Глава 715. Денежный король Королевского Города Восточных Небес!

Пять миллиардов.

В зале воцарилась гробовая тишина.

Сюй Сяошоу, однако, оставался совершенно невозмутим. Он обвёл взглядом потрясённых зрителей, устремивших взоры на ложу номер двести девять, и спокойно произнёс:

— Если этот молодой господин правильно понял, на Торговой ярмарке Линцюэ всё решает сила, а на происхождение здесь не смотрят?

Зал онемел.

Сказано-то было верно!

Но нужно ли быть настолько упёртым? Неужели он решил лезть на рожон до самого конца?

Это же самый настоящий пример поговорки «человек гибнет в погоне за богатством, как птица — за едой»!

— Шестьдесят миллиардов, — бесстрастно донеслось из ложи номер один.

В этот раз у всех по спинам пробежал холодок.

Впервые Священный Зал сделал такую официальную ставку. Примет ли вызов Первый Павильон под Небесами?

— Семьдесят миллиардов, — с лёгкостью ответил Сюй Сяошоу.

— Ох, чтоб меня...

Внизу кто-то не выдержал.

Первый Павильон под Небесами сошёл с ума?

Пойти на прямое столкновение со Священным Залом?

— Вот это да!

— Не зря они зовутся Первым Павильоном под Небесами, не зря осмелились взять такое имя, не зря являются силой уровня Полусвятого… Вот это я понимаю, уверенность! Я ни перед кем так не преклонялся, как перед тобой!

Толпа гудела.

Даже в ложах номер три, где расположился Павильон Возвращения Звука, и номер тринадцать, где сидели представители Секты Небесной Струны, — даже эти гегемоны из разных земель были до глубины души потрясены.

Они и так уже были самого высокого мнения о Первом Павильоне под Небесами.

Но они и представить не могли, что после инцидента с Ассоциацией алхимиков этот Первый Павильон под Небесами вновь продемонстрирует уверенность и мощь, превосходящие все их ожидания.

В такой ситуации даже глава Павильона Возвращения Звука или глава Секты Небесной Струны не осмелились бы вступить в торги!

Бросить вызов Священному Залу в открытую.

Опять тот же вопрос…

Как только Первый Павильон под Небесами на это решается?!

— Восемьдесят миллиардов!

Пока толпа пребывала в оцепенении, из ложи номер один раздался раздражённый голос, вновь приковавший к себе всё внимание.

На этот раз все отчётливо уловили в нём необычные нотки.

Кажется, впервые кто-то осмелился бросить вызов авторитету Священного Зала в Королевском Городе Восточных Небес?

Однако этот момент ещё не был пределом…

— Сто миллиардов!

Прозвучала новая, ошеломляющая цифра.

К всеобщему изумлению, на этот раз сто миллиардов назвали не из ложи номер двести девять, а из доселе неприметной ложи сто двадцать два, обитатели которой до этого приобрели лишь несколько антикварных безделушек.

Все замерли в недоумении.

Ещё один бесстрашный безумец?

Кто же сидит в сто двадцать второй ложе?

Почему они не вступали в торги раньше, а решили нанести удар именно тогда, когда ставку сделал Священный Зал?

Так не бьют по лицу!

Это уже не вопрос уважения.

Неужели и ложа сто двадцать два решила взять знамя славы, которое Священный Зал водружал годами, и в клочья разорвать его духовными кристаллами?

Пока все терялись в догадках, из сто двадцать второй ложи донёсся тихий смешок, и голос её обитателя разнёсся по всему залу:

— Господа, не стоит удивляться.

— Я, пожалуй, соглашусь со словами молодого господина Сюя из Первого Павильона под Небесами.

— Так называемый аукцион — это состязание в духовных кристаллах.

— И так уж вышло, что помимо кристаллов, я кое-что знаю и о дополнительном условии этого пожилого господина на сцене.

Он говорил, совершенно не обращая внимания на реакцию зала:

— Обычные торги, просто небольшая ставка. Вы ведь не против?

Последнее его замечание было явно адресовано ложе номер один.

Даже Сюй Сяошоу удивился.

Он прибыл в Королевский Город по приказу, чтобы навести шуму, и потому ничего не боялся.

Иньская Ветвь Кровавого Дерева была для него жизненно важна.

А о деле с Призрачным зверем он тоже кое-что знал, поэтому и осмелился делать ставки.

Но этот тип напротив…

Что он творит?

— Кто в сто двадцать второй ложе? — тут же повернувшись, спросил Сюй Сяошоу.

