Глава 581. Вино Человека в маске
«Хочу домой!»
Сюй Сяошоу мысленно всхлипывал.
Он так жаждал свободы.
Но реальность была жестока.
Никто не может жить так, как ему хочется.
И пока он не стал достаточно силен, слово «марионетка» оставалось его вторым именем!
«Вот же злой рок!»
Сюй Сяошоу горько усмехнулся, но, не сдаваясь, поднял глаза:
— Ты сам говорил, что не станешь принуждать меня к выбору.
Сказитель, слушавший их сбоку, не сдержал смешка и уже готов был вставить слово, но Человек в маске остановил его жестом руки и невозмутимо произнес:
— Я никогда не нарушаю обещаний, Вэнь Мин, но ты должен хорошенько подумать: ты… действительно все еще хочешь сбежать?
— А?
Сказитель встревожился.
Он заплатил огромную цену, но так и не смог поймать этого юношу.
И что, братец собирается его отпустить?
— Нельзя.
— Он мой! — яростно заявил Сказитель, отстаивая свои права.
Человек в маске бросил на него испепеляющий взгляд.
Тот тут же втянул вытянутую шею и послушно замолчал.
«Черт… Неужели я и трех фраз не могу выдержать? Но Вэнь Мин ведь мой, мой, МОЙ!!»
Сюй Сяошоу, не обращая внимания на паяца, смотрел прямо на Человека в маске и отчеканил:
— Верно, я не хочу идти с вами.
— А у тебя есть путь к отступлению? — спросил в ответ Человек в маске.
— Есть.
— Где же?
Сюй Сяошоу развернулся и посмотрел себе за спину.
— Мир огромен, любое место может стать домом.
— Ты действительно так думаешь? — напирал Человек в маске.
— А как иначе?
Сюй Сяошоу покачал головой:
— Если я пойду с вами, то по-настоящему увязну в трясине, верно? Хоть я и не знаю, чего именно добиваются ваши Святые Рабы, но…
Он замялся, не решаясь продолжать.
Цель Святых Рабов была ясной и грандиозной. Даже не зная подробностей, Сюй Сяошоу чувствовал это при каждой встрече с Человеком в маске.
Если он присоединится к ним, то, скорее всего, ему придется противостоять всему Священному Залу.
Как такое возможно?
Сюй Сяошоу все решил для себя еще в тот день, когда Человек в маске впервые предложил ему союз. Уж лучше примкнуть к Священному Залу, главной силе континента, чем вступать в какую-то темную организацию. По крайней мере, там он будет на стороне света!
В глазах Человека в маске промелькнуло разочарование. Он словно прочел мысли Сюй Сяошоу.
— Обернись.
Когда Сюй Сяошоу поднял на него взгляд, Человек в маске указал ему за спину и сказал:
— Посмотри туда.
— Что?
Сюй Сяошоу в нерешительности снова повернул голову. За спиной, в конце ущелья, виднелся горизонт Белого Грота, а над ним — рушащееся пространство этого мира.
— Что ты видишь? — спросил Человек в маске.
— Путь и надежду, — ответил Сюй Сяошоу.
— Ха!
Человек в маске не сдержал усмешки:
— Неужели?
— Да, — твердо кивнул Сюй Сяошоу.
— Белый Грот велик? — снова спросил Человек в маске.
— Очень велик.
Сюй Сяошоу помедлил мгновение и добавил:
— Но в то же время очень мал.
Ведь надо же умудриться в таком огромном Белом Гроте постоянно натыкаться на неприятности!
— Верно, Белый Грот не так уж и велик.
Человек в маске вздохнул и продолжил:
— Так что же ты встретил в Белом Гроте?
Сюй Сяошоу промолчал. Он смутно догадывался, что Человек в маске пытается заговорить ему зубы.
— Возможности, надежду и будущее, — туманно ответил он и добавил:
— Если бы не вы…
— Ты ошибаешься! — тут же прервал его Человек в маске.
Он слегка расправил плечи. Грудь его не колебнулась, но Сюй Сяошоу показалось, что он вдруг вырос на несколько вершков, а его аура от этого едва заметного движения достигла своего пика.
