Глава 9. Прорыв через горный массив Риссекарт — Финальный отчёт
Ксайло и остальные плывут по морю, а они должны тащиться по суше, делая огромный крюк.
Узнав об этом решении, Цав целый час выносил Бенетиму мозг.
«Не, ну типа, как ни крути, на корабле-то всяко круче!»
В то время как им предстояло пешком преодолевать горные перевалы, Ксайло и его команда с комфортом доберутся до северного берега пролива Валлигархи.
«Это ж тупо подстава какая-то, не находите? У меня прям всё желание отпало. Боевой дух, типа, вообще на нуле! Вы ж у нас командир, господин Бенетим, чё за дела?! Это ж, короче, тотальный провал!»
«Ну не говори так. Соберись, Цав. Наш отряд держится только на тебе», — Бенетим, как обычно, пытался задобрить его лестью, низко кланяясь.
«Я и так на пределе, присматривая за Тацуей и Его Величеством Норгаем. За Доттой следит Тришил, но, честное слово, у меня от стресса скоро язва откроется...»
«Да вам с вашими косяками дырка в желудке только на пользу пойдет. Сами, типа, напросились».
«Как жестоко...»
«И ваще, чё у вас лицо такое, будто вы тут реально напрягаетесь и за кем-то следите? Вы ж еле ноги волочите, я ваши шмотки на себе тащу! Это я, типа, ваша нянька, алё!»
«Я вам за это безмерно благодарен. Просто в этот раз... со вчерашнего дня мне как-то нездоровится... да еще и не выспался...»
«Ой, да хорош заливать, у вас вечно отмазки! Вчера ж дрыхли без задних ног, я сам видел!»
На это Бенетиму ответить было нечего.
Сухопутный переход сам по себе был отвратительным занятием, но больше всего Цава бесили ночные атаки. Каждый раз, когда феи устраивали вылазку, его выдергивали из постели для снайперской поддержки. Иногда из-за этого приходилось бросать карточную игру в самом разгаре.
«Блин, две жирные ставки сорвались, ну ё-моё!»
Для Цава это было настоящей трагедией. Отсутствие сна его не особо беспокоило, но лишение немногочисленных радостей жизни было невыносимо.
«Нет бы, типа, собраться всем разом и навалиться толпой, так нет, прут по одному».
Похоже, ими не управлял Король Демонов. Феи просто сбивались в стаи и нападали, как только чуяли людей. Но частота атак пугала. Казалось, из-за гор на севере хлещет бесконечный поток этих тварей.
Очередное нападение произошло как раз в тот момент, когда Цав собирался лечь спать.
«Да чё за дичь вообще происходит, а?» — проворчал Цав, методично отстреливая цели.
Ливень стоял стеной. Из-за разбухшей от дождя реки, пытаясь перебраться вброд, перла целая орда. Фуаты, Кат Ши и прочая мелкая дрянь. Земноводные Фуаты отлично плавали, да и Кат Ши в воде чувствовали себя неплохо. Типичный авангард армии фей.
«Не, ну их реально как грязи. Прут каждый день, типа у нас тут раздача халявы или очередь за жратвой. О моей снайперской стрельбе чё, уже легенды ходят, что ли?»
«Хватит болтать попусту!» — сурово одернул его Норгай. — «Молчи и стреляй. Следующая волна!»
Сейчас оборону держали только они втроем: Цав, Норгай и Тацуя. Молчаливый берсерк прикрывал брод чуть севернее.
И еще один человек стоял у них за спиной. Не смертник.
«Невероятно. Твои навыки поражают, Цав. Ты просто...»
Это был блондин с пронзительными голубыми глазами и волевым подбородком. Настоящий богатырь. На груди его мундира поблескивало несколько орденов.
«Подумать только, среди героев-преступников есть такой снайпер. Хотел бы я, чтобы мои подчиненные у тебя поучились».
