Глава 384. Не на того напали (1)

— Проваливай и сдохни.

Мир богов содрогнулся.

Грохот!

Аид почувствовал беду раньше, чем понял, что происходит. Он бросил всю оставшуюся силу в <Три гранатовых зерна>, надеясь успеть подчинить Ли Гона.

Не успел.

Тени, связывавшие Змееносца, вспыхнули и исчезли. Ударная волна отбросила Аида через весь зал.

Он поднял голову — и застыл.

Перед ним стоял уже не тот Ли Гон, которого он собирался превратить в вассала. Половина тела превратилась в живую чёрную тень. Она горела без огня, извивалась над плечом и разрасталась, будто собиралась проглотить весь дворец Осириса.

Каждый шаг отдавался в стенах тяжёлым гулом.

[Что тебя не устроило в шестой ступени?]

Аид попятился.

[Тебя, суку, я убью сам]

В глубине чёрной половины лица открылись нечеловеческие глаза.

Анубис и Осирис задрожали. Ошибиться было невозможно. Боги могли развивать божественность лишь до пятой ступени. Выше лежала область, о которой говорили шёпотом, — сила, способная одним присутствием поставить на колени миллионы богов-покровителей.

Шестая ступень.

Даже верховные боги редко прикасались к ней и предпочитали запечатывать подобную мощь, потому что не умели держать её под контролем.

«Откуда она у этого ублюдка?!»

Аид заставил себя опомниться. Раз не удалось заполучить Ли Гона, надо было хотя бы унести Дуат.

Он усилил Власть.

Осирис и Анубис закричали. Чужая тень впилась в них до самой души.

[<Владыка Царства Мёртвых> стал богом-вассалом Аида]

[<Владыка Пути Мёртвых> стал богом-вассалом Аида]

[Жители Дуата перешли под власть Аида]

Добившись своего, Аид открыл путь в Тартар.

— Куда собрался?

Ли Гон схватил его за голову.

Бах!

Аида впечатало лицом в пол. Он попытался вырваться, но сила шестой ступени держала крепче любых оков. Его божественность <Преисподней> рядом с ней выглядела дешёвой подделкой.

Аид потянулся к Власти.

Хруст!

Руку оторвало раньше, чем он успел ею пошевелить. Кровь хлынула фонтаном. Следом Ли Гон вырвал ему ногу, лишая последней возможности сбежать.

— Ах ты тварь!..

Ли Гон стиснул его лицо пальцами.

[Это ты снял кожу с моего друга?]

Ногти продавили щёки до мяса.

[Тогда я верну тебе ту же услугу]

Аид завопил.

Кожа сошла с лица вместе с кусками плоти. Мышцы лопались одна за другой. Он попытался прикрыться рукой, но любое прикосновение к оголённому мясу отзывалось такой болью, что вместо слов из горла вырывался вой.

— Псих! Ебаный псих!

В отчаянии Аид вызвал силу, отличавшуюся от обычных Властей.

[<Владыка Преисподней> использует божественное деяние]

[Присвоить величие отца (5 звёзд)]

[Деяние противника отнимает ваш божественный ранг]

[Сила похищается]

[Божественный ранг: 50%]

[Божественный ранг: 10%]

Шестая ступень и без того пожирала энергию. Теперь тьма на теле Ли Гона начала гаснуть.

Он тут же крикнул:

— Тэксу! Я на самом деле всегда признавал твоё мастерство! Лучшего напарника у меня не было и не будет!

[Адепт с высокой верой растроган]

[Божественный ранг: 60%]

Ли Гон ухмыльнулся и снова принялся рвать тело Аида.

[Божественный ранг: 12%]

— Тэксу! Ты стреляешь из лука лучше меня! Серьёзно, ты охуенно стреляешь!

[Божественный ранг: 70%]

— Я тайком собирал вырезки обо всех твоих победах!

[Божественный ранг: 80%]

— Тэксу! Ты мне как старший брат. И характер у тебя золотой, и душа добрая, и вообще ты красавчик!

[Божественный ранг: 79,9%]

— Какого хрена уменьшилось?!

Хьюго отвернулся. Последняя похвала явно была лишней.

Впрочем, Ли Гону хватало и этого. Пока вера друга пополняла запас, он мог расходовать энергию почти без ограничений.

[Сдохни, сука!]

Хруст! Хруст!

Аид был готов сойти с ума. Обычный бог за год едва восстанавливал пять процентов ранга. Ради каждой дополнительной крупицы приходилось пить редкие зелья, использовать вассалов и копить силы. А этот мерзавец пополнял запас несколькими криками.

— Проклятая батарейка!

Аид понял: пока Хьюго жив, Ли Гон не остановится.

О товаре и деньгах пришлось забыть. Он собрал остатки силы, отделил от себя двойника и направил его к пленнику. Если убить источник веры, появится хотя бы шанс.

Свист!

Копьё влетело двойнику в горло и пригвоздило к стене.

В дверях стояла Юха. Глаза у неё потемнели от ярости.

Двойник рассыпался.

Ли Гон медленно повернулся к настоящему Аиду и улыбнулся. Тот сразу понял, что будет дальше.

Хруст!

Рука Ли Гона пробила ему грудь. Где-то внутри тела находилось ядро божественности. Если его вырвать, силу Аида можно было забрать так же, как Ли Гон прежде забирал силы богов Двенадцати Домов Зодиака.

