Глава 726. Кто еще?
— Добрый вечер, господа. Я — Чэн Цзи, — с улыбкой произнес он, плавно опустившись на помост.
На нем не было звериной маски, и все могли видеть его улыбающееся лицо. Но когда до них дошло, кому принадлежат это лицо и это имя…
— Глава зала Чэн?
Зал взорвался гулом.
Люди один за другим вскакивали с мест.
Недоуменные возгласы пронеслись по рядам.
— Так значит, в ложе номер один все это время был глава зала Чэн? А я-то думал, там просто какой-то представитель Священного Зала…
— Небеса! Как глава зала Чэн оказался здесь?
— Боюсь, грядет что-то серьезное!
При виде Чэн Цзи молодежь, пришедшая со старшими из кланов и сект, пришла в неописуемый восторг, словно увидела своего кумира из легенд.
А вот лица старшего поколения, сидевшего в ложах и на почетных местах, мгновенно помрачнели.
Некоторые даже тут же связались со служителем Ночной Кошки:
— Я хочу уйти.
Однако все получили один и тот же ответ:
— Прошу прощения, это невозможно.
Многие из верхушки крупнейших сил Королевского города уже были наслышаны о готовящейся операции.
Но такие гегемоны, как Секта Небесной Струны или Павильон Возвращения Звука, были слишком самоуверенны и не боялись рисков, а потому не собирались уходить заранее.
Естественно, о планах Священного Зала они не знали.
И теперь, увидев Чэн Цзи, они тут же поднялись, чтобы уйти, но служители остановили и их.
— Чем вы в Ночной Кошке вообще занимаетесь?! Почему не сообщили, что здесь Чэн Цзи?! — в ярости вскричал Лэн Ци, глава Секты Небесной Струны.
Он и представить не мог, что из ложи номер один за тем, как он, Лэн Ци, с триумфом завладел тремя Знаками Пустоты, наблюдал не какой-то рядовой представитель Священного Зала, а сам глава зала Чэн Цзи.
Да как тут, черт возьми, вообще можно было спокойно веселиться?
Разве появление Чэн Цзи могло сулить что-то хорошее?
Этот человек только вступил в должность. Говорят, новый правитель зажигает три огня, а он еще и первого не запалил.
Он так долго выжидал, что почти все представители старой гвардии Королевского города поняли: эта старая лиса готовит какой-то грандиозный ход.
И вот Чэн Цзи явился лично. Неужели он просто вышел поздороваться и познакомиться, а не для того, чтобы наконец пустить в ход свой давно заготовленный план?
— Как Чэн Цзи здесь оказался?
Глава Павильона Возвращения Звука, Сю Минъюэ, тоже изумленно округлила свои прекрасные глаза. Она тут же пролистала в памяти события вечера и вспомнила, что купила один Знак Пустоты.
«Дело дрянь…»
Это было все равно что попасться с поличным самому Судье, торопящему смерть, который мог без лишних слов припечатать смертный приговор тебе прямо ко лбу.
Кто бы тут не запаниковал?
Даже в ложе номер сто двадцать два, в самом логове организации Яма, человек в золотой маске по имени Хуанцюань был немало удивлен.
Но, оправившись от минутного замешательства, он усмехнулся:
— Верно, как мог Священный Зал не додуматься до того, до чего додумался я?
Цветок Загробного Мира, стоявший рядом, обеспокоенно спросил:
— Господин Хуанцюань, тогда мы…
— Ничего страшного, — отмахнулся Хуанцюань и с улыбкой добавил:
— Полагаю, Священный Зал в лучшем случае собрал Алые Одежды и Белые одежды, чтобы устроить тотальную проверку. Но они ищут лишь вероятность, шанс выследить нас невелик.
При этих словах даже молчаливый Призрачный Младенец Девяти Пучин вскинул брови.
— Белые одежды?
Как Алые Одежды были заклятыми врагами Носителей призрачных зверей, так и подпольные организации вроде Ямы почти в полном составе числились в черном списке Белых одежд.
Именно в столкновениях с ними они чаще всего терпели неудачи.
Поэтому при одном упоминании Белых одежд нервы Призрачного Младенца Девяти Пучин и Цветка Загробного Мира напряглись до предела.
Но уже через мгновение оба пришли в себя.
Да, в обычное время они боялись Белых одежд, ведь столкновение с ними на задании в одиночку могло закончиться смертью.
