Глава 154. Великие Дома (5)

К вечеру Туран вернулся с тренировки и забрался в горячую купальню.

— Уф-ф...

Он вырос в западной пустоши, где чистая вода ценилась дороже хорошего вина, и долго не понимал удовольствия от ванны. Всё изменилось после путешествия по горячим источникам болот Сираф. Теперь Туран при первой возможности отмачивал уставшее тело.

Для главы Великого Дома такая купальня считалась скромной прихотью. Особенно если учесть, что воду он сам разогревал заклинанием воспламенения, лишь бы не тратить дрова.

Умотался.

Управление владениями, переговоры с соседями, военные приготовления, ежедневные занятия. Молодой Дом требовал внимания ко всему сразу. Старым правителям не приходилось так надрываться: у них были готовые порядки, опытные слуги и давно поделённые обязанности. Паршия только вставала на ноги, а вокруг уже толпились враги.

Даже тело мага, равного главам Великих Домов, начинало сдавать. Реликвия, настроенная на линию Рабитас, ускоряла восстановление, но не отменяла усталости.

Впрочем, отдыхать без дела Туран тоже не умел.

Он закрыл глаза, пробудил духовное восприятие и обратился к внутренним сигилам.

Аэромант. Громовержец. Охотник. Следопыт.

С первыми двумя он уже научился работать как с единым целым. Теперь требовалось соединить оставшуюся пару, а затем сплавить все четыре архетипа. Только так можно было приблизиться к силе древнего божественного народа Преа.

При условии, что это вообще возможно.

Пленные полуэльфы объяснили: родовые линии дворян произошли от игровых классов, которые Библиотекарь называл архетипами. Один выдавался при создании персонажа, остальные открывались особыми заданиями и обрядами. Где-то требовалось сжечь живое существо и обсыпаться пеплом, где-то — оседлать волну. Всего персонаж мог получить четыре архетипа.

Но сочетались они не как угодно. В игре существовали определённые формулы, ведущие к конечным классам. Набор Турана ни в одну формулу не входил. По меркам игроков он собрал запоротого персонажа, у которого не было пути к полноценной божественной силе.

[Случалось, чтобы сработало сочетание, которого не было в игре?]

[Насколько мне известно, нет. Но после смешения с белыми эльфами мы утратили способность полноценно работать с душой. Наши знания неполны.]

Туран отогнал воспоминание и снова сосредоточился.

Ветер сцепился с молнией. Вокруг них поползла чёрная дымка. Ещё немного — и...

— Чёрт.

Свет разорвал туман, не оставив от него и клочка.

Может быть, эти силы и правда несовместимы. А может, нельзя было начинать с четырёх сразу: сначала следовало соединить Охотника со Следопытом и восстановить целостную линию Джахар.

Туран повторил попытку ещё несколько раз. В висках застучало, перед глазами поплыли тёмные пятна. Он немедленно остановился. Книга по магии души подробно описывала, чем заканчиваются упражнения на пределе духовных сил.

За спиной тихо плеснула вода.

— Когда отдыхаешь, надо отдыхать.

Мейса опустилась в купальню рядом и сказала это тем спокойным тоном, каким уговаривают упрямого ребёнка. Туран почувствовал её заранее и не вздрогнул.

— Ты быстро вернулась. Говорила, что можешь задержаться на несколько дней.

— Повезло. Один гном как раз вылез из норы и угодил в поле поискового устройства.

К северо-востоку от Каламафа гномы начали показываться возле малых городов. Мейса пошла по следу и нашла подземное логово, где сидело несколько сотен тварей. На этот раз у них не было необычного оружия, поэтому она без особых хлопот перебила всех молниями.

Теперь Туран знал, что устройства из прежнего гнезда назывались паровыми ружьями и пушками. Это были остатки древней науки гномов, процветавшей до вмешательства Жизневеда.

Может, стоит наладить производство?..

Главы Домов пережили бы ружейный огонь, но слабые дворяне и рыцари — едва ли. Паровое оружие уже доказало, что способно их убивать. Однако боги не зря объявили подобные разработки табу. Стоило Паршии начать вооружать простолюдинов, и Джахар с Камайном могли вмешаться всерьёз, даже если сейчас им было выгодно столкновение Паршии с Арабионом.

