Глава 2

Глава 2. Онигавара Канбэ из любого казусного случая извлечёт выгоду

— ……ц!

Сколько же времени я протупил, остолбенело пялясь на стену…

Придя в себя, я сразу вспомнил всё, что со мной произошло. Так, прямо перед собой я могу наблюдать раздвижную решетчатую дверь. Окно в комнате тоже забрано железной решёткой. На столе всякие рабочие принадлежности.

Хотелось, чтобы это было сном, но по всему выходило, меня окружала ужасающая реальность. Я заперт Онигаварой-сенсеем у неё в квартире.

Бли-ин, что же мне делать?… Поскольку за шестнадцать лет жизни у меня не было опыта заточения где-либо, в моей голове не нашлось никаких вариантов разрешения сложившейся ситуации.

В таком случае нужно прибегнуть к советам предшественников. Мне как-то доводилось читать книги про побег из тюрьмы. Там, по-любому, должны были упоминаться подсказки. Вспоминай, вспоминай же, дурья башка!..

— Ни хрена…

На моём теле нет ничего похожего на татуировки с планом этого дома, и передачек с предметами способными помочь в совершении побега получить не от кого.

И хотя у меня имеется удобная, невероятная по меркам сюжетов про заключённых, штука под названием смартфон, единственный мой возможный советчик, за исключением членов семьи, — это Саватари-сан, являющаяся соучастницей моего похищения. На такой случай неплохо было бы обменяться контактами с Ямадой. Он хитрый парень, и возможно, подсказал бы чего умного.

Но тут есть загвоздка… Не думаю, что он воспримет всерьёз мой рассказ про то, как меня заперла в комнате ученица средней школы. Скорее даже позавидует.

«Ты наедине с красивой школьницей, которая намерена заниматься чем-то непристойным, так в чём проблема?» — если бы он задал подобный вопрос, я бы мгновенно сбросил вызов.

Пожалуй, никто бы не поверил в такую историю. Это ведь абсолютно невероятный поступок — не учитывая последствия, посадить за решётку своего коллегу. Интересно, какое мнение у окружающих об этой девке, хладнокровно решившейся на преступление.

— … Что за писательница эта Онигавара-сенсей?

Меня снова разобрало любопытство. Естественно, я в курсе, что она популярный автор лёгких романов, но в общем-то на этом мои познания о ней и заканчиваются. Кстати, помнится, Саватари-сан говорила мне: «Вам достаточно знать лишь то, что Онигавара-сенсей популярный писатель, и он чрезвычайно важен для существования нашей компании»… Пока я размышлял о её словах, они мне начали казаться крайне подозрительными. Должно быть, за ними скрывалось нечто важное. Может, даже какая-то слабость Онигавары-сенсея. И если ей воспользоваться, наверняка, удастся сбежать из тюрьмы. Подумав в этом направлении, я немедленно схватился за смартфон, набрал поисковый запрос и практически сразу же наткнулся на страницу с заголовком «Полное собрание слухов про Онигавару Канбэ». Испытывая плохое предчувствие, я перешёл по ссылке…

Онигавара Канбэ — сверхскоростной автор лёгких романов. Он зарекомендовал себя как писатель первоклассных счастливых непристойностей с естественным ходом событий в любом жанре. Темп писательской деятельности аномально высок: со времени своего дебюта под импринтом «Экстаз бунко» у него издаётся в среднем двадцать четыре тома в год. Из-за слишком быстрой скорости написания очередного произведения у каждой его книги меняется редактор. По той же причине иллюстраторы также часто подменяют друг друга в ходе работы, в среднем художники меняются каждые четыре тома.

Лучший результат одного и того же иллюстратора — за год оформлено пятнадцать томов. Упомянутый иллюстратор после завершения работы над серией сообщил в Твиттере: «Женился на ангеле в белом халате!», из чего последовали предположения о том, что он попал в больницу.

Основываясь на вышесказанном, фанаты прозвали Онигавару Канбэ разными именами наподобие: «Еженедельный Канбэ», «Убийца художников», «Любовный купидон» и так далее.

...Такая вот выдержка из статьи «Полное собрание слухов про Онигавару Канбэ».

