Эпизод 2. Мадригал белой магнолии

Глава 8. Агат по прозвищу "Тяжёлый клинок"

Они взошли на перевал и увидели, что дорогу перегораживает неказистое квадратное здание из серых камней. Архитектора, очевидно, волновала лишь практичность. Оно и не удивительно, ведь это здание — пограничная застава между Босом и Руаном.

— С другой стороны уже Руан. Но сегодня, похоже, придётся ночевать на заставе.

— Но Джошуа, солнце ведь ещё не зашло. Почему бы нам не спуститься и не найти нормальную гостиницу? — спросила Эстель, посмотрев в небо, где до сих пор оставались оттенки синевы.

— А если стемнеет прямо по пути? На перевале ночью слишком опасно. Того и гляди сорвёмся со скалы, убегая от очередного монстра.

— Д-да, давай без этого.

Эстель и Джошуа обратились к часовому на заставе, представились и объяснили, что путешествуют пешком.

— О. Вы хотите обойти всю страну?

— Да, заодно многому научимся, — подтвердил Джошуа.

— Вот это правильный настрой! Молодёжь должна быть именно такой!

— Ой, да ладно вам, — смутилась Эстель.

— Но мы, конечно, понимаем, что не успеем к ночи пройти весь перевал, так что… — продолжил Джошуа.

Он собирался попросить часового дать им переночевать, но солдат заговорил первым:

— А-а, всё понятно. Ничего страшного, у нас есть ночлежка для путешественников, можете остановиться там.

— Ура! — выпалила Эстель.

— Благодарю, — добавил Джошуа.

Брейсеры вошли в здание. В его дальней части обнаружилось две спальни — одна для солдат, вторая для путников. Внутри гостевой комнаты брейсеры увидели четыре кровати и камин. Джошуа тут же наполнил его дровами и зажёг. В горах по ночам воздух быстро остывает, и Эстель уже начинала замерзать.

— Как тепло… — протянула она.

— Сейчас вовсю распространяются орбальные обогреватели, но вряд ли они могут потягаться с теплом от дровяного камина, — заметил Джошуа.

— И на огонь приятно смотреть, он успокаивает…

— Если, конечно, не перерастает в пожар… — на редкость проникновенным голосом уточнил парень.

Солдат постучал в дверь. Брейсеры открыли..

— Вы как, ужинать будете?

По-видимому, солдаты как раз готовились есть.

— А что, можно с вами? — удивилась Эстель.

— Ага. Если вы не против армейской еды, конечно!

— Вообще не против!

— Тогда позову, как накроем, — сказал солдат и ушёл.

— Какого военного ни встречаем — все сплошь замечательные люди, — восхитилась Эстель.

— Думаю, это одна из особенностей Либерла.

— А?

— Не обращай внимания, это я так. Давай переберём вещи, пока не позвали ужинать.

— А, угу.

Хотя слова Джошуа озадачили Эстель, она послушно сняла рюкзак и принялась изучать его содержимое. Сухие пайки, вода, горючие брикеты для костров и несложное огниво. Все брейсеры носили боевые орбменты и могли получать огонь с помощью артов, но разводить костёр заклинаниями — это немного неправильно.

Поскольку от походных припасов порой зависит жизнь, их нужно периодически проверять, так что Эстель вернулась к работе. Нож, ложка, медная кружка. Походный котелок. Вилки не было — лишних вещей брать не хотелось, а в крайнем случае на замену ей сгодится нож.

Далее нашлись вещи для исследования развалин — верёвка, цепь, молоток и так далее.

Затем немного сменной одежды, ведь брейсерам тоже приходилось выглядеть прилично, когда они с кем-то встречаются в городе. Казалось бы, такое происходит нечасто, но, как доказал Бос, иногда столкновения с высшим обществом всё-таки случаются.

Впрочем, с точки зрения путешественника, одежда — это припасы второй важности. А уж с развитием воздушных перевозок вопросы багажа и вовсе стали почти несущественными. Если бы брейсеры захотели, они могли просто сложить ненужные вещи в ящик и отправить их домой. А всё недостающее можно купить в любом городе — были бы деньги.

Эстель поделилась мыслями с Джошуа, и тот нашёл что ответить:

— Если одеваться только в тряпки, могут не заселить в отель.

— В дорогую гостиницу — да, согласна. Они порой вообще пускают на порог только богато одетых. Но по-моему не стоит об этом волноваться.

Джошуа вдруг покосился на Эстель и повторил за ней:

— Да, нам об этом волноваться не стоит.

— Ты это к чему?!

— Я ничего нового не сказал, а что?

— Мне вообще дорогая одежда не идёт!

— Ещё раз, я ничего не сказал.

— Эй, вы! Еда готова! — раздался третий голос, и Эстель с Джошуа невольно переглянулись.

— Сейчас будем! — бросила девушка в ответ и торопливо упаковала вещи обратно в рюкзак.

Они вышли в коридор и направились за солдатом. Хотя тот предупреждал, что еда будет армейской, кормили на заставе на удивление вкусно, и к окончанию ужина Эстель уже забыла о том, что сердилась на Джошуа.

Брейсеры вернулись в спальню и уже было собрались на боковую, когда в дверь вдруг постучали. На сей раз внутрь заглянул заместитель начальника заставы. Он сказал, что пришёл ещё один путешественник, и спросил, согласны ли Джошуа и Эстель на подселение.

— Конечно! — выпалила Эстель.

Лишь через мгновение она вспомнила, что снаружи уже сумерки и кромешная тьма.

— Путешественник посреди ночи?.. — переспросил Джошуа, наверняка подумав о том же самом.

— Ваш коллега, — пояснил заместитель и отошёл в сторону.

Вместо него дверь открыл другой мужчина.

— Пф… Вы, что ли, детишки?

— Т-ты?..

— “Тяжёлый клинок”...

В комнату вошёл как всегда мрачный Агат. Увидев свободную кровать, он снял со спины огромный меч, прислонил его к стене, а затем швырнул все остальные вещи прямо на покрывало.

— Тебе еда нужна?

— Я ел, — ответил Агат заместителю. — Мне нужна только койка.

Не теряя времени, старший брейсер разлёгся на кровати, сцепил ладони на затылке и закрыл глаза. Заместитель кисло улыбнулся.

— Ну, только не ссорьтесь, — попросил он и ушёл.

— Т-ты что, совсем?

Эстель собиралась возмутиться, что нельзя быть настолько грубым, но Агат перебил её:

— Эй вы, где Шеразард?

— Шера вернулась в Ролент, — вежливым тоном ответил Джошуа. — Мы теперь вдвоём.

— Мы обойдём пешком всё королевство и станем старшими брейсерами, — подхватила Эстель. — И потренируемся, и познакомимся со страной на своих двоих.

— Делать вам больше нечего, — равнодушно бросил Агат, и девушка начала закипать.

— П-подожди, вот этого не надо, — вмешался Джошуа, когда Эстель схватила свой рюкзак и собралась швырнуть его в новоприбывшего. — Послушай, Агат…

— Ребят… вы только не думайте, что стали профи, — сказал мужчина, не открывая глаз.

— Т-ты это к чему?! — выпалила Эстель.

— Старик Лугран уже рассказал мне, как вы схватили воздушных бандитов. А я говорю, чтобы вы не зазнавались. Думаете, вы бы раскрыли это дело, если бы не Шеразард?

— Н-ну, мы…

— Признаю, это было бы очень трудно, — сказал Джошуа вместо Эстель.

— Во-во. А вы забыли об этом и радуетесь, как придурки.

— Это мы-то придурки?.. Ты сам с какой стати полез на перевал на ночь глядя?! — разошлась Эстель. — Что, если бы сумерки застали тебя в пути? Идти по перевалу ночью слишком опасно. Можно ненароком сорваться со скалы во время бегства от напавшего монстра.

Большую часть слов она позаимствовала у Джошуа, но убедила себя, что это другое.

— У нас разная подготовка, тупица. Ты меня за туриста не держи. Собственно, я здесь в такой час как раз по заданию.

— Заданию? Брейсерскому? — уточнил Джошуа.

— Ага. Как раз ваш папка заставил…

— А?..

— Отец дал тебе задание?

Эстель и Джошуа дружно обомлели, не поверив своих ушам.

— Мне вставать рано, так что я спать, — бросил Агат, повернулся лицом к стене и накрылся одеялом.

— П-подожди!.. Ты что, видел папу?! Куда этого негодяя занесло?! Чем он занимается?!

— Это похоже на издевательство — сначала упомянуть его, а затем отказаться что-либо рассказывать, — заявил Джошуа, но Агат лишь нарочито громко засопел и отказался поворачиваться. Очевидно, он не собирался продолжать разговор.

Эстель вздохнула.

“Интересно же…”

Они выяснили, что отец не стал жертвой угона лайнера, но до сих пор не имели ни малейшего понятия, где он сейчас находится. Куда могло занести отца? Почему он не выходит на связь? Эстель не знала ровным счётом ничего, и именно поэтому полезла к Агату с расспросами. Но безуспешно. Уже скоро нарочито громкое сопение стало тихим — Агат уснул по-настоящему.

— У-у, как же бесит! А давай ему хотя бы лицо разрисуем? Тогда сможем уснуть довольные. В смысле, мы сможем, насчёт него не уверена.

— Я тебя умоляю…

Не придумав ничего лучше, Эстель и Джошуа тоже легли спать.

Всего через несколько часов на заставу напали монстры.

***

Едва открыв глаза, Агат Кроснер схватился за приставленный к стене меч. Ни капли сонливости уже не осталось, ведь тишину только что нарушил визг свистка. Этот пронзительный непрекращающийся звук прямо впивался в голову и отдавался в ней. — Ч-что?! Что такое?!

— Видимо, что-то случилось.

Дети Кассия выглядели так, словно хотели присоединиться к Агату, но тот даже не посмотрел на них. Он считал, что от пары цыплят, только что ставших брейсерами, не может быть никакого толку. Точнее, хотел так считать.

— Спите дальше! — прикрикнул он и выскочил из комнаты.

Агат без остановки бежал по коридору, при этом внимательно осматриваясь. Застава была узкой и длинной, имела всего два выхода: один со стороны Боса, второй Руана. Свист доносился от первого.

Расквартированные солдаты со всех ног бежали на свои посты. Четверо мчались на звук. С учётом двух часовых — получается шестеро. Видимо, начальник заставы решил, что такого отряда будет достаточно. Поскольку это граница между регионами, а не странами, солдат здесь почти не было. Агат поравнялся с бегущими часовыми.

Они распахнули дверь в кромешную тьму. Луна то ли спряталась за облаками, то ли уже зашла за горизонт. Но по крайней мере по бокам от двери горели орбальные лампы.

Впереди виднелись ещё двое солдат, которые держали перед собой факелы и направляли их во тьму. Зачем они это делали, когда рядом горели лампы? Ответ мог быть лишь один: на них напали не люди.

Перед дверью была полукруглая площадка, от которой вдаль уходила дорога. По бокам плотно росли деревья.

Раздался голос офицера, который бежал как раз по соседству с Агатом:

— Доклад!

— Волки! — выпалил один из часовых и взмахнул факелом, показывая во тьму.

И офицер, и Агат тут же прищурились. Да, справа за деревьями, близко к дороге, виднелся блеск орбальных ламп, отражённый от голодных глаз.

— Монстры… — сплюнул командир.

Судя по светящимся в ночи огоньками, тварей было около шести.

Дверь за спиной вдруг снова открылась. Послышалось тяжелое дыхание, затем голос:

— Мы поможем!

Обернувшись, Агат, как и ожидал, увидел детей Кассия.

— Эй вы, свалите, — выругался он.

— С какой стати?! — возмущённо отозвалась девчонка. И как ей только хватило наглости?

— С такой, что эти ребята здесь сами разберутся.

— Верно говоришь, — поддержал Агата офицер, выхватывая меч. — Это наша работа! — Он взмахнул клинком и скомандовал подчинённым: — Держать строй! Мы от них отобьёмся!

Остальные солдаты выстроились веером перед командиром и подняли оружие.

Строй подсказал Агату, что гарнизон неплохо вымуштрован. Боевые стойки также говорили о сносной подготовке. Солдаты наверняка разберутся с монстрами самостоятельно. Но стоило Агату успокоиться, как раздался ещё один свисток.

С противоположной, руанской стороны.

— Тьфу! — сплюнул Агат, развернулся на месте и забежал в здание.

Тем временем за спиной как раз началась битва солдат против волков, а значит, рассчитывать на подкрепление пока не приходится. Помимо них на заставе есть только пара дозорных со стороны Руана, но они…

Агат обернулся и увидел, что один из воевавших солдат всё-таки бросился следом за ним. Наверное, посыльный. Этот человек забежал в одну из комнат и что-то крикнул. Видимо, обратился к начальнику заставы за новыми указаниями.

Агат уже успел добежать до противоположной двери. Свобода от армейской субординации, позволяющая действовать быстро — одна из особенностей брейсеров.

Открыв дверь, Агат сразу же увидел лежащего на земле дозорного. Судя по закрытым глазам, он потерял сознание. Его напарник отчаянно сражался мечом.

— И тут, что ли, волки?

— Р-р-р… — раздался глухой рык.

Из темноты вышел волк и расставил лапы так, словно готовился к прыжку. Он метил… как раз в лежащего солдата. Лапы распрямились как пружины, и волк скакнул вперёд.

— А ну сто-о-о-ой!

Агат отщёлкнул застёжки для меча на спине и прыгнул навстречу. Встав между волком и упавшим солдатом, он взмахнул оружием. Удар достиг цели, руки ощутили вес монстра, но Агат невозмутимо завершил взмах. На сей раз руки почувствовали, как меч рубит плоть. Вокруг было темно, и кровь казалась лишь мутными брызгами. Раздался глухой звук — это останки монстра упали на землю.

— Отлично, первый готов… — Агат вгляделся во тьму. — Ну, кто следующий?!

На его призыв из ночной тьмы вышли остальные волки. Восемь. Или девять, если считать того, с которым боролся часовой. С этой стороны их оказалось даже больше, чем с другой.

— Тьфу… Надо же, целой толпой встречаете. И кажется…

Волки сжимали кольцо вокруг Агата.

— …вы твари отчасти разумные.

Они вели себя, как натренированные солдаты.

Один против восьми. “Придётся попотеть”, — подумал Агат.

— Мы поможем! — раздался голос, и рядом возникла ещё одна фигура.

На сей раз Агату даже не пришлось поворачиваться. Он узнал голос.

— Отойди!

— Мы постараемся помогать так, чтобы не мешать тебе, — дерзко заявил ещё один голос, и его обладатель встал с другой стороны от Агата.

Эстель и Джошуа — так ведь себя называли дети Кассия?

— Придурок! Что бы ты ни говорил…

Вволю накричать не вышло. Волк, стоявший по косой от Агата, прыгнул… на Эстель.

Скорее всего, это сработал первобытный инстинкт каждого хищника нападать на слабую жертву. Волку не нужны подсказки дрессировщика, чтобы начать именно с девчонки.

— Чёрт, я же говорил!

Агат собирался прикрыть Эстель, но волк оказался быстрее. Однако…

— Что?! — выпалил Агат, вытаращив глаза.