Мужчину, который с неподдельным интересом наблюдал за работой Цава, звали Роред Крудель. Их с Норгаем непосредственный начальник на время этого перехода. Он был старшим офицером Северной армии, а не Святым Рыцарем.
«Если реально хотите мастер-класс — любой каприз, типа, за ваши деньги», — усмехнулся Цав. — «Ну, если господину Рореду прям так приспичило, хе-хе».
«Я подумаю над этим. Серьезно».
Улыбка Рореда была искренней и светлой. Цав никогда бы не смог так улыбаться.
«Наверняка рос в тепличных условиях, богатенький сынок», — подумал Цав. Впрочем, дело было не только в происхождении. Роред командовал грамотно и явно был не обделен талантом. Иначе ему бы не доверили руководство этим участком обороны.
«Да, отлично. Если так пойдет и дальше, обойдемся без потерь. Но ты прав, врагов слишком много».
Роред задумчиво смахнул мокрые волосы со лба.
«Если так продолжится, мы выбьемся из графика. Говорят, флот Десятого Ордена застрял в проливе. Похоже, они встретили ожесточенное сопротивление».
По плану они уже должны были пересечь горный массив Риссекарт.
Но продвижение стопорилось из-за постоянных атак. И причина была ясна. Флот Десятого Ордена, который должен был прорваться через Валлигархи и зачистить северный берег, задерживался. Видимо, у них возникли проблемы.
Ходили слухи, что на них напали пираты. Из-за этого весь график наступления полетел к чертям.
«И чё там наши мореплаватели мутят, а?»
Цав спустил курок, снося голову Баргесту. Огромная четырехлапая туша завалилась набок и рухнула в бурлящий поток, увлекая за собой еще несколько мелких фей.
«Братюня Ксайло со своей компашкой там часом не с удочками на палубе сидят?»
Это была шутка, но Норгай воспринял ее со всей серьезностью.
«Хм. Если это так, их ждет суровое наказание».
«Ха-ха! Да куда уж жестче, чем быть смертником-то? О! Типа, озарение! Ваше Величество, я тут придумал просто дикую идею для пытки. Короче, берем супер-огромный гроб и...»
«Ты вообще способен сражаться молча?»
Оборвав Цава, Норгай погладил промокшую под дождем бороду. Затем вскинул руку и рявкнул:
«— Готовность! Отряды с третьего по седьмой — “Распахните пасть Серебряного Льва”!»
Это был условный сигнал.
Спустя несколько секунд после крика Норгая на берегу реки зашевелились тени. И в тот же миг по поверхности воды побежало ослепительное серебристое пламя. Ему были нипочем ни ливень, ни бурлящий поток — огонь пожирал всех фей, пытающихся перебраться на наш берег.
«Охренеть, жесть», — вырвалось у Цава. — «Это вы, типа, замутили, Ваше Величество?»
«Именно. Мое изобретение, воплощенное в жизнь элитными бойцами».
В голосе Норгая скользнуло легкое недовольство.
«Ветер немного сносит пламя. И зажигание сработало с задержкой... Есть простор для улучшений».
«Нет, это просто великолепно!» — Роред восхищенно захлопал в ладоши.
«Твои познания в инженерии священных печатей и нестандартный подход поражают. Не зря мы привлекли отряд поддержки».
Для реализации своей задумки Норгай реквизировал около сотни человек из добровольческого отряда.
С самого утра они возились с этой ловушкой. Кто бы мог подумать, что он заставит огонь гореть на воде? Цав даже не представлял, как это работает. Это явно было не масло, а пламя, порожденное священными печатями.
«Мне бы очень хотелось узнать, где ты обучался технологиям печатей», — Роред посмотрел на Норгая с искренним любопытством. — «В Храмовой Академии?»
«...Да. Именно... В Храмовой Академии... я... учился. Да».
Норгай схватился за голову. Его лицо побледнело. Похоже, у него снова начался приступ мигрени. Цав знал, что в такие моменты Норгай начинает нести бред и становится абсолютно бесполезным.