— Если я не ошибаюсь, в Белом Гроте ты нашел знаменитый меч, — безапелляционно заявил Человек в маске.
Сюй Сяошоу опешил.
«Он… он и вправду это чувствует?»
— Предельная сила огненной стихии, Сила Пепельного Сияния… Это может быть только Огненный Питон, третий в списке знаменитых мечей. Я прав? — уверенно улыбнулся Человек в маске.
Сюй Сяошоу почувствовал, как у него пересохло в горле.
Его меч уже признал в нем хозяина и был спрятан в Изначальной Обители.
Как Человек в маске мог его почувствовать?
— Ты…
— Молчи, говорить буду я, — снова перебил его Человек в маске. — Ты нашел знаменитый меч, но эта находка — не твоя удача. Его тебе кто-то дал. И если я не ошибаюсь, взяв этот меч, ты теперь горько жалеешь об этом, — с улыбкой в глазах сказал он.
Сюй Сяошоу молчал.
— Белый Грот так велик, и это — твоя так называемая возможность, — отрезал Человек в маске. — Подачка с чужого плеча… Прошу прощения, я слишком резок. Скажем так — дар!
— Я не жалею, — упрямо возразил Сюй Сяошоу.
— Пустое бахвальство.
Человек в маске ослепительно улыбнулся и продолжил:
— Когда я видел тебя в прошлый раз, Сила Пепельного Сияния в твоем теле не была столь плотной… Изначальное Семя Испепеляющего Сияния?
Ощутив ауру Вэнь Мина, он повернулся к Сказителю:
— Ты ведь тоже должен был почувствовать его, войдя в Белый Грот. И, надо полагать, собирался за него побороться?
— Э-э…
На лбу Сказителя выступил холодный пот.
Он ни словом не обмолвился об этом братцу… Неужели и это можно было вычислить?
— Все логично. Ради Второго брата.
Улыбка не сходила с лица Человека в маске. Он снова посмотрел на Сюй Сяошоу:
— Ты забрал Изначальное Семя Испепеляющего Сияния, и тогда-то на тебя и положил глаз Сказитель. Я прав?
Сюй Сяошоу охватила паника.
Он понял, что этот человек в маске и впрямь не зря стал Главой Святых Рабов.
Что за ум!
Он словно наблюдал за этим миром с точки зрения Бога.
— Белый Грот так велик, а ты, побродив по нему, нашел знаменитый меч и Изначальное Семя Испепеляющего Сияния. И в результате оказался втянут в два водоворота.
— Жалеешь?
Не дожидаясь ответа, Человек в маске сам ответил на свой вопрос:
— Жалеешь.
— Если бы можно было отбросить эти две вещи в обмен на свободу, ты бы, я думаю, согласился… Верно?
— Ты ведь думал об этом? В моменты полнейшего отчаяния.
Сюй Сяошоу молчал.
Цэнь Цяофу, стоявший в стороне со скрещенными на груди руками, наблюдал за происходящим. Глядя на растерянное лицо юноши, он догадывался о его истинных мыслях.
«Наверняка не просто думал, а рвал на себе волосы от сожаления!»
Но…
Бросив украдкой взгляд на главу, Цэнь Цяофу удивленно подумал:
«В последний раз глава был так многословен, когда встретил того мальчишку на руинах уничтоженного клана. Так появился Лэй Шуансин. Неужели этот Вэнь Мин стоит таких усилий?»
Человек в маске, глядя на молчавшего Сюй Сяошоу, произнес с нажимом:
— Белый Грот так велик, и стоит тебе обернуться, как ты видишь то, что называешь надеждой. Обретение, которое оборачивается потерей!
— Нелепо, не правда ли?
Сердце Сюй Сяошоу дрогнуло.
Он понял, к чему клонит Человек в маске.
Возможности, надежда и будущее… Неужели этот человек собирается опровергнуть все три его утверждения?
— Свое будущее я могу контролировать сам! — в голосе Сюй Сяошоу зазвучал гнев.
— Ты в этом уверен? — с сомнением произнес Человек в маске. — Вернемся к моему вопросу…
— Обернись, — внезапно приказал он.
