Глава 19. Операция по уничтожению в горах Каджит, часть 5
Мне снился сон. Сон из далекого прошлого.
Те времена, когда я еще носил титул командира Ордена Святых Рыцарей, а рядом были Сенерва и все мои ребята.
Во сне мы преследовали отступающие войска врага, продвигаясь на восток через горы Каджит. Я отлично помнил ту операцию. Короли Демонов, выбитые из Норфана, пытались перегруппироваться в восточной части горного хребта и снова становились серьезной угрозой.
Мы выступили, чтобы зачистить этот район.
Кажется, тогда тоже шли дожди. Ливни не прекращались, заливая всё вокруг, и если бы не «Метро», которое призывала Сенерва, нам пришлось бы очень туго.
«Началось, командир».
Старшая из сестер Дире предупредила меня о приближении врага.
«Как и докладывали, их там целая орда. И крупные особи в наличии. Похоже, они бросили в бой все резервы».
В ее голосе не было ни капли напряжения. Она говорила всё с той же привычной ленцой. В отличие от своей младшей сестры, эта офицерша всегда была подозрительно беззаботной и жизнерадостной.
«Враг пошел ва-банк, командир», — подал голос старший снайпер Эфмат, уже вскидывая свой громовой посох.
«Давайте покончим с ними прямо здесь. А завтра закатим пир».
Что я тогда ответил? Уже не помню. Зато точно помню, как Сенерва, стоявшая рядом, едва заметно усмехнулась. Она шагнула вперед и раскинула руки, словно пытаясь закрыть нас собой.
«Конечно, покончим. Это будет легкая прогулка».
Она всегда так говорила перед каждым боем. Да, легкая прогулка. Она свято верила, что мы способны одолеть любого врага в любой ситуации.
«Ну что, Ксайло? Что мне призвать?»
Что я тогда у нее попросил? Крепостную стену? Или гигантскую башню? Наверное, что-то из этого.
«Тогда начинаем. Ксайло, держи меня крепче».
Сенерва откинулась назад, опираясь на меня спиной.
«Смотри не отпускай. Уронишь — убью».
Она всегда так предупреждала. А я, наверное, отшутился какой-нибудь глупостью и подхватил ее на руки.
Бой уже начался. Отряд старшей Дире связал врага боем, а снайперы Эфмата обрушили на них шквальный огонь. Младшая Дире со своей артиллерией обеспечивала огневую поддержку.
Наша классическая тактика. В тот момент, когда враг решил пойти на отчаянный прорыв, исход битвы был уже предрешен. Они сами прыгнули в расставленную нами ловушку.
Оставалось только нанести решающий удар силами громовых стрелков. Нас было немного, но именно ударные отряды громовых стрелков были главным козырем Пятого ордена. И мы были готовы.
«Мы готовы выдвигаться».
Мой адъютант дал отмашку. Он отлично справлялся с бумажной работой, но и талантом громового стрелка обделен не был. Несмотря на суровое лицо и внушительные габариты, в бою он действовал предельно осторожно и расчетливо.
«Сметем их. Если мы не закончим здесь и сейчас, у нас начнутся проблемы со снабжением».
Он, как всегда, серьезно указал на логистические риски, а затем... затем с привычным хмурым выражением лица сделал мне предупреждение. Он слишком хорошо знал мои дурные привычки.
Его имя. Его лицо. Я попытался вспомнить, но в голове лишь вспыхнула тупая, пульсирующая боль. Казалось, сама память была повреждена. От этого становилось жутко. Если все люди из моего прошлого исчезнут из памяти, не останусь ли я в своих воспоминаниях совершенно один?
Если я продолжу быть героем-преступником, рано или поздно так и случится.
«Слушайте меня, командир», — сказал тогда мой адъютант. По крайней мере, должен был сказать.
«Не лезьте на рожон. Нам очень тяжело вас прикрывать».
Насколько я помнил, это был наш последний триумф.
Последняя победа и последняя слава Пятого ордена Святых Рыцарей.
Вскоре после той операции я убил Сенерву и бросил их всех.
Кажется, в то время... дожди шли не переставая. Нет, всё было не так. Тот дождь был не таким сильным. В нем не было этой оглушительной грозы.
Тогда что это за звук...?
«Господин Форбартц!»
Меня потрясли за плечо, вырывая из поверхностного сна.
Я был весь в холодном поту. В голове всё еще царила легкая путаница.