Поэтому он поспешил вмешаться:
«Смотрю я на вас, Ваше Величество, и тоже, типа, хочу своих прихвостней завести! Как насчет подогнать мне десяток ребят, а?»
«...Отказано», — Норгай мгновенно пришел в себя, вернув своему лицу привычное высокомерное выражение. — «Те солдаты, которых ты тренировал, заявили, что ни за что на свете не пойдут под твое командование».
«Ух ты ж. Вот неблагодарные!» — рассмеялся Цав. — «А я ведь так потел, учил их, типа, как не сдохнуть в первом же бою. И, между прочим, мои уроки реально работают!»
И это была правда. Пока флот задерживался, они не могли продвигаться вперед, но ночные атаки отбивали почти безупречно. И дело было не только в боевой мощи Десятого Ордена. Смертники и их отряд поддержки сражались на удивление слаженно.
Кавалерия Южных Ночных Гонцов под командованием Френси была вне конкуренции, но и пехота не отставала. Приятный сюрприз.
Прямо сейчас Цав видел, как пехотинцы добивают фей, прорвавшихся через реку. Старик, которого все звали «Дед Ордо», врубился в толпу первым, молниеносно разрубая врагов одного за другим. Он скакал по полю боя, заливисто хохоча, и валил даже таких гигантов, как Баргесты. Его навыки были за гранью человеческого понимания, и это невероятно воодушевляло остальных.
А чтобы солдаты не увлекались и не ломали строй, ими грамотно руководил парень по имени Мадриц. Видимо, опыт лидера группы авантюристов давал о себе знать — он командовал уверенно и четко.
«Стойте! Рано! Еще рано! Подпустите ближе... Давай! Отряд с громовыми посохами, огонь!»
Упорная оборона и точные контратаки. Ничего сверхъестественного, но командиры, способные вести такую изматывающую позиционную войну, на вес золота. Большинство не выдерживает напряжения и бросается в самоубийственную атаку, лишь бы поскорее всё закончить. Способность бесконечно поддерживать статус-кво — редкий талант.
«Реально крутой мужик».
На поле боя от него было куда больше толку, чем от Бенетима или Дотты. Если так пойдет и дальше, они продержатся сколько угодно. Хотя без возможности перейти в наступление это была лишь бессмысленная трата сил.
Им жизненно необходимо было объединиться с флотом. Чем там занят Ксайло? Неужели ему тоже нужна нянька? Цав только собирался вздохнуть, как вдруг...
«— Герои-смертники. Норгай и Цав, вы здесь?»
Голос раздался из-за спины.
За время экспедиции Цав уже успел к нему привыкнуть. Обернувшись, он увидел рослого мужчину с растрепанными рыжими волосами, яркими даже в темноте. Он шагал широким шагом, глядя на них холодными, стальными глазами. Роред мгновенно вытянулся по стойке смирно и отдал честь.
«Капитан Бьюкс. У вас новые приказы?»
Бьюкс Винтье проигнорировал его. Доспехи блестели от дождя, от тела исходил пар.
«Если здесь, то отвечайте».
Он обращался исключительно к Цаву и Норгаю.
«Цав, ты меняешь позицию. Отправляйся вверх по течению. Тот пехотинец, Тацуя, неплохо справляется, но врагов слишком много».
«Ого, я прям нарасхват. Вверх по течению, говорите, господин капитан?»
Цав усмехнулся, не переставая отстреливать фей.
«Раз уж вы лично притопали, значит, вам прям до зарезу понадобились таланты гениального снайпера Цава, да?»
«Мне плевать на твою гениальность. У меня нет данных для такой оценки. Но я признаю, что твои навыки выше среднего. Живо наверх по течению».
Бьюкс произнес это без тени улыбки или раздражения.