Тёплая ладонь закрыла ему глаза.

— Я же сказала: хватит думать.

— А если не получается?

— Значит, я помогу.

Мейса обняла его со спины. В её голосе не было ни приказа, ни насмешки, только мягкое упрямство. Туран улыбнулся и наконец позволил мыслям стихнуть.

* * *

До рассвета оставалось несколько часов, когда в спальне резко зазвенело магическое устройство вызова.

Туран проснулся мгновенно.

На ночь покои главы Дома запирались так, что слуги не могли войти даже при пожаре. Связаться с ним позволялось лишь через этот сигнал, и нажать его без крайне веской причины никто бы не посмел.

За дверью стоял перепуганный рыцарь.

— Повтори.

— Опен атакован, господин! По цепи маяков передали: крупные существа и маги!

— Крупные существа...

Первым Туран вспомнил родственников Армани, умевших обращаться в великих морских змеев.

О том, что Паршия владеет устройством для перемещения на огромные расстояния, в высшем обществе знали многие. Связать эти слухи с пропавшим Нефритовым Зеркалом было нетрудно. Удивляло другое: морской народ слишком быстро получил сведения.

Его агенты среди людей были в основном пиратами и портовыми головорезами. Такие не имели доступа к тайнам Великих Домов. К тому же морские змеи недавно воевали с Камайном и должны были быть заняты.

Кто-то подсказал им про зеркало. Камайн? Арабион? Джахар? Лубан?

Под подозрение попадали почти все, кроме двух союзных Домов. Перебирать имена сейчас было бессмысленно.

Опен оставался единственным портом Паршии. Судя по расстоянию и скорости передачи сигнала, город атаковали день, а то и два назад. Помощь уже опоздала, но враги могли быть рядом.

Туран быстро написал приказ и отдал рыцарю.

— Отнеси Мейсе. Немедленно.

— Да, господин!

Мейса должна была собрать подкрепление и идти следом. Слабые маги против великих морских змеев бесполезны, поэтому Туран велел брать только дворян средней и высокой ступени — ровно столько, сколько можно быстро посадить на ездовых магических зверей.

Сам он направился к Армани.

Морской принц спал крепко и проснулся лишь после третьего толчка.

— А?.. Что случилось? Ещё темно.

— Твои родичи разносят мой город. Придётся слетать к морю.

Сон слетел с Армани разом.

— Они знают, что я здесь?

— Скорее всего. Боишься — оставайся. Тащить силой не стану.

В воде Армани был бы незаменим, но он пришёл под защиту Турана именно потому, что боялся собственной родни. Принуждать его к бою было бы подло. Тем более Нефритовое Зеркало уже принесло Паршии огромную пользу.

Армани помолчал, затем решительно сел.

— Нет. Я пойду. Если тебя убьют, мне снова некуда будет деваться.

Он был прав. На суше принц не мог жить среди людей, не рискуя выдать происхождение. Оставалось прятаться в реках и озёрах, без слуг, удобств и привычной роскоши. Армани, выросший при морском дворе, представлял такую жизнь и заранее её ненавидел.

— Тогда собирайся. Бидже!

Бидже появилась из руки Турана и увеличилась. На Армани она посмотрела с явным отвращением.

«Не хочу возить вонючую рыбу», — услышал Туран её недовольный голос.

Потерпишь.

Через несколько часов они пробили сырой предрассветный туман и увидели Опен.

Вернее, то, что от него осталось.

Порт исчез. Причалы были переломаны, склады и дома лежали грудами камня. Между развалинами белели тела.

— Всё уже кончилось, — тихо сказал Туран.

Он ожидал подобного, но подготовиться к виду мёртвого города оказалось невозможно. В Опене было всего несколько десятков магов, а дворян — трое или четверо. Одного великого морского змея хватило бы, чтобы уничтожить защитников. Против нескольких город не имел ни единого шанса.

— Армани, дай руку.

— Зачем?.. Ай, сука!

Туран надрезал ему палец и растёр кровь между ладонями.

Он задал поиску условие: найти представителя морского народа, способного к тому же превращению, что и владелец крови, либо его близкого родственника.

Такой поиск был во много раз сложнее, чем работа с частицей тела самой цели. Однако запас маны позволял Турану заплатить эту цену.

