Глава 9: Гильдия алхимиков
Глава 9
Глава 9: Гильдия алхимиков
Бах!
Раздался оглушительный взрыв, и все вокруг оцепенели. Никто не заметил, как в какой-то момент Лун Чэнь оказался прямо перед Ли Хао, словно явившийся из ниоткуда демон. Всё благодаря «Шагам, преследующим ветер»: эта техника предельно ускоряла движения, особенно на близкой дистанции, а от такой взрывной атаки невозможно было защититься.
Оба когтя Ли Хао сомкнулись в пустоте, а нога Лун Чэня с невероятной силой врезалась ему между ног, так что всё тело взмыло в воздух.
Когда грохот стих, из штанов Ли Хао вылетел небольшой шарик и полетел прямо в толпу.
Ван Ман всё ещё представлял, как Ли Хао изводит Лун Чэня, превращая его жизнь в худшее из мучений. Но происходящее на арене напрочь разбило его иллюзии: он так и застыл с отвисшей челюстью.
Он совершенно не заметил маленький предмет размером с виноградину, летевший прямо ему в рот. Когда Ван Ман наконец его увидел, тот уже оказался внутри.
Не успев даже опомниться, Ван Ман проглотил скользкий шарик. Вместе с ним в желудок проник отвратительный смрад.
— А-а-а!
Только теперь Ван Ман сообразил, что произошло, и отчаянно полез пальцем в горло, вызвав рвоту. Через некоторое время наружу вылетел маленький шарик.
Увидев его, Чжоу Яоян и остальные стоявшие рядом тоже почувствовали рвотные позывы и поспешно отступили подальше.
— А-а-а!!!
На боевой арене Ли Хао изо всех сил держался за пах, а лицо его дёргалось и искажалось от боли. Если бы он не пустил духовную ци на защиту тела, то давно уже потерял бы сознание.
На мгновение вся публика замерла в полной тишине. Взгляды скользили от Ли Хао на арене к круглому предмету, лежавшему вдалеке на земле, и выражения лиц становились всё более странными.
— Тебе даже лучше. Теперь сможешь ходить, не заваливаясь набок и не спотыкаясь, — сказал Лун Чэнь, кивая.
— Ты…
Взбешённый взгляд Ли Хао, казалось, хотел разорвать Лун Чэня на части. Последняя семейная драгоценность была отнята у него, а теперь, побывав в желудке Ван Мана, уже разъелась настолько, что даже найденная стала бы бесполезной.
Одну утащила бродячая собака, а вторая стала непригодной. Отныне Ли Хао был обречён на бесплодие и не мог иметь детей.
— Сдохни, ублюдок! Камнедробящий кулак!
Ли Хао безумно взревел, силой направляя духовную ци в нижнюю часть тела, чтобы заглушить боль. Его кулак рванулся к Лун Чэню, рассекая воздух со свистом.
Вырвалась вся мощь его культивации на третьем уровне Конденсации ци. Ли Хао окончательно обезумел и напрочь забыл о приказах Чжоу Яояна. В голове у него осталось лишь одно — уничтожить Лун Чэня.
Увидев, что Ли Хао окончательно сошёл с ума, Лун Чэнь похолодел взглядом. Он взревел — его голос, подобный яростному грому, сотряс небо и оглушил всех вокруг.
Бесплотная аура окутала Лун Чэня. Он не стал уклоняться и тоже ударил кулаком.
— Дух быка!
БА-БАХ!!!
За взрывом последовал хруст ломающихся костей. Ли Хао пронзительно закричал, кровь брызнула во все стороны. Потрясённые и напуганные зрители увидели, что одна из его рук полностью раздроблена.
Лун Чэнь по-прежнему стоял в боевой стойке после удара. Его глаза были ледяными, лицо — совершенно бесстрастным. От него исходило настолько страшное намерение убить, что оно сотрясало души.
Сейчас Лун Чэнь походил на безжалостного бога смерти. Всё его тело переполняло ледяное намерение убить, заставляя каждого содрогаться от страха.
Толпа хранила мёртвую тишину. Даже Чжоу Яоян, находившийся на седьмом уровне Конденсации ци, почувствовал страх перед мощью, которую Лун Чэнь только что продемонстрировал.
— Как такое возможно?! Он умеет пользоваться боевыми навыками?
— Но разве он не был неспособен к культивацие? Что, чёрт возьми, происходит?
— У него такое страшное выражение лица…
Люди не могли сдержать потрясения, а те, кто прежде насмехался над Лун Чэнем и издевался над ним, были объяты ужасом. Глядя на Ли Хао, распростёртого на арене, они словно видели собственное будущее. Их тела дрожали, а души трепетали.
Даже Лун Чэнь был слегка потрясён. Похоже, он и сам недооценивал Искусство Девятизвёздного Гегемонского Тела. Иначе обычный человек, применив боевой навык низкого класса, не смог бы высвободить такую ужасающую мощь.
