Глава 202. Праздность и Гром (4)

Глава 202. Праздность и Гром (4)

Алон почти ничего не знал об Апостоле Праздности.

И это было вполне естественно.

Ведь в игре «Сайкиделия» такие существа, как Апостолы, вообще не появлялись.

И всё же Алон сумел составить кое-какой план.

Причина крылась в том, что он знал, какой силой обладает сам грех Праздности.

Конечно, Апостол и первородный Грех — вещи разные.

Однако все Апостолы, которых он встречал до сих пор, использовали именно силу своих грехов.

Разумеется, за пределами этих знаний лежала полная неизвестность, так что следовало соблюдать предельную осторожность.

К примеру, он мог догадываться, зачем Апостолу Праздности понадобилось похищать Сили Макалиан.

Но вот понять, ради чего тот устроил всё это в джунглях, было невозможно.

И всё же у Алона оставался один способ, который стоило испробовать.

— Вы... это серьезно?

— Да.

Алон кивнул Деусу Макалиану, чьи пересохшие губы едва шевелились.

Райнхарт, снедаемый любопытством, сделал шаг вперед.

— И что это за способ? Судя по твоим словам, стоит нам шагнуть в эту черную ману, как она высосет из нас все силы, и мы погибнем.

Райнхарт слегка мотнул подбородком в сторону Деуса, безмолвно добавляя: «А этот парень и вовсе шагу ступить туда не сможет».

— Всё верно. Если мы двинемся в чащу прямо сейчас, рыцари погибнут. Те, кто не достиг вашего с Деусом уровня, растратят всю ману лишь на то, чтобы сопротивляться этому черному туману.

Для самого Алона это условие было особенно губительным.

Пусть за последние годы его запасы маны выросли до поразительных масштабов, изначально они были настолько мизерными, что до сих пор не дотягивали даже до среднего уровня.

Поскольку в этой зоне выжить можно было лишь под непрерывным покровом маны, Алону хватило бы сил от силы на несколько минут.

«Конечно, всё могло бы измениться, сумей я защититься Божественным рангом».

Однако о Божественном ранге он знал лишь то, что тот обладает абсолютной силой.

Было неизвестно, можно ли с его помощью рассеять черную ману.

И, к сожалению, Алон до сих пор не умел толком управлять этой силой.

Полагаться на Божественный ранг, природа которого оставалась неизученной, было верхом глупости.

— Сиркал.

— Да?

— Какое расстояние отсюда до руин?

— ...По прямой дороге уйдет не меньше пяти часов.

Пять часов.

Пока Алон размышлял, Сиркал указала в сторону и добавила:

— Но если мы пойдем не отсюда, а срежем через восточные джунгли Каслота, то сможем добраться минут за тридцать.

Алон слегка наклонил голову набок.

— ...Разве там не лесная чаща?

— Да, но черная мана туда не проникнет. Потому что это...

— Зона Сельвануса, — вмешался Райнхарт.

— Именно так.

Райнхарт, вклинившись в разговор, скептически покачал головой:

— Но это слишком опасно. В самой глубине той зоны обитают Пэккви. По сути, это их территория. И они не прощают тех, кто нарушает их границы.

Райнхарт явно не горел желанием соваться туда, помня о своей прошлой встрече с Пэккви.

Однако Алон, выслушав его, лишь ненадолго задумался, а затем твердо произнес:

— Мы пойдем именно туда.

Решение было принято.

— Ты это серьезно? — нахмурился Райнхарт.

— Да.

— ...Ты хоть знаешь, кто такие Пэккви?

— Знаю. Но не переживай. Того, чего ты боишься, не случится. И Сили мы спасем.

Алон оставался непреклонен.

— Так что не волнуйся.

Он ободряюще похлопал Деуса по плечу.

####

Руины, где когда-то обитало Племя Змеи Грома.

Сейчас это место изменилось до неузнаваемости.

Повсюду гроздьями висели жуткие, уродливые яйца неизвестного происхождения.

Стены руин оплетали багровые, похожие на кровеносные сосуды стебли, образуя сплошную пульсирующую сеть.

Тук-тук. Тук-тук.

Словно в едином зловещем оркестре, синхронно пульсировали десятки, сотни мерзких коконов.

А в самом центре этого кошмара...