Эстель умудрилась уйти от удара простым поворотом, даже не сходя с места. Затем, пользуясь энергией вращения, ударила врага в живот навершием палки, вернее, посоха.

Волк заскулил и попытался отступить к стае. Однако столкнулся с летящей голубой глыбой и вновь был отброшен.

“Водяной прострел!”

Арт. Но чей?

Агат недоумённо осмотрелся и увидел Джошуа, который как раз направлял остриё кинжала на только что поверженного волка. Неужели он?! Конечно, арты зачастую не требуют никаких движений, но многие брейсеры предпочитают указывать цели клинками, посохами и так далее. Считается, что это помогает сосредоточиться.

И действительно, второй рукой Джошуа держал боевой орбмент и уже водил по нему пальцем, готовя следующее заклинание. Кварцы вспыхнули.

— Эстель, следующий уже нападает!

— Знаю! — откликнулась девчонка и отскочила от нового врага, выставив посох горизонтально перед собой.

Судя по всему, у неё лучше получалось размахивать этой палкой, нежели применять арты. Увидев безупречную боевую стойку, Агат хмыкнул. Увиденного уже хватило, чтобы понять: эти детишки на удивление сильны.

Конечно, иногда их действия отдавали незрелостью и неопытностью, но при этом они сражались так слаженно, как могут только родные брат и сестра.

Поначалу Агату казалось, что сильнейший боец ближнего боя среди них — вооружённый кинжалами Джошуа, но на деле именно Эстель первая бежала к врагам и стучала по ним длинным посохом. Джошуа же умело поддерживал её артами.

“Вот вы какие, дети Кассия Брайта?”

— Ладно, как хотите. Только не жалуйтесь, если пострадаете… особенно от моего “Тяжёлого клинка”! — выпалил Агат и побежал к волку, на которого положил глаз.

Он был самым огромным в стае — по всей видимости, вожак. Если волки и правда действуют слаженно и организовано… то сначала нужно разобраться именно с их командиром. В конце концов, это основы военного искусства.

— Уо-о-о-орья-а-а-а! — издал брейсер утробный клич, устремляясь к вожаку.

Огромный меч сверкнул в свете ламп и обрушился на волка. Всего одного удара хватило, чтобы Агат по прозвищу “Тяжелый клинок” сразил огромного зверя.

Глава 9. Приют Мерсия

— Это же надо, ушёл и даже не попрощался… Вот ведь грубиян!

— Да ладно тебе.

Эстель всё продолжала злиться, а Джошуа как мог успокаивал её. Застава уже осталась позади, брейсеры без остановки шли на запад по землям Руана.

Отбившись ночью от волков, они легли спать, а наутро не обнаружили в комнате Агата. Оказалось, он уже ушёл, не оставив даже записки.

Эстель казалось, что он поступил поразительно бестактно — только что ведь сражались плечом к плечу! А вот её напарника случившееся не особенно волновало.

— Но хорошо, что всё так легко обошлось, — сменила тему Эстель.

— Это точно, — поддакнул Джошуа.

Даже поваленный на землю часовой почти не пострадал, так что в целом гарнизон отделался лишь лёгкими ранениями.

Благодарить за это следовало Агата. Он наглядно показал Эстель и Джошуа, за что именно получил прозвище “Тяжёлый клинок”, и, к восхищению юных брейсеров, в одиночку расправился с половиной стаи.

После боя один из солдат сказал кое-что настораживающее: на заставу никогда ещё не нападали настолько крупные стаи. Орбальные лампы рядом со входами хорошо отгоняют монстров, и даже совсем обезумевшие от голода волки приходили самое большее по двое-трое.

Но хотя поначалу эти слова заставили Эстель задуматься, в конце концов она последовала примеру самого солдата, который не стал ломать голову и просто сказал: “Бывает же такое”.

Сейчас они поднимались по дороге, петляющей между скал. И вот взгляду открылись широкие просторы. Первое, что увидела Эстель — это голубую воду до горизонта.

— Джошуа, океан!

— Да-да. Можешь не кричать, я тебя и так прекрасно слышу. И вижу тоже не хуже тебя.

Эстель и Джошуа добрались до западного края континента. Далее дорога шла на юг вдоль крутого обрыва, над морем. А значит роскошный вид по правую руку на какое-то время станет их попутчиком.

— Я видела океан много лет назад и только мельком, когда летала с папой на лайнере. Вживую он тако-ой огромный!

— Я тоже давно уже не видел моря.

Снизу доносился шум прибоя. Солёный запах щекотал ноздри. Валлерия, будучи пресноводным озером, не могла подарить этого ощущения.

— Знаешь, Джошуа.

— М?

— Хорошо, что мы решили пойти пешком!

— Это точно.

Брейсеры выдвинулись вдоль обрыва, слушая шум волн. Как раз когда уши Эстель привыкли к прибою, они вышли к развилке. Здесь суша выступала на запад, образуя узкий полуостров. Если верить карте, правая дорога привела бы их на полуостров к маяку Варенн. Левая продолжала идти вдоль моря до самого Руана.

Эстель и Джошуа решили не сворачивать к маяку. Ближе к полудню впереди показалась деревушка.

— Это Манория, — подсказал Джошуа.

Судя по всему, деревушка была скорее постоялым двором для путешественников. Перед ней простирались луга, полные очаровательных белых цветов, поэтому к запаху соли здесь примешивался приятный цветочный аромат.

— Так сладко пахнет… я что-то даже проголодалась.

— Ха-ха. Ты точно из тех девушек, которым дарят конфеты, а не цветы. Значит, давай поищем, где нас могут накормить.

Брейсеры вошли в деревенскую столовую и спросили у хозяина, что он может им посоветовать.

— Вам? Как насчёт взять еды с собой?

— С собой? — удивилась Эстель.

— На краю деревни стоит мельница, рядом с ней замечательная смотровая площадка. Многие гости деревни берут еду туда.

— О-о. А что, неплохо.

— Тогда возьмём, — согласился Джошуа.

Они выбрали понравившиеся наборы, чтобы съесть их на улице.

— Давай скорее! — воскликнула Эстель, распахивая дверь.

— Эстель, аккуратнее! — крикнул Джошуа.

— А?

— Ай! — раздалось рядом с ухом.

В следующую секунду она в кого-то врезалась и упала.

— Ой… Ой-ой-ой. П-прошу прощения! — выдавила Эстель, поборов возникшую в пятой точке боль.

Она ещё не поняла, с кем именно столкнулась, но уже вежливо извинилась.

— А, нет, ничего страшного, — послышался в ответ приятный голос.

Повернувшись, Эстель увидела рядом свою ровесницу. Это была настоящая милашка с короткими волосами и большими глазами, которые казались фиолетовыми из-за причудливой игры света. Она носила школьную форму из голубого пиджака, плиссированной юбки и широкого белого галстука на груди.

“Хм? Кажется, я уже видела эту форму”.

Эстель подумала и сразу вспомнила. Королевская академия Дженис.

Довольно странно вместе с этой формой смотрелся лёгкий клинок на поясе. Видимо, времена сейчас такие, что без оружия, пускай даже бутафорского, ходить стало неспокойно.

— П-прости, — ещё раз извинилась Эстель. — Ты не ушиблась? Всё хорошо?

Девушка замотала головой, медленно встала на ноги и грациозно смахнула пыль с юбки.

— Ну что ты вытворяешь? — запричитал подошедший Джошуа и протянул девушке выпавший из её рук букет.

— Благодарю вас. Скорее, это моя вина. Засмотрелась по сторонам, искала…

— М? Ты кого-то ищёшь? — спросила Эстель.

— Да, мальчика лет десяти. Он, скорее всего, ходит в кепке, но не уверена… Вы его, случайно, не видели?

Эстель порылась в памяти, но не вспомнила в деревне никого, кто подходил бы под описание.

— Кажется, нет, — ответила она.

— Понятно… И куда только он?..

Лицо девушки стало взволнованным. Она вновь извинилась перед Эстель, затем ушла той же дорогой, по которой пришли брейсеры.

***

— Она прямо как… — пробормотал Джошуа, провожая взглядом спину девушки.

— Ты чего, Джошуа? А, неужели запал на неё?

— А? Ты что такое говоришь?

— Да ла-адно, не стесняйся. С первого взгляда, как говорится. Можешь в любое время обращаться за советом в любовных делах.

— Мне казалось, за советами обращаются к опытным людям, — парировал Джошуа, пожимая плечами.

— Ты это к чему?

Эстель надулась и расстроилась. Она ведь искренне пыталась побыть настоящей старшей сестрой. Однако Джошуа лишь устало вздохнул и пояснил:

— Она напомнила мне одну… старую знакомую. Поэтому я слегка удивился.

Лицо парня немного скривилось, словно он вспомнил нечто неприятное. Эстель подумала, что обязательно должна что-то сказать, и выпалила первые пришедшие в голову слова:

— “Напомнила старую знакомую”... М-да, флиртуешь ты на троечку… из десяти. Ну, и чего ты на меня как на дурочку смотришь?!

— Эх… Ты лучше скажи, узнала форму? — Джошуа резко сменил тему.

Эстель показалось, будто она вырыла е яму и сама же свалилась в неё, но решила поддержать разговор.

— Ага. Это ведь оттуда, из Королевской академии Дженис?

— Ну, тут удивляться нечему. Академия расположена именно в Руане.

— О-о… так вот как выглядит настоящая школьница. Опрятная, воспитанная и явно умная. Куда до неё той гадкой бандитке.

— Да что ты говоришь? А при знакомстве ухом не вела.

— У…

— Кстати, ты и в тот раз неправильно поняла мою реакцию.

— У-у…

— Если тебе настолько нечего делать, что ты пытаешься надо мной подшучивать по надуманным поводам, то лучше тренируй наблюдательность, чтобы не позорить брейсеров, а то…

— Поняла! Поняла уже! Больше не подшучиваю!

— Прекрасно, — Джошуа вдруг улыбнулся. — Раз так, давай обедать. Вон, видишь там мельницу?

Он указал пальцем. Эстель перевела взгляд и увидела, как на платформе в южной части деревни вращаются лопасти мельницы. Вокруг кружила какая-то большая белая птица.

Даже сегодня эта мельница на окраине деревни по-прежнему работала. Хотя многие механизмы сегодня построены на орбментах, ветряные и водяные мельницы всё ещё в строю. В деревнях они как и прежде мелют муку и качают воду.

Эстель поднялась на платформу и увидела, как вдаль уходит потрясающий пейзаж.

— Ох, какой вид!

— Всю широту моря видно...

Ничто не мешало глазу увидеть океан, раскинувшийся к югу от обрыва.

Под мельницей стояла скамейка — должно быть, как раз для любования пейзажем. Брейсеры уселись на неё.

— Приятного аппетита!

— И тебе.

Эстель развернула свой обед и тут же взялась за дело.

— Какая вкусная ветчина!

Ей достались сэндвичи с копчёной ветчиной и хрустящими листьями салата, которые прекрасно оттеняли мягкость мяса. Неожиданной пикантности, тоже как нельзя кстати, добавляла горчица, иногда щипавшая девушке язык.

Эстель посмотрела на соседа и увидела у него паэлью. Разнообразие морепродуктов в ней напомнило о близости деревни к морю. В самой середине блюда восседал огромный моллюск в раковине. Вокруг него по кругу лежали маленькие креветки.

— Как приятно пахнет. Шафран, — сказал Джошуа, зачерпнул паэлью из свёртка простой деревянной ложкой и отправил в рот.

Судя по выражению лица, вкус пришёлся ему по душе.

— Интересно, ложка нам остаётся?

— Думаю, да. Не будут же за нами бегать… Тем более что она самодельная. Видишь, вот тут кривоватая?

— О-о. Но здорово, что они такие заботливые.

— Это точно.

— Еда и правда обалденная. Я, кстати, никогда толком паэлью не ела. Дай попробовать, Джошуа.

— Как хочешь… Меняемся?

— Не. Мне ложки хватит. Покорми меня, — заявила вдруг Эстель как ни в чём не бывало.

— Что значит “покорми”?..

— Давай, не тормози.

— Но это как-то…

Джошуа растерянно смотрел то на ложку, то на коробку с едой на своих коленях.

— Да ладно тебе, никто не видит. Не стесняйся. Некому тут сказать, что мы ведём себя как дети.

— Я стесняюсь не поэтому. Эх, ты…

Всё-таки сдавшись, парень зачерпнул ложкой рис и моллюска, с которого предусмотрительно снял раковину.

“Ого, это же самый большой моллюск!”

— Ты серьёзно?

— Ты про что? Ешь давай.

— М… мм.

Когда ложка покинула рот Эстель, она разжевала моллюска вместе с рисом.

— Мм… мням… мм.

Сначала зубы ощутили мягкость мяса, затем изнутри прыснул горячий сок и разлился по языку. Пряная жидкость быстро смешалась с рисом, который приправили только солью и перцем.

“Как вку-у-усно!”

Первая в жизни Эстель настоящая паэлья так поразила её вкусом морепродуктов, что девушка сразу влюбилась.

— Ммм! Ох. У-ух. Вот оно — главное блюдо морского побережья. У меня аж аппетит разыгрался!

— Да-да, рад за тебя.

— Это что ещё за вялый ответ? Ну-ка, вот тебе за это!

Эстель схватила недоеденную половину сэндвича и затолкала её в рот Джошуа.

— Мгх! М… уф. Вкусно, конечно, только не надо совать без предупреждения.

— Хе-хе-хе. Месть моя страшна.

— Ты перепутала смысл слова месть…

— Мм, как же было вкусно!

Эстель закрыла опустевшую бумажную коробку и сладко потянулась, поднимая руки к ясному небу. Белая птица, кружившая вокруг мельницы, как раз устремилась куда-то вдаль.

— Слушай, а это ведь явно не чайка.

Теперь Джошуа тоже обратил внимание на птицу.

— И правда. Кажется, орёл или ястреб… Хотя белые ястребы встречаются крайне редко.

Наевшиеся брейсеры встали со скамейки. На самом деле Эстель не отказалась бы ещё отдохнуть, но если они хотели добраться до Руана засветло, то засиживаться в Манории не стоило.

Они спустились с платформы, беседуя о своём, но стоило вернуться на дорогу, как из-за угла выскочила маленькая фигура и врезалась в Эстель.

— А! Осторожнее!

— Уо. П-простите, я не хотел!

“Сегодня прямо день столкновений”, — подумала Эстель, придерживая едва не упавшего мальчика. Он носил кепку с коротким козырьком и всем своим видом излучал шкодливость. По крайней мере, глаза под рыжими волосами светились хитростью.

— Хм, эта кепка… Слушай-ка.

— Ч-что?

— Тут одна девушка в школьной форме разыскивает мальчика в кепке. Тебе это ни о чём не говорит?

— А-а, да, точно! Где вы её видели?

— Перед вон тем магазином. Но куда пошла — не знаем… хочешь поищем?

Эстель старалась быть как можно ласковее и заботливее, но мальчик отмахнулся и убежал, сказав лишь:

— Я уже понял, где она!

Глядя вслед исчезающему ребёнку, Эстель вспомнила непослушных детей родного Ролента.

“Как вы сейчас, Люк, Пат?”

Она не видела эту парочку с тех пор, как ходила спасать их в Эсмеласовую башню. Хотелось верить, что у них всё хорошо.

