Глава 503. Сфера – котел для переплавки всего сущего!
— Только посмей, и тебе конец!
— Я не стал тебя убивать, даже сокровищем готов был поделиться, а у тебя, Сюй Сяошоу, оказались волчьи повадки! Мало тебе было Семя Огня сожрать, так ты и на мое позарился?!
— Я… ух, кха!
Человек из серого тумана кричал на бегу, но в следующий миг кулак А Цзе врезался ему в голову, подбросив на десятки чжанов в воздух.
Он тяжело дышал.
Теперь даже выдыхаемый им воздух был ледяным.
Его духовное ядро страдало от вмешательства Силы леденящего бедствия.
Губы Человека из серого тумана посинели, но ярость и ненависть, переполнявшие его, туманили разум.
— Сюй Сяошоу!!
Кувыркнувшись в воздухе, он вновь окутал свое истекающее кровью тело запечатывающим туманом и завопил:
— Брось его! Брось Трехдневное Леденящее Бедствие!
— Сюй Сяошоу! Твой телохранитель меня не убьет! Но если ты посмеешь тронуть мое, то, когда я восстановлюсь, тебе не найдется места для могилы!
— Сюй…
Бум!
Внезапно появившийся А Цзе одним ударом размозжил ему лицо.
«Получен зов. Очки пассивности: +1».
«Получена просьба. Очки пассивности: +1».
«Получена угроза. Очки пассивности: +1».
...
Сюй Сяошоу, стоявший на полностью запечатанном Ледяном синем скелете, не выдержал и обернулся.
Он увидел, как некогда надменный и всесильный Человек из серого тумана, преследуемый А Цзе, теперь в полной мере соответствовал выражению «побитая собака».
Его сила печати по большей части была недоступна.
Даже густой серый туман, обычно скрывавший его тело, редел с каждым ударом А Цзе.
— Мо Мо...
Сюй Сяошоу пробормотал ее имя.
Честно говоря, если бы из-за рассеивающейся силы печати не показалось истинное лицо, он бы почти забыл, что Человек из серого тумана, вселившись в тело, использовал именно ее плоть.
Но…
«Ну и язык у него поганый!»
Слушая все более грязные ругательства и глядя на строки «Получено оскорбление» в информационной панели, Сюй Сяошоу не мог сдержать усмешку.
«Вот и на твоей улице перевернулся грузовик с пряниками, да?»
Мысленно посмеявшись, Сюй Сяошоу крикнул А Цзе, который гнал свою жертву все дальше:
— Полегче с ним, не убей!
Эта фраза была сказана не ради Человека из серого тумана.
А лишь из-за знакомого лица Мо Мо, с которой он познакомился на Битве Ветров и Облаков.
— Я убью тебя, подлый негодяй! Сюй Сяошоу, не попадайся мне, иначе я изобью тебя так, что даже…
Бум!
— Ай!
Кха!
— Я… кхе-кхе.
— Сюй Сяошоу, ты не убьешь меня, ты не убьешь этого императора! Ты покойник, конченый покойник… — безвольно бормотал Человек из серого тумана.
Сюй Сяошоу отвернулся, решив мысленно отфильтровать эту грязную брань.
Если честно, слышать такие ругательства, глядя на лицо Мо Мо, было просто дико.
«Трехдневное Леденящее Бедствие, значит?»
Его взгляд вернулся к холодному пламени.
Сюй Сяошоу было очень любопытно.
Что же это за сила, способная так ослабить Человека из серого тумана?
Если Трехдневное Леденящее Бедствие может подавить даже силу печати, то, заполучив его, не станет ли он сам неуязвимым?
— Отлично. Теперь ты мое.
Сюй Сяошоу удовлетворенно кивнул и вдруг опустил голову.
«Но прежде…»
Он увидел под ногами Ледяного синего скелета.
Сюй Сяошоу помнил, как при первой встрече эта громадина поразила его ужасающей скоростью складывания печатей. Это было настоящее откровение.
Ему просто повезло столкнуться с Человеком из серого тумана на пике его сил.
Просто повезло, что тот владел атрибутом печати.
Иначе…
Наверное, любой другой мастер уровня Очищения Духа, даже тот мужчина в красном, что смог запереть все пространство Духоплавильного Болота, вряд ли сумел бы так легко его запечатать.
«Белым скелетам ведь положено ходить парами, верно?»
На губах Сюй Сяошоу заиграла улыбка. Он подумал об Изначальном Семени Испепеляющего Сияния в своем теле, которое могло заменить Великое Семя Огня Пепельного Сияния.
Взглянув на второго гиганта, он внезапно придумал план.
Какие существа в Белом Гроте самые сильные?
Белые скелеты!
А есть ли среди них кто-то сильнее Белого Скелета Пепельного Сияния и Ледяного синего скелета?
Невозможно!
Сила уровня королевского престола, должно быть, предел для этого малого мира.
Если бы в Белом Гроте появилось существо уровня Отсечения Дао, этот малый мир, скорее всего, не выдержал бы и рухнул.
А значит, следуя этой логике…
Если он заберет и Белого Скелета Пепельного Сияния из своей Изначальной Обители, и того, что у него под ногами, не будет ли это означать, что он…
Станет непобедим в Белом Гроте?
— Яху-у!
Глаза Сюй Сяошоу загорелись.
Изначально он поместил Белого Скелета Пепельного Сияния в Изначальную Обитель лишь ради Великого Семени Огня Пепельного Сияния в его черепе.
Но теперь оно ему не нужно!
Напротив, если ему удастся избежать заточения и подчинить этих двух гигантов…
В будущем, путешествуя по Белому Гроту, он будет ходить с двумя телохранителями высотой в сотню метров!
Это же верный способ привлечь всеобщее внимание!
С такой свитой невозможно будет не заработать Очки пассивности!
С такой свитой невозможно будет не найти сокровища!
«Хе-хе, хе-хе-хе…»
Сюй Сяошоу так замечтался, что у него чуть слюнки не потекли.
Сглотнув, он взмахнул рукой, и неподвижный Ледяной синий скелет под его ногами тут же исчез.
