Глава 756. История кандидата № 1

До выборов главы студсовета — один день.

Для меня это был ещё и последний день подмены в магазинчике при академии.

— А-а-ах...

Я снова торчал за прилавком в ночную смену и зевал так, будто хотел выдохнуть вместе с воздухом всю свою скуку.

— Часы вообще идут?

— ...

— Неужели здесь всегда было настолько тоскливо?

Обычно время как-то проходило само, даже когда я ничего не делал. Но стоило назвать то же самое работой, и каждая минута начинала тянуться вдвое дольше.

— Дофаминовая ломка, что ли...

В последнее время жизнь и правда не давала мне соскучиться. Священное королевство, императрица, Орифс... А рядом ещё госпожа, которая одним своим присутствием обеспечивала такой поток происшествий, что после неё обычный вечер казался мёртвым.

— Пора садиться на дофаминовую диету...

На часах было без одной минуты полночь. До закрытия оставалось ещё три часа, и главная проблема заключалась не в работе, а в том, чем их заполнить.

Наверное, всех поглотили завтрашние выборы: после девяти вечера покупателей как отрезало.

— Простите... Сегодня совсем не успеваю.

— Извини-и-ите, простолюдин!!

— Учитель... мне бы хоть одну банку с кофеином...!

— Рикардо...

— Что?

Даже знакомые, способные скрасить смену, теперь сами участвовали в выборах, и увидеть кого-нибудь из них стало почти невозможно. Я рассчитывал хотя бы на Шартию, но перед завтрашним мероприятием она была завалена делами по горло.

— Убей меня...

— Что?

— Я больше не могу смотреть на эти бумаги.

Я вспомнил её осунувшееся лицо, невольно передёрнул плечами и вздохнул.

— Скукотища.

Прошёл ещё примерно час. Никто так и не появился, и я начал вполголоса напевать песню из прошлой жизни. Когда-то, работая в таком же магазинчике, я не раз спасался от ночной тишины именно так.

— М-м-м... м-м-м...

Оказалось, побыть одному даже приятно.

Пустой магазин сделался моей личной сценой. Зрителей нет, стесняться некого — можно наконец показать миру, какого великого певца он потерял.

— М-м-м, м-м-м...

Песня подходила к кульминации.

— М-м-м... М-М-М!!!

И только тогда я заметил, что зритель всё-таки нашёлся. Причём этот бессовестный тип смотрел представление бесплатно.

— Ой.

— Ха-ха...

— М-Михаил?..

— Не останавливайтесь.

Я захотел сдохнуть на месте.

* * *

В комнате отдыха повисла неловкая тишина.

— Вы хорошо поёте.

— Забудьте.

— А я совсем не умею. Даже не записывалась на музыкальные занятия... Завидую.

— Забудьте сейчас, пока мне не пришлось стереть вам память физически.

Я без малейшего стыда повесил на стеклянную дверь табличку «Отошёл в уборную» и устроил себе перерыв вместе с Михаилом.

— Песня была хорошая. Я раньше такой не слышала. Как она называется?

— Забудьте.

— А на верхней ноте у меня даже мурашки пошли...

Похоже, Михаил твёрдо решила довести меня до смерти от стыда. Столько раз я ей помогал, а она отплатила вот так. Обидно, чёрт возьми.

— Выбросьте это из головы.

— Хорошо.

— И никому не рассказывайте.

— Хорошо.

— Особенно госпоже.

— Хорошо.

Если Оливия узнает, мне придётся бросить службу и начать певческую карьеру. Иначе она не отстанет.

Я медленно выдохнул и осторожно перевёл разговор на другую тему.

— Как идёт кампания? Справляетесь?

Михаил всё ещё бормотала себе под нос: «Но ведь правда было хорошо...» Однако смену темы милостиво приняла.

— Не так уж тяжело. Мне помогают другие студенты, а ещё...

Она замялась, словно не была уверена, стоит ли говорить, потом неловко почесала затылок.

— Бывшая глава студсовета тоже много мне помогает.

— Простите, кто?

— Она сама пришла и объяснила, где лучше вешать плакаты, как собирать сторонников и даже как переманивать чужих. Так что... я немного отобрала людей у Руина. Он, кажется, до сих пор не понял.

Вот почему его рейтинг оказался куда жалче, чем должен был быть по сюжету романа. Услышав имя виновницы, я серьёзно кивнул и поднял большой палец.

— Отличная работа.

С кем угодно так поступать было бы нехорошо, но с Тиной — можно.

— Я случайно услышала, как младшие, которые раньше бегали за Руином, обсуждали его за спиной.

