Часть 6

Оставив Юно и её группу разбираться с последствиями беспорядков, мы направились вглубь поселения, чтобы выполнить нашу первоначальную задачу — встретиться с лидером этого сообщества беженцев. Мы шли за молодым человеком, и он, наконец, привёл нас в удивительно большую палатку, похожую на монгольскую юрту.

Мы вошли в неё и увидели большого мужчину человеческой расы, который сидел, скрестив ноги, поставив обе руки на пол и склонив голову. Эту позу часто можно увидеть в дзидайгэки[✱]Жанр японской исторической драмы, охватывающий периоды от становления самурайского класса вплоть до начала эпохи Мэйдзи, когда класс самураев был отменён. https://ru.wikipedia.org/wiki/Дзидайгэки, в сценах, когда вассал представал перед своим господином. Мужчина выглядел лет на тридцать, и, попытайся я описать его внешний вид, вы бы представили себя индейца. Он был легко одет, что характерно для людей, которые пришли из более тёплого северного региона, а его лицо было раскрашено какими-то узорами.

Позади него в аналогичной позе сидела девушка, которая носила похожую одежду. Она была примерно того же возраста, что Лисия и Ророа, была симпатичной и производила впечатление простоватой девушки. Сидевшие перед нами имели сходные черты лица, так что, возможно, они были братом и сестрой.

— Спасибо, что посетили нас, Ваше Величество, Великий Король этой страны.

— О... Можете опустить «Великого Короля»? Мне не очень нравится это фраза.

Я сел перед мужчиной. Стульев не было, поэтому я сел прямо на ковёр, расстеленный на полу. Я, будучи японцем, знал, как надо садиться. Судя по ощущениям, под ковром была доска. Похоже, ковёр расстелили не на голой земле. Лисия села рядом со мной. Оуэн, Хилде и Карла, вернувшаяся из замка, сели за нами.

— Хм... Тогда как мне к вам обращаться?

— Можете просто называть меня «королём» или «Вашим Величеством».

— Тогда так и поступлю. Меня зовут Джирукома. Мне было доверено управлять этим сообществом беженцев. Позвольте от всего сердца выразить благодарность за то, что вы помогли людям этого поселения во время недавнего инцидента.

Джирукома низко поклонился.

— Я — временный король этой страны, Сома Казуя. Ваших людей спасли авантюристы, которые были присланы сюда для вашей охраны. Пожалуйста, направьте свою благодарность им.

— Я не могу этого сделать. Авантюристы оказались здесь благодаря поддержке короля. Также мы благодарны вам за постоянную поставку товаров.

— Тогда я принимаю вашу признательность... Однако я прибыл сегодня к вам не для того, что выслушивать слова благодарности.

— ...

Лицо Джирукомы напряглось, когда он услышал мои слова. Для него цель моего визита должна быть очевидна. В конце концов, обсуждение «этого вопроса» неоднократно повторялось моими посланниками.

— Я пришёл, чтобы потребовать от вас принять решение. Вы слышали «советы» от посланников, так ведь? Так что, какой из них вы выберите?

— ! Это...

— Прекрати, Комаин.

— Но, старший брат!..

Девушка попыталась встать, но Джирукома остановил её рукой. Значит, эту девушку зовут Комаин, и они, как я и думал, были братом и сестрой. Джирукома резко упрекнул Комаин.

— Наши слова решат судьбу всех людей этой общины. Не веди себя опрометчиво.

— ...Я поняла.

Комаин, которая уже наполовину встала, села обратно. Оба телохранителя за моей спиной мгновенно перешли в боевую готовность, но, когда Комаин успокоилась, они тоже отступили. Атмосфера в палатке стала тяжёлой. Лисия, возможно, обеспокоенная ситуацией, подняла вопрос:

— Сома, пожалуйста, не мог бы ты объяснить ситуацию...

— ...Хорошо. Я хочу решить вопрос с беженцами. Если текущее положение дел не изменится, то это не приведёт ни к чему хорошему как нашу страну, так и живущих здесь людей. Вот почему я хочу принудить беженцев принять решение.

— Решение?

Я кивнул.

— Отбросить свою тоску по родине и стать гражданами Эльфридена, в противном случае они должны покинуть эту страну.

