Глава 96

Майер понял, что в первой итерации он отстал от Фабиана не из-за чего иного, как из-за нехватки информации.

Орден Черных рыцарей превосходил Экспедицию Фабиана по всем параметрам — силам, уровням и финансам. Тем не менее, орден начал отставать, поскольку экспедиция Фабиана проходила подземелья с невероятной эффективностью.

Они словно заранее знали, когда, где и какого уровня появится подземелье.

Он считал это невозможным. Такого просто не могло быть.

Майер изменил свое мнение, когда Нова обратился к нему за информацией об одном из подземелий.

Джун старалась скрыться, но он быстро понял, что именно она была источником информации.

Сначала он подумал, что это ловушка, чтобы заманить их в тупик.

Нова, пришедший за информацией, состоял в экспедиции недолго и потому не знал, что сведения о подземельях — это строжайшая тайна. Было немыслимо, чтобы кто-то после пары случайных разговоров просто так делился ими с чужим отрядом.

Однако информация, которую передала Джун, была пугающе детальной.

Какие монстры обитают в подземелье, какая награда ждет в конце...

Конечно, можно было примерно догадаться о внутреннем устройстве подземелья по месту его появления и исходящей от него магической энергии.

Но даже это было под силу лишь участнику экспедиции с десятилетним стажем, привыкшему к таким делам.

Информацию, которую раздобыла Джун, можно было узнать, только побывав внутри подземелья. Короче говоря, это было невозможно.

Он решил подыграть им пару раз, чтобы посмотреть, что они задумали. Но информация оказалась на удивление достоверной.

«Пусть есть неточности, но в общих чертах все сходится... Откуда она знает такие вещи? Может, это магия?»

Именно с того момента Майер начал пристально следить за Джун.

Чтобы переманить Джун в свой отряд, Майер приставил к ней людей, чтобы выведать все подробности.

Так он узнал, что Фабиан спас ей жизнь и что Джун была настолько предана ему, что ее называли «собакой Фабиана».

«При таком раскладе завербовать ее в Орден Черных рыцарей не выйдет».

Оставив эту затею, он на время забыл о Джун...

Но вскоре после того, как Экспедиция Фабиана вошла в Замок Короля демонов, он вернулся в прошлое.

Он не знал, как это произошло. Просто счел, что небеса дали ему еще один шанс.

Очнувшись, Майер первым делом подумал о том, что обязан заполучить Джун.

Он знал ее родной город и все ее личные данные.

Майер тут же отправил людей в ее родные края, чтобы оценить обстановку.

Вскоре гонец вернулся с отчетом о Джун Карентии.

Ее описывали как высокомерного, заносчивого мага поддержки, не знающего своего места.

В первой итерации она совсем не казалась таким человеком.

Но если у нее была способность видеть информацию о подземельях, то ее высокомерие было вполне объяснимо.

Майер начал прикидывать, когда лучше всего забрать ее.

Просто прийти и предложить присоединиться? Это было бы недостаточно эффектно.

Маги всегда тщательно скрывали свой козырь, и козырем Джун была именно эта информация.

Нужно было событие, которое позволило бы завоевать ее доверие и сблизить их.

В этот момент в памяти Майера всплыло воспоминание из первой итерации: Фабиан спас ее в подземелье, и именно поэтому Джун стала ему верна.

«Если так... то что, если в этот раз я спасу ее вместо него...»

Пусть не такая преданность, как к Фабиану, но хотя бы ее расположение он точно сможет завоевать.

Так Майер, с нетерпением ожидая встречи с Джун Карентией, стал ждать дня открытия подземелья.

Джун была первым талантом, которого Майер пытался заполучить, вложив в это столько сил.

Он не ожидал, что у Джун тоже сохранились воспоминания о первой итерации.

Из-за этого всё пошло совсем не по задуманному сценарию.

Но это было не страшно.

Пусть завоевать ее расположение не удалось, но вражда к Фабиану у нее точно была.

Однако она была слишком скрытной, чтобы делать такие поспешные выводы.

Как он уже говорил ей, она совершенно не умела контролировать выражение лица.

Эмоции, отражавшиеся на ее лице, были настолько яркими, что их легко было прочитать.

Чувство предательства, обида, гнев, замешательство...

Но, несмотря на это, во всем остальном было много непонятного.

Будь он на месте Джун, то давно бы уже напросился в Орден Черных рыцарей и жаждал отомстить Фабиану, но она, напротив, старалась держаться от него подальше.

Она даже вставала на сторону Фабиана.

Она явно ненавидела Фабиана, но... Майер никак не мог взять в толк, почему так происходит.

Кстати, ее реакция на жителей деревни тоже была крайне странной.

Лишь с опозданием Майер узнал, как с Джун обращались в деревне.

Все отчеты, которые он получал, были лишь пропитанными предрассудками злословиями деревенских жителей.

И это было еще не все. Ее бросили в подземелье, что было равносильно человеческому жертвоприношению.

Знай он об этом раньше, он бы давно разыскал ее и забрал к себе.

Его охватило запоздалое раскаяние, но было уже поздно. Майер тихо терзался чувством вины.