«Отправляйтесь в Изначальную Обитель, воссоединяйтесь. Когда я переживу эту напасть, приду к вам потолковать по душам».
В этот миг Сюй Сяошоу был безмерно благодарен Человеку из серого тумана, который пытался украсть курицу, но потерял и рис.
Если бы ему пришлось сражаться с этой махиной в одиночку, то даже с А Цзе он вряд ли смог бы подобраться к ней из-за ее ужасающей скорости складывания печатей.
«Отлично, теперь…»
— Сюй Сяошоу, ты спятил!
Его планы прервал отчаянный рев издалека.
Сюй Сяошоу обернулся и увидел, что Человек из серого тумана был так взбешен, что туман вокруг него исказился.
— Сюй Сяошоу, тебе мало Трехдневного Леденящего Бедствия? Ты еще и Белого скелета забрал?
— Он – узел печати этой снежной горы! Как только он исчезнет, Путь небес здесь придет в хаос!
— Ты хоть знаешь, что такое хаос такого уровня? Это значит, что все взорвет…
— Снежная гора? Где тут снежная гора? — прервал его Сюй Сяошоу, разведя руками. — Ты хочешь сказать, что все взорвется?
— Так это же прекрасно!
Он указал на небо и крикнул:
— Не говоря уже о том, что твою снежную гору давно разнесло в клочья, скоро и это пространство прекратит свое существование!
— Зачем мне оставлять здесь Белого скелета? Чтобы он составил тебе компанию в могиле?
— Ты! — задохнулся от ярости Человек из серого тумана.
Судя по его словам, Сюй Сяошоу еще и собирался запереть его здесь?
— Ты спятил!
— Взорвется не снежная гора, а великая формация Неба и Земли! — в отчаянии крикнул он.
— Эта тварь — как узел духовной формации. Его можно использовать для подавления, но нельзя забирать.
— Духовная формация, ты понимаешь? Это духовная формация!
— Я понимаю, — молча кивнул Сюй Сяошоу.
Он огляделся и, хотя не увидел никакой великой формации, отчетливо ощутил, как невидимые Дао-узоры Небесных Тайн начали приходить в беспорядок, а аура Пути небес стала нестабильной.
Человек из серого тумана не лгал.
— Да ни черта ты не понимаешь в духовных формациях!
Человек из серого тумана увернулся от внезапной атаки А Цзе.
К этому моменту он уже кое-как научился защищаться от его ударов.
Глядя на ненавистное лицо вдалеке, он взревел:
— Взрыв великой формации не уничтожит это пространство.
— Но он уничтожит мою нынешнюю Сферу, и тогда тот парень снаружи…
— То есть он сможет все увидеть? — приподнял бровь Сюй Сяошоу.
— Э-э… верно! — крикнул Человек из серого тумана и бросился бежать.
Сюй Сяошоу махнул рукой, ощущая окружающие небесные тайны, и спокойно ответил:
— Расслабься, так быстро не взорвется.
— Я не ты. Мне этого времени вполне хватит.
Он указал на Трехдневное Леденящее Бедствие над головой.
— Смотри представление.
— Да пошел ты…
Бум!
— Ай!
Человека из серого тумана снова отбросило ударом.
Сейчас он ненавидел Сюй Сяошоу и эту бешеную собаку, от которой приходилось удирать, до глубины души.
Два психа!
Ничего не знают, а лезут напролом.
Когда Сфера взорвется, тот псих снаружи все увидит.
И если он не выдержит и решит вмешаться, то даже при нестабильной основе Дао этого пространства сможет войти, заплатив определенную цену.
Если сюда ворвется тот мастер на пике Отсечения Дао, переживший Грозовое Испытание Девяти Смертей, то в своем нынешнем состоянии он не то что сражаться…
Даже убежать не сможет!
А эта…
Бросив взгляд на А Цзе, Человек из серого тумана потерял дар речи.
Эта игрушка, которая не могла убить его даже в ослабленном состоянии, как она сможет остановить того извращенца в красном?
«Так, стоп…»
Что это за взгляд?
Человек из серого тумана посмотрел в горящие красным глаза А Цзе и опешил.
Что он увидел?
Взгляд преследовавшего его мальчишки полностью изменился.
Это была уже не та безжизненная погоня, что раньше. Теперь в его глазах плясали алые огоньки… он… он что, наслаждается погоней?
Человек из серого тумана замер.
«Извращенец!»
«Да они все тут извращенцы!»
«Сюй Сяошоу, что за твари тебя окружают?!»
…
Тем временем.
«Как красиво».
Сосредоточив все внимание на ледяном пламени перед собой, Сюй Сяошоу был совершенно заворожен.
Трехдневное Леденящее Бедствие было невероятно прекрасным.
Словно распустившийся кристально-ледяной лотос, каждый его лепесток обладал прозрачной, хрустальной текстурой.
Сконцентрировавшись, можно было смотреть сквозь пламя и видеть все, что находится за ним.
А расфокусировав взгляд, можно было увидеть свое отражение в каждом лепестке, словно в зеркале.
И при этом этот дивный ледяной лотос не был неподвижен, как обычная ледяная скульптура.
Напротив, под дуновением ветра каждый его огненный лепесток мягко колыхался, танцуя в потоках воздуха.
«Динь-динь…»
Прислушавшись, можно было даже расслышать отчетливый хрустальный перезвон.
Сюй Сяошоу был потрясен.
«И это огонь?»
Если бы он не видел это своими глазами, то никогда бы не поверил, что в мире существует настолько материальное пламя, способное издавать звук серебряного колокольчика!
Он не удержался и протянул руку.
Но не успел его палец коснуться ледяного лотоса, как раздался треск.
«Замерзла…»
Сюй Сяошоу замер.
Он чувствовал, что за одно мгновение все нервные окончания в его пальце были заморожены насмерть.
При таком близком контакте сила Трехдневного Леденящего Бедствия ощущалась во много раз мощнее той, что использовал Ледяной синий скелет.
«Мощнейшая заморозка, от которой нет спасения!»
Сюй Сяошоу был в восторге.
Он начал понимать, почему Человек из серого тумана так сильно ослаб.