Вдруг Эстель заметила, что Джошуа пристально смотрит вслед мальчику. Затем он повернулся к Эстель.

— Мне, конечно, могло показаться, но… Эстель, у тебя ничего не пропало?

— А?

Эстель растерялась, но увидев, что Джошуа настроен всерьёз, принялась проверять вещи. В первую очередь она кинулась искать кошелек, но он спокойно лежал в кармане. Затем девушка проверила заколку в волосах и орбмент на поясе, а потом…

— Хм. Вроде всё важное…

“На месте”, — собиралась сказать она, но вдруг её осенило. Она ощупала свою грудь, но лишь подтвердила опасения. Эстель опустила глаза, и почувствовала, как кровь отхлынула от лица.

— Моя эмблема брейсера...

Значок, гордо пришпиленный на грудь и служивший ей удостоверением, бесследно исчез. Эстель так привыкла к нему, что уже перестала замечать. Однако последнюю минуту ей казалось, будто чего-то недостаёт, и возможно, именно из-за значка.

— Так я и думал.

— Что значит “так и думал”? А… Не может быть…

Но ответ напрашивался сам собой.

— Во время обеда эмблема была на месте. Это точно, — заявил Джошуа.

Объяснение могло быть только одно: её обокрали.

— Поскольку ребёнку эмблема ни к чему, думаю, он просто проказничал…

— Ох уж этот шалунишка, я этого так не оставлю!

***

“Приют Мерсия”.

Увидев этот знак, они свернули на север с дороги, которая соединяла Манорию и Руан.

— Похоже, сюда нам и надо, — сказал Джошуа.

Эстель посмотрела на небольшой дом, видневшийся в конце тропинки.

Он даже не был каменным — деревянное строение всего в два этажа. Девушке показалось, будто он ещё меньше того, в котором жила их небольшая семья.

Вокруг дома был разбит небольшой огород. Едва ли урожая с него хватало, чтобы обеспечивать жильцов едой…

Как выяснилось, малолетний воришка живёт именно здесь. По крайней мере, сразу несколько жителей Манории заявили, что мальчик в кепке — это Клем, один из сирот приюта Мерсия. В деревне его знали как редкого шалуна.

Из взрослых в приюте жила только матушка Тереза, а дети были намного младше брейсеров. Узнав об этом, Эстель хорошенько подумала и…

— Всё, я решила! Брать чужие вещи нельзя, и этому не может быть оправдания. Поэтому сначала я его как следует накажу!

— Только не переусердствуй.

Они дошли до конца тропинки и сразу увидели детей, играющих на площадке перед домом. Двух мальчиков и одну девочку. Один из мальчиков носил кепку, и Эстель сразу узнала её. Несомненно, она принадлежала воришке.

Проказник как раз стоял спиной к Эстель. Она подкралась поближе и крикнула:

— Эй, ты!

Мальчик подпрыгнул от удивления и повернулся к Эстель.

— Тьфу! Ты… Но как…

— Хе-хе. Нечего недооценивать брейсеров.

— Ч-чёрт!

Он слово заяц сорвался с места , но Эстель мигом настигла его прямо перед грядками с пряными травами. Схватив мальчика за шкирку, она подтащила его к себе и крепко обхватила голову рукой.

— Больно! Больно! П-пусти-и!

— Вот как? Тогда сначала верни мою эмблему!

— Г-где доказательства, что она у меня?!

— Ты чего такой дерзкий? Раз у тебя её нет, то зачем ты побежал, как только увидел меня? Если надо, я переверну тебя вверх тормашками и вытрясу её!

— Не надо тормашками! А-а-ай!

— Ну-ка, ну-ка…

— Зиг! — раздался вдруг голос.

В следующий миг сверху спикировала огромная белая птица, царапнула Эстель по щеке и вновь взмыла в небо.

— А-а! Ч-что это?

Взлетевшая птица неторопливо описала круг, вновь спикировала и приземлилась на плечо девушки, которая стояла перед приютом. Два других ребёнка, которые играли во дворе, держали её за юбку. Должно быть, пока Эстель возилась с мальчиком, они забежали внутрь и позвали её.

— Немедленно отпусти его! Я не допущу, чтобы ты ему… ой?

— А, это ты?..

Девушка с белой птицей на плече носила форму Королевской академии Дженис. Именно её брейсеры встретили в Манории — она искала мальчика в кепке.

— Клоэ, спаси! Я ничего не сделал, а она надо мной издевается!

— З-зачем ты обманываешь?! Ты украл у меня эмблему!

— Где доказательства?!

— Гр-р-р!

Мальчик сбежал за спину Клоэ, высунулся и показал язык. Разумеется, в таких условиях Эстель уже не смогла бы перевернуть его вверх тормашками и вытрясти эмблему.

“Она меня сразу остановит… Гмм, что же делать?..”

Вдруг кто-то дважды хлопнул в ладоши.

— Что тут за шум?

Дверь здания открылась, и изнутри показалась немолодая женщина.

— А, госпожа Тереза.

Очевидно, это и была матушка приюта. Она обвела всех присутствующих взглядом и тяжело вздохнула.

— Видимо, Клем опять что-то натворил.

— Я н-ничего не…

— Врёшь, ты украл мою эмблему! — выпалила Эстель, но тут Джошуа постучал её по плечу и взглядом попросил успокоиться.

Затем он перевёл взгляд на Терезу, тем самым призывая напарницу просто понаблюдать.

Тем временем матрона как раз обратилась к Клему:

— Ты правда ничего не делал?

— Конечно, правда!

— Клянешься именем богини?

— К-клянусь!

— Хорошо… Потому что я нашла на полу детской какую-то эмблему. Стало быть, её выронил не ты.

— Чего? Но ведь у меня в кармане… А!

Клем понял, что проболтался.

— Так и знала! — выкрикнула Эстель.

— Ох… Ну что же ты, Клем, — Клоэ покачала головой.

— Эх, братик, вот ты дурачина!

— Дурачина…

Дети тоже присоединились к Клоэ.

— Ловко вы его проучили, — одобрительно сказал Джошуа матушке.

— Верни, — тихо сказала та Клему.

— Кх… ладно!

Мальчик швырнул эмблему в Эстель, развернулся и куда-то умчался.

— Клем! — попыталась окликнуть его Клоэ, но безуспешно. Мальчик уже удрал в сторону города.

— Ничего, — заявила матушка. — Остынет и вернётся. А нам, пожалуй, не стоит говорить стоя. Заходите, у нас как раз полдник.

“Вот это она даёт!” — подумала Эстель, глядя на нежную улыбку женщины.

***

Приют Мерсия работал исключительно стараниями матушки Терезы.

Как Эстель и предполагала, крошечный огород не мог их обеспечить, однако травы, которые Тереза начала выращивать для своего удовольствия, пользовались большой популярностью в Манории, так что поставки урожая в таверну помогали приюту сводить концы с концами.

Тереза лично сделала брейсерам травяной чай и предложила в качестве закуски яблочный пирог. Со слов матушки, так она пыталась извиниться за действия Клема, но Эстель показалось, будто извинение получилось очень уж щедрым.

— Он у нас такой проказник… Не злодей, но…

— Ха-ха, ничего, ведь эмблема уже у меня. И пирог, кстати, прекрасный.

— Благодарю. Этот пирог испекла Клоэ. Она изумительно готовит.

Они сидели в крошечной комнате за столом — пожалуй, единственной действительно крупной вещью во всём приюте. За ним собиралась всё детвора. Клоэ, сидевшая рядом с матушкой, смущённо улыбнулась.

— Да, он и правда вкусный! — подтвердила Эстель.

— Так и есть, — согласился Джошуа.

— Что вы… Ах да, я должна перед вами извиниться за ужасное недоразумение…

— Я же говорю, ничего! Хотя ястреб меня, конечно, удивил.

— А, ты про Зига? На самом деле он кречет, — поправила Клоэ.

— Значит, кречет… сокол... — Джошуа кивнул. — Белый сокол — это же символ Либерла. Дрессировка у него что надо. Твой питомец?

— Нет, я ему не хозяйка, а… подруга.

— Белый сокол… — повторил Джошуа.

Он явно о чём-то задумался, но Эстель не могла прочесть его мысли. Впрочем, она давно привыкла к тому, что Джошуа часто уходит в себя.

— Эх! Но это всё равно здорово — иметь такого друга, — искренне восхитилась Эстель.

Она сразу прониклась симпатией к Клоэ, которая с такой лёкостью назвала кречета другом. Увидев, что собеседница вновь засмущалась, Эстель кое-что вспомнила.

— Это ведь… форма Королевской академии Дженис, да? Она где-то неподалёку?

— А… да. Отсюда по пути в Руан есть ещё одно ответвление влево, которое как раз ведёт туда. Думаю, отсюда что до академии, что до Руана идти примерно одинаково и недолго, поэтому я часто заглядываю сюда.

Слушая Клоэ, Эстель рисовала в голове карту. Манория находилась чуть восточнее западного края суши, но как раз рядом с тем местом, где море немного вгрызалось в континент с запада, поэтому брейсеры всё это время шли по побережью. Дальше берег тянулся на юг, и если продолжать движение вдоль него, то скоро окажешься в Руане. Следовательно, чтобы попасть в академию, нужно немного пройти вглубь континента.

— Дети всегда радуются, когда ты приходишь с ними поиграть.

— Госпожа Тереза…

— Только не надо жертвовать ради нас школьной жизнью.

— Хорошо, — Клоэ безропотно кивнула.

Очевидно, в её достоинства следовало записать ещё и покладистый характер. Вдруг Эстель задумалась ещё кое о чём:

— Школьной жизни… Всегда хотелось попробовать её на вкус.

— Ага, ведь воскресная школа в церкви всего раз в неделю, — поддакнул Джошуа. — Вот только вступительные экзамены в академии очень сложные.

— П-понятно, — Эстель схватилась за голову. — Тогда мне это вовек не светит.

Но стоило проронить эти слова, как Клоэ возразила:

— По-моему, стать брейсером — это намного сложнее. Я даже завидую.

— Хе-хе, как-то даже неловко такое слышать. Но мы, можно сказать, пока стажёры.

Долго засиживаться было нельзя, ведь они хотели успеть в Руан. Брейсеры выпили всего по две чашки, после чего начали собираться.

Дети проводили их до выхода из дома. Эстель помахала рукой, и они ответили тем же. Увы, Клема среди них не было.

Клоэ покинула приют вместе с брейсерами. Над головой раздался пронзительный свист. Белый кречет спустился к земле, грациозно расправил крылья и приземлился на руку Клоэ.

— Зиг, ты что, ждал меня?

— Фьюить!

— Понятно, но эти люди мне не враги. Их зовут Эстель и Джошуа. Запомни.

— Фьюить! — свистнул кречет и вновь улетел.

— Ничего себе. Неужели ты умеешь с ним разговаривать?!

— Такое, конечно, выше моих сил… но я более-менее понимаю, что он хочет сказать. В каком-то смысле мы умеем читать чувства друг друга. Или мне так просто кажется.

— О-о.

Пусть так, Эстель всё равно восхитилась.

— Кстати, Эстель. Вы сейчас направляетесь в Руан?

— Ага. Прежде чем браться за работу, младшие брейсеры должны написать заявление о переводе в местном отделении гильдии.

— Отделение гильдии брейсеров? Я там была несколько раз.

— Ты ходила в гильдию?

— Да. Возле академии завелись монстры, и учителя отправили меня подать запрос от их имени. Если хотите, я могу вас проводить.

Предложение Клоэ оказалось как нельзя кстати, ведь и Эстель, и Джошуа оказались в этом регионе впервые.

Покинув приют, они вернулись по тропинке на прибрежную дорогу. Но не успели сделать и шага в сторону Руана, как из-за дерева раздался голос.

***

— Сестрица Клоэ.

Неожиданное обращение заставило всю троицу повернуться к дереву.

— А, Клем.

— А, воришка!

Из тени вышел тот самый мальчик, что украл у Эстель эмблему.

— Сестрица… прости.

— Ха-ха, не волнуйся, я на тебя не злюсь, — заверила Клоэ. — Но ты не должен играть тут в одиночку. Вдруг нападут монстры?

— Я…

Клем явно хотел сказать что-то ещё. Клоэ кивнула ему, похлопала по плечу, затем повернула лицом к Эстель и подтолкнула в спину.

— Давай.

— У…

— Ты же не просто так сюда пришёл. Давай, смелее.

— А… у… Прости! — выпалил мальчик и поклонился Эстель.

“А-а, вот в чём дело.”

Клем ждал их, чтобы извиниться.

— Ну-у… Ладно, немного честности в тебе всё-таки есть.

— З-заткнись! Позволила мне, ребёнку, обокрасть себя, и ещё важничает! Ты точно брейсер?!

— Уф!

— Тьфу на тебя! Катись отсюда! — выпалил Клем и умчался в сторону приюта.

— А-а-ах этот, этот! Всё-таки он маленький гадёныш!

— Ну ладно тебе. Он просто засмущался, — успокоил Джошуа негодующую Эстель.

Клоэ посмотрела на них с завистью в глазах и вдруг проронила:

— Вы ведь брат и сестра, раз оба Брайты?

— Да. Если что, я старшая.

— Но мы с тобой ровесники.

— Неважно, какая между нами разница, я сказала старшая — значит старшая! Ты у нас дома появился после меня, поэтому младший! — не задумываясь выпалила Эстель.

— “Появился”? — Клоэ округлила глаза, удивившись выбору слова.

— Да, его отец подобрал. Поэтому он младший брат.

— А… так значит он… — на лице Клоэ отразилось чувство вины.

— Это не важно. Мы с тех пор всегда вместе, я считаю его настоящим братом. Джошуа, ты ведь тоже ко мне так относишься?

— Ну… да.

Эстель не заметила, что парень на секунду замялся.

— Вот!

— Я так завидую вашей дружбе.

— Правда, с учётом того, кто из нас за что отвечает, я всё-таки должен называться старшим, а она младшей.

— Джошуа!

— Хи-хи. Да, вы и правда дружная семья. Я единственный ребёнок, поэтому всегда мечтала о чём-то таком… — сказала Клоэ и посмотрела в сторону приюта. Затем её взгляд вновь остановился на Эстель. — Ну что, пора в дорогу.

Перед тем, как она сказала это, на её лице появилась печаль, но не продержалась и секунды…

Троица зашагала на восток вдоль моря. По пути им встретилась ещё одна развилка.

— Если свернуть здесь налево, можно попасть в академию, — объяснила Клоэ.

— Слушай, раз такое дело, может, здесь и попрощаемся? Иначе ты вернёшься очень поздно.

— Спасибо за беспокойство, но оно ни к чему. У меня разрешение на выход до конца дня. Даже если я загляну в Руан, то всё равно легко успею.

Действительно, город был совсем рядом, а заходящему на западе солнцу оставалось проделать ещё немалый путь до линии горизонта.

Когда впереди показались городские дома, Эстель не удержалась от возгласа:

— Ого! Как красиво… Всё такое белое!

— И правда. Я слышал, некоторые поэты описывают Руан как ракушку, выброшенную на берег.

— Да-да, очень похоже.

Именно эта белизна стала первой запоминалась в городе. И мощёные улицы, и каменная кладка домов сверкали белизной, отражая солнечные лучи. Но стоило повернуть голову вправо, как перед глазами появлялось бескрайнее синее море. Эти два цвета, белый и синий, создавали невероятно красивое сочетание. Казалось, будто город создан художником.