Лю Лу застыл на мгновение, а затем начал делиться известной ему информацией:

— Эта организация, похоже, тоже новая. Ночная Кошка ничего не знает об их происхождении, и неизвестно, где они раздобыли приглашение на ярмарку. Вероятно, кто-то им его передал…

— Но при регистрации они заявили капитал, превышающий десять миллиардов!

Выслушав донесение по связи, Лю Лу добавил:

— В сто двадцать второй ложе трое: один в золотом плаще, другой в синем, третий в фиолетовом. Лиц не видно, они пришли в собственных масках, и ещё…

— Постой!

Сюй Сяошоу, почувствовав неладное, прервал его. В его памяти внезапно всплыли два образа, и он встревоженно спросил:

— Ты говоришь, они пришли в собственных масках? В золотом и фиолетовом плащах?

— Да, — кивнул Лю Лу, не понимая, в чём дело.

— Они назвали свою организацию?

— Назвали, но, скорее всего, просто выдумали на ходу. Что-то вроде… «Яма»?

«Получен испуг. Очки пассивности +1».

В этот миг Сюй Сяошоу по-настоящему испугался.

Яма!

Да какое там «выдумали на ходу», так их организация и называется!

Те самые люди в масках из организации Яма, что охотились за его Оком Небесного Знания в том переулке… они тоже здесь?

Другие могли и не знать, но Сюй Сяошоу сталкивался с ними лицом к лицу и ощутил на себе всю их мощь.

Эта организация осмелилась открыто посягнуть на Клан Цзян уровня Полусвятого. Так что их неуважение к Священному Залу было… в порядке вещей!

Вполне в порядке вещей!

…

Цена на Иньскую Ветвь Кровавого Дерева подскочила до ста миллиардов.

Седовласый человек в звериной маске на сцене был уже весьма доволен.

И всё же он не удержался и напомнил:

— Кроме духовных кристаллов, дополнительное условие — самое важное. Прошу вас не забывать об этом.

Но в этот момент всё внимание зала было приковано уже не к нему.

Даже Чэн Цзи и Чу Лишэн в ложе номер один с огромным интересом отнеслись к ложе сто двадцать два и немедленно запросили у Ночной Кошки информацию о них.

Но безрезультатно.

Никаких полезных сведений получить не удалось.

Тут Чэн Цзи заколебался.

Он не знал, стоит ли продолжать торги.

И сто двадцать вторая, и двести девятая ложи, судя по всему, не испытывали недостатка в средствах.

Со Священным Залом всё было иначе.

Деньги у них были, но каждая сумма должна была быть строго распределена между различными важными решениями и проектами.

Филиал подчинялся штаб-квартире.

Чэн Цзи не мог одним своим словом мобилизовать бесконечные ресурсы лишь для того, чтобы заполучить Иньскую Ветвь Кровавого Дерева.

Пока в первой ложе размышляли, Сюй Сяошоу из двести девятой уже продолжил повышать ставки:

— Сто один миллиард!

Ложа сто двадцать два немедленно ответила, соря деньгами:

— Сто десять миллиардов.

— Сто одиннадцать миллиардов, — с усмешкой добавил Сюй Сяошоу. Чего ему было бояться?

— Сто двадцать миллиардов, — снова раздался голос из сто двадцать второй ложи.

— Сто двадцать один миллиард, — вновь чуть повысил Сюй Сяошоу.

— Сто тридцать миллиардов!

— Сто тридцать один миллиард.

— Сто…

Голос представителя Ямы внезапно прервался.

То, как Первый Павильон под Небесами повышал цену на один миллиард, выглядело откровенным издевательством.

Осознав это, Цветок Загробного Мира под синей маской в ложе сто двадцать два помрачнел.

— Какое оскорбление!

— Господин Хуанцюань, я подозреваю, что Первый Павильон под Небесами просто издевается над нами!

Цветок Загробного Мира — кодовое имя члена организации Яма в синем плаще.

Как и Призрачный Младенец Девяти Пучин в фиолетовом, оба они подчинялись человеку в маске и золотом плаще с кодовым именем Хуанцюань.

В этот момент Цветок Загробного Мира был в ярости, его грудь сдавило от гнева, и он неосознанно потянулся к маске, чтобы сорвать её и перевести дух.

Призрачный Младенец Девяти Пучин из-под своей маски метнул в его сторону ледяной взгляд зелёных глаз.