— …

Узнав ужасающую правду, я некоторое время просидел в ступоре.

Да что не так с этой девчонкой?! Как она так быстро строчит? Кроме того, разве тот иллюстратор, получивший десять миллионов йен, не заработал их, оформляя аж пятнадцать томов одной серии всего за год?! Саватари-сан меня одурачила! Возможно, и были переиздания, но какой там нетрудовой доход, если чувак попросту пахал до потери пульса?!

Ещё и прозвище это, «убийца художников»…

Неужто я тоже слягу в больничку? Случившаяся свадьба с ангелом в белом халате — уже намёк, так ведь?

Н-не-не-не, ещё же не решено ничего!

Ранобэ — совместная работа. Даже если автор быстро выполнил свою часть, художнику нет необходимости придерживаться его скорости. Иначе это уже принуждение!

И если меня так рьяно уговаривали, то должны обеспечить нормальный темп публикаций. Три тома в год ещё куда ни шло, против такого расклада я не буду возражать. А раз с этим определились, надо бы связаться с Саватари-сан, и попросить установить справедливые сроки! Мой боевой дух прямо-таки кипел решимостью, и именно в этот момент завибрировал мой смартфон.

Звонила Саватари-сан.

— Алло, это Котецу!

- Благодарю за уделённое время. Вас беспокоит Саватари из редакционного отдела издательства «Экстаз». Котецу-сенсей, я слышала, вы согласились на сожительство! Онигавара-сенсей очень рада!

Видимо, Онигавара-сенсей уже созванивалась с ней. Тот факт, что она всё знает насчёт сожительства, подтверждает моё предположение о том, что они обе сообщницы!

— Ловко вы меня провели! — раздражённо высказался я. Поскольку раньше я никогда не провоцировал редактора, стараясь не раздувать конфликт, в этот момент моё сердце стремительно и гулко забилось.

- Провела? Что вы, собственно говоря, имеете в виду?

Эта дамочка за дурака меня держит?!

— Убийцу художников я имею в виду, убийцу художников!

- А-а, вы на том сайте начитались всякого разного, да?

— Только что прочитал! Почему вы ничего не сказали мне?! Меня заперли в клетке, в тюрьме!

- Запирание вас в комнате было моим планом.

Так то было предложение редактора?! Выломали перегородку и поставили решетчатую дверь. По всему выходит, Онигавара-сенсей определённо соучастница!

— Зачем вы создали эту клетку?!

- Чтобы не дать Котецу-сенсею сбежать. По правде говоря, был только один иллюстратор книг Онигавары, который смог довести работу до самого конца.

— Вы про того, который за год оформил пятнадцать томов? Почему бы вам снова не обратиться к тому человеку?

- Я же не до такой степени демон.

Тогда хоть побеспокойтесь и обо мне тоже!

- К тому же, кажется, на данном этапе Онигавара-сенсей не заинтересована в сотрудничестве с другими иллюстраторами. Она до самозабвения увлечена Котецу-сенсеем.

Этот ответ произвёл на меня сильное впечатление. Возникло какое-то странное ощущение от осознания того, что мной одержима милая шинигами[✱]Богиня смерти.

- Тем не менее, изначально я была против ограничения свободы. Потому как я верю, что Котецу-сенсей не из тех людей, кто бросает работу на полпути.

— Я, конечно, рад, что вы в меня верите, но мои чувства склоняют меня к мысли «во что бы то ни стало сбежать отсюда».

- Это очень плохо. Онигавара-сенсей сказала, что если посреди рабочего процесса опять сменится иллюстратор, она перейдёт в другую компанию.

— Она серьёзна в своём намерении?

- Да. Если на смену старому приходит новый художник, то изменяется стиль рисовки персонажей, что доставляет неудобства читателям, привыкшим к предыдущему дизайну. Поэтому Онигавара-сенсей ненавидит, когда меняется иллюстратор в процессе выпуска серии.

Получается, важнее всего для Онигавары-сенсея её читатели? Эх, если бы это её отношение распространялось ещё и на художников, я бы, наверно, даже не подумал побеге…

- Вот почему Котецу-сенсея никак нельзя отпускать. Если вы сбежите, Онигавара-сенсей уйдёт к конкурентам, а наша компания понесёт огромные убытки.

