты её подтолкнул?
— Да. Хотя тебе это наверняка не нравится...
— С чего бы мне это не нравилось? Я терпеть не могу сражения, исход которых заранее предрешён. Мне было бы гораздо неприятнее, если бы Корнелия продолжала лишь односторонне считаться со мной и вела себя словно наложница.
— И правда. Ты всегда была такой. Настолько же добрая, насколько ревнивая.
— К-кто тут добрый?
Я говорю о тебе.
О той, которая не только простила крольчиху-зверолюдку, посмевшую соблазнить и попытаться отнять мужчину своей госпожи, но и признала её положение наложницы.
Ерина неловко заёрзала, словно слышать, что её называют доброй, было для неё совершенно непривычно.
Всю жизнь она, Королева крови и льда, Ледяная Королева, внушала окружающим лишь страх.
«Но выглядит она вполне нормально. Хотя прошлой ночью мы совсем не сдерживались...»
Корнелия едва могла управлять собственным телом, а Ерина двигалась совершенно свободно, словно прошлой ночью ничего не произошло.
Если подумать, Ерина тоже была сверхчеловеком.
Её способность к восстановлению действительно находилась на другом уровне.
— Хоп.
Бросив на меня недовольный взгляд, Ерина оседлала мои колени.
Подобно Корнелии, она прислонилась головой к моей груди, но отвела глаза и уставилась куда-то в сторону.
Похоже, отказываться от образа обиженной она пока не собиралась.
Однако хвост был куда честнее. Он проскользнул между моих колен и принялся энергично хлестать поочерёдно по обоим бёдрам.
— Обними меня.
— Вот так?
— Да. И поцелуй.
— Подними голову.
— Нет!
— ...
Когда я попытался взять её за подбородок и поднять лицо, Ерина шлёпнула меня по руке.
И что мне теперь делать?
Несколько мгновений я растерянно сидел неподвижно, пока наконец не понял её намерение.
Проще говоря, она хотела, чтобы я в точности повторил то, что делал, когда Корнелия хвасталась своей близостью со мной.
— Хмф...
Чмок.
Я намеренно громко поцеловал Ерину в макушку.
Но погодите.
Разве всё это происходило не до того, как Ерина вышла из комнаты?
Я всерьёз начал подозревать, что у неё есть склонность к подглядыванию.
— Прошлой ночью...
— Да.
Ерина заговорила тихим и подавленным голосом.
Похоже, ночного разговора в постели ей оказалось недостаточно.
Или она просто хотела поговорить со мной наедине.
— Почему ты не сделал со мной... это... до конца? Ух. Погоди, дай мне сначала...
Продолжая смотреть в сторону, Ерина обхватила мою шею руками.
Легонько поцеловав меня, она снова повернулась и уселась как прежде.
Её лицо слегка покраснело.
Ерина глубоко вдохнула, словно собиралась с духом, чтобы продолжить разговор.
Поцелуй со мной, кажется, действовал на неё как алкоголь.
— Почему ты не занялся сексом только со мной и Юлией?
— Слишком расплывчато. Я не понимаю, о чём ты.
— Ты прекрасно понимаешь. Не притворяйся. Просто хочешь, чтобы из моих благородных уст прозвучали пошлые слова.
— Ты хорошо меня знаешь.
— Зверь...
Я схватил Ерину за затылок и крепко прижал к себе.
Теперь она сидела лицом ко мне, но на этот раз не отвернулась и не стала сопротивляться, а послушно позволила себя обнять.
Уткнувшись лицом мне в грудь, она начала судорожно вдыхать мой запах:
— Шмыг... Ха-а...
— Конечно, я очень хотел переспать с жёнами, но решил, что будет ужасно лишать тебя девственности в подобной обстановке.
— Поэтому?..
— Да. Именно поэтому.
Причина, по которой прошлой ночью я занялся сексом лишь с Мией и Корнелией, была проста.
Две остальные: Ерина и Юлия, — всё ещё оставались девственницами.
Позволить им провести хотя бы первую брачную ночь наедине со мной — было самой малой заботой, которую я мог проявить.
Если бы я оказался неспособен даже на это, то был бы уже не просто зверем и мерзавцем, а чем-то гораздо худшим.
— К тому же мне показалось неправильным сразу после возвращения из свадебного путешествия со всеми жёнами, позвать в комнату только Мию и Корнелию, поэтому я пригласил всех... Ты расстроилась, решив, что я отношусь к тебе иначе?
— Вовсе нет. Сначала мне было немного грустно, но теперь, когда я узнала причину, я счастлива. Значит, ты настолько сильно мной дорожишь...
— Хм-м.
Улыбнувшись, Ерина ещё глубже зарылась в мою грудь.
Её дыхание невыносимо щекотало кожу.
— Погоди. Значит, Святая и Корнелия уже лишились девственности с тобой?
— Эм... Да.
— После твоего возвращения это было бы невозможно по времени. Получается, вы вступили в связь не меньше трёх лет назад?
— ...
У меня перехватило дыхание.
Прямо у меня на глазах ревнивая жена в реальном времени высчитывала, когда остальные жёны лишились со мной девственности.
Какой ответ здесь вообще мог быть правильным?
Долго помучившись, я всё-таки ответил:
— Н-но... С Корнелией я сделал это уже после того, как ей исполнилось девятнадцать. Так что преступления не было...
— Ты сейчас серьёзно это говоришь?
Хм-м.
Похоже, это был неправильный ответ.