Спокойно. Горы Каджит. Я в горах Каджит... у нас тут война.
Да... Ситуацию я помнил отлично.
Двенадцатый день операции по зачистке гор Каджит.
Шум проливного дождя. Раскаты грома. Прямо перед моим лицом — татуированное лицо Нарка Декстара. Его спиралевидные узоры напоминали солнце.
«Вы в порядке? Вы сильно стонали во сне».
«Бывает. Не бери в голову».
Я сел и демонстративно зевнул. Я прикорнул прямо у входа в «Склеп», чтобы в случае чего сразу отреагировать на атаку. Нас уже окончательно загнали в этот каменный мешок. Все три рубежа обороны были сданы.
Вчера ночью они предприняли еще одну атаку. Короткую, прощупывающую, словно хотели в чем-то убедиться.
«Враг снова идет на сближение?»
«Да. Причем появились новые виды фей, которых мы не видели в предыдущие дни. Растения и многоножки».
«Альрауны и боггарты, значит».
Этого следовало ожидать.
Пока Король Демонов жив, численность и разнообразие его армии со временем только растут. Похоже, у них есть какой-то лимит на количество одновременно контролируемых фей, так что ресурсы у них не бесконечны. И всё равно, когда на тебя прет всё новая и новая дрянь, это дико бесит.
Без паники. Мы еще держимся.
Я медленно вдохнул влажный воздух.
С нами Теоритта, а за последние несколько дней мы так щедро усеяли всё вокруг святыми печатями, что пробиться к самому «Склепу» будет непросто. И боггартам не удастся так легко прокопать туннели для внезапной атаки из-под земли. Главное — сохранять хладнокровие.
«Отправь Цава и Дотту прикрывать тылы. И позови Норгая с Теориттой».
«Вы планируете активировать механизм?»
Нарк выглядел удивленным. По плану, это был наш самый последний козырь, приберегаемый на крайний случай.
«Да. Эффект неожиданности сейчас важнее всего».
И еще кое-что, о чем я не мог сказать вслух: враг оказался куда умнее, чем я рассчитывал.
Судя по смерти Мирете, ими командует Буджум. А он — противник крайне неприятный. Он умеет рвать темп, действует расчетливо и методично. И до сих пор не совершил ни одной самоубийственной атаки.
«Началось!» — крикнул кто-то из дозорных «Армии Форбартц».
Я ударил левым кулаком по земле. Эхолокация. Считать их поштучно не было смысла, но навскидку их было несколько сотен. Это уже не просто разведка боем, а полноценный штурм. Буджум действовал всё больше как командир регулярной армии.
В авангарде шли фуаты и альрауны — идеальные твари для передвижения по такой пересеченной местности.
«Открываем огонь, господин Форбартц?»
Перед входом в «Склеп» мы соорудили небольшую земляную насыпь и выкопали траншею. Будь у нас колючая проволока, я бы с удовольствием растянул ее здесь, но увы.
За насыпью засело десять стрелков, включая Нарка. Пять лучников и пять с громовыми посохами.
«Рано».
Я жестом приказал им ждать. Стрелы и заряды нужно было беречь.
Сквозь пелену дождя, из-за деревьев, показались прыгающие силуэты фуатов. Следом за ними шли существа, напоминающие четвероногих зверей, сделанных из дерева. Их конечности сплетались из корней и лоз, а вместо голов распускались гигантские бутоны.
Альрауны. Этот вид фей редко появлялся на передовой. Они уязвимы к огню, их подвижность днем сильно падает, и у них куча других слабостей. Но если враг решил задавить нас массой средь бела дня, они представляли серьезную угрозу.
Некоторые из моих солдат, увидев их, заметно побледнели.
«Господин Форбартц. Пора?»
«Ждите».
Нужно было подпустить их еще ближе. Враг накатывал. Тридцать шагов до насыпи. Двадцать.
«Господин Форбартц...»
Голос стрелка дрогнул. У него явно сдавали нервы. Еще секунда, и он сорвется.
И тут с фланга вылетела стремительная тень. Волчий капюшон. Салитаф.
«Кья-я-а-а-а-а!»
Издав пронзительный птичий клекот, она скатилась по склону и врезалась прямо в толпу врагов. Она вклинилась ровно между отрядами фуатов и альраунов. Взмах топора — и во все стороны полетели ошметки плоти, смешанные с дождем и грязью.