«С этим типом шутить еще сложнее, чем с Его Величеством Норгаем. У него ж, типа, вообще чувство юмора отсутствует».
Цав криво усмехнулся. Тяжелый случай. Человек, состоящий исключительно из голой логики.
«Капитан Бьюкс Винтье, вы уверены в своем решении?» — Норгай смерил его оценивающим взглядом. — «Если Цав уйдет, наши потери возрастут. Одних моих ловушек будет недостаточно».
«Я это понимаю. Но критического прорыва не будет», — ответил Бьюкс тоном учителя, решающего математическую задачу. — «По моим расчетам, потери составят не более пятидесяти человек. Удержание верхнего брода сейчас в приоритете. Завтра мы прорвемся там и двинемся дальше. Это позволит нам нагнать график наступления. На этом всё».
Его «На этом всё» прозвучало так, словно не допускало никаких возражений.
Приказ есть приказ. Цав уже собирался закинуть винтовку на плечо, как вдруг вмешался другой голос.
«Я категорически не согласен. Капитан, позвольте высказать свое мнение».
Это был Роред. Стоя по стойке смирно, он с вызовом смотрел на Бьюкса.
«Если мы оставим их здесь, потерь не будет вообще. Боевая эффективность Цава и Норгая несравнима с обычными солдатами».
«Твое мнение не имеет значения», — холодно отрезал Бьюкс, даже не взглянув на него. — «Без потерь мы выбьемся из графика. Это недопустимо».
«Вы готовы пожертвовать жизнями солдат ради того, чтобы уложиться в расписание?!»
«Да».
«Это безумие! Вместо того чтобы цепляться за спущенные сверху цифры, мы должны сберечь людей и подойти к решающей битве во всеоружии...»
«Роред Крудель. Кажется, так тебя зовут. Ответь мне на один вопрос: ради чего ты сражаешься?»
Вопрос прозвучал неожиданно. Роред слегка опешил.
«Что вы имеете в виду?»
Бьюкс, не меняясь в лице, повторил:
«Я спросил, ради чего ты сражаешься. Отвечай».
«...Я сражаюсь ради тех, кто мне дорог. Ради своей семьи, своих товарищей, ради солдат этого отряда».
«Понятно. А я — нет».
Голос Бьюкса был острым, как бритва, и лишенным всяких эмоций.
«Я сражаюсь ради победы человечества. Если эта цель будет достигнута, мне плевать, сколько жизней для этого потребуется. Поэтому у меня нет “тех, кто мне дорог”».
«Но это...»
«Кроме того, я являюсь главнокомандующим этих сил и лучшим полководцем человечества. Поэтому вы будете сражаться по моему плану. Отставание от графика приведет к еще большим потерям в будущем».
Спорить с ним было бесполезно. Пока Роред стоял, потеряв дар речи, Бьюкс достал карманные часы, сверился со временем и едва заметно покачал головой.
«Пустая трата времени. Выдвигайся, Цав».
«— Ага-ага, типа, принял-понял, выдвигаюсь».
Цаву ничего не оставалось, кроме как подчиниться. Он саркастично улыбнулся и отдал шутовской салют. Бьюкс, услышав ответ, даже не обернулся.
«Норгай, ты пойдешь со мной в штабной шатер. Сейчас инженеры печатей разрабатывают план наведения мостов. В целом всё готово, но я не исключаю наличия изъянов. Мне нужно твое экспертное мнение. Это абсолютно необходимо. Сколько бы трупов нам ни пришлось положить, мы обязаны прорваться на том участке».
«Хм».
Норгай погладил золотистую бороду и удовлетворенно кивнул.
Еще бы, подумал Цав. Норгай — «Король» до мозга костей. Он искренне верит, что жизни солдат созданы для того, чтобы их тратить на войне, а смерть в бою — высшая честь.
«Хорошо. Я поделюсь с тобой своей мудростью. Значит, если мы наведем мост, прорыв гарантирован?»
