Глава 97

— Давай начистоту, Джульетта. Ты ведь тайком прибилась к Ордену Черных рыцарей только потому, что не хотела оставаться в монастыре.

— Это не так! Почему вы мне совсем не верите?

Джульетта воскликнула это так, словно у нее перехватило дыхание от обиды.

Однако ее родители даже не слушали, продолжая гнуть свою линию.

— Да не могла ты попасть в Орден Черных рыцарей! Какая из тебя магичка? Твой брат с детства учился фехтованию, и то провалил вступительный экзамен!

— Но это!

— Мы тебя не спонсировали, а на тебе такое дорогое платье. Видимо, ты просто охмурила какого-то мужчину из ордена.

— Джульетта не такая! Она — талант, которого лично отобрал заместитель командира. Мне стыдно это признавать, но на вступительном экзамене я показал лучший результат, однако я все еще сильно отстаю от Джульетты. Она выдающийся участник экспедиции. Вы не имеете права так с ней разговаривать.

Не выдержав, Нова вставил свое слово.

Будучи прилежным учеником, он старался вести себя вежливо даже с хамами, но на его шее вздулись вены — скрыть гнев он не мог.

Юный Себи не решался вмешаться, но его глаза пылали от ярости, словно он был готов взорваться.

Да от такой вежливости с подобными людьми толку не будет.

И правда. Родители Джульетты лишь насмешливо фыркнули.

— Это Джульетта тебя попросила так сказать? Может, это ты тот самый мужчина, которого она соблазнила?

— Боже, какой позор. Отправили в монастырь, а она там только и делает, что мужиков охмуряет!

— Хотя, раз она показала лучший результат на экзамене, значит, талантов у нее нет, зато есть глаз на мужчин. Отхватила себе кого-то не по чину.

Лицо Новы побагровело. А вот Джульетта, чье лицо до этого пылало от гнева, теперь побледнела, будто на нее вылили ушат ледяной воды.

— Как… как вы можете такое говорить? Я ведь… я ведь ваша дочь…

Джульетта, дрожа всем телом, с трудом выдавила из себя эти слова.

Она отчаянно цеплялась за последнюю ниточку, связывавшую ее с ними.

Но, к несчастью, ее родители, не понимая этих усилий, без колебаний открыли рты, словно поднося ножницы к этой нити.

— Мы потому и говорим, что ты наша дочь, Джульетта. Кто еще знает тебя так же хорошо, как мы?

Слушать это было больше невозможно.

Прежде чем Джульетта сломалась, я прервала их поток оскорблений и заговорила:

— Джульетта.

— За-заместитель командира.

Заметив меня, Джульетта широко распахнула глаза.

Миг облегчения и смущения, промелькнувший на ее кротком лице, кольнул меня в самое сердце.

Стоило Джульетте назвать меня заместителем командира, как ее родители резко повернулись в мою сторону.

В их глазах смешались шок и отрицание — они явно не ожидали, что она знакома со мной.

«Джульетта правда была в Ордене Черных рыцарей?»

Их мысли читались как открытая книга.

Они сверлили меня взглядами, словно оценивая.

Но это длилось недолго. Они заметили Майера Нокса, возвышавшегося позади меня, словно огромная скала.

Узнав Майера, они вздрогнули от испуга.

— Ва-ваше сиятельство, великий герцог Нокс!

Поскольку это было дело специального отряда, Майер держался в стороне, даже не подавая вида, что знает меня, будто его это не касается.

Однако родители Джульетты, мечтавшие хоть как-то присосаться к Ордену Черных рыцарей, не могли упустить такой шанс.

Они тут же проигнорировали меня и направились к Майеру.

— Ваше сиятельство, я граф Клава. Слышал, моя непутевая дочь находится у вас на службе.

А ведь только что с пеной у рта доказывали, что она не в ордене.

Я усмехнулась, глядя на их поведение: они переобулись в воздухе, словно ничего и не отрицали.

То, что они проигнорировали меня… ну, в конце концов, подлизаться к командиру важнее, чем к заместителю.

Проблема лишь в том, что выбор у них донельзя глупый. Если уж ты такой жадный, то хоть немного сообразительности должен иметь…

Пока они, рассыпаясь в лести, раздражали Майера, я подошла к Джульетте.

Вблизи я заметила, что ее щека покраснела — видимо, успели отвесить пощечину.

У меня внутри все закипело. Я с досадой цокнула языком и раздраженно пробормотала:

— Я же говорила тебе даже не разговаривать с ними.

Сказав это, я горько усмехнулась, осознав, что моя реакция в точности повторяет реакцию Майера, с которым я столкнулась в коридоре.

Разница была лишь в реакции того, кому это было сказано.

В глазах Джульетты, смотревшей на меня, заблестели слезы.

— Заместитель командира…

— Зачем ты позволяешь себя оскорблять, когда я просила тебя отвечать тем же?

Сказав это, я мягко погладила Джульетту по щеке. Она смущенно опустила взгляд.

Себи и Нова, которые били себя в грудь, обещая защитить ее, выглядели не лучше.

Впрочем, вины этой троицы здесь не было.

Нова и Себи просто не ожидали, что их оппоненты опустятся до такой низости.

Хотя они оба прошли через огонь и воду в подземельях, в делах светского общества они все еще оставались наивными.

Успокоив троицу, я перевела взгляд на родителей Джульетты, которые все еще продолжали распинаться перед стеной по имени Майер Нокс.

— Мой сын неплохо владеет мечом. Он куда полезнее, чем эта непутевая дочь.