Лун Чэнь медленно направился к Ли Хао. Каждый его шаг гулко отдавался вокруг, словно вступление к убийству, и давил на сердца людей.
Шаг… шаг… шаг…
Гнев, прежде искажавший лицо Ли Хао, исчез, сменившись ужасом. Дрожащим голосом он пробормотал: — Не… не подходи!
Ли Хао хотел убежать, но в панике лишь теперь заметил, что тело не слушается и не может произвести ни капли силы. Медленно приближавшийся Лун Чэнь казался ему кошмаром, от которого невозможно спастись.
— Не… не убивай меня! Это всё из-за приказа Чжоу Яояна! — всхлипывая, взмолился Ли Хао.
Внизу, у арены, лицо Чжоу Яояна изменилось, и он яростно закричал: — Ли Хао, что за чушь ты несёшь?
— Я не несу чушь! Ты велел нам разобраться с Лун Чэнем и обещал потом наградить нас! Во всём виноват ты! — истерично тараторил Ли Хао, указывая на Чжоу Яояна. Перед лицом смерти он уже забыл обо всём.
— Ли Хао, ты сам напрашиваешься на смерть! — лицо Чжоу Яояна посерело, а в его глазах вспыхнуло намерение убить.
— Чжоу Яоян, ублюдок! Ты использовал меня в своих интересах! Лун Чэнь, я тебе скажу: Чжоу Яоян всего лишь цепной пёс, а на самом деле…
Лун Чэнь внезапно почувствовал, как воздух вокруг наполнился предвестием атаки. Почувствовав дыхание смерти, он, не раздумывая, резко отступил.
Однако, когда Лун Чэнь закончил отступать, ничего заметного не произошло. Но, снова взглянув на Ли Хао, он увидел, что взгляд того уже потух и последний вздох сорвался с его губ.
Лицо Лун Чэня слегка изменилось. Обернувшись к толпе, он увидел лишь фигуру в конической бамбуковой шляпе, стремительно покидавшую место происшествия. Через несколько шагов она уже исчезла из толпы.
Неожиданное происшествие вызвало в толпе переполох. Очевидно, таинственная фигура убила Ли Хао!
— Победил Лун Чэнь!
После короткого замешательства распорядитель боевой арены всё же объявил окончательный результат.
Хотя Ли Хао убил не Лун Чэнь, тот уже одержал над ним победу. Если бы он захотел лишить Ли Хао жизни, это было бы для него проще простого, поэтому в итоге победителем всё равно объявили Лун Чэня.
После победы Лун Чэня бесчисленные зрители горестно вздохнули. Теперь они уже не могли забрать свои ставки.
А несколько десятков человек, поставивших на Лун Чэня, радостно завопили. Особенно громко кричали Толстяк Юй и остальные.
Лежавший на боевой арене Ли Хао больше никого не интересовал. Организаторы должны были известить его семью, чтобы родственники приехали за телом.
Поединки не на жизнь, а на смерть проходили под защитой имперской столицы. Никому не разрешалось тайно мстить за погибших. Ли Хао был всего лишь мелким дворянином низкого происхождения, не занимавшим особенно высокого положения. Если он умер, значит, умер — никакой волны это не вызвало бы. Таково было одно из нерушимых правил имперской столицы.
Лун Чэнь сошёл с арены, и Толстяк Юй с остальными встретили его как героя. Ши Фэн крепко обнял его.
— Ну ты даёшь! Когда ты успел стать таким сильным? И даже никому не сказал! Я чуть сердце не выплюнул, пока смотрел на ваш бой, — проворчал Ши Фэн.
— Брат Лун… нет, старший брат Лун, отныне мы все будем держаться рядом с тобой. Ты уж прикрой нас, — сказал Толстяк Юй и остальные, сияя от радости.
Лун Чэнь рассмеялся: — Конечно. Ну что, пойдёмте в место, где принимают ставки.
Под взглядами бесчисленных восхищённых зрителей и под всеобщие возгласы Лун Чэнь получил не меньше трёх миллионов золотых монет.
Когда кристаллическая карта с тремя миллионами золотых монет легла ему в руку, Лун Чэнь обрадовался даже сильнее, чем после победы над Ли Хао.
Он знал, что Ли Хао был всего лишь мелкой пешкой. Но слова, сказанные тем перед смертью, заставили Лун Чэня стать ещё осторожнее.
Сначала он думал, что все издевательства связаны с враждой между поколениями его родителей. Но сказанное Ли Хао с этим не вязалось. Похоже, всё было не так просто, и сам Лун Чэнь, вероятно, являлся всего лишь одной из шахматных фигур.
Он был всего лишь никому не нужным подростком, а его семья — совершенно разорённой. Не было смысла кому-то настолько тщательно и методично строить против него козни. Очевидно, настоящая причина заключалась в конфликте с его отцом.
