Глава 508. Суд Призрачного зверя. Я отказываюсь!
Сюй Сяошоу?
Как это может быть Сюй Сяошоу?
Невозможно!!
Глаза Дозорного едва не вылезли из орбит.
Он мог смириться с тем, что ледяная способность, таящая в себе Силу леденящего бедствия, исходила от того запечатанного Призрачного зверя, что вышел из Белого Грота. Но он никак не мог принять, что сообщником этого зверя оказался… Сюй Сяошоу.
— Как это может быть Сюй Сяошоу?! — Дозорный был на грани срыва.
Если Сюй Сяошоу — сообщник запечатанного Призрачного зверя, то кем тогда был он, Дозорный?
Первая встреча в Резиденции городского правителя Города Тяньсан, взрыв в цветочном море, допросы после разрушения Сферы и даже подаренный после входа в Белый Грот знаменитый меч Пламенный Питон… Сцена за сценой, кадр за кадром — эти воспоминания, словно ускоренная кинопленка, молниеносно пронеслись в его сознании. Дозорного била дрожь.
Ему казалось, что из-за последующих событий в Резиденции городского правителя он упустил нечто крайне важное.
«Аура Призрачного зверя!»
Он мысленно вернулся к их первой встрече. Почему он тогда вообще обратил внимание на Сюй Сяошоу? Точно! На его друге он уловил едва заметный смрад, невероятно похожий на запах Призрачного зверя. Он уже начал было допрос, но тут появился Сюй Сяошоу, сбил его с мысли, и после его словесных уверток об этом, кажется, все позабыли.
Более того, теперь он припоминал, что и от самого Сюй Сяошоу при первой встрече тоже исходил какой-то запах…
«Смрад Призрачного зверя!»
Позже Сюй Сяошоу объяснил это тем, что уже сталкивался с запечатанным Призрачным зверем в Духовном Дворце, и он отбросил свои подозрения. А теперь…
Дозорный беспомощно покачал головой, недоверчиво переводя взгляд с одного на другого.
«Да какое там „сталкивался“? Это же самый настоящий сговор!»
В этот миг детали, которые он никак не мог вспомнить, вдруг сложились в единую картину. Мысли Дозорного неслись вскачь, озарение было подобно вспышке — одно событие за другим всплывало на поверхность.
«Если Чжан ТайИн был Призрачным зверем, то почему он скрывался больше десяти лет, а стоило ему столкнуться с Сюй Сяошоу, как его не только раскрыли, но и жестоко убили? Человек на пике королевского престола, к тому же обладающий силой Призрачного зверя, погиб от руки воина Врожденного уровня?» — Дозорный горько усмехнулся.
«А тот друг Сюй Сяошоу… Синь Гугу? Да, точно, так его звали! Этот парень вошел в Резиденцию городского правителя — он сам это видел — и вышел из Банкетного зала еще до Сюй Сяошоу. Но до самого момента убийства Чжан ТайИна он так больше и не появился. Так куда же в итоге делся Синь Гугу?»
Лицо Дозорного побелело.
«И еще!»
Он не решался продолжать свои рассуждения, но как член Алых Одежд, он был обязан. Даже если правда была ужасающей, он должен был следовать по самому невероятному, но и самому близкому к истине пути:
«Сюй Сяошоу, будучи всего лишь на Врожденном уровне, уже имел дело с этим запечатанным Призрачным зверем еще в Духовном Дворце. Теперь, вспоминая его тогдашнюю уверенность, он понимал — тот не лгал. Но как они могли взаимодействовать при такой несопоставимой силе и уровне развития? Сюй Сяошоу… Ха, да он в Духовном Дворце, возможно, даже Врожденного уровня еще не достиг! И такой человек мог на равных общаться с запечатанным Призрачным зверем? Или, иначе говоря, с чего бы Призрачному зверю вообще обращать на него внимание, да еще и вступать с ним в настоящий контакт — будь то разговор или битва? Это совершенно невозможно!»
Сердце Дозорного сжалось от боли.
Теперь он все понял.
Оставалось лишь одно-единственное объяснение.