Он лишь коснулся пламени, а на восстановление с помощью «Нескончаемого Потока Жизни» уйдет несколько мгновений.
А Человек из серого тумана впитывал эту силу так долго.
Даже если бы ему в итоге удалось, на какое-то время он все равно превратился бы в замороженного цыпленка!
«Это что еще такое…»
Чувствуя, как нервы в пальце восстанавливаются под действием «Нескончаемого Потока Жизни», Сюй Сяошоу остро заметил, что над его духовным ядром появилась чужеродная аура.
«Сила леденящего бедствия?»
Эта частица силы была полной противоположностью его Силе Пепельного Сияния.
Она словно пришла из другой крайности…
Из крайности льда!
«Вот оно что! Человек из серого тумана, должно быть, накопил в теле слишком много этой Силы леденящего бедствия, поэтому его духовное ядро и было запечатано».
«Но…»
Уголки губ Сюй Сяошоу дрогнули. Он увидел, как Сила леденящего бедствия, собиравшаяся было разгуляться в его духовном ядре, была мгновенно испепелена Изначальным Семенем Испепеляющего Сияния, не оставив и следа.
Он улыбнулся.
«Может, для других эта штука и означает абсолютную заморозку, но у меня-то в теле чего только нет!»
«Изначальное Семя Испепеляющего Сияния уже здесь, обеспечивая абсолютный жар. И пусть его сила сейчас запечатана, а качество временно уступает».
«Но вот количество…»
«С твоей жалкой Силой леденящего бедствия ему не сравниться!»
Сюй Сяошоу посмотрел на ледяное пламя и медленно отдернул руку.
В тот же миг холод, сковывавший его, полностью исчез.
От него повалил густой пар, пот полился градом.
Он все еще находился в состоянии постоянного жара.
— А ну, иди сюда!
Глаза Сюй Сяошоу сверкнули, и он без колебаний схватил обеими руками это неописуемо прекрасное ледяное пламя.
Ом!
В это мгновение все пространство, казалось, содрогнулось.
Температура в мире резко упала.
Остаточное тепло, оставшееся до того, как Изначальное Семя Испепеляющего Сияния было поглощено, больше не могло сдерживать холод. В одночасье все вокруг покрылось снегом и погрузилось в глубокую стужу.
«Проклятый Сюй Сяошоу!»
Человек из серого тумана был в ярости.
Такие перемены в мире означали, что этот парень уже начал действовать.
А он сам…
Заглянув внутрь себя, он увидел, что, несмотря на все его усилия, почти пятая часть его духовного ядра все еще была заморожена.
— Перестань меня преследовать!
Он яростно взревел, и А Цзе на мгновение замер.
— Твой хозяин сейчас всех нас угробит, а ты все гоняешься за мной? Хочешь умереть вместе со всеми? — поняв, что сила не поможет, Человек из серого тумана решил прибегнуть к хитрости.
— Мама…
А Цзе ответил кулаком.
Бум!
— Твою ж мать!
— Ты, идиот, не бей… уф!
Получив удар в лицо, Человек из серого тумана отлетел в сторону.
Он вскочил на ноги, собираясь бежать, но вдруг замер.
А Цзе тоже остановился.
«Это?»
Оба одновременно подняли головы к небу, словно сквозь запечатывающую Сферу что-то увидели.
— Ты тоже это чувствуешь?
Человек из серого тумана был удивлен.
Он мог это видеть благодаря своему опыту.
Но как этот мальчишка тоже смог ощутить изменения в законах мира?
«Неужели он уровня Отсечения Дао?»
«Нет, нет, невозможно».
«Откуда у этого типа боевая мощь уровня Отсечения Дао? Иначе я бы уже был мертв».
Человек из серого тумана отмел собственное предположение.
Он серьезно посмотрел наверх и вдруг сказал:
— Не преследуй меня. Иди и скажи своему хозяину, что тот парень снаружи заметил неладное и начал вмешиваться в законы этого мира.
— Если так продолжать, мы все умрем…
Человек из серого тумана нахмурился и добавил:
— Ты тоже!
— Мама…
А Цзе пробормотал что-то и оглянулся на Сюй Сяошоу.
Издалека казалось, что фигура с лотосом в руках полностью слилась с Трехдневным Леденящим Бедствием и превратилась в ледяную статую.
Но А Цзе чувствовал, что внутри этой статуи все еще билась знакомая, стремительно пульсирующая горячая сила.
«Мама…»
«Мама серьезно работает, как можно ей мешать?»
«Значит, нужно просто со скоростью света разобраться с этим, а потом с тем, что наверху, и все будет хорошо?»
Ом!
Красный свет в его глазах мгновенно стал кровавым.
Леденящая жажда крови, вырвавшаяся из него, заставила Человека из серого тумана попятиться.
«Это?»
«Это тот же самый человек?»
По сравнению с этим, прошлая погоня была просто детской забавой!
— Ты не можешь меня убить, Сюй Сяошоу уже отдал приказ!
Человек из серого тумана проверил свое духовное ядро, глубоко вздохнул и со скоростью света бросился наутек.
— И ты не сможешь меня убить!
— Мама!
А Цзе оттолкнулся от воздуха и рванул вперед.
— Сюй Сяошоу!
— Сюй Сяошоу, погоди, останови своего человека!
— Я не могу умереть! Если я умру, никто не выведет тебя отсюда!
— Ты меня слышишь, Сюй Сяошоу?
— Сюй Сяошоу!!
…
Холод.
Пронизывающий холод!
Жар.
Всепоглощающий жар!
Сюй Сяошоу чувствовал себя так, будто ест огненный котел на Северном полюсе: внутри все горит, а тело снаружи уже замерзло и потеряло всякую чувствительность.
«Получена атака. Очки пассивности: +2».
«Получена атака. Очки пассивности: +2».
…
Когда пронизывающий холод и испепеляющий жар одновременно обрушиваются на тебя, это такое острое ощущение, которое обычный человек вряд ли сможет испытать.
Но даже так, его руки, державшие ледяной лотос, не дрогнули.
«Впитывай!»
«Техника Дыхания» работала на полную, втягивая в тело бесконечный поток ледяной силы и концентрируя его над духовным ядром.