— Следи за собой. И не забывай, твоё новое тело ещё не приспособлено к таким сильным эмоциям.

Цветок Загробного Мира промолчал.

Он был уничтожен в переулке Королевского Города знаменитым мечом Лэй Шуансина, одного из Святых Рабов, и не смог оказать ни малейшего сопротивления.

Это было для него унижением.

Но в то же время он познал, насколько ужасающ Престол Пути Меча Древнего мечника.

Если бы не появился господин Хуанцюань и не вернул его душу силой обращения времени вспять, то синий плащ в организации Яма сегодня носил бы уже кто-то другой.

Цветок Загробного Мира чувствовал себя ужасно обиженным.

Он ещё не привык к новому телу, поэтому пока не мог использовать Зрачки клана Лэй, а значит, сейчас был слабейшим в Яме.

Раньше он мог бы поспорить со своим извечным противником, Призрачным Младенцем Девяти Пучин, но теперь не решался.

Поэтому Цветок Загробного Мира повернулся к человеку в золотой маске:

— Господин Хуанцюань, Первый Павильон под Небесами насмехается над нами, а этот Цзюю ещё и пользуется своей силой, чтобы меня унижать…

Хуанцюань молчал.

Цветок Загробного Мира тут же умолк и понурился.

Тут заговорил Призрачный Младенец Девяти Пучин. Он посмотрел на человека в золотой маске и неуверенно произнёс:

— У Первого Павильона под Небесами денег хватает, у нас тоже, но такое бесконечное повышение цены лишь сыграет на руку другим. К тому же, наши деньги нужны для других целей…

— Чего бояться? — встрял Цветок Загробного Мира, улучив момент. — Деньги для того и нужны, чтобы их тратить! Первый Павильон под Небесами так нас унижает, как мы можем это спустить им с рук?

— Заткнись! Хочешь, чтобы я тебя убил?

— Хочу!

Цветок Загробного Мира выпятил грудь и дерзко ответил, но тут же плотно сжал губы и больше не проронил ни слова.

Хотя в ложе они могли говорить свободно, на деле все трое были крайне осторожны.

Все их слова передавались мысленно, да ещё и внутри Сферы Престола под защитой господина Хуанцюаня.

Поэтому даже Ночная Кошка со своими духовными формациями для слежки и экспертами уровня Великой Пустоты не могла подслушать ни единого слова.

Господин Хуанцюань, сидевший на диване, казалось, был лишь парой пустых глазниц под маской.

На самом же деле он с интересом наблюдал за перепалкой своих подчинённых.

Принимая в Яму таких молодых людей, следовало принимать и их манеру общения.

К тому же, он давно не видел таких непринуждённых разговоров.

Будь на их месте старики из организации, они бы никогда не позволили себе подобных перебранок в его присутствии.

Как бы это сказать?

В этом была своя особая прелесть!

Мысли пронеслись в его голове, и образ из Реки памяти сменился реальностью. Хуанцюань, чьи руки покоились на подлокотниках, шевельнулся и бесстрастно произнёс:

— Продолжайте. В пределах двухсот миллиардов — поиграйте с ними.

— Есть!

Глаза Цветка Загробного Мира вспыхнули. Он вскинул подбородок в сторону Призрачного Младенца Девяти Пучин, а затем, повернувшись, гордо выкрикнул:

— Сто пятьдесят миллиардов!

— Эй, там, на той стороне! Если есть деньги — ставьте, а нет — так нечего по миллиарду добавлять, это совсем не весело!

Призрачный Младенец Девяти Пучин лишь вздохнул.

По его мнению, наличие такого типа в организации роняло её престиж.

Тем временем.

Сюй Сяошоу, услышав это заявление, усмехнулся.

Если напротив него сидела Яма, он ни за что не позволил бы им победить.

Однако, не успел он и рта раскрыть, как в ушах раздался голос Юань Хайшэна:

— Молодой господин Сюй, не стоит больше повышать цену!

— Хотя многие желают заполучить Иньскую Ветвь Кровавого Дерева и она невероятно ценна, мы только что проверили эту организацию Яма, и, похоже, они не так просты.

— К тому же, здесь присутствует Священный Зал. Даже если Яма выиграет ветвь, не факт, что они смогут её удержать.

— Точно так же и ваш Первый Павильон под Небесами: если вы потратите огромные деньги на Иньскую Ветвь Кровавого Дерева, это может навлечь на вас ненужные неприятности в будущем…

— Подумайте трижды, прежде чем действовать! — настойчиво посоветовал Юань Хайшэн.