Да уж, Онигавара-сенсей для компании «Экстаз» является страховкой от банкротства. Если я сбегу, Онигавара Канбэ покинет компанию, и та разорится. Даже если не обанкротится, то уж наверняка уйдёт из книгоиздательского бизнеса. Другими словами, судьба всего редакционного отдела зависит от меня. Потому, когда я взялся за эту работу, у Саватари-сан, вероятно, отлегло от сердца.

Но… я согласился на это дело, не зная всей полноты ситуации. И, по сути, сейчас мне нужно не сердиться на собеседницу, а заново провести переговоры. Темп публикации новых томов должен быть разумным. Прежде всего следует помнить, что, если компания «Экстаз» загнётся, я не смогу добиться сериализации своей манги.

— Вас понял. Поскольку я уже взялся за работу, у меня нет намерения разрывать соглашение.

- Какое облегчение! Множество поклонников долгое время ждут новые книжки Онигавары-сенсея! Более того, новый роман будет создан совместно с Котецу-сенсеем, зарекомендовавшим себя в эротических рисунках. Без сомнений, грядёт хит продаж!

— То есть в последнее время не выходило ни одной новой книги от Онигавары-сенсея?

Творческий кризис, что ли? Тогда такое не должно разглашаться, особенно после уже продемонстрированной необычайно быстрой скорости написания текстов.

— Именно так. Ради сотрудничества с вами Онигавара-сенсей полностью закрыла все свои проекты. После чего совместно с вами планирует основать новую серию, и примерно через два месяца выпустить новинку!

Фига как скоро!

Кроме того, Онигавара-сенсей не против работать только со мной?! Она трудилась над несколькими сериями одновременно, но теперь готова бросить все силы на наше совместное творчество… Страшно подумать, какой темп публикации она задаст.

— Онигавара-сенсей уже поди пару томов написала? — ужаснувшись, спросил я.

- Второй том ещё на этапе проработки сюжета.

То есть пока на стадии планирования. И если он ещё на той стадии, значит, через некоторое время те два тома будут отправлены мне.

- Также было решено назначить дату выпуска первого тома на пятнадцатое июня.

— …Следующего года?

- Этого, конечно.

— А ничего что до срока нету и двух месяцев?!

- Да. До релиза осталось меньше двух месяцев! Поэтому нужно, чтобы вы, Котецу-сенсей, закончили свою часть работы через две недели к понедельнику шестнадцатого мая.

Да когда ж это закончится! … Какой-то невероятно жёсткий график. Наверное, она прикинула, что если будет возможность повлиять на дату выхода, то я саботирую все сроки, если не будет возможности, то сбегу, и специально подстроила столь жесткий график. Потому как Саватари-сан уже всё продумала с моим заточением.

- Вот почему вам следует немедленно приступать к работе. Файлы с обозначенным планом задания и первым томом загружены на компьютере. Конечно, учитывая строгий рабочий график, чтобы были соблюдены крайние сроки, нашей компанией будет выплачено особое вознаграждение.

— Особое вознаграждение?

- Во-первых, вам будет предоставлен годовой запас О*Хо[✱]Без понятия, что за О*хо. Как можно заметить, слово зацензурено. от отдела О*Хо.

Ну нет уж.

От годового запаса я полностью выдохнусь.

— Не нуждаюсь.

- Вот как. Тогда второе, вам предоставится право на однодневное свидание с Саватари Ирохой, то есть со мно…

— Не нуждаюсь.

- Э-э?!.. П-почему?! Должна ведь была последовать хотя бы шокированная реакция!

Заткнись, ведьма. Я сейчас даже лицо твоё видеть не хочу!

- Н-ну ладно. Если передумаете, сообщите, пожалуйста. Я и сама хотела бы хоть разок сходить на свидание с мальчиком.

— Я понял. Если вдруг случится такое, что я передумаю, то схожу на свидание с Саватари-сан.

- Такой неопределённый ответ ранит меня… Кхм… — Саватари-сан прокашлялась, чтобы восстановить утраченное самообладание. — Тогда последняя награда вам непременно понравится. Но она будет доступна только в том случае, если выполните свою работу до самого конца.