Сюй Сяошоу — тоже Носитель призрачного зверя! Причем невероятно разумный и умеющий скрываться — самый ужасающий их вид!
Призрачные звери сами по себе не страшны. Страшны разумные Призрачные звери, обладающие великим умом. Существа, настолько гениальные, что могут играть с Алыми Одеждами, играть с людьми, — вот чего все боятся больше всего.
«Значит… Сюй Сяошоу… вот оно что», — Дозорный тяжело смежил веки.
Разве могли быть сомнения?
Его боевая мощь, стремительно растущая за короткое время… Его дар красноречия, способный мертвого извести, а живого в гроб вогнать… Его стратегическое мышление — расчетливое, зрелое, беспощадное… Что из этого под силу юноше его лет? И чему из этого могли научить в каком-то Духовном Дворце Тяньсан?
Ничему. Абсолютно ничему.
После событий в Резиденции городского правителя он, Дозорный, специально запрашивал дело Сюй Сяошоу. В деле черным по белому было написано: два года подряд плелся в хвосте Внешнего двора Духовного Дворца Тяньсан, был на грани отчисления. И вдруг — внезапный взлет на «Битве Ветров и Облаков» и убедительная победа. Разве это ни о чем не говорит?
— Глуп же был этот старик!
В этот миг Дозорный готов был рвать на себе волосы от досады.
Он был глуп. Его ум был медлителен и неповоротлив. Иначе разве он позволил бы Сюй Сяошоу, опираясь на шаткие доводы, так легко загнать себя в угол, лишить дара речи? Он дошел до того, что после завершения дела Чжан ТайИна сбежал, лишь бы больше не видеть этого мальчишку.
Будь на его месте Лань Лин или Синь… нет, не нужно даже их. Любой другой, кто строго следует уставу Алых Одежд, оказавшись в Резиденции городского правителя, наверняка бы забрал этого подозрительного Сюй Сяошоу на базу для допроса, не так ли?
Взгляд Дозорного потускнел. Он чувствовал, как вся его безупречная репутация рухнула из-за Сюй Сяошоу. Этот парень был слишком хорошим актером! Он в совершенстве понимал человеческую натуру, человеческую душу. Он, вероятно, даже мог с точностью предсказать его реакцию и эмоции, когда тот окажется в тупике. Именно поэтому он тогда так растерялся и сбежал, даже не подумав забрать Сюй Сяошоу на базу Алых Одежд!
«Чжан ТайИн… — горько усмехнулся Дозорный. — Какой блестящий ход — убить чужими руками!»
Теперь он всерьез подозревал, что, сам того не ведая, стал ножом в руках Сюй Сяошоу и устранил серьезное препятствие на пути Призрачных зверей. Возможно, Чжан ТайИн что-то обнаружил, и Сюй Сяошоу, не имея другого выхода, был вынужден раскрыть себя и, невзирая на опасность, пойти на убийство в Резиденции городского правителя, чтобы заставить замолчать единственного свидетеля? И при этом умудрился выйти сухим из воды.
«Глупец ты, Дозорный! — корил он себя. — Всю жизнь псу под хвост!»
…
«Вас заподозрили. Очки пассивности +1».
«Вам не доверяют. Очки пассивности +1».
«В вашей виновности уверены. Очки пассивности +1».
«О вас строят догадки. Очки пассивности +1».
…
Информационная панель словно взбесилась, выбрасывая нескончаемую череду сообщений. Сюй Сяошоу вскочил на ноги и увидел парящего в воздухе Дозорного, который смотрел на него с выражением полного недоверия. Он тут же понял: дело дрянь.
«Плохи дела! Судя по этим сообщениям, как бы хорошо Дозорный ко мне ни относился, в этот миг он, без сомнения, поставил меня в один ряд с Человеком из серого тумана. Но ведь все совсем не так!» — Сюй Сяошоу был в панике.