Пора.
«Огонь!»
Стрелки открыли шквальный огонь, прикрывая Салитаф. Вспышки громовых посохов, свист стрел. Стрелы, начиненные святыми печатями, разрывались в толпе, сметая фуатов десятками.
Я тоже бросился в бой. Оттолкнувшись от насыпи, активировал Печать прыжка и взмыл над головами врагов.
Фуаты попытались достать меня в прыжке, альрауны тянули ко мне свои лианы-щупальца, но они были слишком медленными. Я метнул ножи со взрывными печатями прямо в гущу альраунов. Огонь — их главный страх.
Взрывы спровоцировали цепную реакцию, и строй врага дрогнул. Воспользовавшись этим, я приземлился рядом с Салитаф. Она как раз яростно рубила здоровенного фуата, вкладывая в удары топора всю свою звериную силу.
«Кья-я-а!» — снова взревела она.
Ее физическая мощь, конечно, уступала Тацуе, но всё равно поражала воображение. Она отшвырнула набросившегося на нее фуата, тяжело дыша.
«Неплохо разогрелась».
Я встал так, чтобы прикрывать ее спину. Бросок ножа — и очередной фуат разлетается на куски. Феи, видимо, осознав угрозу, немного отступили. На пару секунд повисла тишина.
«Дыши ровнее. Их еще целая толпа».
«Сама... знаю!»
Салитаф, задыхаясь, пошатнулась и упала на одно колено, поднимая тучи брызг.
Похоже, за свою невероятную физическую силу горные племена расплачивались быстрым истощением при пиковых нагрузках. В этом они больше походили на хищных зверей, чем на нас, равнинных людей.
«Сиди так. Отдыхай».
«Не неси чушь, герой».
От ее тела, разгоряченного боем, исходил такой жар, что капли дождя мгновенно превращались в пар.
«Как я могу... отдыхать в такой момент...!»
«Это групповой бой. У тебя есть товарищи».
Мои слова тут же нашли подтверждение.
Разряд молнии прошил фуата, который попытался наброситься на нас со спины. Стрела вонзилась в альрауну, и та вспыхнула как факел. У нас даже появилось время поболтать.
«Если мы будем прикрывать друг друга, мы станем намного сильнее. Разве старейшины горных племен тебя этому не учили?»
«...Учили».
Салитаф по-звериному зарычала и бросила взгляд через плечо.
«...Значит, эти слабаки тоже на что-то годятся, когда прижмет».
«Вот именно. Ну что, перевела дух?»
Я поймал себя на мысли, что говорю с ней как инструктор с новобранцем. Или как старший товарищ. Наверное, это звучало слишком самонадеянно. Но Салитаф фыркнула и кивнула.
«Слова героя стоят того, чтобы к ним прислушаться... Так говорили старейшины и мой брат».
«А?»
«Вперед. Герой. Не отставай».
Салитаф бесстрашно бросилась на ближайшую альрауну и одним ударом срубила ее. Силы явно вернулись к ней. Мне ничего не оставалось, кроме как последовать за ней.
Ты слишком сильно вырываешься вперед. Тебя тяжело прикрывать.
Иронично, что именно сейчас мне в голову пришла эта мысль. Захотелось нервно рассмеяться.
Мне самому часто так говорили. Теперь я понимаю, каково было моему адъютанту. Но...
С тех пор я тоже кое-чему научился. И у меня была страховка.
Прорываясь сквозь ряды фей, мы с Салитаф снова оказались в кольце. Я заметил, что тактика врага изменилась. Это была уже не просто слаженная работа, а жесткий контроль. Появился командир? Или это дело рук отряда 7110?
Отлично.
«Кья-я-у-у!»
Топор Салитаф со свистом рассек воздух. Но на этот раз прорваться было не так просто. Они взяли нас в кольцо, явно намереваясь взять измором. Салитаф снова тяжело задышала. Мои ножи тоже были не бесконечными. Главный минус взрывной печати Затте Финде — колоссальный расход оружия.
Но теперь у меня было решение этой проблемы.
«Мой рыцарь! Кажется, настал мой выход!»
Со стороны «Склепа» раздался звонкий, уверенный голос. В воздухе засверкали искры.
«Ложитесь!»
Вспышка клинков. Мечи обрушились с небес вместе с дождем, с идеальной точностью пронзая ряды фей.