Сюй Сяошоу думал, что даже если лед и пламя несовместимы, они подобны силам тайцзи – инь и ян.
Если ему удастся достичь тонкого равновесия между ними в своем духовном ядре, то у него появится основа для поглощения Трехдневного Леденящего Бедствия.
Но нынешняя ситуация была иной…
Изначальное Семя Испепеляющего Сияния было слишком сильным!
Даже с частично запечатанной силой оно уже обосновалось над его духовным ядром.
В таких условиях достичь равновесия, просто впитывая Силу леденящего бедствия, было невозможно!
Какой бы сильной ни была Сила леденящего бедствия, утверждение, что Школа Испепеляющего Сияния сжигает все, не было пустым звуком.
Даже если бы ему удалось создать сгусток холодной энергии, Сюй Сяошоу не смог бы поддерживать его долго.
Под сиянием семени огня этот сгусток просто испарился бы.
«Черт, Семя Огня слишком рано переехало».
Сюй Сяошоу начал нервничать.
Он чувствовал, как аура Пути небес вокруг становится все более яростной.
Эта великая формация Неба и Земли не была такой же, как та, что подавляла Малый мир Белого Грота.
Та даже без подавляющего артефакта могла простоять много лет, не разрушаясь.
А эта, опирающаяся лишь на Ледяного синего скелета как на узел и подавляющая лишь крошечное Царство Ледяного Холода, после потери этого узла, вероятно, полностью рухнет и взорвется меньше чем через четверть часа!
«Времени мало».
«А прогресс…»
Сюй Сяошоу запаниковал.
Прогресса не было совсем!
Если только он не втянет Трехдневное Леденящее Бедствие в свое тело с помощью «Техники Дыхания», ему никак не найти равновесие.
Но в этом и была главная проблема.
Сила Изначального Семени Испепеляющего Сияния была запечатана.
Теоретически, исходящая от него сейчас аура жара была определенно слабее силы незапечатанного Трехдневного Леденящего Бедствия.
Это означало, что если он действительно поглотит Трехдневное Леденящее Бедствие, то, скорее всего, в одно мгновение Сила леденящего бедствия полностью подавит Силу Пепельного Сияния, что приведет к потере контроля над Изначальным Семенем и полному хаосу в его духовном ядре.
И тогда…
Сюй Сяошоу полагал, что его самого просто разнесет на куски!
«Ом…»
Белая жемчужина в его Изначальном Дворе тоже подала знак.
Но на этот раз, как бы Сюй Сяошоу ни взывал к ней, из разлома в глубинах карты не было никакого ответа.
Словно Жалкий Святой был совершенно бессилен, если дело не касалось Силы Пепельного Сияния.
Сюй Сяошоу понял, что на этот раз он мог рассчитывать только на себя.
Но как же полностью поглотить Трехдневное Леденящее Бедствие без помощи святого извне?
«Подчинить его!»
Эта мысль пронзила Сюй Сяошоу, и он прекратил свои бесполезные попытки.
Он отдернул руки.
Призвав Силу Пепельного Сияния, он с треском сжег ледяные кристаллы на своем теле дотла.
«Итак, как его подчинить?»
Он опустил голову, погрузившись в раздумья.
Глядя на Трехдневное Леденящее Бедствие, он словно видел перед собой Изначальное Семя Испепеляющего Сияния, покоившееся под землей.
«Хотя атрибут этого ледяного пламени – предельный холод».
«Но по своей сути это тоже пламя!»
«Просто в обычной форме температура пламени растет, а эта штука действует наоборот, производя экстремально низкую температуру».
«Но какая разница?»
Сюй Сяошоу пошевелил пальцами, вновь наполненными жизненной силой, и его осенило.
«Мастерство пламени!»
«Тьфу, то есть „Контроль жара“ из моего „Кулинарного мастерства“!»
Он хлопнул себя по бедру, обрадовавшись собственной идее.
«Раз это огонь... пусть даже низкотемпературный, по своей сути он все равно огонь!»
«А раз это огонь, его можно использовать для готовки…»
«Неважно, вкусным ли получится блюдо. Главное, что с „Кулинарным мастерством“ я должен уметь полностью контролировать огонь для готовки».
«А значит…»
Мысли Сюй Сяошоу внезапно замерли.
Теория есть.
Но как ее применить на практике?
Он огляделся. Вокруг простиралась белая пелена, с неба медленно падали бесчисленные снежинки.
Его Восприятие было обострено до предела, он даже мог разглядеть крошечные черные точки на каждой падающей снежинке.
Он не обратил на них внимания.
Даже уловив в них слабую ауру силы печати, он не придал этому значения.
Это, должно быть, проделки Человека из серого тумана.
Но чтобы выбраться, тому теперь придется полагаться на его пространственный взрыв, так что он не станет нападать.
Кроме этих черных точек, в мире, казалось, не было ничего необычного.
И уж точно не было никаких лекарственных жидкостей для создания пилюль.
«Огонь…»
Сюй Сяошоу прищурился и сделал шаг назад.
Одного шага было мало.
Два.
Три…
Он продолжал отступать, пока не отошел на несколько чжанов.
«Огонь!»
Его взгляд стал твердым, а голос решительным.
«Огонь… нужен для алхимии!»
Сюй Сяошоу глубоко вздохнул, чувствуя, как его мысли прояснились.
Прищурившись, он сквозь расплывчатое зрение увидел Трехдневное Леденящее Бедствие, падающие снежинки.
Затем его взгляд поднялся выше, к запечатывающей Сфере и, пронзив ее, устремился к бескрайнему небу за ее пределами.
«Огонь есть. А где же пилюля?» — пробормотал Сюй Сяошоу.
«Если небо и земля — это печь, а Трехдневное Леденящее Бедствие — огонь…»
«И обычно алхимик находится снаружи печи, а то, что внутри, сжимается и формируется в пилюлю…»
«Но я же внутри печи…»
«Нет, нет!»
«Какой же я алхимик, если нахожусь внутри печи?»
Мысли Сюй Сяошоу внезапно застыли, зрачки сузились.
В этот миг в его голове родилась идея, еще более безумная, чем взрыв пилюли под землей.