Сюй Сяошоу был тронут.

Он никак не ожидал, что организатор, Ночная Кошка, станет так его защищать. Такое предупреждение определённо было нарушением правил.

Ведь они были организаторами и получали процент.

Чем выше сумма сделки, тем больше их прибыль.

То, что они были готовы поступиться такой выгодой, доказывало лишь одно: Ночная Кошка действительно хотела наладить связи с Первым Павильоном под Небесами.

Сюй Сяошоу принял их добрые намерения.

Но от некоторых вещей он не мог отказаться.

Если Иньская Ветвь Кровавого Дерева попадёт в руки Ямы, Священный Зал вряд ли сможет что-то предпринять, к тому же…

— Этот молодой господин приобретает Иньскую Ветвь Кровавого Дерева в ходе честных торгов. Чего мне бояться преследования со стороны Священного Зала? — с усмешкой ответил Сюй Сяошоу. — К тому же, если что-то попало в руки этого молодого господина… я бы хотел посмотреть, кто сможет заставить меня это отдать!

И под вздохи Юань Хайшэна Сюй Сяошоу повернулся к залу и выкрикнул следующую ставку:

— Двести миллиардов!

— Чёрт… — зрители в зале схватились за головы, их глаза расширились от шока.

Предыдущие раунды торгов уже всех изрядно утомили.

Присутствующие были неглупы и понимали: раз ложа номер один замолчала, значит, даже у Священного Зала закончились деньги.

Но ложи сто двадцать два и двести девять…

Им что, было плевать на будущее своих организаций?

Двести миллиардов — и они просто так выкрикнули эту сумму?

За кулисами Юань Хайшэн и Наньгун Инь переглянулись и молчали.

Чэн Цзи и Чу Лишэн в ложе номер один откинулись на спинки диванов. На их лицах было разочарование, но в то же время они о чём-то напряжённо думали.

Вопреки их ожиданиям, Иньская Ветвь Кровавого Дерева, похоже, достанется Первому Павильону под Небесами?

Она должна была попасть в руки крупной рыбы, так как же она могла достаться такому несерьёзному Первому Павильону под Небесами?

Или, может, взглянуть на это с другой стороны…

«А что, если Первый Павильон под Небесами — и впрямь крупная рыба?» — подумал Чу Лишэн и, не договорив, посмотрел на главу зала Чэна.

Чэн Цзи улыбнулся.

— Расследовать!

…

В ложе номер сто двадцать два.

Цветок Загробного Мира обернулся к человеку в золотой маске:

— Господин Хуанцюань…

— Пока уступим.

Хуанцюань сделал лёгкий жест пальцем, не желая больше делать ставок.

— Хорошо! — на этот раз Цветок Загробного Мира отбросил шутки и, не паясничая, серьёзно и отчётливо, процедил сквозь зубы:

— Тогда мы… по-ка ус-ту-пим им!

Двести миллиардов.

Для любой организации это была колоссальная сумма.

Возможно, если говорить об активах и общем состоянии, многие из присутствующих могли бы наскрести двести миллиардов, и даже больше.

Но если речь шла о том, чтобы выложить такую сумму наличными…

Двести миллиардов — выложить-то их можно, но это наверняка нанесёт серьёзный удар, возможно, даже затронет костный мозг!

Главное, что после этого пришлось бы отказаться от сокровищ, которые их организация планировала заполучить позже.

Королевский Город был местом непростым.

Далеко не каждая крупная или главенствующая сила была денежным королём…

Священный Зал не был исключением.

Яма — тоже.

Единственным исключением был обладатель трёх Знаков Пустоты, чьё состояние после одной встречи со Сказителем необъяснимым образом выросло в разы — супернувориш Сюй Сяошоу!

На сцене.

Седовласый человек в звериной маске трижды ударил молотком. Больше ставок не было, и Иньская Ветвь Кровавого Дерева в итоге досталась молодому господину Сюю из ложи номер двести девять за баснословную цену в двести миллиардов и одно дополнительное условие.

На этот раз слуги не понадобились. Седовласый человек лично поднял нефритовую шкатулку и зашагал на второй этаж.

Все знали, что в ложе номер двести девять, под пристальным вниманием Священного Зала, вот-вот начнётся важнейший разговор о Призрачном звере.

Если бы содержание этого разговора стало достоянием общественности…

Ц-ц-ц!

Это был бы эффект ядерного взрыва, не иначе!

(Конец этой главы)