— И что же это?

- Вам будет предоставлено право на сериализацию в «Ежемесячном Экстазе»!

На мгновение мой мыслительный процесс остановился.

— П-п-право на сериализацию?!

- Да! Котецу-сенсей, вы сможете стать автором целой серии!

— Я… автор серии…

Не верю. Возможность сериализовать свою мангу для меня словно мечта. Если сериализация успешно состоится, поди и аниме когда-нибудь выпустят.

Толпы пацанов будут стоять в книжных в очередях за моей мангой. Представив себе эту сцену, невольно усмехнулся.

Однако…

— Не нуждаюсь, — я отказался.

- Э… Э-Э-Э?! Вам это не нужно?! По-почему?! Разве вы не хотели добиться сериализации?! — разразилась тирадой непонимания Саватари-сан.

В принципе, как она и сказала, я действительно стремился к своей мечте. Чтобы достичь своей цели, я корпел над рисунками не покладая рук и жертвуя временем на сон. Именно поэтому сейчас я и отказался.

— Я хочу добиться её своими силами.

Я понимаю, что безмерно глупо самому отвергать предоставленный шанс, но у меня ещё имеется гордость художника манги, которая не позволит мне поступить иначе. Принятие предложения равносильно признанию неспособности дебютировать своими силами. Я не буду рад исполнению моего заветного желания столь никчёмным способом.

Однажды я обязательно добьюсь сериализации, но именно что своими собственными усилиями!

- Вот как… Но мы ведь с вами это уже проходили.

— В следующий раз вы измените мнение о моей манге! Я снова принесу вам свою рукопись!

- Не думаю, что у нас будет такая возможность. Уже согласовано, что я буду работать с Онигаварой-сенсеем и Котецу-сенсеем, от чего у меня теперь небывалая нагрузка. Упоминалось, что новое произведение планируется на сотню томов! Поэтому, Котецу-сенсей, постарайтесь как следует! И простите за беспокойство.

Сказав напоследок нечто возмутительное, Саватари-сан завершила телефонный звонок.

Не, ну какие, на хрен, сто томов…

Обычная ранобэ тянется на протяжении примерно двадцати томов, так ведь?

Если проект растянут на сотню томов, то у меня совершенно не останется времени, чтобы заниматься своей мангой…

И вот ещё что. Если в произведении Онигавары будет больше эротических картинок, то, получается, и так уже сильная в литературном плане писательница сделается ещё сильнее. При условии, что всё останется так, как есть, существует реальная вероятность, что новый роман растянут на сотню томов. Другими словами, значит, мне придётся рисовать кучу эротических иллюстраций. Конечно, поскольку это официальная работа, халтурить я не собираюсь. Но я могу приложить силы в несколько ином направлении — создать совершенно неэротичных персонажей!

Приняв решение, я запустил комп и сразу полез в папку с распланированным ходом работы.

— Эм-м, чего-чего?

Походу, иллюстрации ранобэ надо делать, начиная с тех, которые имеют наивысший приоритет. Грубо говоря, очередность следующая: дизайн персонажей, обложка, фронтиспис, остальные рисунки. Зато, вроде как, не обязательно читать всю книгу, чтобы сцены фронтисписа и иллюстраций соответствовали тексту. Но чисто ради исключения возможной несогласованности между рисунками и повествованием, томик надо читануть.

В любом случае, прежде всего — дизайн действующих лиц. Без него все рисунки будут лишь декорациями.

Поэтому первым делом я проверил заранее заготовленный Онигаварой-сенсеем файл под названием «Дизайн персонажей». В нём содержались пункты «Имя», «Возраст», «Пол», «Внешность», «Прическа», «Цвет глаз», «Стиль одежды», «Примечания» и т.д.

Я аж сам себе поначалу не поверил, там не было никаких детальных указаний. Например, в одном из пунктов было написано всего лишь «Причёска (блондинка, длина волос приблизительно до пояса)». Создание дизайна персов на основе этого — моя первая подобная работа. Так, а сколько всего героев-то… Раз, два, три…

— …Семь, значит?

Один парень и шесть девчонок.

Не знаю, много это или мало, но у меня нет иного выбора, кроме как взяться за дело.

