Глава 347. Кошмар (2)
Изабель сидела в пещере, уставившись пустым взглядом на воспроизводившиеся записи.
Её облик слегка отличался от того, что сохранился в моей памяти.
На силуэт Хладнокровной с её миниатюрным тельцем накладывалось изображение человеческой женщины.
— Аморф.
Существо, сочетавшее в себе черты Хладнокровной и человеческой женщины, повернуло голову в мою сторону.
Необычный вид Изабель и то, что она даже узнала меня... Это место отличалось от миров воспоминаний, которые мне приходилось видеть ранее.
«Возможно, этот мир создан для того, чтобы заточить саму себя».
Пенелопа, получившая ранение из-за неё во время боя с врагами. Она сама, сбежавшая и бросившая сестру. И затем — обманутая Синтией, пошедшая у той на поводу. Фрагменты воспоминаний, проецировавшиеся на стены пещеры, состояли сплошь из несчастных моментов.
Иными словами, это был кошмарный мир, который навязывал чувство вины и принуждал к искуплению.
Взгляд существа, только что устремлённый на меня, переместился мне за спину.
— ...И сестра.
Повернув голову, я увидел странное создание. В отличие от меня, всего лишь уменьшившегося в размерах, PS-111 изменилась кардинально. В ней переплелись облик мутанта-Крикуна и образ человеческой Пенелопы.
Это существо — ни человек, ни Хладнокровная, ни мутант-Крикун — заговорило:
— «Младшая сестра». Всё кончено. Альшас повержена, а все факторы, способные навредить тебе, устранены.
— ......
— Так что теперь ты можешь выходить.
Изабель покачала головой в ответ на слова PS-111:
— Почему я не осознала этого раньше? Что моя сестра уже была мертва.
— Я не умерла.
— Наверное, я просто не хотела этого признавать. Что сестра погибла из-за меня, и я пыталась сбежать от ответственности.
— Согласно имеющимся воспоминаниям, это находилось вне сферы твоего контроля.
— И всё же я лгала самой себе, потому что хотела выжить в одиночку.
— Нет. Ты сделала всё, что было в твоих силах.
PS-111 не оставляла попыток убедить её, но слова не достигали цели.
«Судя по транслируемым воспоминаниям, Изабель с головой тонет в чувстве вины».
Из бесчисленных событий прошлого по кругу крутились лишь фрагменты, причинявшие ей невыносимую боль. Раз уж хозяйка этого пространства вознамерилась истязать себя, вполне логично, что она не слышала слов PS-111.
Пока общение не наладится, она не станет слушать ничего из того, что мы скажем.
«Нужно избавить её от чувства вины».
Раз уж мы смогли заглянуть в разум Изабель, то и обратный процесс вполне возможен. Использование воспоминаний настоящей Пенелопы, сохранившихся у PS-111, очень помогло бы развеять её вину.
«Проблема в том, что воспоминания PS-111 почти полностью утрачены».
В прошлом она получила сильные повреждения во время битвы с Ледяным Ужасом. Благодаря Номеру 26 её мозг кое-как удалось восстановить, но в процессе большая часть воспоминаний оказалась стёрта, а внутри сформировалась новая личность. Поскольку от памяти Пенелопы мало что осталось, я не был уверен, получится ли использовать её для убеждения Изабель.
«И всё же...»
Я посмотрел на PS-111, которая искренне пыталась достучаться до Изабель.
Она не сдавалась, изо всех сил пытаясь донести то, что почувствовала, увидев воспоминания Изабель. Словно это был единственный доступный ей способ выразить свои чувства.
«Чувства, значит».
Внезапно в памяти всплыло прошлое.
Моя мать была очень холодным человеком. Даже до аварии она ни разу не говорила, что любит меня.
В детстве я спросил об этом отца. Он ответил, что некоторые вещи передаются без лишних слов. Что мама просто не умеет выражать чувства, но в глубине души любит меня.
Думаю, отец был прав насчёт её заботы. В конце концов, она продолжала оплачивать мои огромные счета за лечение. И всё же мне потребовалось немало времени, чтобы понять чувства матери.
«Если подумать, отношения между Адхай и Хам Орт были очень похожи».
Хам Орт решила оставить Адхай, чтобы спасти её от злобного чёрного дракона. Из-за этого Адхай долгое время жила с глубокой обидой на сородичей.
Со временем она узнала правду, но обиду было нелегко унять. Учитывая даже тот факт, что Галлеригоны физически не способны лгать, принять произошедшее оказалось совсем не просто.
Номер 26 решила эту проблему, на разрешение которой ушла бы вечность, просто поделившись воспоминаниями и чувствами.
«Ей нужны не слова, а эмоции сестры».