◇ ◇ ◇

Когда возникли Владения Короля Демонов, этим беженцам пришлось оставить свои страны. Их подлинное желание состояло в том, чтобы вернуться на свою родину, к прежней жизни. Однако с нынешним состоянием дел этим планам на будущее не суждено сбыться. Последнее крупномасштабное вторжение во Владения закончилось провалом и только оставило страх в сердцах людей. Даже самая крупная человеческая держава, Великая Империя Хаоса, не решалась организовать ещё одно наступление. Сейчас она сосредоточилась только на том, чтобы не дать Владениям расширяться дальше на юг. Такова была текущая ситуация.

Даже если допустить, что ситуация в будущем улучшится, освобождение их родины случится не в ближайшие дни или месяцы. Добиться этого за несколько лет тоже крайне тяжело. Это может занять десятки лет, и, возможно, придётся смириться с тем, что потребуются даже сотни лет. Тогда что всё это время будут делать беженцы? Если они хотят лишь вернуться на свою родину, то продолжат жить в чужих странах как люди без гражданства?

...Это невозможно. Эта искажённая ситуация в будущем совершенно точно станет источником проблем.

— Бывший король Альберт с терпимостью относился к их нахождению в нашей стране. Я до сегодняшнего для занимал ту же позицию, чтобы справиться с горами других проблем. Пусть и в небольших количествах, я оказывал им помощь и поддержку.

— ...

— Однако сейчас, когда другие проблемы решены, я больше не могу игнорировать решение этого вопроса. Даже мы не можем позволить себе бесконечно оказывать помощь, и мы также обеспокоены тем, что беженцы остаются здесь незаконно. До сих пор мы закрывали глаза, но охота и собирательство без разрешения — это незаконная деятельность. Если я позволю этому продолжаться, то, несомненно, спровоцирую гнев граждан страны.

Причиной этого было то, что они не являлись гражданами этой страны. До сих пор к ним относились с сочувствием, так как они потеряли свою родину из-за возникновения Владений Короля Демонов, но никто не знает, когда это сочувствие сойдёт на нет. Их желание вернуться на родину не осуществится. Если мы продолжим поддерживать этих неграждан и терпеть их незаконную деятельность, то в будущем граждане будут недовольны. В худшем случае это может перерасти в вооружённый конфликт.

— Вот почему я заставляю живущих здесь людей принять решение. Откажитесь от возвращения на родину и живите в этой стране как её граждане, либо не отказывайтесь от своей мечты и покиньте эту страну. Я пришёл сюда, чтобы они приняли решение.

— Сома, это... — заговорила Лисия.

— Это может быть бессердечно, но это необходимо сделать. В конце концов, страна — она как очень большой человек. Она легко будет любить тех, кто любит её, но любить тех, кто её не любит? Её сердце не настолько великодушно.

Вот почему, пока сочувствие к беженцам ещё не угасло, я хочу содействовать их интеграции. В этой стране проживает множество рас, и по сравнению со странами, в которых преобладает одна раса, здесь уже существует основа для их принятия. ...Однако весь вопрос в том, согласятся ли беженцы стать гражданами этой многонациональной страны. Я говорил об этом раньше, когда указывал на недостаток в Декларации человечества: слишком сильный национализм является источником гражданской войны.

— Если ваши люди полны решимости вернуться на свою родину, несмотря ни на что и не имеют никакой привязанности к нашей стране, то у меня... не будет иного выбора, кроме как выслать ваших людей из страны.

Джирукома стиснул зубы.

— ...Мы просто... хотим вернуться на родину.

— Я понимаю это чувство. Я не имею ничего против, если просто хранить это чувство в своём сердце. Если ситуация улучшится и дело дойдёт до восстановления ваших стран, мы не будем возражать, если вы вернётесь на родину... Однако, пока вы находитесь в этой стране, я хочу, чтобы вы идентифицировали себя как её граждан. Если вы не можете этого сделать, то... эта страна — не место для вас.

— ...

Джирукома не мог найти слов. Вместо этого встала Комаин.

— Вы ничего не понимаете...

— Прекрати, Комаин!