Его взгляд стал опасным.
«Нет-нет, почему это я внутри печи?»
«Если посмотреть с другой стороны, то пусть этот малый мир и является небесной печью, заточившей меня внутри».
«Но разве я, в свою очередь, не запер все сущее вовне в еще большей небесной печи, в моем собственном алхимическом котле?»
Сюй Сяошоу задрожал от возбуждения.
Он протянул руку, словно нашел способ полностью подчинить Трехдневное Леденящее Бедствие.
«Если выйти за рамки этого пространства, то я нахожусь снаружи котла, а Трехдневное Леденящее Бедствие — на его дне».
«А значит…»
Сюй Сяошоу поднял голову к небу.
«Небо — это мой алхимический котел».
«А все сущее вовне... это живые создания, из которых я выплавлю пилюлю!»
…
…
Белый Грот.
Фигура в Алых Одеждах на огромной скорости неслась по небу.
«Почему постоянно что-то взрывается?»
«Неужели это опять проделки того паренька, Сюй Сяошоу?!»
«Нет, нет, невозможно. Сколько времени прошло с нашей встречи? Не может быть!»
«К тому же Духоплавильное Болото так далеко от места, где появился Огненный Питон».
«Даже спланированный, тщательно подготовленный подрыв не всегда получается таким последовательным, а уж то, что творит этот Сюй Сяошоу… Кажется, будто всё происходит случайно…»
Лицо Дозорного омрачила тень беспокойства.
С тех самых пор, как в Резиденции городского правителя он столкнулся с Сюй Сяошоу, у него развилась легкая паранойя на почве взрывов. И, без всяких сомнений, именно после знакомства с ним каждый крупный взрыв, где бы он ни прогремел, так или иначе оказывался связан с этим парнем.
«На этот раз это должен быть не он».
Дозорный тряхнул головой, решив не доверять своему шестому чувству. Он ведь не Синь и не женщина. Полагаться на интуицию в оценке других — дело ненадежное.
«А значит, если это не тот юнец, то такой переполох в Духоплавильном Болоте — наверняка дело рук Отсечения Дао».
«Неужели их несколько?..» — пробормотал Дозорный себе под нос.
Он уже получил известие от Лань Лин: базу Хэймина во внешнем мире уничтожил некий мужчина в красном платье. И если предположения Хэймина верны, то на этот раз ему предстоит столкнуться с врагом из легенд.
Со Святыми Рабами!
«Глава Святых Рабов, четвёртый и седьмой номера?.. — в его взгляде мелькнуло опасение. — Столько „номеров“... да они меня числом задавят! Как они могли со спокойной душой отправить меня одного на разведку?»
Хоть сомнения и грызли его, Дозорный понимал: какой бы силой ни обладали контрабандисты, их конечной целью все равно была Формация Тридцати Шести Небес, Запечатывающая Небытие. А потому защита Юсыцзяня и план по использованию его в качестве приманки для крупной рыбы были сейчас важнее всего. У Лань Лин просто не было свободных людей, чтобы отправить ему на подмогу, и это можно было понять.
Следовательно, его задача в этом вылете — только сбор информации, и ничего больше!
«Да, именно так», — кивнул Дозорный, утвердившись в своей мысли.
Если он столкнется с двумя мастерами уровня Отсечения Дао или даже с целой группой, нужно просто бежать. Если мастер Отсечения Дао захочет скрыться, кто сможет его остановить, если только не явится сама Великая Пустота?
«Великая Пустота…»
Дозорный презрительно фыркнул.
Чтобы в какой-то Белый Грот лично явился мастер такого уровня? Не смешите.
…
— Прибыл.
После долгого полета Дозорный, сокрыв свою ауру от небесного взора, затаился в пустоте. Наконец-то он достиг места взрыва — Духоплавильного Болота. В следующую секунду он застыл от изумления.
Разве так выглядело Духоплавильное Болото, когда они исследовали Белый Грот раньше? Нет, представшая перед ним картина не имела с той ничего общего.
Гигантский кратер, подобный бездне, растянулся на десятки ли… Искаженное пространство дрожало и вибрировало, готовое вот-вот рассыпаться… А в воздухе витала зловещая аура, словно после великого бедствия…
— Аура Разрушения?
Дозорный был потрясен. Он видел, как в пустоту поднимаются клубы серо-черного тумана. Но не только это — он чувствовал, что в этой плотной Ауре Разрушения переплетаются запредельный, лютый холод и властный, всепоглощающий жар…
— Сюй… Сюй Сяошоу?
Это жгучее пламя… разве не такая же аура исходила от Сюй Сяошоу?
«Нет, не он, — тут же опомнился Дозорный. — Это усиленная версия его силы! Точно, в Духоплавильном Болоте были запечатаны два великих сокровища — Трехдневное Леденящее Бедствие и Изначальное Семя Испепеляющего Сияния. Эта аура, должно быть, исходит от них, а не от Сюй Сяошоу… Выходит, природная великая формация, сдерживавшая эти сокровища, была разрушена, их силы столкнулись, и это вызвало взрыв?»
«Но кто разрушил формацию?» — размышлял он, окончательно сбитый с толку.
Перед открытием Белого Грота отряд Алых Одежд еще раз все проверил, убедившись в стабильности природных формаций во всех опасных зонах. Судя по результатам той проверки, здешнюю формацию не смог бы одолеть ни один обычный искатель приключений.
«Значит…»
Глаза Дозорного сузились, во взгляде вспыхнула жажда крови.
«Призрачный зверь или контрабандист!»
Едва он пришел к этому выводу, как ему почудился гнилостный смрад.
Дозорный нахмурился и прекратил размышления. Его духовное сознание растворилось в окружающем мире, окутывая разрушенное пространство.
Тишина.
Ни души. Ни единого звука!
Духовное сознание продолжало расширяться.
Мертвая тишина.
Не осталось даже малейших следов жизни. Казалось, чудовищный взрыв стер здесь абсолютно все.
«Так где же все? Куда они подевались?»
Дозорный, не желая сдаваться, продолжал расширять область своего духовного восприятия. Если взрыв был делом рук живых существ, на месте должны были остаться улики. Даже если все сбежали, Небесный Путь подскажет ему, куда направился преступник.