«С вероятностью более девяноста пяти процентов».
«Тогда идем».
Норгай зашагал вслед за Бьюксом. Роред смотрел им вслед с таким лицом, будто увидел инопланетян. Цав на секунду задержал на нем взгляд и усмехнулся.
«С непривычки жестко кроет, да? А я с этими отбитыми, типа, каждый день общаюсь. Так что сорян за этот цирк, господин генерал».
Дождь будет идти еще несколько дней.
Даже если они переберутся через реку, впереди их ждет северный берег пролива Валлигархи.
Пока там хозяйничают Короли Демонов, соединиться с флотом будет невозможно, а значит, они не получат припасы, которые везут по морю. Всё зависит от того, удастся ли прорвать морскую блокаду.
«Ну, Ксайло-то точно вывезет».
Цав решил мыслить позитивно.
«С ним Нили и Джейс, так что всё стопудово будет нормально».
Он просто не мог представить, чтобы эта троица кому-то проиграла. Что вообще должно произойти, чтобы Ксайло, Джейс и Нили облажались?
«Хотя, если они там всё-таки слили и сейчас жестко огребают...»
Цав знал, что в таком случае он просто не выдержит и заржет в голос.
Товиц Хьюкер занимался какими-то странными вещами.
По крайней мере, так это выглядело со стороны Буджума.
С тех пор как в конце зимы они забаррикадировались в крепости Блок-Нумеа на северном берегу пролива, действия Товица становились всё более непостижимыми.
«Ничего не понимаю».
Даже делая скидку на то, что Буджум был Королем Демонов и плохо разбирался в человеческой психологии, поведение Товица казалось ему абсурдным.
Он собирал фей и учил их читать. Хотя большинство из них даже не понимало концепции письменности. Изредка попадались особи с интеллектом, достаточным для освоения грамоты, но обычно они были мелкими и слабыми, из-за чего часто становились кормом для более крупных сородичей.
Насколько знал Буджум, таков был естественный закон природы фей.
Но Товиц ломал эту систему. Найдя грамотную особь, он с восторгом принимался за ее обучение, ставя всё новые и новые задачи.
Он заставлял их пользоваться оружием. А когда они осваивали оружие, он приказывал им «сидеть смирно». И они сидели на одном месте день, два, не шевелясь. По мнению Буджума, это смахивало на изощренную пытку, и он решил высказать свои соображения.
«Не кажется ли тебе это проявлением крайнего неуважения?»
Они находились в комнате Товица. Он переоборудовал одну из кладовых крепости под вполне уютное человеческое жилище.
Сам хозяин комнаты выглядел неважно. Осунулся, побледнел. Видимо, сказывалось крайнее переутомление. И всё же он казался... счастливым. Эта его жизнерадостность почему-то раздражала Буджума, и его тон стал жестче.
«Товиц, я предупреждаю. То, что ты делаешь — это издевательство над феями. Или они совершили какое-то преступление? Это похоже на каторжные работы».
«Что вы, какая каторга», — ответил Товиц, даже не подняв головы. Он увлеченно делал пометки в стопке книг. На столе перед ним была расстелена огромная карта северных территорий.
«Я делаю то, что необходимо для нашей победы».
«Необходимо? Вот это? Чтение, письмо, обращение с оружием? И заставлять их сидеть неподвижно?»
«Именно. А еще тренировки по скалолазанию и ползанию по-пластунски».
«Я не понимаю. Какова цель?»
«Я хочу расширить Отряд 7110 Ютобского направления. В идеале — до трехсот бойцов».
Отряд 7110 Ютобского направления. Буджум знал о нем. Спецподразделение, состоящее из фей с аномально высоким интеллектом. Во время зимних боев в Первой Столице их численность сократилась до шести особей.
«Эти шестеро станут костяком. Каждый возьмет под командование около пятидесяти новичков. У нас будет шесть специализированных взводов. В сумме — триста бойцов. С такой силой уже можно кое-что провернуть».