— Если Бос называют торговой столицей, то Руан — портовой.

— Тут не только море, но и порт, да? Ага, отличное название!

Ответив Джошуа, Эстель снова пошла вперёд. Дорога под ногами прешла в белоснежную городскую улицу, а затем появились ворота. Пройдя через них, брейсеры попали в город.

— Если хотите пройти в гильдию брейсеров, вам сейчас нужно вперёд, пока не перейдёте по мостику, затем сразу налево. Я пойду с вами.

— Спасибо!

Эстель стало немного грустно от того, что их совместное с Клоэ путешествие подходит к концу. В конце концов, с тех пор, как начались поиски отца, она почти не встречала своих ровесниц… и, если на то пошло, во время жизни в Роленте их тоже недоставало.

“Славная девушка. Воспитанная.”

Сразу видно, ученица престижной академии. Несмотря на это, она не зазнавалась. Впрочем, были у неё и странности — вроде дружбы с кречетом.

Троица перешла канал по мостику, поравнялась со входом в огромный отель и свернула налево. Эта дорога привела их в переулок, где вскоре по левую руку появилась знакомая табличка с изображением щита и рукавицы. Отделение гильдии брейсеров.

Они открыли дверь и вошли. За стойкой никто не дежурил, однако к ним развернулась девушка, стоявшая перед досками объявлений.

— Вы что-то хотели? У Жана встреча с заказчиком на втором этаже. Я могу поговорить с вами вместо него, если вы не против.

Это была брейсер по имени Карна, девушка завидного роста с красной повязкой на лбу. Её длинные волосы были заплетены в конский хвост практически у самой макушки. В целом она выглядела как боевая, компанейская девушка, с которой хотелось брать пример.

— Хм? Твоя эмблема… Надо же, мы коллеги?

— Ага, только я ниже рангом. Меня зовут Эстель.

— Я Джошуа, тоже младший брейсер.

— Эстель и Джошуа? А-а, понятно, так это вы…

— Ты уже знаешь, кто мы?

— Как здорово, вы прямо знаменитости, — вмешалась Клоэ, наблюдавшая за разговором сзади.

— Н-ну что ты! Какие там знаменитости…

— О? А это с вами кто? Вроде бы не брейсер.

— Это Клоэ, она проводила нас сюда, — учтиво представил попутчицу Джошуа.

Младшие брейсеры поклонились Карне, и даже Клоэ кротко кивнула.

— А-а, всё понятно. Но вообще-то она права, вы и есть знаменитости. Все знают о парочке новичков из Ролента, которые совершили настоящий подвиг в Босе.

— Э-э, а-ха-ха-ха. Ну что ты.

Эстель засмущалась, когда речь зашла о “подвиге”.

“Ой, что это я!”

Ей вспомнилось, как их осадил Агат. Он как раз говорил о том, чтобы они не слишком радовались, когда слышат подобную похвалу.

— Кстати, администратора ещё долго не будет? Если да, мы могли бы пока погулять по городу, — сказал Джошуа.

— Так и сделайте, — ответила Карна. — Я вам не могу дать документы для приписки к отделению, за этим только к Жану. Можете пока поубивать время, только вернитесь до темноты.

— Понятно.

— Раз так, я могу вас ещё немного поводить. Хочется показать вам одно место.

— Ты с нами?! — обрадовалась Эстель. — Спасибо, Клоэ!

— Значит, решено, — заключил Джошуа. — Веди.

***

В самом центре королевства Либерл раскинулось огромное озеро Валлерия. Из него на запад вытекает река Рýбин и впадает в океан как раз в городской черте Руана. Собственно, белокаменный город и был основан на устье реки и рос вокруг её берегов, разделённый на северную и южную части. Эти два района развивались независимо и в прошлом часто спорили друг с другом о том, кто из них главнее, но с недавних пор начали ощущать себя частями единого целого. Ключевую роль в этом сыграл…

— Ух ты, какой огромный… — невольно обронила Эстель. — Это его ты нам хотела показать, Клоэ?

— Именно, это Лангландский мост.

— Да уж… до другого берега отсюда аржей сто, — восхитился Джошуа.

Эстель и её попутчики находились как раз перед рекой Рубин, которая протекала слева направо. Через неё был перекинут огромный каменный мост, связывающий то место, на котором они стояли, с противоположным берегом. Правда, отсюда дальний конец моста казался узким, а люди на нём — крошечными. Так или иначе, это сооружение шириной шесть аржей и длиной больше сотни служило дорогой, по которой перемещались и люди, и грузы.

— Когда его построили, сорок лет назад, город изменился до неузнаваемости. До этого перемещаться между северным и южным районом приходилось с помощью паромов, — объяснила Клоэ.

Эстель не задумываясь кивнула, но уже через мгновение в голову пришёл вопрос.

— Гм? Я, конечно, понимаю, что такую широченную переправу построить очень трудно, но разве в прежние времена здесь не было моста попроще?..

— В Руане запрещалось строить мосты. В столице даже выпустили на этот счёт специальный указ.

— А? Но почему?..

— Думаю, из-за того, что мост перекрыл бы судоходство, — предположил Джошуа, и Клоэ кивнула.

— Верно. Рубин — это единственная река, которая связывает столицу с океаном.

— Сейчас, конечно, появились воздушные корабли, но в те времена большая часть товаров шла морем. Если перекрыть реку мостом, по ней нельзя будет доплыть до озера и столицы.

— Понятно… — пробормотала Эстель. — Вот мосты и запретили, да?

— Но ведь даже сейчас, когда есть воздушные корабли, значительная доля внешней торговли приходится на морские перевозки, не так ли? Эта река всё равно нужна для судоходства. А значит…

— П-подожди. Не надо так быстро говорить!

Джошуа так далеко ушёл в размышлениях, что Эстель за ним не успевала.

“Ох уж этот Джошуа, всегда первым всё понимает, а мне приходится догонять! — подумала она, прикладывая все умственные силы. — Хмм…”

Из ранее сказанного она успела понять, что мост мешает проходу кораблей. Причина этому очевидна — если какая-нибудь нагруженная грузом баржа попытается сплавиться по реке, то не пройдёт дальше Руана.

Но теперь Джошуа зачем-то напомнил, что река по-прежнему используется для судоходства…

“А, ой!”

Эстель осознала, в чём противоречие.

“Как же корабли ходят по реке, если мост всё-таки построен?”

Стоило задаться этим вопросом, как Клоэ дала на него ответ:

— Лангландский мост разводной.

— Разводной?.. А, я поняла. Это значит, он может подниматься?..

Эстель посмотрела вперёд.

“А… Да неужели?!”

— Он разделяется пополам точно посередине. Половинки поднимаются каждая в свою сторону. Их тянут мощные железные цепи, которые, в свою очередь…

Клоэ взмахнула рукой, привлекая внимание брейсеров к пространству по бокам от моста. Лишь тогда Эстель заметила, что у его основания стоят две огромные башни. Они напоминали две руки, держащие над землёй необычную вещь.

Гигантскую катушку.

— Наматываются на этот цилиндр.

Эстель воочию убедилась, что так и есть: вокруг катушки действительно шла мощная цепь. Получалась лебёдка: вращаясь, катушка сматывала цепь и тянула мост, поднимая его над рекой. Точно так же работают и подвесные мосты через рвы в замках, разница лишь в невообразимых размерах конструкции.

Половина от ста аржей — это пятьдесят. Подумать только, что этот механизм может поднять такой длинный каменный пролёт!

— Всё благодаря орбальной революции.

— Так и знал, что без силы орбментов тут не обошлось…

— Ого!..

Обуздав могучую силу орбментов, инженеры смогли выполнить на первый взгляд взаимоисключающие требования: построить мост и не перегородить путь кораблям. Стало понятно, почему Клоэ так хотела показать им эту достопримечательность. Должно быть, это один из крупнейших механизмов во всём королевстве.

— Мост разводят трижды за день. Полагаю, мы ещё успеем увидеть сегодняшний вечерний развод.

— Такое ни за что нельзя пропустить!

— Согласен.

— Тогда давайте я вам пока покажу портовую часть, а потом пойду назад в академию. Порт тут рядом, прямо за мостом.

Троица перешла на южную половину Руана. Здесь тянулись ряды гигантских складов, относившихся к городскому порту. Хотя распространение воздушных кораблей сократило перевозки морем, в этих местах зданиях по-прежнему размещали грузы из других стран, которые затем развозили по всему королевству.

— Некоторые из складов нынче пустуют, и беда в том, что в них собираются сомнительные личности.

И стоило Клоэ про это сказать…

— Ну-ка постойте, девчата! — раздался голос.

К ним с волнореза подошли трое хамоватых людей.

***

— А? Мы? — вздрогнув, переспросила Эстель.

В её жизни ещё не случалось, чтобы незнакомый мужчина остановил её прямо посреди улицы. То ли дело мальчики, особенно совсем маленькие. Они постоянно звали её собирать жуков, попинать мяч или поиграть в салочки. Увы, сейчас к ней приближались трое парней, явно совершивших за свою жизнь много нехороших поступков, и их внимание ничуть не радовало.

— Вам что-то нужно? — спросила Клоэ.

— Если у вас нет планов на вечер, то мы тут думали предложить вам вместе погулять!

На вид эти незнакомцы были немного старше Эстель. Они постепенно сжимали кольцо вокруг троицы и скабрезно ухмылялись.

— Планы есть. Мы на экскурсии по Руану. Простите, но вам придётся поискать кого-нибудь другого, — твёрдо отказала Эстель.

— О, какая дерзкая. Как раз в моём вкусе.

— Чего? — растерялась Эстель.

— Давай, не отнекивайся.

— Д-да отвали ты уже!

Хотя рядом стоял Джошуа, хулиганы лишь смерили его быстрым взглядом и вслух назвали бледным хиляком. Услышав это, Эстель надулась. Ей хотелось бы вообще не иметь дел с троицей парней, но они всё продолжали надвигаться с разных сторон. Очевидно, они не собирались так просто принимать отказ.

Разозлившись, Эстель потянулась к шесту за спиной, но тут перед ней встал Джошуа.

— Если хоть пальцем её тронете… то пощады не ждите, — сказал он, смерив троицу ледяным взглядом.

— Ух…

— Т-ты чего?..

Он всего лишь молча смотрел на хулиганов, но те застыли как вкопанные. Почему-то они больше не решались ни говорить, ни приближаться.

Вдруг раздался ещё один голос:

— Эй, вы чего вытворяете?!

Все дружно повернулись. Обладателем голоса оказался юноша с волосами, разделёнными идеальным пробором, и взглядом поборника справедливости. Он вклинился между Эстель и хулиганами.

— Опять вы за своё?! Ничему вас жизнь не учит… Не стыдно в вашем возрасте таким промышлять?!

— З-заткнись! Мэрскую шавку никто не спрашивал!

— Ах ты…

— Меня кто-то звал?

За спиной юноши раздался ещё один голос.

— Д-Далмор! — выпалил один из хулиганов.

На сей раз появился бородатый мужчина средних лет с коротко стриженными волосами и в дорогой одежде.

— Это кто? — шёпотом спросила Эстель у Клоэ.

Пускай мужчина и не отличался высоким ростом, но держался с достоинством. В его словах сквозили спокойствие и самоуважение.

— Далмор, мэр Руана.

— Что, сам мэр?

— Да. А молодого, кажется, зовут Гилбертом.

— Ты прямо всех знаешь! — восхитилась Эстель.

Конечно, нет ничего удивительного в том, что житель региона знает, как зовут мэра, но помнить ещё и имя секретаря — это уже достижение.

— Он выпускник Королевской академии. Нам говорили, что он прославился безупречными оценками.

— А-а, понятно.

Раз юноша успел оставить такой след, то ученики академии действительно могли его знать.

Тем временем мэр Далмор обвёл хулиганов взглядом и сказал:

— Руан — город, который гордится свободой и традициями. Я не собираюсь ругать ваш образ жизни, но если начнёте приставать к туристам, с вами будет совсем другой разговор.

— И ты заткнись, сволочь! Тоже мне, титул потерял, зато стал мэром-олигархом.

— Такая грубость — это уже ни в какие рамки! — звонко выкрикнул секретарь.

Ситуация накалилась до предела. Однако сразу после этого хулиганы поняли, что Эстель и Джошуа — брейсеры, и резко изменились в лице. Троица о чём-то пошепталась и быстро ретировалась в сторону складов, бросив напоследок пару едких, но избитых фраз.

Мэр извинился перед Эстель за поведение горожан. Брейсеры в ответ торопливо представились.

— Теперь понятно, — Далмор понимающе кивнул. — Администратор гильдии… да, точно, Жан говорил о том, что наш город вскоре посетят многообещающие новички. Должно быть, он имел в виду вас.

— Не уверена насчёт многообещающих…

— Но в ближайшее время мы будем находиться в вашем регионе, — закончил Джошуа за Эстель.

— Это радует, в Руане сейчас непростые времена… Однако насколько я могу судить, ваша спутница — не брейсер, а ученица Королевской академии.

— Позвольте представиться, Клоэ Ринц. Это огромная честь для меня, — сказала Клоэ, низко кланяясь мэру.

— Ага, взаимно. Мы с вашим деканом Коллинзом близкие друзья. Да, кстати, Гилберт, ты ведь тоже выпустился из академии?

— Да. Так это ты — Клоэ? О тебе ходит множество слухов. Например, что ты соревнуешься за первое место по успеваемости с Джилл, председателем школьного совета. Как выпускник академии я горжусь тем, что новое поколение учеников так талантливо.

— Ох, не нужно…

— За первое место? Лучшие оценки в школе? Ну ты даёшь, Клоэ!

— Ну что ты, Эстель.

Клоэ пыталась скромничать, а мэр, наоборот, восхитился:

— О, как приятно такое слышать. Жду не дождусь следующего фестиваля академии. Проведите его как следует.

— К-конечно! — Клоэ немного оробела и снова поклонилась.

Далмор сказал брейсерам, чтобы они не стеснялись обращаться к нему по любому поводу, и ушёл вместе с Гилбертом.

— Ох. Вот это я понимаю, внушительный человек, — высказалась Эстель.

— Действительно, — поддакнул Джошуа. — Можно сказать, по-настоящему “мэрный” мэр.

— Когда-то Далморы были известным знатным родом. Хотя аристократию уже упразднили, мэр всё равно служит образцом человека из высшего общества, — объяснила Клоэ.

— О-о, аристократ. Это всё равно что пришелец из другого мира.

— Но я рада, что мы так легко отделались от хулиганов. Кто бы мог подумать, что к нам пристанут такие люди… Простите, что завела вас в такое опасное место.

— Тебе не за что извиняться.

— Да, Джошуа прав. Это их вина, а не твоя!

Хотя Эстель хотелось ещё походить по городу вместе с Клоэ, она не стала просить о невозможном, и троица направилась назад в отделение гильдии. За стойкой их ждал администратор Жан. Из Боса ему уже сообщили о прибытии новых брейсеров, так что с документами не возникло никаких затруднений.

Когда троица вышла наружу, небо уже порыжело.

— Скоро должны развести мост, — напомнила Клоэ о важном деле, и они дружно бросились смотреть на чудо техники.