Если соединить Изабель с чувствами PS-111 напрямую, это окажет неоценимую помощь в её восстановлении.
Я окликнул PS-111.
— Изабель никого не станет слушать. Давай попробуем иной подход.
— Я не могу отказаться от младшей сестры. Я не хочу, чтобы она страдала. Чтобы разбудить её, мы должны продолжать разговор.
Обычно холодная и подобная машине, PS-111 сейчас выглядела иначе. Она нервничала.
— Я не предлагал сдаться. Я сказал попробовать другой подход.
— Какой именно подход?
— Сделай то же самое, что сделала Номер 26 — передай свои чувства напрямую.
— Я — мутант-Крикун. Мои эмоции — лишь продукт множества сложных факторов и химических реакций. Я никак не смогу оправдать ожиданий младшей сестры.
Мне не требовались объяснения, я и так всё понимал.
Её облик выглядел куда более запутанным, чем у Изабель. Созданная в результате сложного процесса, она несла в себе переплетение сразу нескольких личностей.
«И именно поэтому сейчас открылась отличная возможность».
Среди этого смешения образов скрывалось и скрытое сознание Пенелопы. Раз уж эти личности влияли на её мышление, передать чувства Изабель станет только проще.
— К тому же я — существо, синтезированное из машины и органики. Большая часть моего мышления управляется искусственным интеллектом. То же самое относится и к эмоциям.
— Что ж, узнаем, когда попробуем.
— Это бессмысленное действие.
— Много времени это всё равно не займёт, так что нет причин не попробовать.
— В этом есть доля правды.
В конце концов PS-111 кивнула.
— Как мне поступить?
— Повторим то, что сделали снаружи. Соприкоснитесь лбами.
PS-111 подошла к сестре и наклонила голову. Несмотря на едва заметный силуэт Пенелопы, проступавший на её облике, на лице Изабель не отразилось ни единой эмоции.
Стоило их лбам соприкоснуться, как наложенные на их тела изображения пошли рябью, словно от упавших на воду капель.
— ......
Изабель по-прежнему никак не реагировала.
Зато откликнулись стены пещеры. Постоянно проецировавшиеся на них воспоминания пошли помехами и постепенно начали меняться.
Острые, как бритва, фрагменты прошлого заволокло туманом. Освободившееся пространство принялись заполнять разноцветные огни.
Тёмная пещера быстро наполнилась чарующими красками. Её взгляд медленно перемещался, следуя за ярким светом.
Свет, заполнивший стены, не застыл на месте, а пребывал в непрерывном движении. Напоминая дымку или мозаику, он не давал четких образов, но, как ни странно, передаваемый им посыл ощущался отчётливо.
Это была «благодарность».
Благодарность за то, что не сдалась и продолжила жить.
Признание за её старания защитить наследие, оставленное сестрой.
И похвала за то, что верила и ждала возвращения семьи, которая однажды обязательно вернется.
Бесчисленные мозаичные узоры на стенах несли в себе единственное послание. Оно было полной противоположностью прошлым воспоминаниям, терзавшим её все это время.
И это оказалось именно то, в чём Изабель нуждалась больше всего.
— ......
По её кукольному, лишённому эмоций лицу скатилась слеза. Как и ожидалось, связь с чувствами PS-111 возымела эффект.
— Я, я... всё...
Тихо проливая слёзы, она наконец разомкнула губы.
— Если бы я осознала это хоть немного раньше, если бы я только была сильнее...
С её словами пространство снова начало искажаться. На прекрасный танец света легли тени. Похожие на мозаику узоры обретали четкость, пытаясь вернуться к тёмному прошлому.
Её чувство вины вступило в схватку с эмоциями PS-111.
— Я могла предотвратить страдания сестры...
Нет, вернее сказать, её чувство вины поглощало послание PS-111.
Глядя на её реакцию, я забеспокоился. Если всё пойдёт не так, превращение Пенелопы в мутанта-Крикуна может просто пополнить копилку её плохих воспоминаний.
«Плохо».
Такими темпами Изабель окончательно погребёт себя в ментальной тюрьме, сотканой из чувства вины.
Проблема заключалась в том, что у PS-111 больше не оставалось средств, чтобы надавить на Изабель.
«Нужен более сильный шок».
Пока PS-111 выигрывала время, мне требовалось уничтожить эту тюрьму.
Я подошёл к сёстрам, соприкасавшимся лбами.
— Изабель.
— Проблема всегда была во мне. Из-за того, что я уступала своей сестре...
— Ты права.
Стоило мне подтвердить её самобичевание, как транслируемые на стене воспоминания стали ещё чётче. PS-111 вздрогнула от неожиданности.
