Глава 326
Королевство эльфов Фильдагрин.
Некогда оно было до основания разрушено из-за великого греха, но теперь, благодаря помощи магов, постепенно возвращало свой прежний облик.
...Взирая на эти земли, Рине Гроф думала о том, что восстановление шло бы куда быстрее, если бы несколько месяцев назад западная часть королевского замка не оказалась полностью разрушена.
— ...
Переведя взгляд на небо, она вернулась к мыслям о сомнениях, терзавших её в последнее время.
Первым, что пришло ей на ум, был бог машин.
«Созданный бог». Прежде она даже не представляла, как подступиться к нему, но теперь, до дыр зачитав книги в Библиотеке Вечности, пусть и не знала принципа его работы до мельчайших деталей, была способна призвать его в этот мир.
По мнению Рине Гроф, бог машин одним лишь своим явлением мог продемонстрировать сокрушительную мощь.
Силу, способную без труда раздавить тот самый грех, с которым она когда-то столкнулась в Фильдагрине.
Но вместе с тем в последнее время её не покидало странное недоумение.
Это было связано с фактом, который она недавно почерпнула из глубин Библиотеки Вечности, ещё не изученной ею до конца.
«...Черные сущности были созданы примерно в то же время, что и бог машин».
Простой, но неоспоримый факт заставил Рине Гроф глубоко задуматься.
До сих пор она считала бога машин оопартом — наследием столь далекого прошлого, от которого не осталось даже письменных свидетельств.
Но это оказалось не так.
В записях упоминалось, что бог машин был создан в ту же эпоху, что и черные сущности.
Иными словами, в те времена, когда черные твари бесчинствовали, стремясь уничтожить мир, бог машин уже существовал.
...Тот самый бог машин, который одним своим присутствием мог мгновенно стереть грех с лица земли.
Что-то здесь явно не сходилось.
С момента появления черных сущностей мир нес колоссальные потери, едва не приведшие к его гибели.
И пусть в итоге конец этому миру положило другое существо, первопричиной все равно оставались черные твари.
И это при том, что существовал бог машин, способный с легкостью их подавить.
— ...
Конечно, Рине Гроф все еще мало что знала о грехах.
Ведь все свои сотни лет она посвятила исключительно тому, чтобы призвать бога машин.
На данном этапе, пока знания не были усвоены полностью, Рине Гроф могла строить лишь догадки.
И среди них наиболее вероятными казались две версии.
«Либо в грехах кроется нечто такое, чего я еще не раскрыла, либо...»
Тихий стук.
«...бога машин создали для того, чтобы остановить кого-то другого, а вовсе не грех».
Рине Гроф вдруг вспомнила их прошлую встречу.
Когда Алая Луна...
Нет, когда Ютия Блудия явилась к ней той ночью.
— ...
Тогда Рине Гроф выложилась на полную.
Чтобы показать, что теперь она стоит на равных с Ютией Блудией, она призвала бога машин.
Однако в то же мгновение...
— ...
Все ее усилия пошли прахом.
Бог машин, сошедший прямо из глубин Млечного Пути, бесследно исчез, словно его никогда и не существовало.
Призванное божество растворилось в воздухе.
Оставив после себя лишь чистое, сияющее небо.
А затем Алая Луна, которая улыбалась, хотя явно с трудом сдерживала гнев, отвесила ей звонкий щелбан.
«Великая Луна принадлежит не тебе, дитя».
Рине Гроф невольно потерла макушку, вспоминая слова Ютии Блудии.
Ютия Блудия говорила с ней так, словно отчитывала капризного ребенка.
...Хотя для обычного щелбана удар был настолько сильным, что у нее едва череп не треснул.
— ...
При воспоминании об этом лицо Рине Гроф помрачнело, а щеки обиженно надулись.
Она и раньше знала, что между ними пропасть, но столкнуться с этим лицом к лицу было до безумия досадно.