Но сейчас они были здесь с господином Хуанцюанем.
Раз господин Хуанцюань спокоен, чего им паниковать?
Император не волнуется, так с чего бы евнухам суетиться?
...
На помосте.
Чэн Цзи не стал намеренно подавлять шум, а просто подождал несколько мгновений.
Лишь когда волнение в зале само собой улеглось и все приготовились слушать, он с улыбкой произнес:
— Мне нужно сделать одно объявление.
Эти слова прозвучали с непререкаемой властностью.
Все поняли: глава зала Чэн пришел сюда не для того, чтобы что-то обсуждать, а с приказом, не терпящим возражений.
Не обращая внимания на нарастающий гул, Чэн Цзи продолжил:
— Прежде всего, хочу прояснить: Ночная Кошка здесь ни при чем. Священный Зал взял это место под свой контроль еще до окончания торгов, так что к ним никаких претензий.
— Во-вторых, я понимаю, что все вы спешите домой, поэтому не буду утомлять вас лишними речами.
— Уйти можно. Просто выстраивайтесь в очередь в соответствии с номерами ваших лож и по одному выходите через главный вход аукционного зала.
До этого момента большинство людей все еще пребывали в неведении.
Кто-то решительно выкрикнул из толпы:
— Осмелюсь спросить, глава зала Чэн, с чем связаны подобные меры?
— Ни с чем особенным, — улыбнулся Чэн Цзи. — Просто дошли слухи… что на аукцион проникли представители неких темных сил, а также Носители призрачных зверей. Поэтому необходимо провести тщательную проверку.
Толпа ахнула. В зале воцарился хаос.
Темные силы, Носители призрачных зверей…
Большинство, услышав это, были лишь удивлены, но их это не касалось — моя хата с краю.
Однако…
«Тщательная проверка»…
Услышав эти слова, никто из присутствующих уже не мог сидеть спокойно.
Все прекрасно понимали, что это значит.
Чэн Цзи жестом руки, усмиряющим пустоту, заставил шум утихнуть и снова улыбнулся:
— Прошу не волноваться. Невиновным бояться нечего. Если ваши прегрешения не достигли того уровня, чтобы ими заинтересовались Белые или Алые Одежды, то сегодня вы все спокойно вернетесь домой.
Бах!
Не успел он договорить, как дверь ложи номер тринадцать с грохотом распахнулась.
Лэн Ци вышел, даже не потрудившись надеть маску. Его лицо было темнее тучи.
— Глава зала Чэн, это уже переходит все границы!
— Вы собираетесь загрести всех одной сетью, даже не предупредив?
— С каких это пор в Королевском городе всем заправляет какой-то филиал Священного Зала?
— Даже штаб-квартира Священного Зала в Центральном Регионе заявляет, что в ваши обязанности входит лишь поддержание мира на континенте. Нигде не сказано, что вы имеете право вершить судьбы всех прочих сил!
Лэн Ци гневно взмахнул рукавом.
Гости на почетных местах были потрясены.
Даже те, кто догадывался, что в ложе номер тринадцать находится представитель силы-гегемона, были поражены, увидев Лэн Ци воочию.
— Глава секты Лэн?
— Секта Небесной Струны?
— Вот это да! Не зря их называют Сектой Небесной Струны, не зря они — сила-гегемон!
— Именно такой человек и нужен, чтобы взять ситуацию под контроль и дать отпор этому бесцеремонному поведению Священного Зала!
Стоило одному выступить вперед, как его тут же начали поддерживать другие.
Никто из присутствующих не хотел подвергаться проверке.
К тому же, реальные полномочия Священного Зала были не настолько велики, как гласили слухи, и не позволяли им стоять над всеми остальными.
Поэтому, как только Лэн Ци вышел вперед, двери других лож распахнулись одна за другой.
Главы и представители крупных сил, сняв маски, шагнули наружу.
В этот миг те, кто еще вчера были соперниками, объединились, чтобы отстоять свои интересы.
Они понимали: если не выступить сейчас, то потом, возможно, придется вечно стоять на коленях.
Но были и исключения.
Например, из ложи номер двести девять, как и из нескольких других, никто не вышел.
«Началось…» — с благоговением подумал Лю Чанцин, наблюдая за разворачивающейся сценой.
Ситуация развивалась в точности по сценарию, написанному молодым господином Сюем. Невероятно!