«Кое-что — это что?»
«Скоро увидите. Я планирую задействовать первый обученный взвод в следующей операции».
«Чтобы защитить эту крепость?»
Буджуму эта идея казалась сомнительной.
Да, прибрежная крепость была неприступна, и помимо него здесь находились еще два Короля Демонов. Но людей было слишком много, а наличие Богинь делало их тактику непредсказуемой.
«Это будет сложно. Бригитта сильна, но люди уже знают ее повадки и наверняка подготовились. А Деардра... она еще крайне нестабильна. Она страдает».
«Ей всё еще нездоровится?»
«Прошлой ночью она пыталась разорвать себе горло собственной правой рукой. Жаловалась, что рука чуть ее не убила. Точнее сказать... она плакала».
«Понятно. Чего еще ожидать от правой руки Богини Терры. Говорят, она была весьма агрессивной особой. Видимо, это реакция отторжения на тело Короля Демонов».
Королю Демонов по имени Деардра пересадили правую руку Богини.
Точно так же, как люди создали свою «Святую». Оказалось, что с Королями Демонов этот фокус тоже работает. По крайней мере, Абаддон был в этом уверен.
Во время штурма Второй Столицы они захватили останки двух Богинь. Тело Богини Терры использовали для эксперимента с Деардрой, а второе пока хранили в резерве. Эксперимент прошел относительно успешно.
По крайней мере, Деардра могла использовать силу Богини Терры — власть над ландшафтом. Попытка призвать из-под воды скалы, чтобы заблокировать вражеский флот, увенчалась успехом.
Но были и побочные эффекты. Во сне или при использовании сил Богини чужеродная рука пыталась убить саму Деардру. Из-за этого она постоянно мучилась.
«Деардра очень одинока. Когда она спит, она заставляет фей лежать рядом с ней. А когда ей снятся кошмары, она разрывает их на куски».
«Что ж, придется дать ей время на адаптацию. Пока мы используем ее возможности по минимуму, но в будущем ей предстоит сыграть ключевую роль».
Товиц сделал пометку на бумаге и потянулся за кружкой. Чай давно остыл, и он слегка поморщился.
«К тому же, мы не собираемся удерживать крепость Блок-Нумеа вечно».
Перо Товица заскользило по карте. Он выписывал цифры. Даты? Похоже, он составлял какой-то график.
«Рано или поздно мы ее сдадим. Это не место для решающей битвы. Конечно, мы не отдадим ее без боя, но...»
Линия, которую чертил Товиц, устремилась на север. Путь к отступлению? Нет. Присмотревшись, Буджум понял: это предполагаемые маршруты наступления противника и расчетное время их прибытия в контрольные точки.
«Мы будем изматывать их, оценивать их силы. Заставим выложить все козыри, скрывая свои. Исход финальной битвы будет зависеть от того, насколько хорошо мы подготовим почву прямо сейчас».
«...И Отряд 7110 станет нашим козырем?»
Бужум склонил голову набок.
«И что ты им прикажешь делать?»
«Строго говоря, они не козырь. Они — инструмент, который расчистит путь для нашего козыря».
Товиц говорил загадками. Он оторвался от карты и посмотрел на Буджума.
«Но вы рассуждаете так, будто вас это не касается, Буджум. А ведь вам тоже предстоит потрудиться».
«Разумеется, я отдам все силы. Ради нашего “Истинного Короля”».
«Это похвально, но я имел в виду другое».
Товиц криво усмехнулся.
«Отрядом 7110 Ютобского направления будете командовать вы».
«...Я?»
«Отличная возможность. Позвольте мне изложить свои мысли касательно обороны северного берега. И заодно обсудим вашу роль в этом спектакле, Буджум».
Кажется, его втягивают во что-то очень сомнительное.
Буджум в очередной раз почувствовал к этому человеку необъяснимое, глубокое отвращение.