Потирая пострадавшее место, Рине Гроф пробормотала:
— ...В конце концов, грубая сила — это еще не все.
Быстро найдя себе оправдание, она вновь вернулась к терзавшим её сомнениям.
Сомнениям касательно Алой Луны, Ютии Блудии.
— ...
Бог машин, который определенно превосходил по силе любой грех.
И Ютия Блудия, которая с легкостью свела на нет всю его мощь.
В мгновение ока, которое Рине Гроф даже не успела осознать.
Лишь слегка приподняв указательный палец.
«...Что же это, черт возьми, было?»
С тех пор она долгое время обыскивала Библиотеку Вечности в поисках хоть каких-то упоминаний о силе Ютии Блудии.
Пыталась найти информацию о самом существовании «Ютии».
Но все тщетно.
Казалось бы, после столь тщательных поисков должна была всплыть хоть какая-то зацепка.
Однако о Ютии Блудии не было ни единого слова.
Словно кто-то намеренно стер любые упоминания о ней.
— ...
Впрочем, учитывая колоссальный объем знаний, хранящихся в Библиотеке Вечности, непрочитанных книг оставалось еще великое множество.
— ...
Рине Гроф еще долго сидела, погруженная в свои думы.
Магия света, сотворенная перед Алоном, была настолько слабой, что казалось, вот-вот угаснет.
Со стороны это выглядело как полнейший провал заклинания.
— ...
Однако никто из присутствующих на испытательной арене магов...
...даже не подумал, что Алон потерпел неудачу.
Ни новоиспеченные маги 2-го ранга, только получившие свое звание...
...ни умудренные опытом профессора, посвятившие исследованиям десятки лет...
...ни сама Шаран Порану, во все глаза наблюдавшая за магией Алона.
И это было естественно.
Ведь заклинание, мгновение назад едва мерцавшее тусклым огоньком...
Вспыхнуло ослепительным сиянием!
...и превратилось в исполинское солнце, буквально плавящее испытательную арену.
Глядя на это невероятное зрелище, маги зашумели.
— Видите? Я же говорил! Это обычное заклинание света!
— Да быть того не может...
— Ты же сам все видел своими глазами, и до сих пор сомневаешься?
Те, кто с самого начала испытывал благоговейный трепет, теперь с торжеством упрекали сомневающихся.
Это явление было настолько невероятным, что в него невозможно было поверить, не увидев лично, из-за чего маги даже разделились на два лагеря.
И в тот самый момент, когда очевидцев переполняли гордость и удовлетворение от собственной правоты...
— Око Солнца...
...в их глазах снова промелькнуло замешательство.
Ведь заклинание маркиза, которое они сочли завершенным, вновь начало трансформироваться.
Даже когда магия полностью рассеялась, Шаран Порану продолжала ошеломленно смотреть на Алона.
А если точнее — на то место, где только что бушевало его заклинание.
Маркиз действительно использовал обычную магию света.
Это не было уловкой или иллюзией, в которых она его подозревала.
Её врожденное чутье, позволявшее понимать суть любого заклинания по одному его контуру, твердило: это была магия света. Её собственные глаза подтверждали то же самое.
И все же то, что предстало перед ней...
...кардинально отличалось от всего, что она знала о магии света.
Шаран Порану отчетливо видела, как перестраивалась структура заклинания Алона.
«Но как? Как, черт возьми, это возможно?»
Несмотря на то, что она наблюдала за процессом лично.
Она так и не смогла постичь принцип, по которому происходило это изменение.
Даже с её выдающимся зрением...
...магия маркиза не поддавалась никакому анализу.
Это было нечто невероятное.
Заклинание сохраняло основу магии света, но при этом трансформировалось изнутри.
«Каким образом он так плотно переплел ману? Как применил расширение в этой точке? Обратный метод? Парадокс Лихмана?»
В её голове одна за другой рождались и тут же рушились десятки гипотез.
Но сколько бы она ни напрягала извилины...
...понять магию маркиза Палатио было выше её сил.