Как этот человек мог предвидеть, что крупные силы поднимут бунт?
Хотя, глядя на происходящее, Лю Чанцин и сам понимал, почему они взбунтовались.
Но как молодой господин Сюй мог так точно просчитать людские сердца, когда еще ничего не произошло и вокруг царило спокойствие?
Предвидеть события и анализировать их постфактум…
Это же совершенно разные вещи!
Взглянув на молодого господина Сюя, который сидел на диване, скрестив ноги, и, что-то бормоча себе под нос, все еще был погружен в таинственное состояние «толкования Дао Полусвятого», Лю Чанцин вздохнул:
«В его годы мы были совсем не такими…»
— Будь осторожнее, — вовремя вмешалась Мо Мо.
Она не могла предсказать, будет ли ситуация развиваться так, как говорил Сюй Сяошоу.
Ведь никто, например, не мог предположить, что в ложе номер один окажется сам глава зала Чэн Цзи.
Этого, она была уверена, не ожидал и Сюй Сяошоу.
Честно говоря…
Увидев этого человека, Мо Мо почувствовала, что даже Сюй Сяошоу недооценил, насколько серьезно Священный Зал отнесся к предстоящей ночной операции.
— Почему мне кажется, что у них не получится взбунтоваться? — спросила Му Цзыси. Глядя на многочисленных глав крупных сил, она почему-то чувствовала, что у человека по имени Чэн Цзи уверенности в себе было куда больше.
— Мне тоже так кажется… — с тревогой в голосе пробормотал Синь Гугу.
— Шанс есть! — начал молиться Лю Чанцин.
Он не хотел умирать.
Но если Священный Зал сегодня действительно начнет действовать, то первым, кого они станут проверять, скорее всего, будет он — человек, который собирался обсуждать с другими информацию о Призрачном звере прямо на глазах у главы зала Чэна…
Лю Чанцин был в отчаянии.
Но кто, черт возьми, мог подумать, что в ложе номер один сидит человек по имени Чэн Цзи?
Сяо Ваньфэн окинул взглядом всех в ложе и остался совершенно спокоен.
А что такого?
Ничего особенного!
Он не понимал, из-за чего все так нервничают. Даже этот Лю Лу почему-то тоже начал ерзать на месте.
Но стоило ему взглянуть на молодого господина Сюя…
Сяо Ваньфэн тут же успокоился.
Пока молодой господин Сюй так же невозмутим, как и он сам, ситуация, скорее всего, под контролем.
Он ведь наследник Полусвятого!
...
Тем временем в зале.
Не обращая внимания на давление толпы, Чэн Цзи продолжал улыбаться. Он взмыл в воздух, окинул взглядом ложи и почетные места внизу и снова заговорил:
— Вы слишком драматизируете, господа.
— Я уже сказал, что на этот раз действуют Белые и Алые Одежды. Их интересуют только темные силы и Носители призрачных зверей, а не ваши личные дела.
— Кроме того, организации Белых и Алых одежд стоят выше Священного Зала. Их можно назвать «трансцендентными».
— Если они решили провести проверку, Священный Зал может лишь оказывать им всяческое содействие. Надеюсь, вы это понимаете.
Он сделал паузу. Видя мрачные лица внизу, Чэн Цзи остался невозмутим и продолжил свои уговоры:
— Все вы — главы крупных сил и прекрасно понимаете, скольких трудов стоило поддерживать мир на континенте все эти годы тем, кто сражается на передовой.
— Раз у них появились сведения, они обязаны провести тщательную проверку.
— И будьте уверены! Это проверка не Священного Зала, она не затронет ваш бизнес, собственность и прочие мирские дела…
— Глава зала Чэн! — нетерпеливо прервал его Лэн Ци снизу.
Чэн Цзи сощурился и посмотрел в его сторону.
Если он не ошибался, именно этот человек все время подстрекал толпу.
— Глава зала Чэн говорит очень красиво, — усмехнулся Лэн Ци. — Какие-то старшие из Белых и Алых одежд должны выполнить задание… Но, как по мне, все это — лишь предлог, не так ли?
— Вы можете поручиться, что во время этой проверки, помимо Белых и Алых одежд, не будет еще и барьера в лице самого Священного Зала?
Чэн Цзи уже хотел было ответить, но Лэн Ци, повысив голос, резко его перебил:
— Глава зала Чэн!