Он втянул носом воздух, плотно сжав брови.
«Один».
И действительно, там, где раньше должна была стоять снежная гора, он уловил знакомый смрад. Без сомнения, одним из виновников взрыва был Призрачный зверь.
«Жаль».
Дозорный вздохнул с досадой. Взрыв не только уничтожил все живое, но и стер любые следы природных энергий. В таком хаосе, где сам Небесный Путь был нарушен, он не мог определить, к какой стихии принадлежал тот Призрачный зверь.
«И еще».
Раз здесь был Призрачный зверь, значит, был и кто-то другой, кто вступил с ним в схватку. Эти твари трусливы, как крысы, и никогда не устроили бы такой переполох по своей воле.
«Контрабандист?»
Ни один из отрядов Алых Одежд не отправил донесение в штаб. Значит, это сражение не было начато его соратниками, обнаружившими одинокого зверя. Тогда кто из контрабандистов был достаточно силен, чтобы сразиться с Призрачным зверем и вызвать столь мощный взрыв?
«Святые Рабы!»
У Дозорного екнуло сердце. Он вспомнил те времена, когда служил в Белых одеждах в Центральном Регионе под началом Гоу Уюэ из Семи Бессмертных Меча. Тогда ему было приказано участвовать в уничтожении одного из отделений Святых Рабов. Картина выжженной дотла земли и гор трупов до сих пор стояла у него перед глазами.
Для внешнего мира Священный Зал тогда одержал великую победу. Но те из Белых одежд, кому посчастливилось выжить в той битве… такие, как он, Дозорный… все они знали правду. Это была не победа. В лучшем случае — пиррова победа, где, уничтожив тысячу врагов, они потеряли восемьсот своих.
И почти каждую бессонную ночь Дозорный вспоминал, как последний оставшийся в живых враг, доведенный до последней черты, смог увернуться от меча Бессмертного и вонзить свою обугленную, словно раскаленный уголь, руку в грудь Бессмертного Меча Безлунья. Именно в том бою Дозорный понял, что Семь Бессмертных Меча — не легенда. И что Бессмертные Меча — всего лишь люди, а не боги.
Даже Гоу Уюэ, который своим мечом практически уничтожил противника, был ранен. И ранение было тяжелым!
«Алая Обугленная Длань…»
Дозорный сжал кулаки. В тот день он впервые увидел истинную силу, впервые стал свидетелем битвы мастеров уровня Великой Пустоты, стоящих на вершине мира. Каждый выживший из Белых одежд запомнил тот бой на всю жизнь!
«Значит, на этот раз действовал Глава Святых Рабов?»
Мысли вернули Дозорного в настоящее, но он не мог в это поверить. Даже второй номер Святых Рабов был настолько силен. Неужели Главе Святых Рабов понадобился бы взрыв, чтобы разделаться с Призрачным зверем? Или же его догадки в корне неверны?
«Нет, не обязательно».
«А что, если Святые Рабы, проникнув в Белый Грот, разделились?» — его глаза блеснули, он понял, что это весьма вероятно. Все Девять Престолов Святых Рабов были сильны, но не каждый из них мог сравниться мощью с Семью Бессмертными Меча. Если они разделились, и один из младших „номеров“ прибыл в Духоплавильное Болото, где как раз наткнулся на сильного Призрачного зверя…
«Все равно маловероятно».
Дозорный снова усомнился. Даже самый слабый из Святых Рабов не должен был довести дело до такого состояния в битве с обычным Призрачным зверем.
Значит…
«Необычный Призрачный зверь?»
У Дозорного по спине пробежал холодок. Он вспомнил ту тварь, что некогда выбралась из Белого Грота. Если так, то, скорее всего, именно она и вернулась. Только такой противник мог заставить одного из Святых Рабов дойти до крайности.
«Сила печати?»
Дозорный поспешно раскрыл духовное сознание, но тут же замер.
«Ну да! Взрыв уничтожил все следы, какая уж тут остаточная сила печати?»
Он вздохнул и полетел дальше. Вскоре он покинул пределы Духоплавильного Болота, и внизу снова замелькали островки зелени и жизни. Внезапно он замер. Его духовное сознание наткнулось на нечто до того поразительное, что на лице Дозорного отразился ужас.
«Что… что это?!»
…
— Ай-яй-яй, как неприятно, хмф! Взрывать меня — это ещё куда ни шло, но взрывать моё платьице… разве так поступают настоящие герои?
Сказитель, надув губки, нагой лежал в реке. Это был единственный источник воды, который ему удалось найти после долгих блужданий за пределами Духоплавильного Болота. В Белом Гроте было слишком жарко, земля повсюду высохла и растрескалась. Найти этот ручей ему удалось лишь потому, что из-за небесной аномалии здесь появилось сокровище водной стихии, которое он и прибрал к рукам.
— Водичка — это так хорошо, много водички, водички побольше...
Сказитель напевал песенку, наслаждаясь моментом. Для такой чистюли, как он, три омовения в день были обязательны. И пусть из-за задания не получалось соблюдать ритуал, но после кровопролитной битвы, найдя воду, мог ли он, Сказитель, устоять?
Буль-буль…
Высокая температура нагрела воду до приятной теплоты. Лежать в ней было все равно что нежиться в горячем источнике.
Сказитель прикрыл глаза, положив голову на вымытый камень у берега, и сквозь ресницы задумчиво уставился в небо этого малого мира.
— Алый… Алый цвет — дурное предзнаменование!
Время, казалось, замедлилось. Блаженство и комфорт прогнали всю усталость.
— М-м-м…
Сказитель сладко простонал, меняя позу. Он перевернулся на бок, позволяя мыслям улететь.
— Ах, как было бы хорошо принимать ванну вместе с братцем…
Он обнял камень, словно обнимал того, кто давно поселился в его сердце, — такого желанного и недосягаемого.
— М-м-м… — потерся он щекой о камень с выражением полного экстаза на лице. — М-м?
Внезапно его глаза распахнулись. Он вытаращился на небо в стороне.
Среди алого неба, так внезапно, летела еще более красная фигура!