Он не был Призрачным зверем. И не был Носителем призрачного зверя. Но, как назло, в его Изначальной Обители сидел Бог Жадности. И как бы он ни хотел это отрицать, какая-то связь с Призрачными зверями у него все же была. Конечно, все было не так, как представлял себе Дозорный, судя по его суровому взгляду, но… Человек из серого тумана появился вместе с ним, держа его в руке. Даже если тот сейчас промолчит, против такого «очевидного доказательства» не попрешь. Ему теперь вовек не отмыться.
Внимание Дозорного было полностью приковано к Сюй Сяошоу, а не к Человеку из серого тумана. В его глазах этот юноша был во много раз опаснее! Он сжал кулаки, глубоко вздохнул и, заложив руки за спину, чтобы скрыть рвущуюся наружу жажду убийства, бесстрастно произнес:
— Сюй Сяошоу… тебе есть что сказать в свое оправдание?
«Вашего ответа ждут. Очки пассивности +1».
«Ждут? Ждут моей смерти, не иначе!»
Сюй Сяошоу не смел мешкать. Его мозг работал на пределе, но, перебрав все варианты, он понял: будь он на месте Дозорного, он бы тоже не поверил ни единому слову такого искусного демагога, как он сам.
— Я…
— Ты имеешь право хранить молчание, — холодно прервал его Дозорный. — Но все, что ты сейчас скажешь, станет показаниями в тюрьме Алых Одежд.
— Тюрьме? — опешил Сюй Сяошоу.
Он не ожидал, что все настолько серьезно. Тюрьма Алых Одежд… Туда ведь сажают только Призрачных зверей и их Носителей! Если он туда попадет, сможет ли когда-нибудь выйти?
Даже если бы его красноречие достигло небывалых высот и он смог бы все объяснить… даже если бы у всех членов Алых Одежд помутился рассудок… как объяснить Изначальную Обитель и Бога Жадности внутри нее?
Никак.
В этот миг Сюй Сяошоу понял, что совершил ошибку. Не следовало ему брать на себя заботу о Боге Жадности. Самонадеянность, охватившая его после ухода из Духовного Дворца, заставила его взять эту горячую картофелину. Тогда он по глупости своей думал, что ничего страшного, ведь он не заключал контракт и мог в любой момент от него избавиться.
Но для Цзяо Тантан и Синь Гугу все выглядело иначе… Нет! Именно потому, что он взял Бога Жадности, Синь Гугу, вероятно, и решил помочь ему так чистосердечно. Они знали с самого начала. Стоит ему пересечь красную черту и связаться с Призрачными зверями, и пути назад уже не будет.
Одна ложь тянет за собой другую, и так до бесконечности. Разоблачение — лишь вопрос времени. И когда оно случится, его силой затащат на этот пиратский корабль Призрачных зверей, хочет он того или нет.
Сюй Сяошоу опустил веки. Теперь он все понял. Не он один в этом мире умен. Он был высокомерен, считал, что всех перехитрил, а в итоге лишь вырвался из одной клетки, чтобы угодить в другой капкан.
Но…
«Нет!»
Только он сам знал правду. Он взял Бога Жадности не по тем причинам, о которых думал Дозорный. И не потому, что заглядывал так далеко, как Цзяо Тантан и Синь Гугу. Он просто был уверен в себе… Просто потому что… было весело? Любопытно?
Сюй Сяошоу тихо вздохнул и беззвучно рассмеялся.
Самомнение обманчиво.
А любопытство сгубило кошку.
— Мне нечего объяснять. — Он поднял голову и, серьезно глядя на Дозорного, вдруг выхватил из ножен Пламенный Питон. — Все, что я мог тебе сказать, я уже сказал в тот день, когда этот меч явился миру.
— Как ты и говорил, у Алых Одежд есть своя справедливость. Так вот, у меня, Сюй Сяошоу, она тоже есть.
Бросив взгляд на съежившегося в стороне Человека из серого тумана, Сюй Сяошоу покачал головой и тихо вздохнул.
— Я никогда не стану творить зло!
— Но я сам разберусь, в чём моя справедливость и куда ведёт мой путь.
— Я не верю никому!
Сюй Сяошоу ударил себя кулаком в грудь:
— Я верю только тому, что вижу, слышу и чувствую своим сердцем… Всему!