— Нет, старший брат, дай мне сказать! Вы король этой страны, верно? И у вас есть своя страна, правильно? Тоска людей, которые отделены от своей страны, да что вы можете... — гневно выкрикнула Комаин.

— Я всё понимаю, — сказал я, глядя ей в глаза. — Вы должны были слышать об этом: я был призван из мира, отличного этого. Более того, это был билет в один конец. Я отличаюсь от вас, у которых ещё есть надежда, пусть и слабая. Мне не вернуться назад. Вот почему я понимаю тоску от расставания с родиной.

— Кх...

— Тоска по родине... От неё, без сомнений, трудно избавиться. В моём мире говорят: «Дом — это то место, о котором вспоминаешь, когда находишься вдали от него»[✱]Строка из самого известного стихотворения Муро Саисея — известного современного японского поэта и романиста. Целиком выглядит так: «Дом — это то место, о котором вспоминаешь, когда находишься вдали от него, и поёшь с печалью». https://en.wikipedia.org/wiki/Murō_Saisei. Какая меткая поговорка, но только потеряв, я заметил, как дорог был мне дом. Легко говорить о том, как обстоят дела, но принять это не так просто.

— Сома. — Лисия нежно взяла меня за руку.

— Однако... у меня есть Лисия и другие. Люди, которые поддерживают меня и находятся на моей стороне. Люди, которые заботятся обо мне. Я ответил на их чувства и лихорадочно работал. Таким образом, прежде чем я осознал, я начал думать об этой стране как о своей собственной. Если бы я расстался с этой страной, то, возможно, я бы испытывал ту же печаль, которую чувствовал при расставании с моей родиной. Вот во что я верю.

В конце концов, родина — это «связь». Связь с местом и людьми, которые там живут. Единственное, что может заменить её — это ещё одна «связь».

Комаин села, обессилев, и опустила голову. Она может не согласиться с этим прямо сейчас, но, стоя на месте, она не будет двигаться вперёд.

— Поэтому я хочу дать вам то, что дали мне Лисия и другие. Если вы сможете полюбить эту страну и стать её членами, то она примет вас.

— А как именно... она примет нас?

Взгляд Джирукомы стал более напряжённым, чем когда-либо. Казалось, что он выяснил мои истинные намерения.

— Я знаю, что спрашивать об этом очень грубо, когда вы сказали нам, что она примет нас. Однако мы, прежде чем пришли сюда, видели и слышали жестокую реальность, также, что именно означает «принять беженцев». Использовать нас как дешёвую рабочую силу на тяжёлых рабочих местах, вроде шахт. Отправлять нас на фронт сражаться против Владений Короля Демонов. К нам неоднократно относились таким образом.

— Да, это типично... но я считаю подобные меры глупостью.

— Глупостью?

— О да. Для начала, глупо отправлять беженцев на фронт. Национальная оборона является ядром страны. Если заставлять иностранцев выполнять эту роль, то в конечном итоге страна обязательно столкнется с серьёзным национальным кризисом.

В истории Земли было много таких прецедентов. Например, Западная Римская империя, чтобы справиться с германскими народами во время великого переселения народов[✱]Условное название этнических перемещений в Европе в 4-7 веках, инициированных вторжением гуннов с востока в середине 4 века. Одной из главных причин стало общее похолодание климата. https://ru.wikipedia.org/wiki/Великое_переселение_народов, предложила им мирно мигрировать и стать наёмниками. В результате это привело к германизации армии, а начальник германских наёмников Одоакр[✱]Одоакр был начальником отряда наёмников, который сверг последнего императора Западной Римской империи, что традиционно считается её фактическим концом. https://ru.wikipedia.org/wiki/Одоакр уничтожил страну. В Китае династии Тан Ань Лушань, мужчина согдийско-тюркского происхождения, далеко продвинулся по службе и устроил восстание, которое сократило жизнь династии[✱]Восстание, по некоторым оценкам, унесло жизни 36 миллионов жителей Китая (шестую часть тогдашнего населения Земли) https://ru.wikipedia.org/wiki/Ань_Лушань.

— Кроме того, обращаться с беженцами как с рабами — также глупая идея. Это только разожжёт вражду беженцев. И что они будут делать, если разозлённые беженцы начнут восстание или устроят террористические акты? Такими действиями они просто посадят семена будущих бед в своей стране.