Незнакомец резко остановился в воздухе. Казалось, он тоже не мог поверить, что в Белом Гроте, где все вечно куда-то спешат, может найтись кто-то еще более безрассудный, чем Сюй Сяошоу, кто будет… принимать ванну в реке?!
Их взгляды встретились. Воздух, казалось, застыл.
— А-а! — внезапно опомнился Сказитель. — Извращенец!
Он прикрыл руками промежность, взметнув волну в три чи высотой. Затем его окутал туман из духовной энергии, и послышалось шуршание — Сказитель поспешно одевался.
«Как кто-то мог подобраться так близко, а я и не заметил? Даже в расслабленном состоянии мое духовное сознание должно было его засечь!»
Сказитель был в полной растерянности. В суматохе он совершенно забыл, что мастера уровня Отсечения Дао могут скрывать свою ауру от небесного взора. И что алая одежда на пролетевшем мимо старце сама по себе уже о многом говорит!
…
— П-прошу прощения, — в ужасе пролепетал Дозорный. — Этот старик не нарочно…
В этот миг он проклинал себя! Зачем он летел с активированным духовным сознанием? А если и летел, то зачем ему было видеть и слышать, как этот тип обнимает камень, называя его «братцем», а потом, не успев затормозить, стать свидетелем такой сцены? Изящно прикрытый пах, этот жалкий всплеск воды, будто что-то можно было скрыть…
Да кто бы этого не услышал? Кто бы не увидел?!
Дозорному казалось, что ему понадобится вся жизнь, чтобы излечиться от увиденного и услышанного.
— Я… этот старик… — он задыхался, но тут же понял, что тяжело дышать сейчас неуместно, и сдержал порыв. — Да, этот старик не нарочно, я ничего не видел…
Он осекся. Духовный туман рассеялся, и перед ним предстал вышедший из воды мужчина. На нем было красное платье, мокрые волосы прилипли к щекам, а от тела шел пар. Румянец на нефритовом лице придавал ему невинный и неземной вид.
«Красное платье?»
Дозорный был поражен его одеянием. Так это и есть тот самый «мужчина в красном платье», о котором говорил Хэймин?!
…
Сказитель, изящно оттопырив мизинец, хотел было вспылить, но вспомнил наставление братца перед расставанием. Он и так уже наделал шума из-за этого взрыва. Хоть это была и не его вина, но кто ж ему поверит? Поэтому оставалось лишь замять инцидент.
— Ай, да ничего страшного, я знаю, что вы не нарочно, я… я…
— М-м?
Сказитель прищурился, и его взгляд наконец сфокусировался на застывшем лице старца, а затем скользнул ниже.
— А-алые Одежды?
…
— Святые Рабы?! — взревел Дозорный, и волна леденящей жажды крови обрушилась на противника.
Бам!
В тот же миг река взорвалась, взметнув волны в несколько чжанов высотой. Берега с треском пошли трещинами, валуны разлетелись на куски. Трава и деревья были вырваны с корнем, земля рассыпалась в прах. Словно под невыносимым гнетом, менее чем за полвздоха оба берега разнесло в клочья, и вода хлынула во все стороны.
Жажда крови! Осязаемая, всепоглощающая жажда крови! Словно встретив заклятого врага, Дозорный больше не мог себя сдерживать. Хоть Лань Лин и приказывала сохранять хладнокровие, даже если он кого-то встретит, и просто наблюдать, но в этот момент, поняв, что его раскрыли, Дозорный отбросил все подобные мысли. Алые Одежды при встрече с Призрачным зверем или контрабандистом должны были безжалостно карать. Это дело правое! Какие еще могут быть разговоры о том, чтобы развернуться и уйти, если тебя заметили?
Трусость!
…
— Алые Одежды? — удивленно выдохнул Сказитель, а затем, несмотря на убийственную ауру, прикрыл рот рукой и хихикнул. — Старичок, твой буйный нрав до добра не доведет, так и до сердечного приступа недалеко. Ну подглядел ты, как я купаюсь, я же не собирался тебя наказывать. Зачем же ты сам нападаешь? Любишь быть первым?
Сказитель выпятил грудь и шагнул вперед. Не взлетая, он посмотрел вверх и, поманив пальцем, насмешливо произнес:
— Так спускайся же!
— Кхм.
К горлу Дозорного подкатила тошнота, его едва не вырвало. Лицо его перекосилось, взгляд стал ледяным.
— Как пожелаешь!
Он раскинул руки, словно обнимая небесный свод. Духовная энергия забурлила, и безграничная жажда крови, что, казалось, вырвалась наружу, в тот же миг втянулась обратно в его ладони. Темные узоры потекли от кончиков пальцев, оплетая запястья, локти и, наконец, обе руки целиком.
— Ночная завеса!
Дозорный закрыл и вновь открыл глаза. Его зрачки превратились в бездонную черноту, подобную самой темной ночи, куда не проникает ни единый луч света. И стоило ему произнести эти слова, как алое небо исчезло.
Ш-ш-шх!
Тьма расползлась по земле. Словно мрак из неведомых миров вторгся в мир людей, окутывая все страхом. В одно мгновение тени поглотили все вокруг, день сменился ночью.
Мертвая тишина! Абсолютная!
Шум бушующей реки, грохот летящих камней — все звуки, что должны были раздаваться на разрушенном берегу, с приходом Ночной завесы стихли. Даже сам заклинатель, казалось, растворился в этой тьме, исчезнув без следа.
«Забавно».
В глазах Сказителя мелькнул живой интерес. Он произнес слова похвалы, но не услышал собственного голоса. Словно оглохнув, он в этот миг не чувствовал ни биения сердца, ни собственного дыхания.
«Атрибут тьмы?»
Сказитель был удивлен. Это ведь крайне редкий дар! По крайней мере, за всю свою жизнь он встречал лишь нескольких обладателей. А мастер уровня Отсечения Дао с атрибутом тьмы… этот был первым!
Слух пропал, а следом тьма поглотила все остальное. Стоя у реки, Сказитель ничего не видел. Даже его духовное сознание не могло проникнуть и на чжан вперед.
«Потеря всех шести чувств?»