В общении с Синь Гугу он увидел, что у Призрачного зверя есть чувства, пусть даже их отношения и строились на взаимной выгоде. Но в какой-то миг Сюй Сяошоу уловил в его взгляде жажду свободы и покоя, а следом — безысходность от необходимости продолжать борьбу, когда иного выбора не оставалось. Он всё это почувствовал.
Тела их не могли соприкоснуться, но сердца — могли. И это общение на уровне душ было не вымыслом, не пустым звуком. Раз уж он, Сюй Сяошоу, всё это увидел, как он мог закрыть на это глаза?
У Призрачных зверей есть чувства — это неоспоримый факт. А позиция Алых Одежд по отношению к ним была слишком категоричной.
Геноцид!
Сюй Сяошоу не мог ни понять, ни принять столь крайние меры.
Люди тоже делятся на добрых и злых. Так почему же из-за нескольких злобных тварей, совершивших ужасные проступки, нужно уничтожать всех Призрачных зверей? Почему нужно обрекать и тех, в чьих сердцах ещё теплится добро, тех, кто стал заложником обстоятельств?
Такова Мо Мо.
Таков и Бог Жадности, который ещё не вырос и не познал ни добра, ни зла.
Запрещать — не выход. Слепое подавление лишь заставит тех, кто склонен к добру, в конце концов восстать от безысходности.
И каков будет итог?
Результат очевиден…
Сюй Сяошоу тихо выдохнул. На самом деле он не ненавидел Алые Одежды за их методы. Раз они существуют, значит, на то есть свои причины. Но он не был с ними согласен, а потому решил, что сам во всём разберётся.
Если в конце концов он зайдёт в тупик, если окажется, что его путь был ошибкой — что ж, он это примет. Но пока что Сюй Сяошоу был уверен: он всё делает правильно.
Поняв это, он даже обрадовался, что когда-то принял Бога Жадности. Благодаря этому у него появилась связь с миром Призрачных зверей — возможность войти в него и увидеть всё своими глазами.
Сейчас единственным неоспоримым фактом было то, что в мире уже существуют свои правила и порядки. И какими бы несовершенными они ни были, он, Сюй Сяошоу, не мог пойти против них в открытую.
А это значит, что любое недовольство существующим порядком в конечном счёте сводится к недостатку собственной силы.
«Если бы я сам устанавливал правила… Если бы я был тем, кто двигает фигуры…»
Сюй Сяошоу сжал кулаки, резко обрывая поток мыслей. Никаких «если бы»! Будущее — это тот свет, что он видит прямо перед собой.
……
— Сюй Сяошоу, должен признать, ты и впрямь выдающийся юноша, — покачав головой, вздохнул Дозорный.
— За всю свою жизнь этот старик видел не так много молодых людей, столь же одарённых, как ты.
— Последним, кто так же поразил меня, был Восьмой Бессмертный Меча, чья слава гремела по всему континенту.
— И как же этому старику хочется верить, что всего, чем ты обладаешь, ты добился сам, шаг за шагом, своим трудом.
— Я восхищаюсь тобой!
— Но…
На его лице отразилась боль, а во взгляде читалась внутренняя борьба. — Но ничего не поделаешь. Этот старик уже и сам сомневается в собственных суждениях.
— Ты должен пойти со мной в штаб Алых Одежд и предстать перед судом.
— Если ты невиновен, этот старик ручается, что все твои потери будут возмещены в многократном размере.
— Но если…
— Никаких «если»! — холодно прервал его Сюй Сяошоу. На его лице играла улыбка облегчения, а в голосе звучала непоколебимая решимость. — Я не пойду с тобой. Я сам выберу свой путь.
Дозорный пришёл в ярость:
— Дерзость!
Он восхищался Сюй Сяошоу, но это не значило, что какому-то юнцу позволено попирать честь Алых Одежд!
— Ты подозреваешься в том, что являешься Носителем призрачного зверя! Ты должен пойти со мной!
— «Сам выберу свой путь»? — он пытался сдержать гнев, но не удержался от холодной усмешки. — Да кем ты себя возомнил? Восьмым Бессмертным Меча?!