«Пути назад уже нет».
— Подготовься ты получше, возможно, и не потеряла бы PS... то есть Пенелопу.
— !
— Но прошлое уже не изменить. Твоя сестра стала механическим организмом, а ты превратилась в нечто подобное. Синтия, обманувшая тебя, уже мертва.
Когда Изабель закрыла рот, атмосфера в пещере стремительно тяжелела. Кромешная тьма обволакивала её ментальный мир.
— Вот только знаешь что? Те, кто превратил Пенелопу в Крикуна, всё ещё живы и прекрасно себя чувствуют. Наверняка радуются успешным результатам своих исследований. Как же они, должно быть, рады, что заполучили такой отличный образец.
— ......
Я не знал, о чём на самом деле думают Верховный Маршал Звёздного Союза или глава MegaCorp Гармельда, причастные к созданию PS-111.
Но здесь это не имело никакого значения.
— Пока ты сидишь тут и копаешься в себе, они попытаются вернуть PS-111. Я не намереваюсь её отдавать, но произойти может всякое. Что ты будешь делать, если они заберут твою сестру?
— ...Замолчи.
— Снаружи всё ещё остаются те, кто сбросил твою сестру в ад. И ты всё равно собираешься оставаться здесь? Будешь просто жалеть себя, даже если твою сестру вскроют и станут пытать?
— Замолчи!
Не в силах больше этого терпеть, Изабель закричала. И с каждым эхом её крика в пещере по тёмным воспоминаниям расползались трещины.
— Почему ты пытаешься сдаться прямо сейчас? Потому что PS-111 — не та сестра, которую ты хотела видеть? Если нет, то почему ты даже не пытаешься защитить свою семью?
— Чёртов Морфофил! Да что ты вообще знаешь...!
— Единственное, что я знаю, Изабель, это то, что ты заслуживаешь счастья.
— Что?
— Уничтожь каждого, кто встанет на пути к вашему с сестрой счастью. Тех, кто мучил твою сестру, тех, кто оскорблял тебя — абсолютно всех. Насладись счастьем, стоя на их трупах.
— Я... счастлива...
— Ты пыталась всё это время. Не сдавайся теперь.
Едва я закончил говорить, воспоминания на стене разлетелись вдребезги, подобно разбитому стеклу. Одновременно с этим вся пещера, в которой мы стояли, заходила ходуном.
— ...Аморф прав. У меня ещё есть дела.
— Младшая сестра?
— Сестра, и в реальности, и в этом мире, и здесь тоже...
Изабель, в чьих глазах снова вспыхнул свет, посмотрела на нас.
— Спасибо, что любишь меня.
С этими словами тюрьма кошмаров рухнула.
Сознание возвращалось медленно, словно после пробуждения от глубокого сна. Мой разум переместился обратно в Аморфа, и к телу постепенно начали возвращаться чувства.
«Когда я связывался с гнездом и разрывал контакт, ощущения возвращались мгновенно, но не в этот раз».
То ли из-за того, что мои размеры увеличились, то ли оттого, что всё моё сознание целиком погрузилось в тело другого существа, восстановление шло медленно.
Когда мне наконец удалось шевельнуть центральной головой, я открыл глаза.
Я рассчитывал увидеть Номер 26 и Адхай, как и всегда, но все вышло совсем иначе. И первое, что я увидел, когда чувства окончательно вернулись, оказалось полной неожиданностью.
— Чёртова сука! Куда ты спрятала мой пистолет?!
— Кх-кхе! Я... я не...
Крикун с лицом человеческой женщины и телом сороконожки сжимала культистку, лишённую рук и ног. Изабель, обретя прекрасный новый облик, использовала сразу несколько рук, чтобы душить Альшас.
— Младшая сестра, физическая координация ещё не завершена, поэтому прошу воздержаться от резких движений.
｢Семья друга сильная!｣
｢Это больная?｣ ｢Внезапно｣ ｢Стала здоровой.｣
PS-111, очнувшаяся прямо перед этим, пыталась утихомирить сестру, которая извивалась своим длинным телом. А позади них с любопытством наблюдали Номер 26 и Адхай.
｢Аморф, что именно ты с ней сделал?｣
Небесная Мать стояла с приоткрытым клювом, ошеломлённо глядя на Изабель, устроившую переполох сразу после пробуждения.
На её вопрос я ответил коротко:
[Зззззз зззззззз (Сказал ей не сдаваться, как ты и просила)]
｢Что-то не похоже, что этим всё и ограничилось｣
Ничего особенного я больше не сказал.
Лишь напомнил ей, что впереди всё ещё остаются невершённые дела. И она останется с нами, пока не исполнит этот долг.
Долг мести.