— Тогда... как насчёт политики Великий Империи Хаоса?

Джирукома посмотрел мне прямо в глаза. Я почесал голову.

— ...Эта политика в духе госпожи Марии.

В Империю также прибыло большое количество беженцев. Политика, принятая Империей, заключалась в том, чтобы предложить беженцам необработанный земельный участок, и, если они его освоят, он будет признан в качестве их особых временных резиденций. Иными словами, они строили деревни беженцев, а затем позволяли им самостоятельно управлять ими. Если они смогут стать самодостаточными, то это не навредит бюджету Империи, а если беженцы в будущем вернутся обратно, на север, то они оставят после себя обработанные и развитые земли. Империя от такой политики ничего не теряла.

...Ну, госпожа Мария могла сказать что-то в этом духе, чтобы убедить своих людей. Она — добросердечная женщина, как и ожидалось от человека с титулом «Святая Дева». Возможно, в своём сердце она искренне сострадала беженцам. Будучи самодостаточными и при этом не разрывая привязанность к своей родине, они смогли остаться в Империи. Возможно, если они не вернутся на родину, они не только будут обладать землёй в Империи, но и, естественно, смогут интегрироваться как граждане Империи. Что-то подобное могло быть на уме у Марии.

Я же сейчас делал прямо противоположное, заставляя беженцев отказаться от привязанностей к своей родине и интегрировать их в качестве граждан против их воли. Однако...

— Извините, но... королевство не может следовать этой политике.

— Почему?

— Это опасно.

Если беженцы разовьют необработанные земли и добьются самодостаточности, это, безусловно, не повредит карманам Империи. Пока власть Империи не ослабевала, беженцы будут оставаться верными Империи и испытывать благодарность. Оставайся такое положение дел сотни лет, их также можно было бы постепенно сделать гражданами Империи... Однако мы не можем предсказать приливы и отливы будущих событий. Сила, которой мы сейчас обладаем, может быть потеряна уже завтра. Таков уж мир людей. Если власть Империи ослабнет, то что сделает беженец?

— Раз они эту землю развили собственными потом и кровью, то разве они не будут считать её своей? С поколением, которое хочет вернуться на родину, проблем не будет. Их эмоциональная привязанность к родине пока что сильнее, чем привязанность к этой земле. Однако что насчёт следующего поколения? Согласятся ли те, кто родился на этой земле, поколение, которое никогда не жило на родине своих предков, с тем, что земля, над которой трудились их предки, были лишь арендованной им землёй? Разве они не будут считать, что эта земля принадлежит им?

В истории Земли был подобный пример с сербами. Когда Османская империя покорила королевство Сербия, большое количество сербов сбежало в Габсбургскую империю (двуединую монархию Австро-Венгрия)[✱]https://ru.wikipedia.org/wiki/Великое_переселение_сербов. Империя Габсбургов положительно восприняла сербов и отправила их развивать пограничные области[✱]Так называемая Военная граница или Военная Крайна https://ru.wikipedia.org/wiki/Военная_граница рядом с Османской империей, и ополчение из этих жителей, граничар[✱]Обобщённое название основного населения Военной границы (сербов и хорватов) https://ru.wikipedia.org/wiki/Граничары, защищало эти земли. Сербы продолжали развивать пограничные земли, сражаясь с Османской империей. Эта суровая среда породила сильное сознание автономии среди сербов, которая стала благодатной почвой для роста национализма.

В конце концов это привело к популяризации идеологии сербского национализма «Великая Сербия»[✱]Идея объединить все сербские земли в Великую Сербию. https://ru.wikipedia.org/wiki/Великая_Сербия, что вызвало инцидент в Сараево, ставшего началом первой мировой войны и, как результат, привело к развалу империи Габсбургов. Кроме того, сербская националистическая политика, которая подчёркивала превосходство сербов, она воспламенила национализм других этнических групп. Таким образом, произошли ужасные, полные жестокостей конфликты (югославские гражданские войны[✱]Югославские войны (1991-2001) в основном включали в себя межэтнические конфликты между сербами, хорватами, боснийцами, албанцами и т.д. https://ru.wikipedia.org/wiki/Югославские_войны).