— А почему бы и нет? — Сюй Сяошоу посмотрел прямо на парящего в небе Дозорного, и его взгляд горел огнём. Он произнёс твёрдо, чеканя каждое слово:
— Мои устремления не ограничиваются Тяньсаном, моя цель — все Пять Регионов!
Эти простые слова обрушились на Дозорного, словно раскат грома, выбивая почву из-под ног. На мгновение в его голове стало пусто. Он ошеломлённо смотрел на юношу, и перед его мысленным взором возник образ молодого Ба Цзуньаня.
Тот так же, сжимая в руке меч, осмеливался бросать вызов всему миру. Та же необузданность, та же рвущаяся в небеса дерзкая энергия.
Но… разве их можно сравнивать? Тот достиг ступени Сяньтянь за три вдоха, а через три года стал Бессмертным Меча! В твоём возрасте он уже стоял на вершине этого мира — как вы можете быть похожи?
И что в итоге?
Разве Восьмой Бессмертный Меча… не пал?
В глазах Дозорного мелькнула скорбь.
«Мои устремления не ограничиваются Тяньсаном, моя цель — все Пять Регионов…»
Как же ему хотелось, чтобы Сюй Сяошоу и вправду смог силой своей воли пронести через жизнь всю тяжесть этих слов. Но этот глупый мальчишка… он хоть понимает, насколько серьёзно его положение?
— Этот старик может тебе поверить, но Алые Одежды — не поверят! Мир не поверит! Вся Поднебесная тебе не поверит!
Дозорный разжал кулаки, и его духовная энергия взметнулась вверх.
— Хватит разговоров.
— Таков долг Алых Одежд.
— Сегодня ты вернёшься со мной в штаб, где тебя будут судить.
Сюй Сяошоу отступил на шаг:
— А если я откажусь?
— Откажешься? — усмехнулся Дозорный. — У тебя нет ни права, ни сил, чтобы отказать!
Тёмная сила взревела, мгновенно окутывая и запечатывая всё пространство.
На руках Дозорного проступили тёмные узоры. Он протянул ладонь вперёд и в последний раз предостерёг:
— Прекрати сопротивляться, иначе можешь погибнуть.
— А он? — Сюй Сяошоу бросил взгляд в сторону Человека из серого тумана.
Дозорный тоже повернул голову.
Человек из серого тумана: «?? Какого чёрта? Чего на меня уставились? Деритесь уже! Поболтали, а теперь решили меня подставить, да?»
— Сюй Сяошоу, не дёргайся, сдавайся. Снаружи полно Алых Одежд, — ехидно усмехнулся Человек из серого тумана, явно наслаждаясь зрелищем. — Я же отдал тебе и Изначальное Семя Испепеляющего Сияния, и Трехдневное Леденящее Бедствие. Думаешь, Алые Одежды не заметят такой дружбы?
— Даже если ты промолчишь, всё станет ясно, как только начнётся бой. Все эти уговоры — лишь пустая формальность, мы же всё понимаем, не так ли? Сдавайся, иди на смерть… то есть, иди с Алыми Одеждами, тоже неплохо.
«Получено убеждение. Очки пассивности +1».
Сюй Сяошоу усмехнулся сквозь злость. А он-то и вправду на миг поверил, что Человек из серого тумана решил ему помочь, забыв былые обиды. Теперь стало ясно — всё это было лишь ради Мо Мо. Этот тип не был бы собой, если бы перед смертью не попытался утянуть кого-нибудь за собой.
— Заткни свою поганую пасть! — рявкнул он. — Ты сам не смог забрать сокровище! Я взял для тебя Трехдневное Леденящее Бедствие, я вытащил тебя оттуда! Наше вынужденное сотрудничество окончено, а теперь ты хочешь затащить меня на свой тонущий корабль?
— Не выйдет!
Услышав это, Дозорный замер. — Трехдневное Леденящее Бедствие? — он окинул взглядом кружащиеся снежинки и с недоверием уставился на Сюй Сяошоу. — Это твоих рук дело?