— А, смотрите! Он поднимается!

Белокаменный мост, залитый мягким светом, будто раскололся точно посередине. Ближняя половина начала медленно подниматься в сторону берега и остановилась на такой высоте, что Эстель пришлось задрать голову. Пролёт длиной пятьдесят аржей теперь высился над городом словно башня, пронзая закатное небо.

— Ух ты-ы, вот это да-а.

— Да, это… и правда впечатляет.

— Мне хочется, чтобы все гости Руана увидели это зрелище. Кстати, Эстель, Джошуа, вы уже знаете, где будете ночевать? — спросила Клоэ, когда Лангландский мост закончили разводить.

Брейсеры всегда могли заночевать прямо в отделении гильдии, однако Эстель хотелось хотя бы первую ночь провести в роскошном городском отеле. Когда она высказала эту мысль, Клоэ дала совет:

— Тогда вам лучше поспешить. Сейчас как раз туристический сезон, и места в отеле быстро заканчиваются.

— Понятно… Тогда нам лучше не терять время и пойти прямо туда.

Клоэ лично отвела их к огромному зданию рядом с городскими воротами. Вывеска гласила: “Отель Бланш”.

Свободных номеров в нём уже не оставалось, но к приходу троицы как раз освободился пентхаус. Администратор даже предложил переночевать в нём бесплатно, поскольку заведение, как оказалось, многим обязано брейсерам. Эстель и Джошуа, не раздумывая согласились. Заодно выяснилось, что в отеле можно взять лодку, чтобы с неё рыбачить.

— Как вам повезло.

— Ага. Спасибо, что показала город.

— Хе-хе, да не за что… Что же, мне пора в академию.

— Доберёшься? Солнце уже почти зашло.

Как говорила сама Клоэ, рядом с академией водятся монстры, поэтому Эстель начала волноваться.

— Ничего страшного, я прибьюсь к другим людям, которые сейчас возвращаются в академию. Да, кстати, вы ведь задержитесь в Руане? Если хотите, можете заглянуть в академию на фестиваль. На этих выходных, — предложила Клоэ перед уходом.

— Фестиваль?

— Это какое-то мероприятие? — переспросил Джошуа.

— Да, праздник, который организуют сами школьники. Это традиция академии.

— Праздник?! Кажется, это именно то, что мне надо! Уже хочу туда! И желательно участником, а не гостем!

Эстель так разошлась, что Джошуа пришлось вмешаться и утихомирить её:

— Эй, ты. Мы в Руане для того, чтобы работать на гильдию брейсеров. Ты же лично обещала Жану прилежно трудиться, не забыла?

— А, угу… Гмм, жаль. Эх, такой праздник пропадает!

— Ну, взять перерыв в день фестиваля и посетить академию — это всё-таки можно… но только если до этого мы как следует поработаем.

— Ла-адно.

Клоэ вновь захихикала, наблюдая за разговором брейсеров. Пообещав, что рано или поздно они обязательно увидятся, девушка ушла в академию.

В целом день выдался исключительно богатым на знакомства. Конечно, некоторых из них — в частности, с той троицей хулиганов — Эстель предпочла бы избежать, но она считала, что приятных встреч сегодня всё равно было гораздо больше. Матушка Тереза из приюта, её воспитанники, включая проказника Клема, Клоэ из Королевской академии Дженис, Карна из местного отделения гильдии, администратор Жан — все они тепло приняли юных брейсеров в новом регионе.

Ещё день запомнился Эстель утомительностью. Но могла ли она представить себе, что стоит ей перевести дух, подняться на верхний этаж отеля и начать распаковывать вещи, как её ждёт ещё одна неожиданная встреча?

Нет. Как и то, что она окажется худшей за день.

***

Помимо всего прочего, пентхаус отеля “Бланш” имел балкон с видом на море.

— Это же надо… тут даже такое есть, — поразился Джошуа.

Отсюда море ослепительно блестело, отражая свет заката. Солнце склонилось к самому горизонту и напоминало огромный красный диск. Городские волнорезы заканчивались башнями с кранами для разгрузки кораблей. Рядом с ними копошились люди.

— Красивый пейзаж, правда? — спросила Эстель.

— И видно далеко. Вон там, кажется, лайнер летит… Видишь? Прямо на нас.

Хотя слепящие лучи солнца сильно мешали, Эстель смогла разглядеть там, куда показывал Джошуа, крошечную точку на фоне неба. Что ни говори, взгляд у её напарника поистине острый.

— Вот бы тут был папа, — не удержавшись обронила она.

— Да уж. Интересно, где он... чем занимается?..

Эстель и Джошуа надолго замолчали. Они лишь молча смотрели на вечерний город. В небе постепенно становилось всё больше синевы. У восточного горизонта тьма сгустилась настолько, что на небосводе уже замелькали первые звёзды.

— Эстель, нам лучше зайти в… — начал Джошуа, но вдруг прервался.

— Хо-хо!.. А этот номер вполне ничего!

Изнутри пентхауса вдруг раздался незнакомый голос, и Эстель с Джошуа переглянулись. Не говоря ни слова, они вернулись внутрь. Вновь оказавшись в комнате, они увидели там чужаков.

— Что они здесь…

— Ш-ш. Давай пока просто посмотрим.

Они скрылись за занавеской и стали наблюдать.

Незваных гостей было двое. Первый — невысокий мужчина средних лет, одетый в такие богатые и броские одежды, словно его заждались на светском рауте. Причёска тоже привлекала к себе внимание — из-за ровной чёлки чуть выше бровей голова мужчины напоминала гриб. Кроме того у него были жидкие усики и узкая бородка. Эстель стало совестно от того, что она едва не засмеялась над внешностью человека.

— Э-это вообще кто?.. — спросила она.

— Не знаю… да и откуда бы?..

Мужчина покрутился на месте, осмотрел пентхаус и довольно кивнул.

— Да, он мне по душе. В течение этой поездки я буду жить здесь.

— Господин, не торопитесь с решением, — вмешался второй чужак. Этот был худощавым, пожилым и носил очки в тонкой оправе. — Как нам уже сообщили, в этом номере есть постояльцы. Я полагаю, будет намного лучше, если мы в соответствии с планом поездки остановимся в особняке мэра.

— Молчать, Филипп! Оттуда ведь моря совсем не видно! А тут мы прямо на первой линии. И вид красивый, и приятный бриз из окн… а-а?

Ветерок как раз всколыхнул занавески. Длинные куски ткани медленно опустились.

Мужчина наконец-то заметил брейсеров — и это при том, что они уже давно вышли из своего укрытия.

— Вы кто такие?! — рявкнул он, но уже через секунду на его лице появился страх. — Неужели бандиты?! Пришли по мою душу?!

— Мужик, ты чего кричишь как резаный? Сам-то кто? Лезешь в чужие комнаты и ещё возмущаешься.

— К-как ты смеешь называть меня мужиком! Хотя ладно, вы как раз вовремя. Полагаю, это вы заселились в пентхаус? Я его конфискую, так что идите отсюда и поскорее.

— А? Что-то я не понимаю, о чём речь.

— Не объясните ли, что происходит? — спросил Джошуа тихим голосом.

Верный признак того, что он злился. Однако “господин” будто бы не замечал волн гнева, которые испускал юноша. Наоборот, он гордо и громогласно представился:

— Моё имя — Дюнан фон Ауслезе! Я племянник королевы Алисии и удостоен ни много ни мало титула герцога! Я следующий правитель этого королевства!

Эстель и Джошуа дружно замолчали, а затем прыснули.

— Пх. А-ха-ха-ха!

— Ха-ха.

— Ч-что вы смеётесь?!

— А как иначе?! Выдать себя за племянника королевы — это ж надо такое придумать!

— Эстель, не надо так громко смеяться. М-может, он просто пытался разрядить обстановку?

— А-ах вы-ы!..

От ярости мужчина потерял дар речи. Его сосед, который, как теперь заметила Эстель, вырядился совсем как дворецкий, посмотрел на брейсеров с мольбой сквозь очки:

— Приношу глубочайшие извинения, однако господин не шутит. Все его слова — чистая правда.

— А-ха-ха… ха?

— А?..

— Чистая правда, — повторил старик по имени Филипп.

Затем он поклялся в том, что этот клоун в вычурной одежде — и есть самый настоящий племянник королевы.

“Что-о-о?! Поверить не могу!” — мысленно запротестовала Эстель, хотя в словах Филиппа слышалась честность.

Впрочем, девушка не собиралась так просто отдавать ночлег даже члену королевской семьи. Ей вообще не нравилась несправедливость. Но когда она собиралась возмутиться, Филипп отвёл её и Джошуа в угол комнаты, поклонился и шёпотом попросил уступить герцогу.

Поскольку Эстель не хотелось ставить в неловкое положение добродушного дворецкого, она быстро сломалась:

— Ну ладно, для нас тут всё равно чересчур роскошно.

— Это точно, — согласился Джошуа и повернулся к герцогу. — Прошу прощения за скандал. Мы согласны уступить этот номер.

— Прекрасно, прекрасно! Ха-ха-ха, нет бы согласиться с самого начала!

Герцог вмиг просиял. Увидев, как он хорохорится и поправляет свою причёску, Эстель ощутила прилив усталости.

“Эх, а ведь у меня было такое хорошее настроение!”

Но беда не приходит одна. Когда они спустились к стойке, чтобы попросить новую комнату, оказалось, что свободных номеров уже не осталось. Снаружи уже погас закат и наступила ночь. Времени гулять по Руану в поисках жилья уже не было, так что оставался только один вариант: просить о ночлеге гильдию. Должно быть, удача отвернулась от Эстель в тот самый миг, когда она смирилась с несправедливым запросом герцога.

— Кажется, вам бы не помешала помощь, — раздалось вдруг за спиной, и Эстель резко развернулась. — Привет. Мы не виделись с тех пор, как вы разгромили базу воздушных бандитов? — спросил улыбчивый мужчина с плохо повязанным галстуком.

— Найал?!

Это был Найал Бёрнс, журналист из Новостей Либерла.

— Не ожидал тебя здесь встретить, — сказал ему Джошуа.

— А уж я-то как не ожидал. Ну, что у вас стряслось?

В ответ Эстель поведала ему о беде, с которой они столкнулись. Узнав о злоключениях брейсеров, Найал расхохотался, но быстро взял себя в руки и предложил им переночевать у себя в номере. После коротких переговоров у стойки администратор одобрил это решение.

Номер журналиста находился в подвале, поэтому о роскошных видах из окна речи идти не могло. Впрочем, брейсерам по долгу службы приходится ночевать где угодно, даже под открытым небом. Поэтому им следовало благодарить судьбу уже за то, что у них сегодня будет крыша над головой и мягкие постели вместо твёрдой земли.

— Кстати, ребята, вы ещё не ужинали?

— А, нет. Гуляли по городу до последнего и ещё не успели.

— Давайте со мной, я угощаю.

— Чего? Что на тебя нашло?!

— Какой ты сегодня щедрый, — заметил Джошуа.

— Просто вы мне ох как помогли. Мне даже премию выписали за статью про арест воздушных бандитов. Надо же, чтобы и вам немного перепало.

— Ура!

— Раз так… будем благодарны.

— Я вам сейчас покажу одно местечко, где дают вкуснейшие морепродукты из бухты Азелия.

С этими словами Найал повёл их в ресторан, где и правда кормили настолько вкусно, что Эстель мигом забыла о несправедливости, которую пережила на верхнем этаже отеля. До кровати она добралась невероятно счастливая.

“Всё-таки… денёк был что надо!” — подумала она и довольная уснула.

Наступило утро.

Поблагодарив Найала, брейсеры направились в отделение гильдии. Теперь, когда они зарегистрировались в Руане, их ждала работа на благо этого региона.Отлично отдохнувшие после долгой дороги, Эстель с Джошуа открыли двери гильдии, бесстрашно вошли внутрь и увидели растерянное лицо Жана.

Он торопливо попросил брейсеров расследовать только что произошедшую катастрофу.

— Какую? Что случилось?

Увы, именно худшие предсказания имеют свойство сбываться чаще всего. Услышав ответ Жана, Эстель и Джошуа оцепенели так, словно их тела сковало льдом.

Приют Мерсия на побережье рядом с Манорией сгорел дотла. Судьба матушки Терезы и детей неизвестна.

Это была одна из тех новостей, которым не хотелось верить.

Глава 10. Вороны

В нос ударила вонь горелого дерева.

— Какой ужас…

Эстель застыла перед пожарищем. Дом, некогда бывший приютом Мерсия, сохранил свой облик лишь в воспоминаниях. Стоять остались только обугленные до черноты опоры, одиноко торчащие из земли.

Под ногами ещё тлели угольки не то от стен, не то от пола. Стоило наступить на них, как они с тихим хрустом превращались в пепел. Пламя не пощадило ни столы, ни стулья, забрав в небытие то место, которое подарило Эстель такие приятные воспоминания. Они с Джошуа будто пришли в развалины.

К ним подошёл один из молодых людей, которые работали на пепелище.

— Вы, случайно, не из гильдии брейсеров?

— Д-да…

— А вы откуда? — поинтересовался Джошуа.

— Из Манории. Разбираем завалы.

Всё случилось вчера ночью. Вспыхнувший пожар поднялся до небес, и его сразу увидели в деревне, до которой отсюда рукой подать. Хотя жители бежали со всех ног, огонь разъедал деревянное здание с такой огромной скоростью, что усилия оказались тщетны.

— Скажите… — Эстель поколебалась прежде, чем спросить. Но она знала, что без этого вопроса не обойтись. — Что с матушкой… и детьми?

— Ах да, они не пострадали.

Напряжение мигом покинуло тело Эстель.

— Ох! Слава богине!

— Они отдыхают в гостинице Манории. Хотя пожар был страшным, они невредимы.

Эстель выдохнула и повернулась к напарнику.

— Ну хоть что-то!

— Да, хотя бы одна хорошая новость, — согласился Джошуа.

— Пошли скорее навестим их!

— Прости, Эстель, но с этим лучше не торопиться.

— А?

Эстель вздрогнула и вновь перевела взгляд на Джошуа. Тот хмуро смотрел на пожарище.

— П-почему это?

— Что-то тут нечисто…

— Нечисто?

— Сама подумай. В этом месте нет источников огня. Пожар мог начаться в лесу, но ведь деревья не пострадали. И что самое главное: всё случилось ночью.

— Ах да. Все дети спали, а матушка не была бы так неаккуратна с огнём.

Джошуа молча кивнул. Стало понятно, что он подозревает поджог.

— Хорошо. Мы брейсеры и должны понять, что произошло!

Эстель и Джошуа принялись за поиски среди развалин. Поначалу никаких улик не попадалось, но затем…

Как оказалось, сильнее всего обожгло внешнюю часть входной двери. Рядом с ней пахло маслом, и когда брейсеры попытались выяснить откуда он взялся, обнаружилась действительно странная вещь. Огород, где матушка бережно выращивала травы, был безжалостно вытоптан.

— Это доказывает, что некто пробрался сюда ночью, не поняв, что ходит по огороду, — заключил Джошуа.

— “Некто”?

— Думаю, затем этот человек разлил масло и поджёг его.

— То есть… приют всё-таки сгорел не сам? — пришла Эстель к устрашающему, но, увы, единственному из возможных выводов.