Сюй Сяошоу уперся. Он не собирался подыгрывать своему противнику.
— Дровосек, — Человек в маске повернулся к Цэнь Цяофу, который с интересом наблюдал за сценой.
Тот с видом головной боли потер лоб.
— Ну почему я? Сам бы и сделал!
Его палец, лежавший на поясе, дрогнул.
И в тот же миг Сюй Сяошоу с ужасом обнаружил, что пейзаж перед ним полностью изменился. Трое Святых Рабов остались на своих местах, но все остальное стало таким, каким он видел бы его, обернувшись.
«Принудительный разворот?»
Сюй Сяошоу был в полном замешательстве.
А в следующую секунду его осенило, и душу захлестнула буря.
Нет.
Не он повернулся.
Это мир повернулся!
С ужасом взглянув на Цэнь Цяофу, Сюй Сяошоу ощутил полную беспомощность.
Отсечение Дао…
Так вот что такое Отсечение Дао?
Повернуть мир… как такое возможно?!
— Теперь видишь? — Человек в маске развел руками. — В этом крошечном Белом Гроте, даже если ты не хочешь оборачиваться, всегда найдется тот, кто заставит тебя увидеть то, чего ты видеть не желаешь.
— И такова реальность.
— То, с чем ты боишься столкнуться, — лишь идущий из глубин души страх перед неизвестностью.
— Но есть ли в этом смысл?
— Когда ты стоишь здесь, ты уже в самом центре урагана.
— И неважно, насколько ты решителен или упрям…
— В конечном счете это лишь самообман.
В глазах Человека в маске промелькнула насмешка, обращенная, казалось, не только к Сюй Сяошоу, но и к нему самому.
— Шестерни судьбы сцепились и движутся вперед. Ты думаешь, что, закрыв глаза, сможешь остаться в стороне?
— Ошибаешься!
— Так ты лишь позволишь этим шестерням перемолоть тебя, пока ты пребываешь в оцепенении.
— Открой глаза и взгляни в лицо реальности!
— Ты уже стоишь здесь… — с ноткой безысходности в голосе произнес Человек в маске и указал на землю.
— Рядом со мной.
…
Сюй Сяошоу почувствовал, как его мир пошатнулся.
Если бы это была лекция, он поставил бы Человеку в маске восемьдесят два балла. Как бы он ни хотел это признавать, но сейчас Сюй Сяошоу чувствовал, будто с его глаз спала пелена.
Тот говорил намеками, но Сюй Сяошоу прекрасно все понимал.
«Оказавшись внутри, трудно остаться в стороне!»
Можно было найти множество оправданий: принуждение Старейшины Сана, нападение Алых Одежд, интерес Цзяо Тантан, выбор Жалкого Святого… Но все это было правдой!
И какие бы ни были предпосылки, свершившийся факт уже не зависел от них.
Пусть и не по своей воле, но он действительно попал в поле зрения многих.
«Остаться в стороне?»
Сюй Сяошоу впервые осознал, насколько смешным был его выбор.
В окружении могущественных мастеров он хотел держаться особняком?
Именно из-за этого желания он, шаг за шагом, из ловушки Старейшины Сана угодил в поле зрения Алых Одежд, затем стал пешкой в игре Святого, а в конце концов им заинтересовались даже Призрачные звери…
Оглядываясь назад, разве все эти свершившиеся факты не кричали ему, что его выбор был ошибкой?
«Самообман…»
Честно говоря, Сюй Сяошоу не хотел признавать это слово. Но речь Человека в маске обнажила перед ним кровавую реальность.
Он выбрал путь одиночки, и всего за это короткое время столкнулся со столькими трудностями.
Если он продолжит упорствовать, сможет ли он выстоять?
Сейчас на него положили глаз разные силы. Но хватит ли у них терпения дождаться, пока его потенциал раскроется и он вырастет?
Вряд ли…
Стоит одному звену в этой цепи сломаться, стоит им решить применить силу, и тонкая грань между иллюзией и реальностью разорвется от малейшего прикосновения.