Я бегло просмотрел профили каждого персонажа. Судя по именам, возрасту, стилю одежды, всё походило на романтическую комедию в японской старшей школе. Хоть исходя из написанного в примечаниях «слабость: щупальцы», похоже, присутствовали и элементы фантастики.

М-да, не хочется мне ходить в школу, где могли бы вылезти щупальца. Радуясь, что хожу в самую обыкновенную школу, я определился с выбором героини, дизайн которой собрался сделать в первую очередь. В примечаниях к Отонаси Сидзуке значилось: «Постоянно предаётся пошлым фантазиям». Если представить её в виде невинной девушки, не знающей, откуда берутся дети, которая даже помыслить не может ни о чём пошлом, эротизм этого ранобэ уменьшится наполовину.

И в конечном итоге его не получится растянуть на сотню томов!

Прости, Онигавара-сенсей! У меня тоже есть мечта. Так что больше чем на пятнадцать томов не рассчитывай!

— Неэротичная девушка. Ничего не смыслящая в пошлостях девушка. Поменьше эротизма, побольше скромности…

Пытаясь сконцентрироваться, я завершил начальную настройку графического планшета и принялся за проработку дизайна персонажей.

***

Прошло сколько-то времени.

— Готово!..

Дизайн Отонаси Сидзуки доделан, и я вскинул кулак вверх в победном жесте.

Моей целью было изобразить исключительно чистоту и непорочность во внешнем облике девушки, и чем больше я смотрел на получившийся результат, тем больше мне виделась её невинность.

Если бы был конкурс «мисс невинность», она несомненно победила бы.

А я не перестарался, случаем? Да не, даже перестарайся я чутка, всё равно хорошо вышло! Иначе не удастся сдержать эротизм зарекомендовавшей себя в описании эротики Онигавары-сенсея! Что превзойдёт в состязании за привлечение внимания — мой чистый невинный рисунок или развратное описание Онигавары!?

— Онигавара-сенсей! Онигавара-сенсей!

Только я подал голос, как занавеска тут же отдёрнулась вбок.

С другой стороны железной решётки на меня уставилась миленькая девочка.

— Что такое?

— Отонаси Сидзука готова.

— Уже? А ты быстро работаешь.

— Замотивировавшись, я рисовал с максимальной самоотдачей!

Хотя запал мой обусловлен совершенно противоположными причинами. Не подозревая о моих мотивах, Онигавара-сенсей одарила меня искренней улыбкой.

Глядя на её радостное улыбающееся личико, я почувствовал, как у меня слегка заныло в груди.

— Я рада, что ты так мотивирован. Ну, покажи мне, что получилось. — Девушка зашла ко мне в клетку. — Ну-ка, ну-ка…

И прикипела взглядом к монитору. А увидев невинно выглядящую Отонаси Сидзуку, вообще будто бы дара речи лишилась. Должно быть, оказалась шокирована. Но хоть такая реакция и была в пределах моих ожиданий, её пораженный вид заставил меня почувствовать себя виноватым.

— Это… Отонаси Сидзука? — Онигавара-сенсей перевела взгляд на меня. Её глаза блестели от слёз.

Она всем сердцем мечтала поработать со мной. А я нарочно демонстрирую этой девчонке столь разочаровывающий рисунок…

Я просто ужасен.

— П-перерисую! — я в спешке взялся за стилус, но девица с силой ухватила мою руку.

— Не надо ничего перерисовывать!

— … Не надо?

Онигавара-сенсей мелко закивала и вдруг крепко меня обняла.

Думал, у неё совсем маленькие, но я определённо ощущал выпуклости. Она прижалась ко мне скромными грудями, и мой мозг потихоньку начал плавиться.

— Ч-что случилось, Онигавара-сенсей?

— Я так рада! Ты невероятный гений!

— По-погодь, погоди. По-твоему, всё нормально?

Там же сама непорочность...

— Это круче, чем я себе представляла. На первый взгляд она смотрится невинно, но местами её облик прямо-таки сочится эротикой! Легко представить, что у неё под длинной форменной юбкой! А особенно эти глаза! Глаза, призывающие обесчестить её, — превосходны! Нет никакой более подходящей детали внешности, характеризующей персонажа, у которого сплошные похотливые фантазии на уме! Я знала, ты просто бесподобен!