— Видимо, да…

— Вы… уверены? — раздался голос за спиной.

Он принадлежал девушке в школьной форме, ошалело смотревшей на останки здания.

— Клоэ! — выпалила Эстель.

— Ты тоже пришла?

— Почему?.. Как человек… мог пойти на такое?

Хотя Клоэ говорила тихо, стало ясно, что она лишь сдерживает гнев. Эстель заметила, что узкие плечи девушки дрожат, а кулаки побелели от силы, с которой она их сжала.

Подойдя к Клоэ, Эстель обхватила её руками и нежно обняла.

— Да, это ужасно…

— Эстель?

— Но не волнуйся. Нам уже сказали, что матушка и дети не пострадали. Так что… не переживай. Ещё не всё потеряно, — сказала Эстель и как можно крепче обняла оцепеневшую Клоэ.

— Спасибо. Мне немного полегчало.

— Не за что.

— Мы как раз собираемся навестить их, можешь присоединиться к нам, — как нельзя кстати предложил Джошуа, и Клоэ кивнула.

Троица дошла до Манории, добралась при помощи местных до гостиницы и встретила там матушку вместе с детьми. Последние выглядели взволнованно, но заулыбались, едва завидев Клоэ. По-видимому, они и правда души в ней не чаяли.

— Клоэ… Эстель, Джошуа, — матушка Тереза встала с кровати. — Вы проделали ради нас такой путь?

— Да… Мы получили сообщение из гильдии.

— Мы проводим расследование и заодно решили проведать вас, — уточнил Джошуа.

— Ах, расследование…

— И что? Узнали хоть что-нибудь? — спросил Клем, обеспокоенно смотревший на матушку.

Эстель задумалась, стоит ли ему отвечать. Ей не хотелось, чтобы дети узнали настолько жестокую правду.

— Ребята, вы не проголодались? Я не принесла для вас сладости, — вмешалась Клоэ и увела всех детей в столовую гостиницу.

Звонкие голоса детей переместились в коридор и вскоре стихли.

— Ха-ха. Как же мне повезло с этими замечательными детишками… — с улыбкой сказала матушка.

— Кстати, как вы себя чувствуете? — спросила Эстель.

— Что ты, за меня не волнуйся. Я нисколько не пострадала. Просто возраст даёт о себе знать, от такого испуга пришлось прилечь.

Эстель показалось, что это всё равно довольно серьёзно, но…

— Вы упомянули расследование, верно? Расскажите всё, что знаете, — отважно попросила матушка.

***

— Изучив место происшествия, мы пришли к выводу, что это почти однозначно поджог, — перешёл Джошуа сразу к сути без каких-либо расшаркиваний и нарочно перейдя на деловой тон.

Тереза, кажется, предвидела этот ответ. Но главным вопросом оставалась цель поджога. Как сообщила матушка, денег у приюта практически не было, да и злопамятных врагов тоже. Из-за этого отпала версия о поджоге ради сокрытия следов ограбления. Да и обида или месть вряд ли здесь замешаны.

— Раз так… есть ещё вариант, что поджигатель поступил так ради развлечения, — предположил Джошуа и увидел, как Тереза нахмурилась. — Вы, случайно, не видели незнакомых мужчин… хотя нет, это могла быть и женщина. Не подходили ли к приюту подозрительные личности? В частности вчера, после нашего ухода.

— Дайте подумать… Наверное, нет, разве что… нет, вряд ли это мог быть он.

— Он — это кто? — Джошуа сразу заинтересовался словами, которые обронила женщина.

— Дело в том… что мы едва не погибли из-за пожара. С потолка упала балка и перегородила путь к выходу.

Эстель ахнула. Ей невольно вспомнились события из собственного прошлого. Перед глазами будто промелькнули языки пламени.

— И что потом? — поторопил Джошуа.

— Кто-то выломал для нас дверь… Затем убрал балку и помог мне и детям выбраться наружу.

Эстель вздохнула с облегчением и обронила:

— Так вот как всё было…

— Да. После этого он сказал, что позовёт на помощь, и больше я его не видела. Спрашивала людей из Манории, но мне сказали, что их никто не звал.

— Действительно, преступник едва бы стал поджигать приют, а затем спасать вас… но это всё равно любопытный факт. Можете описать этого человека?

матушка подняла взгляд к потолку в попытке раскопать воспоминания.

— Хмм. Это был мужчина лет двадцати пяти в бежевом плаще. И ещё с красивыми серебристыми волосами.

— Серебристыми?..

— Была уже ночь, и я не смогла разглядеть в темноте лица, но взгляд был на редкость глубоким и полным страдания, словно он многое повидал. Не скажу, что он выглядел как злодей.

Эстель кивнула и прокомментировала:

— Видимо, это какой-то необычный человек, но я бы тоже не назвала его преступником, ведь он спас и вас, и детей.

С другой стороны, Эстель пришлось про себя признать: незнакомец повёл себя слишком грамотно, чтобы списать его действия на случайность.

— М? Чего притих, Джошуа?

— Ничего… Не бери в голову.

Эстель заметила, что её напарник о чём-то задумался, но не поняла, о чём именно.

Вдруг в дверь постучали. матушка разрешила открыть, и в комнате появилась Клоэ.

— Прошу прощения, но… к вам посетитель.

— Посетитель?

— Надеюсь, не помешал.

С этими словами из-за спины Клоэ вышел уже знакомый Эстель человек.

— А!.. — воскликнула девушка.

— О. Это же те самые брейсеры, которых я видел вчера, — сказал статный мужчина.

Это был Далмор, мэр Руана. За его спиной притаился секретарь Гилберт.

— Мы давно не виделись, госпожа Тереза. Узнав новости, я прибыл сюда так быстро, как только мог. Искренне рад тому, что вы не пострадали.

— Спасибо, уважаемый мэр.

— Это непростительное преступление. Как можно было поступить так поступить со зданием, в которое Джозеф вложил всю душу?..

— Нет, я уверена, он бы простил поджигателей, ведь никто из детей не пострадал.

Из этого разговора стало понятно, что Терезу связывало с приютом множество воспоминаний. И всё равно она готова была отказаться от него ради детей. Глядя на мягкую улыбку матушки, Эстель восхитилась тем, насколько силён дух этой женщины.

— Уважаемые брейсеры, — Далмор повернулся к Джошуа. — Вы уже что-нибудь узнали о преступнике?

— Расследование только началось, так что пока ничего. Но мы рассматриваем версию о поджоге с развлекательной целью.

— Ясно, — Далмор кивнул и помрачнел. — Досадно слышать, что на нашей прекрасной земле завёлся человек с настолько извращённым сердцем…

— Господин. Извините, что вмешиваюсь, но… — робко вставил секретарь.

— М? Что такое?

— Что, если за этим случаем… снова стоят они?

— Гм…

Мэр бросил на Гилберта суровый взгляд.

— Простите, “они” это кто? — подключилась к разговору Эстель.

— Да вы с ними уже знакомы. Речь про тех самых хулиганов, которые приставали к вам вчера возле складов.

— Те ребята?..

Эстель вспомнила вчерашний день и то, как их окликнули на улице вскоре после перехода по мосту. Да, те парни и правда были неприятными, но после появления мэра они поджали хвосты и сбежали. Или это случилось, когда они поняли, что напали на брейсеров?

— Простите, но… почему вы их подозреваете? — спросила Эстель.

— Они почему-то зуб точат на мэра, — ответил Гилберт. — А о дружбе между матушкой приюта и мэром наслышан весь город. Так что…

— Гилберт! — прикрикнул Далмор.

— Д-да!

— Не смей делать подобные заявления, основываясь лишь на догадках! — отчитал мэр секретаря, и тот поджал губы. — Ох, извините, что поднял голос. Что же, я хотел бы полностью возложить расследование этого дела на вас, господа брейсеры. Надеюсь, от вас можно ждать результатов?

— Да. Мы справимся! — заявила Эстель.

— Сделаем всё возможное, — поддержал Джошуа.

— Отрадно это слышать. Однако я вынужден спросить вас, госпожа Тереза: что вы собираетесь делать теперь, когда приют постигло такое несчастье?

— Если честно, я в растерянности, — призналась матушка. — У меня есть некоторое количество денег, но их даже близко не хватит на восстановление…

— Вполне ожидаемо. Гм… — мэр выдержал длинную паузу, затем несколько потупил взгляд. — У меня есть предложение.

— Какое?

Мэр рассказал, что хотел бы предоставить в качестве приюта свою собственную виллу недалеко от столицы, притом совершенно бесплатно. По его словам, дети и матушка могут оставаться там сколько угодно, пока не прояснятся планы по перестройке сгоревшего здания.

— Вы дадите мне… время на раздумья? — попросила матушка, опуская глаза.

Эстель без труда поняла, в чём дело. Предложение, что и говорить, было заманчивым, но столица далеко. Неизвестно ещё, вернутся ли они хоть когда-то в Руан, если уйдут в такие дали. Им придётся бросить здесь и возделанную землю, и проросшие травы, которые так радовали жителей Манории, и, что ещё важнее, — воспоминания о дорогих людях, которыми пропитаны эти места.

Мэр Далмор согласился и покинул комнату вместе с секретарём.

— Госпожа…

— Ну уж нет, Клоэ, не хватало ещё, чтобы ты страдала вместе со мной. Я не буду затягивать с решением, а ты не отвлекайся от подготовки к фестивалю.

— Хорошо… — Клоэ кивнула, хотя в её глазах блестели слезинки.

Затем она повернулась к Эстель и Джошуа и попросила как следует расследовать случившееся. Эстель в ответ пообещала работать не покладая рук.

— Ну что, пора возвращаться в Руан? — спросил Джошуа, явно полагая, что в противном случае они чересчур утомят матушку.

Тихо закрыв за собой дверь, Эстель, Джошуа и Клоэ переглянулись.

— В общем… надо найти негодяя! — заявила Эстель.

— Верно. Для начала вернёмся в отделение и…

Джошуа попытался спланировать последующие шаги, но вдруг раздался топот бегущих по лестнице ног. Появилась маленькая девочка, чем-то сильно взбудораженная. Увидев Клоэ, она подбежала и вцепилась в неё.

— Сестрица Клоэ!

— Мари? Ч-что случилось?

— Клем куда-то подевался!

— Что?..

— Когда пришли те дяди, он поднялся на второй этаж прямо за тобой, — ответила взволнованная Мари. — Затем спустился весь красный, крикнул: “Я их не прощу!” и куда-то убежал!

Слушая девочку, Клоэ постепенно бледнела.

— Н-неужели он…

Эстель тоже быстро догадалась о случившемся. Несомненно, Клем подслушал слова Гилберта о том, что приют могли поджечь хулиганы из Руана. А теперь собрался отыскать их в одиночку.

— Скорее в Руан! — выпалила Коэ.

— Да! — поддакнула Эстель, и вся троица выбежала из гостиницы.

***

Конечно, лучше всего было бы перехватить Клема по дороге в город, но увы, отряд оказался среди белокаменных домов, так и не встретив мальчика. Эстель, Джошуа и Клоэ заглянули в отделение гильдии, рассказали о случившемся и попросили, чтобы к делу подключили всех свободных брейсеров. Затем приступили к поискам в городской черте.

Когда они подошли к Лангландскому мосту, Клоэ успела заметить убегающую вдаль детскую спину. Но тут как назло наступил полдень, и мост начали разводить.

— Подожди, Клем! — отчаянно, но тщетно выкрикнула Клоэ.

Половинки моста поднялись на север и юг, разделив город на две части. Побледневшая Клоэ сообщила, что обратно мост наведут только через полчаса. За это время Клем точно доберётся до портовых складов.

Джошуа вспомнил о лодке, которую можно взять в отеле. Так и поступив, брейсеры перебрались на юг прямо реке. Всё это время Клоэ сжимала кулаки и повторяла: “Клем, только бы ты не пострадал”.

— Слушай, Клоэ, — наконец, вмешалась Эстель, постучав попутчицу по плечу и стараясь говорить как можно жизнерадостнее.

— Эстель…

— Всё будет хорошо. Мы успеем. Когда он проказничает, ему всегда везёт!

— Эстель?..

— Он без чужой помощи добежал до Руана, хотя по дороге сюда попадаются монстры, не так ли?

— А…

Вдоль важных дорог стоят орбальные светильники, которые отпугивают монстров. Но надежда на безопасность оправдывается не всегда. Какие-то светильники могут быть сломаны, а от злодеев-людей они вовсе не защищают.

— Зато теперь он уже в городе. Такие никчёмные хулиганы ему нипочём!

Несмотря на легкомысленное заявление Эстель, в душе Клоэ всё равно переживала за мальчика. Чувствовала, что надо спешить. Но прямо сейчас важнее всего сохранять спокойствие.

Фьюить!

Раздался свист. С неба спустилась большая птица и села на плечо Клоэ. Это вновь оказался белый кречет Зиг — друг девушки. Клоэ что-то прошептала ему, а Зиг отозвался свистом. Они как будто разговаривали. Кивнув, Клоэ сказала:

— Похоже, нам нужен самый дальний склад! Зиг сказал, что туда входили люди.

— Понял, — коротко отозвался Джошуа, решив не тратить время на подозрения и расспросы. Эстель восхитилась его самообладанием.

Джошуа, который управлял лодкой, взял курс на дальнюю часть складского квартала. К тому времени, как они доплыли до предположительного укрытия хулиганов, Клоэ уже успела взять себя в руки.

Троица притаилась снаружи возле дверей, и через приоткрытый створ донеслось:

— Не притворяйтесь! Я знаю, что это сделали вы!

Голос принадлежал Клему. Клоэ невольно положила руку на грудь и выдохнула.

Судя по всему, мальчик как раз пытался допросить городских хулиганов о поджоге. Причём парни даже не стали спорить с его словами. Они просто захохотали и назвали Клема придурком. Судя по звукам, мальчик не на шутку разозлился и попытался накинуться на шпану с кулаками, и Эстель торопливо раскрыла двери.

Она увидела, как один из парней оттолкнул Клема. Тот, при всей своей несносности, был всего лишь ребёнком, и от удара взрослого не устоял на ногах и шлёпнулся на пятую точку. Его тут же схватили за шиворот и поволокли по полу.

— Кх-х-х-х! — прохрипел Клем.

Увидев происходящее, Клоэ закричала:

— Прекратите!

Хулиганы приняли обиженный вид.

— Что такое? Вы, что ли?

— Он всего лишь ребёнок! Вы настоящие подонки! Неужели вам не стыдно?!

— Во-от как ты заговорила?

— Слышь, ты… вчерашняя. Ты чересчур наглеешь просто из-за того, что рядом с тобой пара брейсеров. Как вчера больше не будет. Думаешь, нас тут мало? Ах да, мэр и его шавка сюда тоже не придут!

Стоило ему договорить, как послышались шаркающие шаги. Подошли другие хулиганы, которые любовались зрелищем издалека, но помимо этого из глубины полутёмного склада появилась ещё целая толпа парней. Все они были молодыми, начиная примерно с ровесников Эстель и заканчивая более взрослыми, но явно даже не тридцатилетними. Одевались они как один расхлябанно, а из волос на голове творили каких-то ежей.

— Хе-хе. Обнаглели вы, ребятки.