Пальцы покопались в ране.

[Вот не везёт мне с угадыванием. Не здесь]

Аид захрипел.

[Нужный навык ещё заблокирован. Придётся искать вручную]

Ли Гон прекрасно знал, где лежит ядро. Но перед ним был тот, кто содрал кожу с лица Хьюго, и быстрая смерть выглядела слишком щедрым подарком.

Он протыкал тело в новых местах, выворачивал внутренности, сжимал и рвал всё, до чего дотягивался. Аид пытался отбиваться, но <Устранение> гасило Власти прямо внутри его тела.

Наконец Ли Гон остановился.

[Нашёл]

Он вырвал ядро.

Хлюп!

Аид рухнул, хватая ртом воздух. Лишённый божественности, он пополз прочь, но Ли Гон наступил ему на спину.

Бах!

Зал залило светом.

[<Владыка Преисподней> устранён]

[Получено новое божественное деяние]

Осирис и Анубис не могли отвести глаз.

Аид входил в сотню сильнейших богов-покровителей и был одной из важных фигур Олимпа. Ли Гон убил его так буднично, словно раздавил таракана.

Однако для Эннеады эта смерть означала спасение. Раз хозяин погиб, навязанное вассальство должно было исчезнуть.

Осирис попытался подняться и тут же снова рухнул.

— Почему связь не разорвалась?!

— Аид мёртв! Почему мы всё ещё его вассалы?!

Из тени Ли Гона выглянули его собственные вассалы.

[Может, дело в том, что хозяин забрал божественность Аида?]

[Тогда права на его вассалов тоже перешли хозяину?]

Ли Гон медленно повернулся к богам Эннеады.

— Так вы теперь мои?

— Нет!

Оба побледнели.

— Погоди, это ошибка! Так не должно быть!

— Отлично. Значит, сейчас придумаем вам имена.

— Не надо!

Осирис и Анубис схватились за головы.

* * *

Эко и остальные боги Дуата сидели связанные и пытались осмыслить произошедшее.

Бог Олимпа погиб. Причём высший бог пал от руки того, кого они считали низшим. Когда об этом узнают в мире богов, начнётся такой скандал, что содрогнутся все восемь великих держав.

Осириса и Анубиса волновало другое: связь с Ли Гоном была настоящей. Из-за перехода божественности Аида они не освободились, а сменили хозяина.

Для двух ключевых богов Эннеады стать вассалами безымянного новичка было хуже смерти.

Сам новичок тем временем изучал добычу.

На системном столе Дуата лежало ядро Аида. Над ним развернулось окно местного аукциона.

[Добро пожаловать на временный аукцион]

[Анализируется выставленный предмет]

[Загружаются материальные и человеческие активы божественности <Аид>]

Появился длинный перечень. Ли Гон заставил одного из вассалов переводить незнакомые обозначения и довольно присвистнул.

— Богатая сволочь. По уши в долгах, а имущества до хрена.

Если поглотить божественность целиком, долги Аида перейдут к Храму Змееносца. Самого Аида можно было переродить через наследование или превратить в оружие, но сейчас это не имело значения.

— Освободи нас! — потребовал Осирис. — Мы заплатим!

— Это не шутка! Немедленно разорви связь!

Ли Гон пнул обоих, чтобы не мешали, и подошёл к Хьюго. Юха держала отца за руку и тихо плакала.

— Сначала приведём в порядок лицо.

Он снова попытался вызвать <Сверхрегенерацию>. Ничего не произошло.

— Долг ещё не закрыт. Штраф держит Власть заблокированной.

— Не надо, — отмахнулся Хьюго. — Теперь я хотя бы понимаю, что ты чувствовал двадцать лет назад. Лицо не главное.

— Не неси херню. Кроме лица у тебя вообще ничего ценного нет.

— Что ты сказал?!

Ли Гон прикинул варианты. Кожу Аида использовать не хотелось: тот, по его мнению, был слишком уродлив. Владыка Пылающего Стрельца выглядел получше, но раздражал одним существованием.

— Дай хотя бы маску, — попросил Хьюго.

— Заткнись. Покажешься Джиу и третьему ребёнку с рожей анатомического манекена — они на месте упадут.

— Какому ещё третьему ребёнку?..

— Антисептик, выходи.

Из тени появилась Иасо, богиня Исцеления, которую Ли Гон упорно звал Антисептиком.

Она положила ладони на бинты. Под её руками края ран сомкнулись, а лицо покрылось новой кожей. Шрамы остались, но обнажённых мышц больше не было.

— Мои силы ограничены, господин, — сказала Иасо. — Когда ваши Власти полностью освободятся, вы без труда уберёте и шрамы.

— Заодно проверь его целиком. От головы до пят.

— Уже проверяю. Кроме истощения, ничего серьёзного...

Иасо внезапно вскрикнула.

Все обернулись.

— Что случилось? — нахмурился Ли Гон.

Побелевшая богиня подошла к нему и заговорила шёпотом:

— Господин, у Лоха обнаружен тяжёлый дефект.

— Какой?

— Лучше я скажу вам на ухо.

Ли Гон лениво наклонился. Через секунду его лицо окаменело.

— Что?!

Даже его проняло.

(Продолжение следует)