Да насколько же высокое у неё мнение обо мне.

Так же, как и я, Отонаси Сидзука не может сдержать изливающийся эротизм. В этом мы с ней похожи. Я даже ощутил некое чувство привязанности по отношению к ней.

— Котецу-кун, большое спасибо!

— Р-рад стараться.

— Сделай ещё больше рисунков в таком стиле! А как сделаешь, отправь редактору. Пока что нужно заручиться его одобрением.

— Могут понадобиться ещё исправления?

Не важно, как быстро ты рисуешь, если в итоге всё равно требуются постоянные исправления и переделывания.

— Я не хочу работать с тем редактором, который, увидев такое художество, скажет нет. Потому что он явно не особо компетентен.

Значит, можно сказать, с первым рисунком разобрались? Просто если станешь врагом Онигавары-сенсея, могут быть проблемы с издательством.

В любом случае отсутствие необходимости вносить поправки облегчит мою работу. И время сэкономлю, и к нынешнему виду Отонаси Сидзуки уже привык. Да и говоря об исправлениях, это ведь всё равно, что насильно принуждать девушку измениться.

— Кстати, не против, если я первая ванную займу? — спросила Онигавара-сенсей.

— Не против, но ванная только тут, что ли?

— Ага. Туалета два, а ванная комната одна, и то у тебя.

Ванная комната только на моей половине хаты, получается. А ещё получается, я стопроц смогу увидеть симпатичную фигурку этой девчонки, выходящей после купания. В клетке разные мысли на ум приходят, но вот этой я откровенно рад.

— Иди первая, короче.

— Что ж, тогда последую твоим словам. — Онигавара-сенсей направилась в ванную. Послышался шелест снимаемой одежды, а затем плеск воды из душа.

…Чёрт, опять тахикардия начинается.

Каким бы демоном ни была на работе, всё ж таки она очень милая девочка. И эта красотка сейчас за той дверцей совершенно голенькая. Мне кажется, на свете нет ни одного парня, который бы не заволновался при таких обстоятельствах.

Кроме того, Онигавара-сенсей собиралась обыгрывать фан-сервисные ситуации. Существует нешуточная вероятность, что она выйдет нагишом!

— …

Так, спокойствие. Мне просто нужно смотреть не на дверь, а на экран монитора! Быстрее закончу с работой, и скорее примусь за собственную мангу!

Уговаривая самого себя, я взялся за графический планшет. Теперь оставалось выбрать следующего персонажа, дизайн которого намереваюсь нарисовать, но сосредоточиться на работе у меня не получалось, потому что в голове витали сплошь фантазии о голой Онигаваре-сенсее.

И вот, пока мой мозг кипел, терзаемый противоречивыми мыслями, раздался звук открываемой двери. Подумав, что игнорировать появившуюся персону было бы грубо с моей стороны, я повернулся к сожительнице.

Вокруг тела Онигавары-сенсея было обёрнуто банное полотенце.

— Почему ты не голая?!

Хотя и в одном полотенце неплохо смотришься. Белая кожа покраснела после ванной, что выглядело весьма привлекательно.

Но я-то рассчитывал увидеть её совершенно голенькой. А в итоге фиг вам, называется.

— Не, ну счастливая непристойность всё равно ведь удалась же. Я имею в виду, полностью голой выходить — слишком смущает.

— У Онигавары-сенсея есть чувство стыда?

— Есть. Я и сейчас очень смущаюсь.

— Тогда почему ты ведёшь себя так вызывающе?

— Потому что хочу написать великолепную новеллу. Если я смогу порадовать читателей, взамен испытав лишь стыдливость, то я готова пойти и на всякие эротичные приёмчики.

Главный приоритет Онигавары-сенсея — создание увлекательных произведений. Ради этого она согласна даже на смущающие для себя поступки.

По сути-то извращенство в чистом виде, но столь профессиональный подход к работе достоин уважения.

— В любом случае тебе стоит одеться. А то простудишься ещё.

— Так и сделаю. Ты тоже можешь сходить ванну принять.