— Хм...

Сидел Апостол Праздности.

Скучающим взглядом мужчина лениво скользил по сотням колышущихся яиц.

В этот момент раздался низкий гул.

У-у-унг.

— ...Наконец-то попались.

Одна из черных нитей маны, раскинувшихся паутиной вокруг него, странно завибрировала.

Заметив это, Апостол Праздности гадко ухмыльнулся.

Ему не пришлось долго ждать. Желанная добыча сама заглотнула наживку.

Впрочем, называть их «добычей» было даже как-то неловко — слишком уж они были слабы.

Они были жалкими ничтожествами, ради которых не стоило так усердствовать.

И всё же он развернул эту масштабную игру по двум веским причинам.

Первая — Деус Макалиан.

Апостол хотел сломить его разум, довести до абсолютного предела.

«Именно ради этого я и оставил девчонку в живых тогда».

Апостол Праздности скользнул взглядом в сторону и посмотрел на Сили Макалиан, опутанную черными нитями.

Ее рот был зажат, а сама она, измученная жестокими пытками, дрожала всем телом. В ее глазах застыло беспросветное отчаяние.

В отличие от других Апостолов, которые безжалостно вырезали всех, кроме предназначенных в жертву, он сохранил Сили жизнь лишь для того, чтобы побольнее задеть Деуса.

Но он не собирался просто убить ее на глазах у брата.

Здесь крылась вторая причина его грандиозной ловушки — Маркиз Палатио.

«Этот парень опасен».

Маркиз Палатио.

Его истинную сущность было невозможно разгадать.

Он сочетал в себе слишком много странностей.

Впрочем, Апостол Праздности не собирался копаться в его тайнах.

Важно было лишь одно.

Маркиз Палатио был тем, кто мог разрушить все его планы.

И этого было достаточно.

В его памяти до сих пор отчетливо стояла та сцена.

Апостол Праздности своими глазами видел, как Маркиз Палатио расправился с Апостолом Алчности.

Именно поэтому с того самого момента он затаился и начал медленно, шаг за шагом, готовить эту ловушку.

Игру, в которой он гарантированно выйдет победителем.

Более того, на всякий случай он использовал спрятанный в джунглях артефакт, чтобы создать резервные силы.

Он просчитал и исключил практически любые случайности.

Даже если Маркиз Палатио явится сюда лично, он ничего не сможет изменить.

«Похоже, они поняли, где я нахожусь».

Он ощутил присутствие рыцарей, подобравшихся уже совсем близко.

«Ну что ж, как мне с ними поступить?»

Апостол Праздности гадко осклабился.

«Судя по тому, как они по трое то включают, то выключают ману, они явно угодили в мою ловушку. Хм, может, прикончить их всех, когда они доберутся до середины?»

«Нет, лучше дождаться, пока они придут сюда, вырезать всех до единого, а трупы сбросить прямо к ногам Деуса. Да, отличная мысль. Вырезать всех, оставив в живых лишь одного. Чтобы этот выживший вылил всю свою злобу и отчаяние на Деуса».

«А сразу после этого я заманю самого Деуса и убью девчонку прямо у него на глазах...»

Он снова перевел взгляд на Сили.

— И делу конец.

Он опять мерзко ухмыльнулся.

Рядом с ней лежали изувеченные тела рыцарей, которые когда-то вошли сюда вместе с Райнхартом и погибли со сломанными шеями.

Их шеи были не просто сломаны.

Сами трупы подверглись ужасающему осквернению.

У кого-то не хватало руки.

У кого-то была оторвана нога.

Кто-то лежал без головы.

А у кого-то конечности оставались целы, но наружу вывалились внутренности.

Словно объясняя причину этого безумия, Апостол слегка шевельнул пальцем.

Щелк!

В то же мгновение раздался тихий шорох.

Шурх.

Трупы, лежавшие возле Сили, один за другим начали подниматься.

Их движения были неестественными и жуткими, точно у марионеток в кукольном театре.

А затем...

Хрясь!

Они принялись рубить друг друга мечами.

Голова уже мертвого рыцаря покатилась по земле.

Из-под разрубленных лат хлестала темная, запекшаяся кровь.

Отсеченные конечности с глухим стуком падали на пол, а следом за ними вываливались кишки.