«Дозорный…»
Сюй Сяошоу подумал о Дозорном. Сначала тот смотрел на его выходки сквозь пальцы, затем, поняв его намерения, проявил снисхождение, а теперь их отношения висели на волоске… Сколько времени на это ушло?
Если он продолжит в том же духе, не приведет ли это к окончательному разрыву? И сможет ли он тогда выдержать гнев мастера уровня Отсечения Дао? Будет ли Дозорный и дальше нянчиться с ним, как с ребенком?
«А еще Призрачные звери, а еще Святые Рабы…»
Сюй Сяошоу глубоко вздохнул.
Кажется, он начал понимать.
Он и впрямь был слишком наивен.
Белый Грот велик, но в то же время мал. Континент Священного Духа велик, но в то же время мал.
Сейчас он был неплохой шахматной фигурой, которая могла пригодиться в будущем, поэтому игроки терпели его мелкие капризы. Но что будет, когда его сила возрастет и достигнет определенной черты? Станут ли они и дальше мириться с его своеволием?
«Когда он станет почти неуправляемым, придется вмешаться и уничтожить его заранее?»
«Не можешь получить — уничтожь?»
Сюй Сяошоу слишком хорошо понимал образ мыслей этих людей. Очень вероятно, что и Человек в маске думал так же.
Так что же ему делать в этой жестокой реальности?
«Пойти на компромисс?»
Сюй Сяошоу заколебался. Слова Человека в маске сорвали с его глаз повязку. И лишь прозрев, он понял, насколько труден был путь перед ним.
Компромисс… казался таким заманчивым выбором!
Примкнуть к одной из сторон… По крайней мере, тогда это отчаянное положение, когда каждый шаг дается с трудом, закончится?
За большим деревом легко укрыться. Когда за спиной есть поддержка, даже если у тебя закончатся козыри, тебе подкинут еще несколько колод. Это совсем не то, что сражаться в одиночку.
Никаких забот, нужно лишь сокрушать врагов на своем пути.
А потом…
При этой мысли Сюй Сяошоу замер.
А что потом?
Ради чего все это?
— Чтобы стать настоящей пешкой?
Ледяной холод внезапно пронзил его душу, сковав тело. Он вспомнил убеждение, которое укрепилось в нем, когда он вышел вперед в Пространстве Древнего Фолианта.
«Ради свободы!»
Но если он пойдет на компромисс, останется ли это борьбой за свободу?
…
— Ты ошибаешься, — Человек в маске все это время молчал и заговорил лишь тогда, когда лицо Сюй Сяошоу исказилось в мучительной гримасе. — Я знаю, о чем ты беспокоишься.
— Но человек — не одинокое животное.
— Путь одиночки, каким бы прямым он ни был, всегда будет неполным.
— Сейчас я рядом с тобой.
— Для тебя я — небо, зонт, непреодолимая сила.
— Но для меня ты сейчас не представляешь особой ценности. Ты — пешка, которую можно и потерять.
— Жестоко, не так ли?
Человек в маске улыбнулся и продолжил:
— Но посмотри на это с другой стороны.
— Инструмент!
— Пока ты не вырос, я — твой инструмент. Просто используй меня, к чему столько раздумий?
— Человечество прогрессирует именно потому, что постоянно использует инструменты.
— Каменные орудия, огненные, духовные…
— Плоть, воля, духовная энергия…
— Разве каждый шаг роста, каждая ступень эволюции не связана с использованием так называемых «инструментов»?
— Все сущее может быть инструментом. Человек — тоже часть сущего, он не благороднее травы, цветов или камней. Почему же его нельзя использовать?
— И почему… — голос Человека в маске стал острым, как клинок, пронзая саму душу:
— Когда ты берешь в руки знаменитый меч, твое сердце спокойно, но когда мечом становится человек, тебя начинают одолевать сомнения?
Сюй Сяошоу почувствовал, будто его мозг пронзило Намерение меча. Боль была такой сильной, что он согнулся, схватившись за голову.
Сказитель был поражен.
— Полегче, полегче… — с тревогой посмотрел он на Малыша Вэнь Мина. — Он же еще ребенок, нельзя так жестоко!
Но Человек в маске не обратил на это внимания. Он протянул руку в сторону и растопырил пальцы.