Однако сама Джун, казалось, не придавала этому особого значения.

Она злилась на несправедливые поступки родителей и жителей деревни, но в ее поведении чувствовалась какая-то отстраненность...

Даже с учетом воспоминаний о первой итерации, это выглядело подозрительно.

Почему?

С этими вопросами он продолжал наблюдать за Джун. Он позволял ей делать все, что она пожелает.

Раньше Майер никому не доверял и держал все решения в своих руках, но неудача в первой итерации кое-чему его научила.

А именно тому, что в одиночку он ограничен.

Он все еще не мог довериться другим, но... сделать исключение для Джун Карентии было вполне терпимо.

Он считал, что раз она знает будущее и видела то, чего не видел он, такое уважение необходимо.

Однако вскоре он понял, что доверять ей — значит подвергать себя опасности и тревоге.

Дело было не в ее способностях.

Она, как и подобает магу, была слаба, и при этом без колебаний ставила на кон собственную жизнь.

То, как она без раздумий полосовала себя ножом, врезалось в память Майера.

Каждый раз, когда он видел подобное, его сердце словно обрывалось.

Более того, способности и полезность Джун оказались куда выше, чем он предполагал.

Она не испугалась, узнав, что он обладает магической энергией. Напротив, ее алые глаза загорелись, когда она заявила, что с его помощью можно победить Короля демонов.

Возможность, о которой он даже не задумывался. Сияние, подобное лучу света, пронзившему тьму.

Видя, как она полностью принимает проклятие, от которого отреклись даже собственные родители, Майер понял, что во что бы то ни стало должен удержать ее рядом.

Теперь он не мог представить битву с Королем демонов без нее.

Поэтому было естественно, что он так нервничал из-за каждого ее поступка и мысли, и так злился, что не мог до конца понять Джун.

Хорошо хоть, что Джун до сих пор воротило от Фабиана...

Но расслабляться было нельзя.

Джун Карентия была очень чувствительна к враждебности, но при этом странно невосприимчива к проявляемой к ней доброте.

Кто знает, как она может изменить свое мнение, если Фабиан снова начнет нашептывать ей сладкие речи?

Джун ведь такая добрая.

Разве она не простила Трагулу, несмотря на их прошлые распри в первой итерации?

Если взглянуть на ситуацию объективнее, то станет ясно, что она простила его не из доброты, а приняла предельно холодное и расчетливое решение...

К несчастью, Майер смотрел на Джун крайне предвзято, будучи к ней необычайно добрым и благосклонным.

Самое смешное, что Майер был свято уверен в своей рациональности, объективности и беспристрастности.

Конечно, Майер понимал, что ведет себя нетипично остро каждый раз, когда Джун и Фабиан пересекаются.

Его томило беспокойство, и он даже думать не хотел о том, как они смотрят друг на друга.

Майер попытался хладнокровно проанализировать причину этого.

Ему нужны ее способности.

Она знает его секрет.

Она...

Среди множества причин, которыми он пытался себя утешить, отсутствовала главная: он хотел владеть Джун единолично и ревновал ее ко всем мужчинам, с которыми она пересекалась.

Может, он так старался делать вид, что не знает, что в итоге действительно перестал понимать?

Терзаемый незнакомым доселе хаосом, Майер не в силах был избавиться от тревоги и молча следовал за Джун, бросая на нее мрачные взгляды.

Майер и я вернулись в банкетный зал.

— Обязательно возвращаться в это шумное и суматошное место? Можно уже потихоньку уйти. Почему бы тебе не пойти в свои покои и не отдохнуть?

— Я бы и сама хотела, но все же нужно показаться.

Я не могла просто так уйти, хотя бы ради специального отряда, который оставила в зале.

Пусть это я их бросила, но ответственность нести надо.

Стоило мне ступить в зал, как на меня устремились взгляды всех присутствующих.

Я боялась, что меня сейчас же окружат, но, в отличие от того, что было раньше, рядом со мной был Майер Нокс.

Не знаю, понимали ли они, что Майер мне не любовник, но, видимо, никто не хотел испытывать его терпение...

Все держались на расстоянии и не лезли, как раньше.

Слушайте, а это удобно — использовать его как средство от людей...

Пока я относительно спокойно осматривала зал, где-то вдалеке поднялся шум.

«Кто это там шумит на банкете... О, Джульетта?»

Присмотревшись, я поняла, что это действительно Джульетта. Рядом с ней были Себи и Нова.

Джульетта не сдерживала Себи или Нову, а наоборот — они пытались успокоить Джульетту, которая покраснела от ярости.

Это было на нее не похоже. Я перевела взгляд на того, кто довел Джульетту до такого состояния.

Аристократическая пара, чем-то похожая на Джульетту, и какой-то юноша.

Как ни крути, это была семья Джульетты.

А-а, вот оно что.

Поняв ситуацию, я медленно двинулась в ту сторону, словно хищник, выслеживающий добычу.

Чем ближе я подходила, тем отчетливее становились их голоса.

— Орден Черных рыцарей? Ты хоть понимаешь, что несешь! Ты?