Против такой атаки у них не было ни единого шанса. Авангард врага был смят в мгновение ока. Ради этого мы с Салитаф и выступили в роли приманки, чтобы стянуть их в одну точку.
«Сейчас!»
Я вгляделся сквозь пелену дождя. Вспышка молнии осветила силуэт, прячущийся в деревьях. Среди неестественно ровного строя фей стояла невысокая фигура, похожая на гоблина, но облаченная в броню и сжимающая громовой посох.
Я сразу понял, что это не обычная фея.
Отряд 7110.
Я выхватил нож.
Я ничего не забыл. Пришло время платить по счетам за то, что вы устроили Пятому ордену.
Гоблин-командир что-то прокричал. Приказ. В ответ на это окружающие его феи — все как один гоблины — синхронно вскинули оружие. Такая дисциплина для фей была просто немыслима.
«Теоритта!»
«Да!»
На таком расстоянии мы могли обмениваться короткими командами.
В этом и заключался главный плюс работы на дистанции от Богини. Контрактер совершает безрассудный, но спланированный прорыв, а Богиня обеспечивает точечную поддержку с тыла.
«Мечи, защитите моих рыцарей!»
С неба посыпались массивные клинки, образуя перед нами непробиваемый щит. Они приняли на себя весь залп из громовых посохов.
Мы с Салитаф рванули вперед. Шум дождя. Раскаты грома. Лицо гоблина-командира исказилось от ужаса. Мы успеем. Убьем его и переломим ход боя — так я думал. Но в тот же миг инстинкты взвыли об опасности.
То, что я успел вытянуть руку, было настоящим чудом.
«Салитаф!»
«Ой! Ты чего...»
Она не успела договорить. Из земли, прямо там, куда мы должны были наступить в следующую секунду, вырвалась гигантская багрово-черная коса. Затвердевшая кровь вперемешку с грязью. Запах смерти ударил в нос.
Буджум...! Он где-то рядом!
Здесь, в этих самых зарослях. Совсем близко.
Возможно, мы даже слышали шаги друг друга. Мы с Салитаф кубарем откатились в сторону и вжались в землю. Над нашими головами со свистом пронеслись стрелы из крови. Мы разминулись со смертью на волосок.
Такая точность атаки... он точно был где-то рядом.
Пора заканчивать... !
Время разыграть главный козырь. Я коснулся пальцами печати на шее.
«Норгай! Твой выход!»
Отлично. Немного раньше, чем планировалось, но... раз таков приказ Главнокомандующего, я повинуюсь. Это решающая битва за выживание нашего Королевства!
Его пафосный, тяжелый голос. Норгай всегда нес какую-то чушь, но в главном он никогда не ошибался, и это бесило больше всего. Прямо как Дотта. Если уж ты идиот, то будь идиотом во всем.
Активирую «Великую стену Королевства»! Всем отступить!
Подобраться к «Склепу» можно было двумя путями.
Либо подняться по склону снизу.
Либо обогнуть хребет и спуститься по крутому склону сверху.
Цав, Дотта и Тришил вместе с несколькими солдатами обороняли «верхний путь».
Защищать его было проще. Склон был настолько крутым, что спуститься по нему нормальным шагом было невозможно. Даже проворным фуатам приходилось буквально скатываться кубарем. А крупные феи своим весом могли спровоцировать обвал. К тому же, шел проливной дождь.
Тактика обороны была простой: методично отстреливать тех, кто пытается спуститься, и добивать тех, кто докатился до низа.
Будь я на их месте, я бы послал вперед инженеров, — рассуждал Цав.
Скинул бы веревочные лестницы. Или соорудил бы систему спусков. А перед этим закидал бы защитников внизу бомбами, чтобы расчистить плацдарм.
Но так было бы слишком скучно.
Цав сидел на ветке дерева и высматривал врагов. Очередная фея попыталась спуститься. На этот раз это был боггарт — многоножка. Эти твари спускались по отвесному склону без особых проблем. Цав навел посох и сбил ее точным выстрелом.
Три выстрела подряд. Три трупа. Плавным, заученным движением он сменил световой магазин. Ждём дальше. Наверняка они придумают что-то новенькое. Цав внимательно сканировал склон, выискивая затаившихся врагов. Однажды он уже сталкивался с феями, использующими маскировку, и с тех пор был начеку.
Т-там! Цав, следующая волна!