— Ага, — Сюй Сяошоу щелкнул пальцами, и на его ладони вспыхнуло ледяное пламя.
— Давай я сразу всё объясню, чтобы потом не было недоразумений.
— Когда в Духоплавильном Болоте прогремел взрыв, я был там. И вот тот тип… — Сюй Сяошоу кивнул на ледяную статую неподалеку, — он запечатал нас двоих в карманном измерении.
— К счастью, там оказались и Изначальное Семя Испепеляющего Сияния, и Трехдневное Леденящее Бедствие.
— Я думал, мы разделим их по-честному, а потом вместе взорвём это измерение и выберемся. Но этот никчёмный Призрачный зверь даже с ледяным пламенем справиться не смог, так что мне пришлось всё делать самому.
Он спокойно посмотрел на Дозорного и добавил:
— Я спас этого Призрачного зверя лишь потому, что его носитель — мой друг. Помнишь, я говорил тебе про подругу из Духовного Дворца? Призрачный зверь, с которым я тогда столкнулся, это была она… то есть, он!
Дозорный остолбенел. Он был в полном шоке. Ужасный ледяной Призрачный зверь, которого он считал великим врагом, прошедшим Грозовое Испытание Девяти Смертей… оказался всего лишь Сюй Сяошоу? Да сколько же этому парню лет?!
— Трехдневное Леденящее Бедствие… — пробормотал он, не сводя глаз с Ледяного Лотоса на ладони Сюй Сяошоу. У Дозорного просто не было слов.
Значит, его шестое чувство всё-таки не подвело. Каждый крупный взрыв был связан с этим мальчишкой? Тьфу! Да что там связан… Он сам всё это и устраивал!
— Значит, тот взрыв в Духоплавильном Болоте… — в голосе Дозорного слышалось сомнение.
— А вот это уже не на меня вешайте, — замахал руками Сюй Сяошоу. — Тот взрыв не имеет ко мне никакого отношения. Я всего лишь хотел забрать Изначальное Семя Испепеляющего Сияния. Но оно само вырвалось на свободу, столкнулось с силой Трехдневного Леденящего Бедствия и взорвалось. Моя единственная вина — помощь Призрачному зверю, но я сделал это ради друга, что вполне можно понять. А взрыв — не моё дело.
«Не твоё дело?» — Дозорный застыл на месте. Выходит, что в конечном итоге первопричиной всего был Сюй Сяошоу! И дело не только во взрыве… но и в Призрачном звере!
Бросив взгляд на Человека из серого тумана, Дозорный собрался с мыслями и твёрдо произнёс:
— Ты нашёл оправдание своим ошибкам, но это лишь твоя версия событий. У Алых Одежд будет свой суд.
Он поднял руку, не сводя глаз с Ледяного Лотоса.
— Сдавайся и пойдёшь с этим стариком!
— А он? — не сдавался Сюй Сяошоу. — Настоящий Призрачный зверь стоит прямо перед тобой, а ты собираешься схватить меня?
Дозорный глубоко вздохнул:
— Сейчас ты гораздо опаснее любого Призрачного зверя!
«Получена похвала. Очки пассивности +1».
Сюй Сяошоу цокнул языком. Ему до смерти захотелось раздавить это назойливое информационное окно. Какого чёрта, не время для шуток!
Не говоря больше ни слова, он сложил руки в печать, и Сила леденящего бедствия, заключённая в пламени, вспыхнула с небывалой мощью.
Раздался треск. В одно мгновение ледяной холод оттеснил тьму. Крупные хлопья снега на лету превратились в градины с тёмными пятнами внутри и с гулом обрушились на землю.
Очевидно, Трехдневное Леденящее Бедствие, таившее в себе мощь небесной кары, на порядок превосходило тёмную магию, не усиленную Силой Великой Пустоты.
Сюй Сяошоу оглядел представшую перед ним картину — мир, расколотый надвое, на свет и тьму. Затем он перевёл взгляд на Дозорного и твёрдо, чеканя каждое слово, произнёс:
— Если ты настаиваешь, то мой ответ не изменился.
— Я отказываюсь!
(Конец главы)