— Его каждый день обсуждают. Я и сам иногда развлекаюсь таким образом.

— В этот раз всё было иначе. Они жаловались, что Руин вдруг стал жить как образцовый ученик.

— И что?

— Говорят, большинство его поклонников полюбили именно того безбашенного Руина, который творил что хотел. Я этого не понимаю, но бывшая глава посоветовала ударить по больному месту.

— А-а...

— В итоге многие пришли ко мне. Они надеются, что моё избрание его разозлит и он снова скатится.

Михаил пожала плечами.

— Не знаю, чего они от него ждут.

Я невольно восхитился. Всегда считал её простодушной девушкой, которая вынуждена изображать юношу, а она тем временем вела кампанию с ловкостью придворного интригана. Да ещё и при поддержке Шартии.

— Впечатляет.

— Ничего особенного. Мне просто повезло...

— Нет, я бы до такого не додумался. Если бы баллотировался сам, действовал бы куда прямолинейнее.

— Каким образом?

— Силой.

Я пошутил, но Михаил распахнула глаза так, будто услышала великое откровение.

— Так вот как...!

— Это была шутка.

— Что?

— Не записывайте. Пропустите мимо ушей и никогда больше не вспоминайте.

— А... хорошо!

Иногда в ней обнаруживалась удивительно нелепая сторона.

— Вообще, мне нравится участвовать, — призналась Михаил. — Я устаю, но всё равно чувствую, что занимаюсь чем-то важным.

— Тогда я рад.

Она улыбнулась, и мне стало совестно портить ей настроение. Но один вопрос нельзя было оставить без внимания.

— А наследная принцесса знает?

— О чём?

— О том, что вы на самом деле женщина.

— А...

Михаил сжала ткань форменной рубашки и покачала головой. В академии её тайну знали только Шуэн, Ханна и я.

Ненадолго задумавшись, она глубоко вдохнула и заговорила уже без прежней лёгкости:

— Вообще-то именно поэтому я и решила стать главой студсовета.

Я молча ждал продолжения.

— Я хочу наконец жить так, как мне самой правильно. И если выиграю, расскажу всем правду.

— Вы серьёзно?

— Да.

— Хотите объявить об этом прямо после победы?

— Именно. Я извинюсь перед студентами за то, что столько лет их обманывала, и больше не стану прятаться.

Сразу ответить я не смог. В её решении не было ничего дурного, но цена могла оказаться слишком высокой.

— Я вас поддержу. Только шума будет до хрена. В худшем случае вас даже заставят отказаться от должности.

— Ничего. Я всё равно не смогу скрываться вечно.

— И всё же вы слишком торопитесь.

Она была права: до конца жизни изображать мужчину невозможно. Наверняка Михаила давила и собственная совесть. К тому же держать такую красавицу в мужском костюме — почти государственное преступление. На её месте мне тоже хотелось бы перестать прятать лицо и тело, которыми можно гордиться.

Публичное признание могло одним махом закончить эту историю. Но осторожность была необходима. Михаил рисковала пройти через то же, что когда-то пережила Юрия.

— Ещё раз всё обдумайте. Не ради чужого мнения, а ради себя.

— Обязательно.

Она серьёзно кивнула, потом снова улыбнулась.

— К тому же я ещё не победила. Пока это только желание, а не решённое дело.

— Верно.

— Но когда-нибудь мне всё равно придётся выбрать собственную дорогу.

«Собственную дорогу...»

От её спокойной уверенности я невольно рассмеялся. За стеклянной дверью уже топтались на носках студенты, ожидая, когда магазин снова откроется. Я поднялся.

— Я буду за вас болеть.

Михаил придержала меня за рукав.

— Рикардо, а кого вы сами хотите видеть главой студсовета?

— Меня спрашиваете?

— Да.

— Я посторонний и даже голосовать не могу.

— Всё равно интересно.

Она спросила почти робко. Я наклонился к её уху и тихо ответил:

— Секрет.

Все кандидаты были мне дороги, и выбирать одного не хотелось.

— Хотя Руин точно должен проиграть.

Михаил рассмеялась и тоже встала.

— Когда я стану главой, в студсовете всегда будут закуски. Заходите почаще.

— Непременно.

Она сжала кулак.

— Я обязательно выиграю.

* * *

Настал день, когда академия должна была выбрать нового представителя.

[Зал выступлений кандидатов в главы студсовета]

Я подумал о людях, которые сегодня в последний раз выложатся на полную, и улыбнулся.

«Пусть победит кто угодно».

Лишь бы не Руин.