Голос Дотты из коммуникационного диска. Похоже, он всё еще не привык к этой штуке. Он сидел в засаде внизу вместе с Тришил и солдатами.
Гуманоиды. Кажется, гоблины... Они там наверху что-то странное делают...
«Хе-хе-хе! Странное — это что?» — усмехнулся Цав.
«Дотта, вы хоть нормально объясняйте, а то я ни черта не понимаю! Они там костер развели и пляшут? Или друг друга резать начали?»
Да нет же! Они... у них инструменты... Веревки? Нет, погоди... Они веревочные лестницы плетут!
«Ого», — Цав даже присвистнул от удивления. Он прильнул к прицелу и посмотрел наверх.
«А феи-то нынче пошли с мозгами. Это, наверное, те самые из 7110? Тогда дело дрянь».
Хватит восхищаться, придурок!
Теперь на связь вышла Тришил. В ее голосе сквозило раздражение и тревога. С ней всегда было проще, чем с непредсказуемым Доттой.
Убей их! Ты что, оттуда не достанешь?
«Да не... Без мазы. Они щиты выставили».
Гоблины наверху действительно прикрывались щитами. Но не деревянными досками, а толстыми связками свежих веток. Против выстрелов из громового посоха это была отличная защита. То, что феи додумались до такого, вызывало искреннее восхищение.
«Снайперским посохом такую броню не пробить. Говорю же, умные твари».
Я тебе еще раз говорю, кончай восхищаться! Эй, Висельный Лис, свяжись с Ксайло! Иначе мы тут...
Нор...гай, извини, но...
А-а-а! Блин, началось! Цав, они лезут!
Великая стена отступаем...
Заткнись, не ори, Лис!
«О. Стопэ».
Цав прервал ее. В ушах зашумело. Это был звук не из коммуникатора, а напрямую из святой печати на шее. Голоса Ксайло и Норгая наложились друг на друга.
Ага, значит вот оно что.
«Ребят, вам бы лучше залечь на дно. Сейчас бахнет».
А? Уже?
Раньше времени. Это значит... !
Бум.
И-и-ик!
Р-р-р-р — ГР-Р-Р-Р-Р-Р-Р!
Оглушительный грохот сотряс гору до самого основания. Это не было преувеличением — удар был такой силы, что гоблины, плетущие лестницы наверху, просто посыпались вниз, как спелые яблоки.
Но настоящий кошмар начался в районе «Склепа»... точнее, на всем склоне ниже него. Гора буквально начала рассыпаться, как песочный замок. Земля, перемешанная с дождевой водой и грязью, превратилась в гигантский селевой поток. Этот ревущий вал земли и камней сметал всё на своем пути, унося с собой орды фей.
Цав наблюдал за этим через прицел снайперского посоха. Сквозь стену дождя и вспышки молний.
Ну и фантазия у этого деда.
Печать дезинтеграции. Святая печать, которая проникает в почву, дробит ее и превращает в жидкую грязь.
Они заложили эти печати по всему склону и активировали одновременно. Результат — этот чудовищный оползень. Это и был тот самый «последний козырь» Норгая.
Масштабнее и мощнее, чем в крепости Мюрид.
Как им удалось заложить печати так глубоко? Норгай хвастался каким-то полуавтоматическим буровым механизмом спиральной конструкции, но Цав в этих инженерных дебрях не разбирался.
Среди барахтающихся в грязи фей выделялась одна фигура. Огромная, размером с тролля, броня, сотканная из крови. Буджум. Он расправил кровавые крылья и взмыл в воздух, избежав участи быть погребенным под оползнем.
За ним тут же устремилась другая тень.
Красный с черным плащ, насквозь промокший под дождем. Ксайло Форбартц.
Братан решил пойти ва-банк.
Покончить со всем здесь и сейчас. Именно поэтому он активировал ловушку. Хотя по плану они должны были использовать Печать дезинтеграции только завтра.
Мгновенная стычка. Воздушный бой. Против крылатого Буджума шансы Ксайло казались ничтожными.
Но у Ксайло за спиной был странный механизм. Что-то среднее между крыльями и воздушным змеем. Печать планирования. Он менял траекторию полета, просто наклоняя тело. А в руке он сжимал меч. Обычный, ничем не примечательный одноручный меч.
Святой Меч.
Буджум явно боялся этого клинка. Он пытался уклониться.
Цав.
Голос Ксайло в голове.