— А? — Цэнь Цяофу уставился на его руку, не понимая, в чем дело.
— Мою флягу, — закатив глаза, сказал Человек в маске.
— А, да-да, — спохватился Цэнь Цяофу и с упреком бросил:
— Неужели так трудно носить свои вещи с собой?
С этими словами он достал маленькую черную фляжку и шлепнул ее в протянутую ладонь.
…
Сюй Сяошоу не мог вымолвить ни слова.
Намерение меча Человека в маске было слишком сильным. Всего несколько фраз — и ему казалось, что его душа раскалывается на части.
Но… пойти на компромисс?
Сюй Сяошоу просто не мог этого сделать! Если его вера в себя, в свободу рухнет, как он сможет идти дальше?
В словах Человека в маске была своя логика, но к нему она была неприменима! Он не мог разделить его взгляды!
— Эх…
Тихий вздох пронесся в пустоте.
Человек в маске приложил руку к шее и одним движением сдернул маску до самого носа.
Сюй Сяошоу вздрогнул. Картина, переданная Восприятием, не оставляла сомнений: огромный шрам на шее был точь-в-точь как у того мужчины со статуэтки из Павильона Духовных Сокровищ! И точно такой же отличительный знак был у Неряшливого Дядюшки в тот день, когда они столкнулись с Красным Псом!
Это… один и тот же человек?
Мысли Сюй Сяошоу внезапно смешались.
У Человека в маске была волевая линия подбородка, но небритое лицо с запекшейся кровью выглядело донельзя неопрятно. Он вытер рот, размазав остатки крови, и щелчком пальца открыл пробку фляги.
В воздухе тут же разлился резкий запах крепкого алкоголя.
Очень сильный, бьющий в нос.
Этот внезапный аромат немного привел Сюй Сяошоу в чувство.
— Юноши всегда склонны зацикливаться на пустяках!
Человек в маске поднес флягу ко рту, но, прежде чем запрокинуть голову, о чем-то задумался.
— Я уже сказал достаточно, но добавлю еще кое-что.
Он опустил руку и посмотрел на небо.
— Какого цвета Белый Грот?
Двое его спутников невольно подняли головы.
Сюй Сяошоу, немного оправившись от душевной боли, тоже вскинул голову.
— Багровое… — прошептали все трое одновременно.
В мире Белого Грота не было ни солнца, ни луны, но небо всегда было багровым.
— Да, багровое, — вздохнул Человек в маске. — Так что этот мир изначально не черно-белый. О какой абсолютности может идти речь?
— Добро и зло, свет и тьма, земля и небо…
— Все это лишь слова, которыми люди наделяют вещи. Где здесь абсолют?
— А раз так, то действительно ли компромисс и свобода — противоположности?
В голове Сюй Сяошоу будто прогремел гром, расколов его мысли надвое. Эти слова были ему знакомы. Именно их он недавно говорил Дозорному. Но из уст Человека в маске те же самые слова, которыми он отмахивался от Дозорного, приобрели совершенно иной смысл.
— Хех!
Человек в маске покачал головой и усмехнулся.
— За разрушенным Белым Гротом есть Континент Священного Духа. А если падет и Континент Священного Духа, неужели это будет конец света?
— Вряд ли!
Он задумался, словно говоря сам с собой:
— Ты дал миру субъективное определение, а теперь требуешь от себя соответствовать противоположностям этого субъективного мира. Смешно, не правда ли?
— Смешно!
— Компромисс и свобода — вовсе не взаимоисключающие понятия.
— Это просто выбор твоего субъективного сознания.
— Просто «выбор»!
— Или, если угодно, «решение»!
— Как ни посмотри, все исходит от тебя самого…
— На этом все.
Глядя на Вэнь Мина, в глазах которого плескалась бесконечная растерянность, Человек в маске замолчал. Он снова вытер рот, сдирая сухую кожу с губ, и, подняв флягу, запрокинул голову.
Пространство трещало, ветер выл, трепля его черный халат.
«Свобода… кто о ней не мечтает?»
Его кадык дернулся.
Бульк-бульк…
(Конец главы)