— Сейчас поймёте, почему Воронов боится весь город!

— Вороны? — переспросила Эстель. — Что-то название у вас совсем не страшное.

— Что ты сказала?!

Глаза противников наполнились яростью.

Вóроны гораздо крупнее и, пожалуй, действительно сильнее многих птиц, но Эстель не стала это признавать, чтобы не радовать хулиганов. Тем более, сейчас нужно думать не про них, а про себя.

Не сводя с врагов глаз, Эстель прошептала Клоэ:

— Пожалуйста, отойди немного назад.

— Мы выиграем тебе время, — подхватил Джошуа, разгадав замысел Эстель. — Когда появится возможность, хватай мальчика.

— Нет… Позвольте мне тоже сражаться.

— А?..

Клоэ выхватила висевшую на поясе рапиру, направила её остриём вперёд и встала в боевую стойку.

Она так горделиво выпрямила спину и вскинула голову, что стала похожа не столько на отличницу из престижной школы, сколько на королевского гвардейца. Тонкий клинок в её руке был остро заточен и предназначался не для театральных постановок, а для настоящих битв. Конечно, такое оружие часто используется для самозащиты, но Эстель всё равно раньше полагала, что это всего лишь украшение.

— С мечом нужно защищать дорогих нам людей. Как сейчас, — уверенно заявила Клоэ.

Даже некоторые из обступивших их хулиганов восхищённо присвистнули.

— Придурки! Чего тупите?! — прикрикнул на товарищей мужчина во главе отряда.

Остальные резко встряхнули головами, словно вспомнив, где находятся.

— Хе! Будто мы проиграем девочке-припевочке!

— Нечего смотреть на нас свысока!

— Валите их! — крикнул кто-то из хулиганов, и эти слова послужили сигналом к началу боя.

Снимая со спины посох, Эстель незаметно для врагов вздохнула с облегчением. Непонятно, то ли мужчинам ударила в голову кровь, то ли у них всё-таки нашлись какие-никакие принципы, но они решили не использовать Клема в качестве заложника.

На троих шестеро врагов, вооружённые кинжалами и небольшими дубинками. Но всё это были дилетанты.

Девушка хладнокровно оценила двух противников, затем осознанно шагнула навстречу ближайшему из них. Вслед за этим она резко выбросила посох в лицо хулигану, и тот ошалело затормозил от неожиданности. Выбив оружие из руки застигнутого врасплох парня, Эстель прокрутилась на месте, и её посох попал по занесённому кинжалу ещё одного разбойника.

— Уо! — коротко обронил незадачливый боец, застыв с поднятыми руками.

Эстель тут же стукнула его по животу. Крякнув совсем как жаба, парень сложился на полу.

— Р-Рэйс, ты чего?!

— Попался!

Второй разбойник отвлёкся на поверженного товарища и тут же получил наотмашь от Эстель.

“Победа всухую!.. Но как там Клоэ?!”

Она обернулась посмотреть на спутницу и поняла, что переживать не стоило. Клоэ порхала по складу, практически танцуя, и сражалась одновременно с двумя мужчинами. Она явно оттачивала свои умения далеко не день и не неделю. За движениями виднелся богатый опыт.

Всего одно мгновение — и оружие двух разбойников оказалось на полу, а остриё рапиры у горла одного из них.

— Всё кончено.

— Гх…

— Ого! Молодчина, Клоэ! — не сдержавшись, выпалила Эстель.

Противники Джошуа тоже уже лежали лицом в пол. За исход этой битвы Эстель не переживала, потому что предвидела его с самого начала.

— Это к-какие-то чудовища…

Не участвовавшие в нападении хулиганы смотрели на троицу издалека, нервно глотая слюну. В их взгляде появилось отчаяние.

“Ой. Может, мы перестарались?”

Эстель невольно сжала посох крепче. Если показать противнику, что разница в силе слишком велика, то он может решиться на безумные поступки.

“А этого нам не надо…”

Эстель уже разволновалась, но тут в дверях раздался голос.

— Давайте-ка закругляйтесь.

— К-кто там?! — закричал один из противников.

— Как это “кто”? Во дела, не думал, что вы уже забыли мой голос.

У входа на склад появилась мужская фигура. Из-за яркого света она выглядела как силуэт с торчащими волосами и огромным мечом за спиной. Мужчина подошёл поближе, и Эстель смогла разглядеть его.

— А… Агат! — дружно завопили хулиганы.

Эстель удивилась не меньше. Это и правда оказался “Тяжёлый клинок”.

***

Агат вальяжно подошёл к разбойникам и неожиданно отправил в нокдаун одного из парней ударом кулака.

— Пристаёте к девушкам, бьёте детей… что-то вы, ребята, совсем распустились, — глухо прорычал он.

— Заткнись! Ушёл от нас — вот и не суйся б… бкхе!

— Ты что-то сказал, Рокко?

Агат в мгновение ока приблизился к возмутившемуся хулигану и ударил того кулаком в живот. Парень по имени Рокко скрючился и страдальчески поморщился.

“Н-ну и скорость! Гм? Что значит “ушёл от нас”?”

Эстель обдумала слова Рокко. Неужели Агат и эти ребята — давние знакомые?

— Б-босс, не надо нас бить! Если ты пришёл за мальчиком, то мы его отпустим!

С этими словами один из парней отпустил Клема, и тот сразу бросился на грудь Клоэ. Та с облегчением улыбнулась.

— Ты, конечно, очень кстати… но почему ты появился так вовремя? — спросила Эстель.

— Узнал обо всём у Жана, только и всего, — отмахнулся Агат, сославшись на администратора гильдии.

Неужели тот сообщил, что нужно направляться именно на этот склад?

— Клем…

На сей раз раздался голос взрослой женщины.

“Неужели это…”

— М-матушка?!

— Что вы здесь делаете?..

Клем и Клоэ дружно изумились. Эстель удивилась не меньше.

В помещении склада появилась матушка Тереза собственной персоной. Эстель бросила быстрый взгляд на Агата, но тот сохранял невозмутимость.

“Значит… это он привёл её сюда?”

— Мари мне обо всём рассказала. Клем…

— Я не буду извиняться! — выпалил мальчик со слезами на глазах.

— Госпожа Тереза… прошу вас, не злитесь на него, — попросила Клоэ.

— Нет, я не собираюсь его ругать, — Тереза покачала головой. — Послушай меня, Клем, и послушай внимательно. Я понимаю твои чувства, но даже если ты отомстишь преступникам, дом не вернётся, — медленно и назидательно заявила матушка. — Мне не нужно ничего, лишь бы вы были живы и здоровы. Поэтому прошу тебя, Клем, не делай так больше.

Клем, который прятался за Клоэ, зашмыгал после слов матушки. Затем подбежал к ней, вцепился в юбку и разревелся. Разумеется, он не мог не испугаться, когда хулиганы рассердились на него. Всё это время напряжение удерживало его от слёз, но теперь оно развеялось.

— Уа-а-а-а-а!

— Я так рада, что с тобой всё хорошо… — матушка нежно погладила ревущего мальчика по спине.

Агат попросил Эстель и её команду поскорее покинуть склад и увести с собой Терезу и Клема.

— Да мы, конечно, с радостью, но что собираешься делать ты, Агат? — спросила Эстель.

— Будто непонятно, — ответил он и окинул взглядом хулиганов, некоторые из которых лежали на полу, а другие по-прежнему стояли в стороне. — Разберусь, эти ли придурки напали на приют. А заодно слегка помну им бока.

Увидев блеск в глазах мужчины, хулиганы вздрогнули.

— Понятно, — сказал Джошуа и кивнул.

Троица решила предоставить разборки с местной шпаной Агату. С учётом силы этого брейсера, они не сомневались, что хулиганы горько пожалеют о содеянном.

Команда проводила матушку и Клема до городских ворот. Эстель предложила прямо до Манории, но Тереза отказалась и заверила, что с ней ничего не случится.

— Клоэ, фестиваль в академии уже близко, да? Мои дети его очень ждут, так что постарайся ради них, — добавила она и погладила Клема по голове.

Тот прищурился, будто от щекотки. Просто удивительно, как выветрилась из него шкодливость.

Перед тем, как уйти, он сказал:

— Я пытался отомстить, хотя у меня мало сил… из-за этого вам пришлось меня спасти. Какой же я жалкий…

— Ничуть не жалкий, — неожиданно возразил Джошуа.

— А?..

— Ты рисковал собой, защищая то, что дорого тебе… Любой настоящий мужчина разделит твои чувства.

— Джошуа…

— Я считаю, ты поступил как настоящий герой, — заявил парень и посоветовал впредь сосредоточиться на защите матушки и других детей, ведь никто другой с этим не справится, а расследование преступлений доверить брейсерам.

Какое-то время молча подумав, Клем размашисто кивнул, и Тереза увела его за собой в гостиницу Манории.

***

Эстель и Джошуа вернулись в гильдию брейсеров вместе с Клоэ, которая настаивала, что тоже хочет знать всю правду. Троица ожидала, что за время прощания с матушкой Агат уже вернётся, однако внутри здания их ожидал только Жан.

“Кстати, Агат ведь говорил, будто это Жан ему всё рассказал.”

Эстель решила расспросить об этом администратора, и тот с улыбкой ответил:

— Да, так и есть, хотя он прибыл в Руан по совсем другому делу. Вскоре после вашего ухода здесь сначала появилась матушка, а уже затем Агат. Я подумал, что если не направить его к вам, то женщина того и гляди пойдёт одна. Поэтому я настоятельно попросил Агата о содействии, благо он раньше был предводителем Воронов.

— Так и знала! Вот почему они сказали, что он ушёл от них! — воскликнула Эстель.

Джошуа тоже понимающе кивнул.

— С тех пор много воды утекло, но он тоже был трудным подростком, — добавил Жан, ностальгически улыбаясь.

— К-как он тогда вообще додумался стать брейсером?

— Ну, это всё благодаря знакомству с одним человеком. Агат загорелся желанием быть брейсером, и сейчас он — одна из молодых надежд нашей гильдии. Люди — это ох какие изменчивые создания.

“Но мне что-то не верится!”

Она никак не ожидала такой истории у Агата.

— Вы это, кончайте пустую болтовню.

Жан аж втянул голову в шею. Эстель обернулась и увидела, что в дверях стоит Агат и недовольно морщится.

— Тьфу, ты кому попало что угодно рассказать готов.

— О нет, не всё, только правду.

Агат посмотрел ещё сердитее.

— А-ах да, как там прошло твоё расследование?

Жан так неуклюже сменил тему, на что Агат громко фыркнул.

— Тебя как обычно ничего не берёт.

— Ха-ха, сочту за комплимент.

— Ладно, плевать… Ребята не замешаны. Я уверен.

— Серьё-озно? — вмешалась Эстель. — Ты точно не выгораживаешь своих старых дружков?

— Ты не думай, что я дилетант. У них алиби. Они клянутся, что вчера вечером напились в трактире для матросов.

— Следовательно, они не могли провести такое ювелирное дело, будучи пьяными? — сказал Джошуа, опережая объяснение Агата.

Тот покосился на молодого выскочку, однако Эстель заметила в его взгляде и восхищение.

— Именно.

— Понятно. Тогда от них можно до поры до времени отстать. Тем более, мне показалось, что им всё равно не хватило бы смелости на поджог.

— А, и правда! — согласилась Эстель с напарником.

— Ну, я за ними всё равно присмотрю, пока буду искать настоящего преступника.

— А?

— Я сам займусь этим делом. А вы от него освобождены, — пояснил Агат.

— Ч-что за шутки?! Ты чего раскомандовался, хотя подключился к расследованию всего полчаса назад?!

— Действительно, нам потребуется убедительное объяснение, — поддержал Джошуа.

Молча выслушав эти слова, Агат посмотрел на Клоэ и уже через мгновение — снова на Эстель. Увидев укор в его взгляде, раздражённая девушка мигом остыла.

— У вас слишком личное отношение к работе. Вы втянули гражданского в бандитские разборки.

— У… н-ну, это…

Эстель не могла спорить с этим аргументом. Клоэ тоже опустила голову.

— Простите, я…

— Тебе не надо извиняться. Винить тут нужно только их подход к делу.

— Даже если и так, я думаю, наше участие будет нелишним. По крайней мере разреши тебе помочь, — Джошуа пытался спорить дальше, однако Агат явно был настроен на работу в одиночку:

— Когда за одно и то же задание спорят старшие и младшие брейсеры, приоритет отдаётся старшим. Вы же знаете устав? Если да, то тема закрыта. Без обид.

С этими словами он снова открыл двери и ушёл. Эстель терпела ровно до той секунды, пока они не захлопнулись, скрыв Агата с глаз.

— Ч-ч-что он себе позволяет?! — закричала она с дрожащими перед лицом кулаками.

— Мне тоже обидно, но он всё сказал правильно…

— Простите… если бы я не обнажила клинок… — Клоэ виновато поклонилась.

— Да это вообще ни при чём! — заверила её Эстель. — Он по любому поводу делает нас крайними!.. Честное слово, достало! Достало! Дос-та-ло!

“Как он меня бе-есит!”

Жан успокаивающе положил руку на плечо разъярённой Эстель и сказал:

— Ну, он это не со зла. И кстати, похоже, что это дело… имеет некоторое отношение к заданию, которое он сейчас выполняет.

— Что?..

— Заданию Агата?

— А, кстати… Ты уже упоминал, что он прибыл в Руан по другому делу… — вспомнила Эстель.

— Я не могу раскрыть вам подробностей, но прошу доверить ему поиск преступников, — попросил Жан и поклонился.

“Д-да что такое! Ну как после такого откажешь?!”

Эстель жаловалась вовсе не потому, что хотела уязвить Агата.

— Мы так хотели чем-то помочь матушке и детям… а теперь…

Она прикусила губу от обиды.

— Эстель… — участливо обратился Джошуа.

Эстель и сама прекрасно знала, что справедливость на стороне Агата. Именно поэтому ей было настолько обидно.

“Мы же пообещали Терезе и детям… а теперь нам говорят ничего не делать!”

Она так крепко сжала кулаки, что заболели руки.

— А…

Вдруг Клоэ словно что-то придумала. Она повернулась к Жану и спросила:

— Извините, а можно ли делать заказы на помощь с гражданскими мероприятиями?

— Гм? Ну, что тут сказать. Зависит от сути заказа, но вообще мы, конечно, берёмся и за такую работу. Например, именно мы обеспечиваем безопасность на фестивале академии, там ведь много народу собирается..

Услышав ответ Жана, Клоэ повернулась к брейсерам.

— Раз так… то Эстель, Джошуа, могу я вас попросить в рамках работы на фестиваль помочь нам с постановкой?

Просьба оказалась настолько неожиданной, что Эстель забыла про свой гнев и заморгала. Она совершенно не понимала, чего хочет Клоэ.

“Какая ещё помощь с какой постановкой?”

— Это как?

— Наш ежегодный фестиваль всегда заканчивается пьесой в актовом зале. Дети из приюта с нетерпением ждут её… но, если честно, мы до сих пор не смогли найти актёров на две очень важные роли.

— Н-неужели ты хочешь…

— …предложить их нам?

— Да.

— А? А? А? П-погоди! Как-то это слишком внезапно! Не подумай, что я хвастаюсь, но я не привыкла быть потехой для публики! Зачем тебе я?!