Ты же всё видишь. Стреляй!
«Хе-хе... Спалили контору?»
Они уже проворачивали этот трюк в крепости Мюрид.
«Тогда лови подарочек!»
Выстрел Цава прошил кровавое крыло Буджума, разнеся его вдребезги. Демон потерял равновесие и контроль над полетом. Кровавая рука беспомощно взмахнула в воздухе. Святой Меч Ксайло, казалось, сам притянулся к его телу и... нет.
За долю секунды до удара кровавая броня взорвалась, разлетевшись на тысячи брызг.
Твою мать...!
Выругался Ксайло. Брызги крови превратились в острые лезвия и полетели в него, но он отбил их одним взмахом Святого Меча.
Он провернул этот же трюк в Иоффе. Кровавый... голем... !
Ксайло, планируя на своих крыльях, начал возвращаться к «Склепу». Похоже, тот Буджум, с которым он сражался, был лишь марионеткой из крови. Добить его не удалось. Осторожный ублюдок.
А это значит...
Цав зачесал мокрые волосы назад и ловко собрал их в хвост одной рукой.
Ставка не сыграла. Ну, братан у нас никогда особой удачей не отличался.
Значит, придется поднапрячься. Кто-то же должен защищать этих безнадежных идиотов.
От смеси напряжения и адреналина Цав почувствовал, как его губы сами собой растягиваются в улыбке.
В конечном итоге мы отбили атаку.
Но на этом хорошие новости заканчивались. Наши ожидания не оправдались. Или, вернее сказать, я проиграл тактическую дуэль Буджуму.
Он оказался куда осторожнее и хитрее, чем я думал.
Он предусмотрительно избегал прямого столкновения, не рискуя собственной шкурой.
И из-за этого мы сожгли наш последний козырь.
Когда я, весь измазанный в грязи, вернулся в «Склеп», первой меня встретила Теоритта.
«Ты был великолепен... мой рыцарь...!»
Она шатаясь подошла ко мне и буквально повисла на мне — скорее даже рухнула в мои объятия. Мне пришлось приложить усилия, чтобы она не упала.
Призыв Святого Меча выжал из нее все соки. Теперь она не сможет использовать его как минимум дня три. Учитывая ее истощение за последние дни, заставлять ее делать это снова было бы чистым безумием.
«Идеальный... план. Заманить их сюда... и уничтожить всех разом...!»
Теоритта бормотала это, судорожно хватая ртом воздух.
«Жаль, что не удалось достать его Святым Мечом... но всё прошло по плану. Они наверняка сейчас... в панике, Ксайло...! Мы сделали это. Мы... !»
Под конец ее речь превратилась в бессвязный бред. Она была полностью истощена.
«Да. Мы победили. Мы нанесли им сокрушительный удар и заперли их на этой горе... Так что успокойся».
Я погладил Теоритту по голове грязной рукой. Хотел ее немного позлить, но она, кажется, восприняла это иначе.
«Хе-хе».
Она выдавила из себя слабую улыбку, и на кончиках ее волос заискрились разряды.
«Правда ведь, правда...? Ты поражён тем, насколько я великая Богиня?»
«Да. Поражен. Но дальше будет еще тяжелее. И для тебя тоже».
«Справишься?»
Я опустился на одно колено и посмотрел Теоритте прямо в глаза. В них всё еще горел огонь.
«...Да».
Она сжала мое плечо. Мы всё обсудили заранее. Ей предстояло сыграть самую тяжелую роль в этом спектакле.
С этого момента всё станет только хуже.
«Я справлюсь. Если это... поможет всех спасти».
Мы потратили наш последний козырь, и внешнего кольца обороны больше не существовало. Враг войдет прямо в «Склеп».
«Мой рыцарь. Вы ведь сказали, что у нас есть шанс на победу. Что есть способ выбраться отсюда живыми. Я верю вам».
«Да... Честно говоря, мы победим, но то, что будет потом — сплошная головная боль. Я бы предпочел этого избежать».
Когда подкрепление не приходит, а все козыри разыграны... на этот случай у меня был припасен еще один, самый последний вариант. Это не был план по уничтожению врага. Использование этого метода могло создать нам еще больше проблем в будущем. Да и стопроцентной гарантии успеха не было.
Но если это был наш единственный шанс выжить — я был готов им воспользоваться.
И враг уже начал заглатывать наживку.