Беженцы могут принадлежать к разным расам, но в пережитых радостях и печалях родился дух братства. Именно этот дух отличал беженцев от остальных, и он чем-то был похож на национализм. Великая Империя Хаоса принесла в собственную обитель уголь, который мог вызвать огромный пожар. Джирукома нахмурился.

— Ваше Величество думает, что политика Империи ошибочна?

— Нет... Я не думаю о ней в таком ключе. Это просто другое мышление. Госпожа Мария поступила так, веря в лучший результат, тогда как я не выбрал эту политику из страха перед худшим исходом. Дело только в этом.

Я помнил, когда я оценил Декларацию о человечестве, что Империя имеет тенденцию выбирать вариант со скрытыми высокими рисками, чтобы получить высокую отдачу. Мы для нашего королевства выбрали политику, в которой отдавалось предпочтение контролю над риском. Ни один из наших выборов не превосходил другой. Только будущее могло показать, подходил сделанный выбор для этой эпохи или нет.

— Тогда, Ваше Величество, как вы будете относиться к нам? Отказаться от мысли о возвращении на родину и стать гражданами этой страны, в противном случае — покинуть её; вы не позволите нам обрабатывать землю, но и не сделаете из нас рабов или солдат... Тогда что же вы прикажете нам делать?!

Джирукома впервые поднял голос. Даже Комаин была потрясена его угрожающим отношением. Несколько мгновений мы с Джирукомой обменивались взглядами.

— ...Оуэн

— Да, Ваше Величество.

— Дай ты-сам-знаешь-что.

— Как пожелаете.

Я приказал Оуэну принести мне длинный цилиндр. Он был вдвое большего диаметра и в пять раз длиннее цилиндров, используемых при вручении дипломов об образовании. Внутри находился большой свиток. Я развернул свиток перед всеми. Джирукома и остальные широко раскрыли глаза, когда увидели, что изображено на бумаге.

— Это... город?

— Да. Это новый портовый город, который скоро будет достроен. Его название — Венети Нова.

На свитке был изображён план нового города Венети Нова, который я создал как краеугольный камень перевозки и торговли, чтобы ускорить распространение товаров.

— Когда я прибыл в эту страну, я начал строительство этого нового города одновременно с развитием транспортной сети. Недавно он стал пригоден для проживания. Правда, стоит заметить, что жилой район и коммерческий район всё ещё строятся, и закончен был только торговый порт. В будущем я планирую увеличить количество различных объектов, чтобы город стал авангардом культуры. И вскоре будут приниматься заявки на проживание в этом городе...

Я объяснял, глядя на лица Джирукомы и Комаин.

— Значит, вы собираетесь принять нас, беженцев, как жителей этого города.

— !!!

Джирукома и Комаин сглотнули, когда услышали моё заявление.

— Если вы откажетесь от возвращения на родину и станете гражданами нашей страны, я дам вам место, где вы сможете жить. Там будет много работы, от рабочих на полставки до полноценных сотрудников. Я также на какое-то время продолжу поставку помощи, как я сделал для племени мистических волков, когда те открыли пивоварню в Парнаме. Если вы станете гражданами этой страны и будете честно работать, мы предоставим вам такие условия, чтобы вы никогда не испытывали голода и холода.

— Это...

На лицах Джирукомы и Комаин было потрясение... Мне было любопытно, кем сейчас меня видели Джирукома и его люди: спасителем, протянувшим руку помощи в бедственные времена... или дьяволом, обманувшим их софистикой сладких слов. Затем Джирукома и Комаин заговорили почти одновременно.

— Может ли существовать что-то столь замечательное?!

— Как может быть что-то такое ужасное!

Джирукома и Комаин посмотрели друг на друга. Их слова частично совпали, но пара была удивлена, что у другого была совершенно иная оценка моего плана.

— О чём ты говоришь, старший брат! Он словно даёт нам угощение, чтобы мы, как собаки, завиляли хвостами!

— Комаин, Его Величество, можно сказать, даёт нам фундамент для средств к существованию. Нам не придётся трудиться на земле, как в Великой Империи Хаоса.