— Я не брал с собой сменную одежду.

— Сменное бельё есть в раздевалке. Я почти два года ждала, когда же мы будем жить вместе, поэтому подготовила всё, что может понадобиться тебе для жизни здесь, а если ещё чего-то пожелаешь, могу заказать в любой момент.

Да, живу теперь в клетке, зато сервис на VIP уровне. Хотя не знаю, сколько я ещё посожительствую тут с Онигаварой-сенсеем… Так же как не знаю, до каких пор смогу невозмутимо находиться рядом с этой девчонкой, укатанной в одно лишь махровое полотенце.

— Пойду-ка в душ тогда. — А то от взгляда на полуголую девушку возникает какое-то странное ощущение.

Потому я поспешно скрылся в направлении ванной комнаты. Закинул в стиральную машинку грязную одёжку и зашёл в купальню. Пока споласкивался под душем, задумался, поотмокать в ванне или ну его на фиг…

— …Только что она тут купалась.

До сегодняшнего дня вся эта ванная была в единоличном пользовании Онигавары-сенсея. Другими словами, это женская купальня. От осознания того, что я нахожусь в столь особенном месте, мой пульс опять подскочил. Если я останусь здесь подольше, у меня, наверное, вообще кукуха поедет. Не хватало ещё в первый же день потерять голову, а то и упасть, расквасив себе рожу, от прилива крови или вообще чего похлеще учудить, так что я вышел обратно в предбанник, то бишь в раздевалку.

— Эм-м, сменная одежда… Эта, что ли?

В корзине для белья лежали какие-то шмотки. Такая же толстовка, какую носила Онигавара-сенсей…

— А разве это не женское?!

И тонкие узкие трусики.

Она предлагает мне надеть такое? А потом намеревается объяснить всё невинной фразочкой: «Я просто хотела понаблюдать за твоей реакцией»?

Ну ладно. Сыграем по её правилам.

Стыдливость Онигавары-сенсея или мой позор, посмотрим, чья возьмёт!

В общем, я по-быстрому натянул девчачьи труселя и накинул прекрасно подошедшую мне по размеру кофту.

— Онигавара-сенсей! — позвал я, выходя в рабочую комнату.

Она явилась переодетая в пижаму, откинув занавеску, ошалело уставилась на меня с другой стороны железной решётки.

— …

Задрожала. Торопливо открыла ключом створку и с воплем:

— С-сними немедленно!

…бросилась ко мне, схватилась за мои трусы на поясе, изо всех сил пытаясь стащить их с меня.

Стой, блин, ты чо творишь?!

— Сто… Прекрати! Сниму я, сниму!

— Я сама щас сниму!

— Д-да о чём ты вообще думаешь?! Т-такими темпами ты станешь натуральной извращенкой вселенского масштаба!

— Это мои слова! Т-ты какова хрена мои трусы напялил?!

— Ты же мне их подложила!

— Твоя одежда в шкафу в раздевалке лежит, алё!

— В-вот как? Я подумал, что было бы некрасиво с моей стороны по чужим шкафам шариться, потому и не открывал...

— А мои трусы одевать — красиво, значит, да?!

— Они лежали в корзине на видном месте, легко неправильно понять!

— Я подумала, тебе не понравится мыться вместе с моими постиранными трусами, поэтому бросила их в корзину для грязного белья!

Эм. Тогда… Неужели…

— О-они… ношеные?

Лицо Онигавары-сенсея от смущения приняло алый оттенок. На глазах у неё заблестела влага. Потупившись, она серьёзно кивнула:

— Д-да… Ношеные…

Значит, я одел трусики, которые целый день носила эта милашка. Выходит, это я тут истинный извращенец, у которого ещё хватает наглости обвинять Онигавару-сенсея в извращенстве.

Однако вряд ли девушка до сих пор в обиде. А иначе получается, самостоятельно подстроенную счастливую непристойность может вытерпеть, но к неожиданной оказалась слаба, что ли?

— Виноват. Прости, я сейчас же сниму их.

— …Да я особо не сержусь. К тому же теперь могу использовать этот опыт в своей книге.

Вот так из неловкого смущающего случая Онигавара-сенсей извлекла выгоду.