— Некоторые вещи нельзя решать так жестко, как вы пытаетесь сделать это сегодня.
— Даже когда здесь был глава зала Цзян, наши отношения со всеми силами строились на сотрудничестве, соперничестве и взаимной выгоде.
Сказав это, Лэн Ци посмотрел на окружающих. Все согласно закивали, и лишь тогда он снова повернулся к Чэн Цзи.
— А ваша позиция…
Высоко вскинув голову, Лэн Ци с насмешкой посмотрел на него:
— Позиция превосходства? Честно говоря, мне, Лэн Ци, это очень не нравится!
Улыбка застыла на лице Чэн Цзи.
В этот момент он парил в воздухе, а Лэн Ци и остальные находились на втором этаже.
Сказать, что это было «превосходство», не было преувеличением.
Но это было неважно!
Важно было другое…
С тех пор как он, Чэн Цзи, вступил в должность, бесчисленное множество людей указывало ему, что и как делать.
И все сводилось, так или иначе, к одному:
«Это сделано не очень хорошо, не хватает той широты души, что была у главы зала Цзяна».
«В том поступке не было размаха. Будь на вашем месте прежний глава зала Цзян, он бы точно поступил иначе».
Но Чэн Цзи, размышляя об этом, понимал, что он — не Цзян Бяньянь!
Таким добреньким стариком, как Цзян Бяньянь, с его мягкими, как вода, методами, он, Чэн Цзи, даже брезговал быть.
Почему же все постоянно упоминают при нем этого предшественника?
— Ты смеешь учить меня, главу зала, как поступать? — глаза Чэн Цзи расширились. Его волосы и борода взметнулись, он протянул руку, и Лэн Ци, словно невидимой силой, был поднят в воздух.
Напряжение достигло предела.
Сердца всех присутствующих сжались. Все замерли в ожидании.
Чэн Цзи — не Цзян Бяньянь.
За его спиной стоит клан Чэн, и он сам достиг уровня Отсечения Дао.
Неужели сейчас начнется битва двух мастеров Отсечения Дао?
Однако все пошло не так, как ожидали зрители.
Поднятый в воздух Лэн Ци не рассердился, а, наоборот, рассмеялся:
— Глава зала Чэн хочет поднять на меня руку? Интересно, в каком качестве вы собираетесь это сделать?
— Как частное лицо?
— Как сын Старца из клана Чэн?
— Или как глава филиала Священного Зала?
Лэн Ци не сопротивлялся.
Он тоже был мастером Отсечения Дао, но сейчас, бесславно болтаясь в воздухе, он был уверен, что Чэн Цзи не посмеет его тронуть.
Потому что, какой бы статус он ни выбрал, Чэн Цзи не мог нанести удар.
Один удар — и ему конец!
Конец всем его статусам!
А сегодняшний план Священного Зала пойдет прахом под натиском всеобщего бунта!
Кто бы мог подумать, что Чэн Цзи, даже доведенный до такой ярости, все еще сохранял ясный ум.
Он разжал руку, державшую оковы правил, и, перестав смотреть на Лэн Ци, перевел взгляд на толпу внизу.
— Я, глава зала, всего лишь увидел, что глава секты Лэн не желает, чтобы над ним кто-то довлел, и пригласил его подняться в воздух. Не стоит беспокоиться, господа.
Затем, резко сменив тон, Чэн Цзи холодно окинул взглядом всех присутствующих и негромко произнес:
— Но мне, главе зала, тоже очень хочется знать…
— Кто еще здесь не желает, чтобы над ним довлели, и одновременно хочет воспротивиться приказу Белых и Алых одежд о проверке?
Насмешливая улыбка застыла на лице Лэн Ци.
Воспротивиться приказу Белых и Алых одежд?
Когда он такое говорил?
Чэн Цзи только что повесил на него такое обвинение, что это было равносильно смертному приговору!
— Глава зала Чэн, это уже слишком! Я, Лэн Ци, никогда не говорил, что собираюсь сопротивляться… — попытался оправдаться он.
Но не успел он закончить, как Чэн Цзи, словно не замечая его, перевел взгляд дальше, продолжая холодно смотреть вниз, и прервал его:
— Я, глава зала, спрашиваю в последний раз.
— Кто хочет занять это место? Кто хочет воспротивиться приказу Белых и Алых одежд о проверке?..
— Кто еще? Шаг вперед!
(Конец главы)