И вслед за этим её захлестнули совершенно новые чувства.
Вся неприязнь к маркизу Палатио мгновенно испарилась.
Как и гордость за достижения предшественников, копившиеся веками.
Сейчас Шаран Порану двигало лишь одно.
Её выдающийся талант, благодаря которому она стала самым молодым главой башни, пробудился, порождая жажду знаний и непреодолимое желание докопаться до сути.
И в её голове укоренилась одна-единственная мысль.
«Это не обычная магия».
И это точно не было Ориджином.
Ведь Ориджин подразумевает создание собственной, уникальной магической системы, а не искажение уже существующей.
«Наверняка...»
Её острый ум принялся сопоставлять все слухи о маркизе Палатио, которые она слышала ранее.
Серый кардинал королевства Астерия.
Маг, владеющий первобытной магией, крупицы которой едва уцелели в нынешнюю эпоху.
Принимающий молнии Каланон.
Апостол принимающего молнии Каланона.
Эти и многие другие слухи теперь выстраивались в четкую картину в её голове.
И то, на чем она сосредоточилась...
«Первобытная магия».
Именно так.
Магия первобытной эпохи, которую современные волшебники практически предали забвению.
Шаран Порану интуитивно пришла к ошеломляющему выводу.
«Вот он, ключ к постижению 9-го ранга».
В первобытной магии Алона крылась разгадка. Разгадка того, как достичь 9-го ранга, к которому она прежде не могла найти даже малейшей зацепки.
Путь, казавшийся недосягаемым, внезапно обрел очертания.
И потому...
«Я хочу этому научиться...»
В отличие от бесплодных попыток нащупать дорогу к 9-му рангу после освоения Ориджина, сейчас перед ней стояла предельно ясная цель. Её глаза лихорадочно заблестели, но лишь на миг.
Радость от обретения цели быстро сменилась осознанием реальности.
— ...Ах.
Из её груди вырвался тихий, полный отчаяния вздох.
Она слишком поздно вспомнила о том, что произошло вчера.
— ...
Её зрачки мелко задрожали.
Каким бы фанатиком магии она ни была, Шаран Порану все же понимала базовые правила приличия и общения.
Проще говоря, она прекрасно осознавала, насколько сильно оскорбила маркиза Палатио.
...И даже если бы маркиз сейчас выказал ей открытую враждебность, ей было бы нечего возразить.
Конечно, вчерашней Шаран Порану было плевать на недовольство какого-то там маркиза, но сегодняшняя Шаран Порану думала совершенно иначе.
«Нужно было послушать главу Башни Синих Магов...»
Она зажмурилась, и на её лице отразилось глубокое раскаяние.
Но от одного лишь сожаления эта тупиковая ситуация не разрешилась бы.
Она лихорадочно соображала, что делать.
Ей во что бы то ни стало нужно было перенять у маркиза это искусство.
Однако подобные тайны передавались исключительно от учителя к ученику, и то при условии доверительных отношений.
В их нынешнем положении надеяться на то, что маркиз снизойдет до объяснений, было глупо.
«Я должна вымолить прощение... Чего бы мне это ни стоило!»
Дрожащим от волнения взглядом она посмотрела вниз, где с невозмутимым видом стоял маркиз Палатио.
«Похоже, я невольно разнервничался».
Алон тихо вздохнул.
При первой попытке сотворить магию света он по ошибке забыл использовать ручные печати, из-за чего пришлось отменить заклинание и начать все заново.
«...Вроде бы получилось».
Алон заметил, как Хайнкель на трибуне одобрительно показывает ему большой палец, и со смущенным видом перевел взгляд перед собой.
Причиной его неловкости была испытательная арена, которая, как и в прошлый раз, оказалась разнесена в щепки.
«Надеюсь, проблем не будет».
Разумеется, платить за ущерб ему не придется.
Точнее, по закону он был обязан возместить убытки, но...
«Пения говорила, что все уладит...»