Сказитель вскинул бровь. Очевидно, этот старик был не так-то прост. По крайней мере, он не был похож на тех никчемных болтунов из Алых Одежд, что сидят у костра и травят байки с друзьями.
Щелк.
Хотя он и находился в кромешной тьме Ночной завесы, когда Сказитель достал «Инь-Ян Жизни и Смерти», тихий щелчок все же достиг его ушей.
Уголки его губ изогнулись в улыбке. Да, силенок у старика хватало. Но «Инь-Ян Жизни и Смерти»… было еще сильнее!
«Интересно, как он собирается меня мучить?»
В глазах Сказителя появилось предвкушение. Держа в руках «Инь-Ян Жизни и Смерти», он вдруг почувствовал легкий холодок в ладони.
— А?
Он опустил голову, собираясь взглянуть, как вдруг…
— Длань, карающая небеса! — раздался во тьме яростный крик.
Сказитель вскинул голову и увидел, как по небу промелькнула ослепительно-белая вспышка. Он едва успел разглядеть темные узоры на вскинутых руках Дозорного, как мир вновь погрузился во тьму и тишину.
— О-о?
Сказитель приоткрыл алые губы, не понимая, что происходит. В следующее мгновение в небесах появился гигантский сияющий отпечаток ладони. Величественный и огромный, он нес в себе абсолютный свет, противоположный тьме. Занимая десятки ли, он, казалось, обладал мощью, способной сокрушить целый мир, и с неотвратимостью начал приближаться.
Леденящая жажда крови и праведная мощь хлынули во все стороны, и тьма на миг озарилась светом. Пространство сжималось и с грохотом взрывалось. Земля сотрясалась и разлеталась на куски. Рука Сказителя, державшая древний фолиант, замерла. Глядя на спускающуюся с небес сияющую длань, он не мог поверить своим глазам.
«Разве он не тёмный? Великая праведная ци? Что это ещё за чертовщина?!»
Он о чем-то догадался, и его зрачки сузились.
«Сила Великой Пустоты?! Невозможно, просто невозможно!»
Сказитель был в шоке. Обычный мастер уровня Отсечения Дао, даже на пике, на такое не способен! Он ясно видел, что на этом старике не было и следа Святой воли, которая появляется после прохождения небесного испытания. Значит, тот не прошел даже первое из Грозовых Испытаний Девяти Смертей.
Так откуда у того, кто не прошел ни одного испытания, могла появиться Сила Великой Пустоты? Да еще и такая могущественная Великая праведная ци, полностью противоположная его собственному атрибуту тьмы?! Он, Сказитель, прошел все Грозовые Испытания Девяти Смертей и лишь едва-едва сумел постичь крупицу Силы Великой Пустоты, созвучной его дару. А до истинного уровня Великой Пустоты ему было еще очень далеко!
«Сформировать такую мощную Силу Великой Пустоты, да еще и противоположную собственному атрибуту, не пройдя испытаний… Невозможно!»
Мысленно взревев, Сказитель попытался отпрыгнуть, но, едва шевельнувшись, почувствовал, будто на его плечи давит гора Тайшань. Его тело сковала великая подавляющая сила.
«Это…»
Он опустил взгляд, и в глазах его померк свет. Сказитель понял: этот удар придется принять в лоб.
— Инь-Ян Жизни и Смерти!
Он хлопнул по древней книге. Щелк! Призрачный силуэт фолианта увеличился, мгновенно разросшись над его головой на десятки ли и превратившись в массивный барьер, готовый принять на себя удар Длани, карающей небеса. Но вместе с увеличением силуэта книги многократно усилился и тот ледяной холод в ладони, на который он раньше почти не обращал внимания.
«Что это?»
Сказитель был ошеломлен. Откуда в его книге взялся этот ледяной холод, несущий в себе энергию небесного бедствия?
«Пространство! — внезапно догадался он. — В Пространстве Древнего Фолианта что-то случилось?»
Беда не приходит одна. В этот миг даже Сказитель, седьмой номер Святых Рабов, поддался панике. Он хотел немедленно открыть «Инь-Ян Жизни и Смерти» и выяснить, в чем дело, но разве Длань, карающая небеса, дала бы ему на это время?
Гро-о-ом!
Ладонь обрушилась вниз. В тот миг, когда отпечаток длани столкнулся с призрачным силуэтом книги, пустота разлетелась на куски, а Небесный Путь был разорван. Ударная волна хлынула от точки столкновения, и в одно мгновение земля в радиусе десятков ли обратилась в прах!
— Кха!
Сказителя вырвало кровью. Часть его сил уходила на то, чтобы удержать Пространство Древнего Фолианта, — он боялся, что если внутри что-то пойдет не так, все запечатанные там демоны вырвутся на свободу. Вот тогда начнется настоящий кошмар! Братец его за такое просто убьет! Поэтому он не мог направить всю свою мощь на отражение удара, наполненного праведной Силой Великой Пустоты.
Бум-бум-бум!
Столкновение продолжалось, но было очевидно, что силы Сказителя на исходе. С каждым чжаном, на который опускалась книга «Инь-Ян Жизни и Смерти», земля под ним проседала на чжан.
Хруст…
С его рук донесся треск. Сказитель в ужасе опустил глаза и увидел, что его руки вот-вот развалятся на части. Только сейчас он понял: когда сталкиваешься с таким опытным воином Алых Одежд, закаленным в бесконечных битвах с Призрачными зверями, нужно было приходить в Истинном теле. Его жалкая Внешняя инкарнация и призрачная копия книги были неспособны выдержать удар такой мощи.
«Я был неосторожен…»
Стиснув зубы, Сказитель до крови закусил алую губу.
Хруст… Его ноги разлетелись на куски.
Хруст… На груди появились трещины.
«Я же только что искупался!»
Сказитель взревел от ярости. Он резко вскинул голову и, выставив мизинец, закричал:
— Братец-старичок, ты что, не знаешь, что мастерам Отсечения Дао нельзя сражаться в малых мирах? Если ты не прекратишь давить, я, знаешь ли, сейчас как взорвусь и разнесу к чертям весь этот Малый мир Белого Грота!
(Конец главы)