— Похоже, всё гораздо сложнее…
Но, глядя на три миллиона золотых монет в своей руке, Лун Чэнь преисполнился безграничной уверенности. Неужели вот что называют богатством и влиянием?
Вместе с огромной толпой Лун Чэнь отправился в чайный дом, предложил всем заказать что угодно и вернул им их деньги.
А выигрыш он оставил у себя, пообещав друзьям кое-что, от чего те пришли в безмерное возбуждение:
Отныне Лун Чэнь сам позаботится о культивацие каждого из них.
Толстяк Юй и остальные пришли в восторг. Они совершенно не были способны к культивацие, и, если бы кто-то другой пообещал им такое, они бы ему не поверили.
Но ведь Лун Чэнь раньше был таким же, как они. А теперь он так быстро расправился с Ли Хао — как после этого можно было сомневаться в его словах?
Услышав обещание Лун Чэня, все пришли в полный восторг. Однако он велел им держать это в секрете, и друзья отчаянно закивали.
Их будущее в культивации было практически столь же важно, как собственная жизнь. К тому же Лун Чэнь говорил настолько серьёзно, что они ни за что не осмелились бы отнестись к его обещанию легкомысленно.
После ухода Толстяка Юя и остальных Лун Чэнь задержался, чтобы немного поговорить с Ши Фэном. Среди всех наследников знатных семей Ши Фэн был настоящим гением — самым одарённым из них. Он уже достиг восьмого уровня Конденсации ци и в любой момент мог перейти на девятый. До двадцатилетия ему, скорее всего, не составило бы труда достичь стадии Конденсации крови.
По тому, как Ши Фэн повёл себя в последних двух случаях, Лун Чэнь понял, что ему определённо можно доверять. Расспросив Ши Фэна о его нынешнем уровне культивации, Лун Чэнь попрощался с ним и направился прямо в гильдию алхимиков.
Гильдия алхимиков находилась в южной части имперской столицы. Это было самое священное место во всей столице. Даже члены императорской семьи не осмеливались проявлять неуважение к алхимикам.
Говорили, что Гильдия алхимиков раскинулась по всему миру, а гильдия в имперской столице была лишь одним из её отделений.
На этот раз Лун Чэню требовалось получить официальное удостоверение алхимика. С ним в будущем было бы гораздо проще и удобнее заниматься нужными ему делами.
Профессия алхимика считалась крайне редкой, где бы ты ни оказался. С таким удостоверением статус Лун Чэня уже не был бы прежним. Даже империе Фениксового крика пришлось бы хорошенько подумать, прежде чем выступать против него.
Но важнее всего было то, что он смог бы покупать редкие ингредиенты гильдии алхимиков по чрезвычайно выгодной цене и пользоваться особыми привилегиями, экономя как можно больше денег.
Хотя на земле гильдия алхимиков занимала всего пару десятков акров, в высоту она поднималась на десятки метров. Здание выглядело величественно и внушало благоговение.
Войдя в вестибюль, Лун Чэнь увидел двух служанок. Они удивились, услышав, что он хочет сдать экзамен на удостоверение алхимика.
В конце концов, на вид Лун Чэню было всего пятнадцать или шестнадцать лет, и от него не исходило ни малейшей ауры культивации. Тем не менее девушки всё же проводили его в зал очистки.
В этот час в зале очистки находилось всего около дюжины мужчин. Они направляли свои пилюльные пламена, по-видимому, очищая лекарства.
— Хм? А ты почему здесь?
Стоило Лун Чэню войти, как один старик удивлённо спросил его об этом.
Увидев старика, Лун Чэнь почувствовал, как в глубине души вспыхнула затаённая ярость. Именно этот человек лечил его раны. Старик прекрасно знал, что травма пустяковая, но, сказав, что Лун Чэнь может потерять память, сумел обманом заставить его мать продать драгоценности.
— Я пришёл сдавать экзамен на алхимика. — Лун Чэнь подавил гнев. Со стариком он рассчитается позже.
— Экзамен на алхимика? — Старик оглядел Лун Чэня с головы до ног. — Похоже, твои прошлые раны ещё не зажили. Возвращайся домой и лечись.
Лун Чэнь слегка нахмурился, но настоял на своём: — Я действительно пришёл сдавать экзамен на алхимика.
Лицо старика потемнело. — У меня нет времени тратить его на какого-то мальчишку! Живо убирайся! Иначе я велю стражникам вышвырнуть тебя отсюда!
Гнев Лун Чэня снова вспыхнул. Он уставился на старика и рявкнул: — Если ты ещё не оглох окончательно, повторю ещё раз: я пришёл сдавать экзамен на алхимика!
Под конец Лун Чэнь уже буквально ревел — его голос разнёсся по всей Гильдие алхимиков.
— Кто это там так шумит?
Внезапно к ним подошёл худой старик с недовольным выражением лица. Лун Чэнь повернул голову, увидел его — и на краешке его губ появилась озорная усмешка.