— Почему ты хочешь отказаться от возвращения на родину?! Старший брат, неужели ты не испытываешь никакого горя?!

— Всё, что нам нужно сделать — это отбросить это горе, и мы сможем жить без страха перед голодом и холодной погодой. Вот что нам сказал Его Величество.

Итак, брат и сестра разделились во мнениях... Ну, такое может случаться.

— Понятно, что ваше мнение иное. Я лично считаю, что это предложение, с одной стороны, довольно замечательное, но с другой стороны — жестокое. Людям, смотрящим на один и тот же предмет, вовсе не обязательно иметь о нём одинаковые впечатления. Считать это хорошим или неудачным предложением, зависит от точки зрения человека.

— ...

— ...

Я вздохнул и положил руку на карту.

— Это лучшее, что я могу прямо сейчас сделать. Я не ожидаю, что вы примите протянутую мной руку. Ваше будущее зависит от вашего решения.

Когда я сделал это замечание, Джирукома горько простонал.

— ...В нашем сообществе есть люди, которые зациклились на идее вернуться на родину.

— Они как... твоя сестра?

— Вовсе нет! У Комаин очень гибкий ум! Просто сейчас она думает о живущих здесь людях, о тех, кто не может отказаться от своей привязанности к родине, и говорит от их имени!

— Б-брат!

— И я думаю, что она действительно так считает. Когда она сказала, что это «ужасно», я видел, что она сделала это, принимая во внимание чувства людей. Вы... в самом деле понимаете горе этих людей.

— Кх...

Комаин замолчала. Неужели я попал в яблочко? Затем Джорукома поправил свою позу и очень низко поклонился.

— Мы очень признательны за добросердечие Вашего Величества. Я не могу в одиночку принять решение, потому я хочу сначала обсудить этот вопрос с людьми нашего сообщества.

— ...И это после моих слов о том, что я пришёл потребовать ваше решение?

— Я понимаю. Но чтобы рука, которую протягивает нам Ваше Величество, смогла помочь как можно большему числу людей, я хочу убедить их. Даже если это... разделит беженцев.

— ...

Беженцы разделятся. Другими словами, те, кто не примет... правильное решение... будут изгнаны. Значит, мы дойдём до такого. Если я буду торопить их, результат лучше не станет. Однако...

— Осталось не так много времени. Даже если мы сумеем продлить набор новых граждан, повлиять на смену сезонов мы не сможем.

Скоро придёт зима. Если беженцы не подготовятся к ней, то некоторые могут замёрзнуть насмерть. И первыми будут люди со слабым здоровьем: дети и старики. По возможности я хочу закончить перевод беженцев до наступления зимы. Именно поэтому я хочу, чтобы они решились принять мою руку помощи. Джирукома ещё раз низко поклонился.

— Да, Ваше Величество! Я хорошо знаю об этом.

— ...Приятно слышать.

Будущее теперь зависит от них самих. Какое решение они ни примут, я отвечу на него соответствующим образом. Если возможно, я хочу остаться «мягким королём»...

Сегодняшние переговоры достигли своего конца, а затем...

— Я слышал, что Хилде здесь.

...в палатку бесцеремонно вошёл мужчина в белом халате. Его возраст был где-то в середине двадцатых годов. Он был человеческой расы, в глазах его был острый взгляд. Его отличительной особенностью были волосы: хотя сам он был ещё молод, они были чистого белого цвета. Карла и Оуэн, когда этот мужчина вошёл без какого-либо приглашения, потянулись к рукояткам своих клинков. Однако мужчина не показал даже оттенка страха и подошёл к Хилде. Она встала и посмотрела на него.

— Брэд! Как ты посмел спихнуть на меня лекции?!

Звали этого беловолосого мужчину Брэдом Джокером. Как и Хилде, он поддерживал медицинские реформы в этой стране и был ещё одним врачом. Брэд на жалобу Хилде внимания не обратил и схватил её за руку.

— Т-ты что делаешь?!

— Выслушаю твои жалобы позже. Извини, но мне нужна твоя помощь.

— ...Что стряслось?

Догадавшись, что что-то произошло, Хилде стала серьёзной и спокойно спросила Брэда.

— Чрезвычайная ситуация.