Нет, ну вы посмотрите, какую чушь несет.

О каком сыне, «неплохо владеющем мечом», идет речь?

О том олухе, что стоит за их спинами и неловко чешет затылок?

Я попыталась сдержать смех, но безуспешно.

— Ха-ха-ха-ха!

Я невольно рассмеялась в голос. Когда я открыто расхохоталась, родители Джульетты, ее брат и все окружающие уставились на меня.

Я смахнула слезинку, выступившую в уголке глаза, и спросила все еще смеющимся голосом:

— Вы хоть знаете, какой уровень у Джульетты? Она гений, преодолевший барьер всего за полгода.

Видимо, не зная, что Джульетта настолько хороша, чета графа Клава побледнела.

Но вскоре в их глазах вспыхнула надежда. Они радостно воскликнули:

— В-в таком случае мой сын тоже сможет! Он куда талантливее этой непутевой дочери. Раз она смогла, то и он сможет!

Вау, это надо же так извратить мои слова.

Безграничная вера в сына и бесконечное презрение к дочери.

Я широко улыбнулась и вкрадчиво сделала шаг к ним.

— Если ваш сын такой выдающийся талант, то Орден Черных рыцарей обязан его забрать.

— Вы не будете разочарованы!

Чета графа Клава засуетилась, решив, что им выпал джекпот.

Они были настолько уверены в гениальности своего сыночка, что вели себя так, будто он уже зачислен в орден.

Я встала прямо перед их «золотым ребенком».

Может, он занервничал, когда все внимание переключилось на него? Брат Джульетты покраснел и вытянулся в струнку.

Скрип.

В этот момент позади послышался звук, похожий на скрежет зубов.

В то же мгновение лицо брата Джульетты, которое еще секунду назад было красным, стало белее мела.

Не знаю, что там произошло, но вникать в это не было нужды.

Я окинула брата Джульетты взглядом с ног до головы. Мышцы вроде бы есть, но полно лишнего, что в реальном бою только мешает. Верный признак того, что он совершенно не умеет пользоваться своей силой.

Даже смотреть статусное окно не нужно было.

Я с искренним сожалением покачала головой.

— Но… с вашим сыном ничего не выйдет. У него совсем нет задатков. Почему бы вам не поискать ему другое занятие?

Лица родителей, которые еще минуту назад торжествовали, будто их сын уже стал рыцарем, исказились от ярости, а сам брат Джульетты пошатнулся, шокированный моими словами.

Граф Клава взревел:

— Ложь! Ты даже не видела, как он машет мечом, и уже делаешь выводы? И это говорит какая-то магичка поддержки, которая сама даже не фехтовальщик!

— Мой глаз точен.

— Как можно верить твоим глазам?

Видимо, он был настолько взбешен, что потерял голову. Было забавно видеть, как он орет, будто готов вцепиться мне в горло.

Хотя на самом деле он не смел даже пальцем пошевелить, оглядываясь на Майера.

Я пристально посмотрела на графа Клава и, не скрывая презрения, съязвила:

— Ваш сын не продержится против Джульетты и секунды. Можем поспорить. Я в этом уверена.

— Кх-х…

Может, потому что я была так спокойна, граф Клава лишь издал тяжелый стон.

В моем же голосе, напротив, звучало веселье.

Я насмешливо пропела:

— Именно я отобрала Джульетту из монастыря. У меня отличный глаз на таланты. В конце концов, я и сама попала в Орден Черных рыцарей только потому, что командир признал мою проницательность.

Те, кто исподтишка прислушивался к нашему разговору, навострили уши.

Всем было любопытно, благодаря каким способностям я стала заместителем командира, так что объяснить это самой, пока не поползли нелепые слухи, было неплохим решением.

Я продолжила, не скрывая искреннего сожаления:

— Но если вы не доверяете моему чутью… это все равно что оспаривать решение командира. В таком случае наш разговор бессмыслен. Вам лучше обсудить это с ним самим.

Сказав это, я слегка отошла в сторону. Прямо перед графом Клава открылся вид на Майера.

Тот самый человек, который даже когда стоял рядом со мной, дрожал от страха перед Майером.

Перед Майером он не мог вымолвить ни слова, кроме подобострастной лести.

— Ва-ваше сиятельство.

Граф Клава, бледный как полотно, заикаясь, открыл рот. Ему было бы легче, если бы к его горлу приставили нож.

— …Джун Карентия — талант, который я отобрал лично. Ее проницательность поистине велика. И ты смеешь сомневаться в ней и рассуждать о кадровой политике моего ордена… Считаешь, у тебя есть на это право, граф?

Ему и так было неприятно подыгрывать в этом нелепом спектакле.

Его вопрос, заданный ледяным тоном, пробирал до костей.

— Похоже, ты считаешь меня посмешищем.

— Ч-что вы, ваше сиятельство! Это недоразумение. Я никогда не смел идти против ваших слов. Умоляю о прощении!

— …Пойдем. Банкет уже достаточно затянулся.

Глядя, как граф Клава кланяется перед Майером, словно совершая земной поклон, я обняла Джульетту за плечи и прошептала:

Джульетта едва заметно кивнула.

Я мельком взглянула на Майера. Он кивком дал понять, чтобы мы уходили.

Мне было немного неловко, что я подкинула ему такую неприятную работу.

Мы с Джульеттой поспешно покинули банкетный зал, а Себи и Нова последовали за нами.

Позади нас еще долго раздавались мольбы родителей Джульетты о прощении и милости, но она ни разу не обернулась.