Раз уж в прошлый раз Пения Крайсин взяла все заботы на себя, то и сейчас, должно быть, поступит так же.
...Хотя и было немного неловко.
Почувствовав, что мана в его теле практически истощена и любая следующая попытка сотворить заклинание приведет к обмороку, Алон принялся анализировать воссозданную им совершенную форму магии света.
«Это и есть её истинная, завершенная форма».
В отличие от прежних попыток, когда он полагался лишь на слова силы и формулы, теперь он задействовал ручные печати.
Благодаря этому магия света — вернее, «Око Солнца» — воплотилась в своем абсолютном, совершенном виде.
Ведь среди всех известных ему ручных печатей лишь эта идеально сочеталась со структурой магии света.
В итоге Алон безупречно воссоздал Око Солнца.
Однако его не покидало странное сомнение.
«Что-то здесь не так».
И на то была веская причина.
«...Такое ощущение, что это заклинание применяется совсем иначе».
Сам создатель магии не мог избавиться от этого навязчивого чувства.
Первая версия магии света, сотворенная с помощью печатей, явно предназначалась для атаки.
Но то, что он создал сейчас, объединив все элементы, мало походило на боевое заклинание.
«Оно больше похоже на деталь какого-то другого, куда более масштабного заклинания».
Пока он размышлял об этом в одиночестве...
...гул голосов магов вокруг стал нарастать. Алон повернулся и направился к Пении Крайсин.
— Маркиз!
— Пения.
— Все прошло просто великолепно.
— Да. Хотя у меня все еще остаются некоторые сомнения.
— Ах, вы об этом? О том, что это заклинание кажется отличным от предыдущего?..
Как и следовало ожидать, девушка, помогавшая ему в исследованиях, пришла к тем же выводам.
— Именно.
— Хм. И все же, мне кажется, направление верное. Сжатие маны до предела с последующим мгновенным высвобождением в одну точку... Что касается разрушительной силы...
Пения Крайсин бросила короткий взгляд на разрушенный склон.
— ...она более чем достаточна. Даже с избытком.
Алон согласно кивнул. В этот момент...
— Маркиз Палатио!
...со стороны трибун к ним поспешно подбежал Селайм Микардо.
— Глава башни.
— О-о! Это было невероятное зрелище! Потрясающе! Неужели это действительно была обычная магия света?!
Хотя это заклинание вполне можно было назвать принципиально новым, его суть по-прежнему сводилась к магии света. Поэтому Алон кивнул:
— Вы все правильно поняли.
— Невероятно... Вы поистине поразительны!
Селайм Микардо рассыпался в преувеличенных комплиментах, явно пытаясь выказать свое почтение.
Пока Алон недоумевал от такого напора и неловко принимал похвалу...
— ...Ах.
...он вдруг заметил Шаран Порану, стоявшую позади Селайма Микардо.
Она низко опустила голову, так что невозможно было разобрать выражение её лица.
Алону невольно вспомнился их вчерашний разговор.
«...Кажется, она грозилась завыть по-собачьи, лишь бы я взял её в ученики».
Разумеется, он не собирался брать её в ученики.
Да и слушать её собачий лай у него не было ни малейшего желания. Поэтому Алон спокойно произнес:
— Глава башни Шаран. Что касается вчерашнего, можете не беспоко...
— Гав.
— ...?
Он осекся на полуслове.
— Гав! Гав-гав-гав! Р-р-р-р!..
— ...
На испытательной арене, где только-только начал нарастать шум, вновь воцарилась гробовая тишина.
...И в этом безмолвии на всю округу разносился лишь неистовый собачий лай.
— Послушайте... В этом нет никакой необходимости...
— Р-р-р-р... Гав! Гав-гав-гав!
— ...
Глядя на Шаран Порану, которая лаяла с таким упоением, словно у нее никогда и не было чувства собственного достоинства...
«Что... Что происходит?.. Она что, умом повредилась?»
...Алон ощутил искренний, неподдельный ужас.