Наш «последний козырь» был раскрыт, а Святой Меч временно недоступен. Враг это прекрасно понимал. И именно поэтому наш план сработает. Я прокручивал это в голове сотни раз. Я просто обязан был в это верить.
«У нас всё еще есть одно преимущество. Их цель предельно ясна, а вот нашу истинную цель они пока не раскусили».
«Нашу цель? Ксайло, скажи... что ты задумал?»
«Сейчас объясню. Это будет грязный блеф... или даже афера. По-хорошему, этим должен был заниматься Бенетим, но...»
Я на секунду замялся. Бенетима здесь не было, его воскрешение явно задерживалось. Справлюсь ли я сам?
В такие моменты ответ всегда был один. Придется справляться.
«Что бы ни случилось, мы победим и вернемся живыми. Благословишь меня, Теоритта?»
«Да. С радостью».
Она улыбнулась так искренне и тепло, как только могла.
«Я одарю вас всех благословениями великой Богини! Столько, сколько унесете!»
С этим благословением мы сможем сражаться. Всё обязательно получится. Мы должны были в это верить.
Самая дальняя комната «Склепа», «Погребальная камера», теперь превратилась в тронный зал Норгая.
Точнее, в его мастерскую. Несколько тяжелораненых солдат, которых не могли поставить на ноги даже медицинские печати, помогали ему в работе.
Норгай сидел на своем нелепо роскошном, богато украшенном троне и, почти не смыкая глаз, корпел над созданием новых печатей. Трон и рабочий стол для резьбы — странное сочетание, но этому сумасшедшему королю оно удивительно шло.
«Эффективность Печати дезинтеграции оказалась ниже ожидаемой», — проворчал он, когда я вошел.
«Если бы я лучше продумал их расположение, мощность возросла бы процентов на двадцать... Нужно будет доработать этот момент».
Даже железный Норгай выглядел уставшим. Но его глаза горели фанатичным блеском, и от этого он казался еще более безумным и пугающим.
«Главнокомандующий Ксайло. Сколько времени у нас осталось до того, как они ворвутся сюда?»
«В лучшем случае — до глубокой ночи. В худшем — до рассвета. Мы уничтожили тропы, так что они немного задержатся».
«Хм. Значит, я успею».
«Что, очередное секретное оружие?»
«Это не совсем оружие в привычном понимании. Наблюдая за врагом, я кое-что придумал. Хочу проверить одну теорию».
Что вообще творится в голове у этого парня? Любую идею он тут же превращал в святую печать. Если бы не война с Королями Демонов... и если бы он не возомнил себя королем, он мог бы стать величайшим изобретателем в истории.
«Ваше Величество... При всем уважении. Не хотите немного вздремнуть или прогуляться?»
Я сам не заметил, как это сказал.
«Пока еще можно подышать свежим воздухом. Сидеть здесь безвылазно — свихнуться можно».
«Наконец-то до тебя начало доходить. Или, вернее сказать, ты вспомнил? В тебе уживаются привычки опытного командира и новичка. Словно часть твоей памяти была стерта».
Возможно, он был прав. С тех пор, как я перестал быть командиром Ордена, я многое потерял. Многое забыл. Мне стало интересно, что именно имел в виду Норгай.
«...Вспомнил что?»
«Как поднимать боевой дух», — сухо бросил Норгай и сдул металлическую стружку с железной пластины.
«Многим солдатам льстит, когда командир общается с ними как с равными. Осознай это. И используй».
Мне показалось, что во рту появился горький привкус.
«...Использовать их, чтобы утащить за собой в ад?»
«Некоторые сами выбирают этот путь. Их немного, но они есть. Не прикрывайся цинизмом».
«А у тебя неплохо получается манипулировать людьми».
«Естественно. Ибо я обладаю талантом истинного короля».
Губы Норгая дрогнули. Он улыбнулся? На его изможденном лице эта улыбка выглядела жутко.
«Но взамен я не беру в руки меч. Если дойдет до крайностей, вы обязаны защитить меня ценой своих жизней. Вбей это в головы своих солдат. Они проявляют ко мне слишком мало уважения».
«Я понял».
Все эти «великие» люди — такие эгоисты.
И Теоритта, и Норгай. Творят что хотят... А нам, простым смертным, приходится лезть из кожи вон, чтобы разгребать последствия их «величия».
Наверное, в этом и был их план, подумал я.