В этой бойне не было ни капли смысла.

Ведь они уже были мертвы.

И все же Апостол продолжал это безумие.

— Ну как тебе?

Всё ради Сили.

Чем сильнее пострадает ее разум, тем сокрушительнее будет удар по Деусу.

Сили зажмурилась, не в силах выносить это зрелище.

Но...

— Ох, ну так же нельзя.

Апостол небрежно взмахнул рукой в воздухе, и веки Сили распахнулись против ее воли.

— Всё это делается ради тебя. Какой в этом толк, если ты не смотришь? Рыцари, пришедшие спасти тебя, так стараются, разыгрывая этот спектакль.

Апостол затрясся в беззвучном смехе.

В глазах Сили, отражавших этот кромешный ад, осел еще один слой беспросветного отчаяния.

####

Сили тупо смотрела перед собой.

Трупы вонзали мечи друг в друга.

От бездушных взмахов отваливались мертвые руки, а из распоротых животов вываливались внутренности.

Она знала.

Это всего лишь mертвецы.

Их движения — лишь магия Апостола, стоящего перед ней.

И все же Сили не могла оставаться безучастной к этому трагическому спектаклю.

Это были рыцари Ордена Солнечного Затмения.

Все те, кто сейчас калечил друг друга...

Все они были ей знакомы.

— М-м-м...

Жан, который вечно отпускал дурацкие шуточки, лишился руки.

Милин, с которой они в шутку сплетничали о Деусе, лишилась головы.

Мюн, который с восхищением наблюдал за ее магией и тренировался с ней на плацу, лишился ноги.

С ней...

Ее...

Сили...

С ней самой...

...

Всё.

Всё это из-за меня...

Брызг!

Темно-красная кровь брызнула прямо в лицо Сили, застилая обзор.

Это была кровь Мюна.

Того самого Мюна, который хвалил ее магию.

Вновь.

Отчаяние тяжелым грузом опустилось на ее душу.

Ее тошнило. Казалось, еще секунда — и ее вывернет наизнанку.

Чудовищное чувство вины выжигало ее взгляд, лишая его блеска, а вязкое, опустошающее бессилие окрашивало зрачки в черный цвет.

И все же...

«Спасите... меня».

Сили из последних сил цеплялась за эту мысль.

«Спаситеменяспаситеменяспаситеменя...»

Она отчаянно молила о помощи.

Ей казалось, что если она пробудет здесь еще немного, то перестанет быть собой.

Что она сбежит туда, откуда уже нет возврата.

Что она сорвется в бездонную, пустую пропасть.

Ей было невыразимо страшно.

Но с каждым мгновением ее затапливало отвращение к самой себе.

Ее острый, ясный ум даже в этом кошмаре продолжал безжалостно анализировать реальность.

Спасение...

Оно не придет.

Перед затуманенным взором Сили разверзлась темная бездна.

Раз спасения нет, не лучше ли сдаться прямо сейчас и обрести покой?

Может, лучше... просто...

Ее зрачки начали окончательно погружаться в непроглядную тьму, а на губах Апостола уже расплывалась торжествующая ухмылка, как вдруг...

Треск!

Раздался звук.

Совсем тихий.

Но поразительно отчетливый.

Сили, уже готовая кануть в беспросветную бездну, тупо подняла взгляд к небу.

И в этот миг на землю обрушилась вспышка.

Гро-о-о-ом!

Ослепительное золотое сияние хлынуло с небес, в одно мгновение залив весь мир ярким светом.

Треск! Искры!

Под натиском этого золотого сияния черная мана мгновенно испарилась, исчезая вместе с поднявшейся пылью.

В ту же секунду лопнули и черные нити, сковывавшие руки и ноги Сили.

— Что за...?!

В голосе Апостола прозвучало неподдельное замешательство.

Когда густая завеса пыли наконец осела, перед глазами Сили предстал силуэт.

Это был мужчина.

Треск! Искры!

Одетый в иссиня-черный плащ, вокруг которого плясали электрические разряды...

— Немного опоздал.

Маркиз Палатио.

— Ах... — сорвался с губ Сили тихий вздох.

Молнии, бушующие вокруг тела Алона, мгновенно рассеяли тьму, сковавшую ее измученный взор.

***