Зрение, слух и осязание притупились. Границы восприятия раздвинулись над морем, а мана хлынула наружу. Через несколько минут Туран открыл глаза и указал на северо-восток.

— Нашёл.

* * *

Военный корабль Камайна шёл по Северному морю примерно в двухстах километрах от погибшего порта.

На палубе сидели трое представителей морского королевского рода. Перед ними на коленях стоял молодой дворянин.

— Ты уверен, что Нефритовое Зеркало у хозяина этих земель? — спросил один из пленителей.

— Об этом говорят все, — торопливо ответил пленник. — Я не стал бы врать, когда на кону жизнь.

— Хорошо. Если у него действительно прячется предатель нашего народа, ты останешься жив. И твоя семья тоже.

После поражения у Авачи Дом Камайн бросил столицу и отступил в глубь материка. Молодого дворянина взяли в плен во время той битвы. Морские змеи потребовали выдать сведения об Армани, который бежал вместе с древней реликвией своего народа.

Пленник ничего не знал и уже готовился к смерти, но одна подробность спасла его. Пропавшее зеркало соединяло далёкие места. А почти одновременно пошёл слух, что новый Дом Паршия получил священную реликвию для пространственных переходов.

Совпадение выглядело слишком точным. Когда же морские люди услышали имя Турана, сомнения исчезли. Они помнили его как союзника Армани.

— Туран Паршия, — протянул один из них. — Он ведь тоже из тех, кто не умирает обычной смертью. Не слишком ли опасно наживать ещё одного врага?

— Мы разрушили его единственный порт. Он сам придёт. Там и договоримся.

Они разговаривали лениво, расположившись на захваченном корабле как на прогулочной лодке. Ничто в их поведении не выдавало, что в трюмах заперты сотни людей, припасённых на еду.

Пленник Камайна опустил голову. Ему было всё равно, чем закончится встреча с Тураном — сделкой или кровью. Он хотел лишь, чтобы этот кошмар прекратился.

— Паршия может быть сильна, но мы уже выбили с побережья целый Великий Дом, — похвастался другой морской принц. — Прижмём посильнее, и он отдаст Армани.

После пробуждения силы жрецов великих морских змеев их род стал неизмеримо опаснее. Даже падший бог, державший их в повиновении с помощью Короны Синего Коралла, не выдержал непрерывных налётов на Авачу и отступил. Правда, сами морские змеи не решались идти далеко вглубь суши: там их быстро окружили бы и уничтожили. Война застыла у берега.

Опен был единственным портом во владениях Турана. Потеря морской торговли должна была заставить его говорить смиренно.

Внезапно все трое насторожились.

— Чувствуете?

— Что-то не так...

— Обращайтесь!

Их тела начали расти раньше, чем пленники поняли смысл крика.

Корабль разлетелся под массой трёх великих морских змеев. Люди на палубе и в трюмах погибли мгновенно. Между чудовищными телами перемололо и дворянина, и его родных, и тех, кого держали на корм. Море покраснело.

Троице из королевского рода было не до них.

Из пустого воздуха ударил ослепительный луч.

БА-БАХ!

Он прошил бок одного змея и снёс половину морды другому.

— А-а-а!...

— Кто здесь?!

Их голоса прокатились над водой, подняв волны и ветер. По размерам они уступали мёртвому великому морскому змею, когда-то явившемуся сюда, но для человека всё равно выглядели не животными, а стихийным бедствием.

Ответа не последовало.

Раненая самка вдруг ощутила знакомое давление.

— Снова!

Трое одновременно ушли под воду. Второй луч рассёк поверхность и мгновенно превратил тонны воды в пар. Останься они наверху ещё на миг — удар настиг бы их.

— Невидимый враг... Это Джахар?

— Туран тоже умеет скрываться.

О силах Джахара морской народ знал достаточно. Но мощь нового оружия потрясла даже их. Луч без труда ломал чешую великого морского змея. Раньше Туран бросал огромные камни, и даже те били слабее.

Он так вырос за короткое время? Или прежде не показывал настоящий козырь?

Размышления оборвались.

Издалека приближалось знакомое присутствие.

Армани.

Тот, на кого они когда-то возлагали больше всего надежд. Предатель, укравший Нефритовое Зеркало и сбежавший к людям.