— Трудности с поиском возникли не на пустом месте. У этих ролей мало реплик, но для правильного отыгрыша одному из актёров нужно обязательно владеть мечом. Это ради одной из самых популярных сцен. А в академии таких людей почти нет…

— Это нисколько не удивляет, — понимающе вставил Джошуа. — Конечно, поскольку у вас такая известная академия, некоторые из учеников наверняка знают хотя бы основы фехтования, но в остальном…

— Именно так. Среди моих ровесников я не знаю ни одного человека с вашим опытом настоящих битв.

— Конечно, у вас же на первом месте учёба, а не военная подготовка, — Джошуа заговорил совсем как родитель ученика академии.

— И тем не менее, я очень хочу, чтобы наш актёр умел такое. И мне кажется, что Эстель здесь прекрасно справится.

— П-понятно… — протянула девушка. — Да, в этом я вроде бы что-то понимаю…

Если в этой роли действительно мало реплик, то может и обойдётся без катастрофы.

— Просто в противном случае пьеса вообще может не состояться. А дети так её ждут…

От этого довода Эстель ещё больше захотела поучаствовать в постановке. Ради того, чтобы поднять настроение грустящим детям, она готова была пойти даже на такое. В конце концов, что там Джошуа сказал Клему? Впредь сосредоточиться на защите матушки и других детей, ведь никто другой с этим не справится. Возможно, что и эта роль в пьесе — тоже то, с чем может справиться только Эстель.

— Да, я думаю, эта работа ей идеально подойдёт. А какая вторая роль? — поинтересовался Джошуа.

Вдруг Клоэ опустила голову и замялась.

— П-понимаете… ну… говорить об этом слишком…

— Слишком что?

— Стыдно.

Теперь заморгал уже Джошуа. По его лбу пробежала капелька пота.

— Стыдно? В каком смысле?..

Всегда хладнокровный Джошуа неожиданно занервничал.

— Ну чего ты, Джошуа, никто не любит слишком упрямых. Давай, поучаствуй в фестивале, порадуй детей. Да ещё и выполнишь официальное задание гильдии — одним ударом троих! От такого нельзя отказываться, — присоединилась к уговорам Эстель.

— Так, секунд. Жан… очевидно, это уже…

Однако Жан, которого даже Агат упрекнул в том, что его ничего не берёт, раздумывать не стал.

— Всё в порядке..

— Что?.. — обомлел Джошуа.

— Помощь гражданам, вклад в дела региона — всё это, безусловно, тоже полноценные составляющие брейсерской работы.

— А участие в театральных постановках?

— И участие в театральных постановках, — с лёгкостью подтвердил Жан. — Пьеса — это знаменитое украшение финала фестиваля. На неё почти всегда приходят посмотреть важнейшие люди со всего региона. В каком-то смысле ваше участие в представлении будет дополнительной гарантией с точки зрения безопасности, — красноречиво убеждал администратор, а затем так же неожиданно раскрыл свои настоящие мысли: — Тем более, раз к нам пожаловал Агат, он в одиночку справится со всей остальной работой нашего отделения.

— Гх… Ладно, я понял, но что-то у меня плохое предчувствие. Видимо, придётся проглотить его ради детей, — сломался, наконец, Джошуа.

— Фестиваль уже в конце недели. Поскольку нужны ещё и репетиции, времени у нас нет. Вы не против, если мы прямо сейчас пойдём в Академию? — спросила Клоэ.

— Ну, а как же. У меня для них нет других срочных и важных заданий. Если вдруг понадобятся дополнительные брейсеры — я сообщу в академию, чтобы им передали, — заверил Жан.

Теперь ничто не мешало Эстель и Джошуа направиться прямиком в Королевскую академию Дженис. У них как раз был при себе минимальный набор снаряжения и походных припасов, которые они брали на расследование случившегося в приюте.

Эстель до сих пор гадала о личности и целях поджигателя, но фестиваль уже успел завладеть её разумом. В самую первую очередь она радовалась тому, что нашла подходящее занятие в тот самый миг, когда почувствовала себя бесполезной. Должно быть, Клоэ нарочно выступила с этим неожиданным предложением из беспокойства за подавленную чувством бессилия девушку.

Эстель мечтала стать брейсером, который будет приносить людям пользу. У неё не было ни единой причины воротить нос от этого задания.

Глава 11. Королевская академия Дженис

Чтобы дойти до академии, нужно было свернуть с главной дороги и пройти через лес по узкой тропинке. Как Клоэ и говорила — от города рукой подать, а сама дорога ровная и почти безопасная.

Пришли они ещё до конца занятий, так что ученики пока сидели по классам. В огромном внутреннем дворе было лишь несколько человек, и все не из учеников. Эстель не сдержала удивления:

— Какое это… приятное и спокойное место.

— Здесь создали все условия для прилежной учёбы, — согласился Джошуа.

— Ха-ха, просто сейчас идут уроки. Уже скоро вокруг станет очень шумно, до фестиваля всего несколько дней, — с лёгкой улыбкой ответила Клоэ.

“Ага, понятно”, — отметила про себя Эстель. Может, тут и учатся девушки из хороших семей, но раз уж это всё её ровесники — тихо точно не будет.

— На самом деле я хотела первым делом познакомить вас с Джилл, но она тоже пока на занятиях…

— Джилл — это кто?

— Председатель школьного совета.

— А, вспомнила. Это тот человек, с которым ты сражаешься за первое место, да?!

Эстель не пыталась шутить или издеваться, но Клоэ покраснела и сказала:

— Это, конечно, так, но я имела в виду совсем другое… Д-давайте я пока всё вам покажу.

Первой остановкой стал кабинет декана Коллинза — главного человека во всей академии. Эстель до всё волновалась, одобрит ли он такой неслыханный шаг как привлечение брейсеров к работе над театральной постановкой, однако никакие опасения не подтвердились. Более того, декан даже разрешил им поселиться в одном общежитии со школьниками до окончания фестиваля.

После как ни крути волнительного разговора с деканом, Клоэ повела брейсеров в двухэтажное здание рядом с учебным корпусом. Оно называлось клубным домом, внутри были помещения для разных секций. Первый этаж здания занимала столовая, а второй — несколько комнат, в одной из которых заседал школьный совет.

Поскольку обед сегодня пришлось несколько раз отложить, первым делом они засели в столовой, чтобы наконец-то перекусить. Пока они беседовали о всякой ерунде, раздался колокольный звон, возвестивший о конце учебного дня. Эстель вспомнила, что очень похожий звук сообщал о начале и конце занятий в воскресной школе.

После ударов колокола академия преобразилась. Вместо тишины воздух наполнился шумом и жизнью, а в клубный дом повалили толпы учеников, которым не терпелось съесть ранний ужин или приступить к занятиям секций. Эстель не успела и глазом моргнуть, как столовая заполнилась до отказа.

— Ну что, идём знакомиться с Джилл, — сказала Клоэ, вставая из-за стола.

Они поднялись из столовой на второй этаж и увидели коридор с узкими дверями. Клоэ уверенно повела их к той, что с табличкой “Школьный совет”. Изнутри доносились голоса.

— Ага, она уже здесь, — сказала Клоэ, постучала и сразу вошла. — Джилл, Ханс, я вернулась.

— А, Клоэ! Мы уже слышали про пожар. Как ты, наверное, намучилась, — сказала девушка, которая сидела у дальней части стола. Она носила очки в тонкой оправе и красный бант на затылке.

— Как там матушка и малышня? — обернувшись, поинтересовался сидевший напротив неё парень.

От вопросов про приют Клоэ сразу помрачнела, но кое-как выдавила улыбку и кратко доложила, что, хотя здание сгорело, его жители не пострадали.

— Не вешай нос, от твоих страданий всё равно никому легче не станет. И это, кстати, дополнительный повод как следует поработать над фестивалем и не ударить в грязь лицом перед малышнёй, — заявила девочка в очках. Дождавшись, пока Клоэ кивнёт, Джилл вскочила со стула и хлопнула её по спине. — Отлично! Когда ты настроена всерьёз, то работаешь за десятерых. Даже за сотню!

— Больно же, — пожаловалась Клоэ, но улыбнулась, и на этот раз куда менее вымученной улыбкой.

Похоже, они с Джилл и правда были близкими подругами.

— Раз тебе больно — значит, жива-здорова. И можешь вкалывать!

— Ну что ты за человек, Джилл…

— Ва-ха-ха! Ну ладно, у меня тут уже давно назрел вопрос… Кто эти люди?

Поймав на себе любопытный взгляд, Эстель ответила на опережение:

— Я Эстель, приятно познакомиться.

— Джошуа, тоже приятно.

— Так это о вас Клоэ рассказывала…

— Я обещала их привести, так что вот, — подтвердила Клоэ. — Они уже согласились помочь.

У Джилл и Ханса тут же заблестели глаза.

— О да-а, спасены! Позвольте представиться, Джилл Ридонор, председатель школьного совета и режиссёр фестивальной пьесы.

— Я Ханс, её заместитель, а ещё сценарист и постановщик. Рад познакомиться.

Больше всего удивилась Эстель — она подумать не могла, что они так обрадуются. И не успела переварить изумление, как Джилл вдруг подошла к ней, схватила за руки и начала их ощупывать. Больно не было, только щекотно, однако Эстель растерялась от неожиданных, пусть и женских прикосновений.

— С-стоп, что ты делаешь?

— Хмм. По виду не скажешь, что брейсер, но вроде бы атлетичная. Меч держать умеешь?

— Ну-у, более-менее… Я больше по посохам, но папа меня учил.

— О да! — Джилл вскинула руку и улыбнулась до ушей. — Тогда решено, вы с Клоэ будете сражаться на мечах.

— Сражаться?!

— В пьесе, конечно же, — пояснил Ханс.

— Там в финале будет дуэль рыцарей, — подхватила Джилл. — Но мы никак не могли найти девушку, которая могла бы сражаться с Клоэ на равных.

— А-а.

Всё быстро встало на свои места. Пусть Эстель и была лишь младшим брейсером, она всё равно видела, что Клоэ в фехтовании совсем не новичок. И если она играет в пьесе роль рыцаря, то найти ей достойного противника в стенах академии действительно должно быть нелегко.

— Тем более, что она выиграла наш школьный чемпионат по фехтованию.

— Ого, ничего себе!

— Кстати, в финале сражалась против Ханса.

— А я совсем не слабый. Это Клоэ слишком сильная.

— Только по сравнению со школьниками… — пыталась скромничать Клоэ. Эстель видела её в деле собственными глазами и могла подтвердить — это уже не школьный уровень. Поэтому и трудности с поиском подходящего противника вполне закономерны.

— Какой необычный сценарий — это же надо, чтобы в конце две воительницы сражались на мечах, — поделился Джошуа своим мнением.

— Воительницы? — Ханс озадаченно покрутил головой. — С чего ты так решил? Они обе будут играть мужские роли.

— А? — Ехидная ухмылка быстро сошла с лица Джошуа. — Так… можно уточнить? Вы искали девушку на роль рыцаря, да?

— Да.

— Именно.

Джилл и Ханс синхронно кивнули, а Клоэ потупила взгляд.

— А? Что?

Эстель несказанно удивилась. Она впервые за долгое время увидела, как Джошуа нервничает.

— И кстати, не только Эстель, но и Джошуа идеально впишется в свою роль. Он… точно произведёт впечатление.

— Ага. Я теперь как никогда уверен в успехе нашей пьесы, — согласился Ханс.

— П-подождите. Что у вашей постановки за… э-э, сценарий?

Джилл будто впервые обратила внимание на вопросительное выражение лица Джошуа и принялась объяснять.

— Пьеса называется “Мадригал белой магнолии”.

Джошуа кивнул. Как заядлый книголюб он наверняка уже знаком с содержанием этой книги. А вот Эстель, предпочитавшая физкультуру, слышала о ней впервые.

— Это знаменитое произведение. Дело происходит в столице, как раз когда упраздняли аристократию. Два рыцаря, знатный и простолюдин, сражаются за любовь принцессы…

— Любовный треугольник? — встрепенулась Эстель.

— Да-да. А ещё они, несмотря на разное происхождение, друзья детства! Но оказываются заложниками планов знати и заговоров простолюдинов. Там и любовь ласкает сердце, и интриги щекочут нервы, и смех, и слёзы, и махачи! В общем, образцовое развлечение для масс, да? Ну а в конце, конечно, грандиозный финал и безоговорочно счастливая концовка!

— Ого, довольно интересная история.

— Н-но обычно на роль рыцарей берут мужчин. Почему у вас девушки? — спросил Джошуа с нескрываемым волнением в голосе.

Однако Джилл и Ханс переглянулись с хитрыми улыбками.

— Кхем! — прочистил горло заместитель. — Это фишка нынешнего фестиваля — наша самобытная вариация пьесы повышенной пикантности. Суть в том, что мы решили поменять в ней мужские и женские роли местами.

— Это символизирует освобождение от половой дискриминации и от оков гендерных ролей!.. По крайней мере, мы под таким соусом проталкивали проект. И у нас, хе-хе, получилось.

— А на самом деле?

— Так ведь гораздо интереснее! — гордо заявила Джилл.

— Ох, Джилл… — сокрушённо обронила Клоэ.

— Что-то прогнило в нашем мире, раз такие люди возглавляют совет, — вздохнул Ханс.

— Да мне пришлось весь последний месяц спать по четыре часа в день, чтобы успевать ставить пьесу! Под каждую роль тщательно подбирали актёра, и ещё пришлось найти деньги в бюджете совета на закупки реквизита! Когда я за что-то берусь, то делаю так, чтобы понравилось всей академии!

— Ты рано или поздно точно надорвёшься, — проворчал Ханс, и Джилл протяжно зевнула.

Она и правда выглядела словно брейсер, которому приходилось идти через кишащие монстрами пустоши с перерывами на редкий и короткий сон.

— И ты всё равно умудряешься занимать первое место по успеваемости…

— А как же! Недаром ведь я председатель! Фестиваль — это ещё не повод меньше учиться. Я буду крепко держаться за звание главы совета, которому всё по зубам!

— Ох, Джилл… — повторила Клоэ тем же самым тоном, но с радостью на лице.

— Ха-ха. Но она права, звучит интересно, — Эстель быстро заразилась весельем и теперь тоже с нетерпением ждала пьесы.

Но одного человека среди них не брали ни смех, ни шутки.

— Н-нет, подождите! — выпалил Джошуа, на лице которого, наоборот, проступало всё больше замешательства. — Если я правильно понимаю, к чему вы клоните, то моя “важная” роль — это…

— Да уж, ты нас прямо выручил, — улыбаясь до ушей, повторил зампредседателя. — Спасибо, Клоэ, ты нашла отличных людей. Если бы они отказались, пьесу бы поставить просто не получилось.

Ханс невозмутимо отрезал Джошуа путь к бегству. За окном уже вечерело, и солнце заливало комнату рыжими красками заката. Только лицо Джошуа как-то ещё оставалось мертвецки бледным.

— Неужели я…

— А-ха-ха… Прости, Джошуа, — Клоэ наконец подняла голову. — Просто… мы никак не могли парней, которые хорошо бы смотрелись в образе принцессы. Зато ты, в отличие от них… В общем, будь так любезен.

— Ж-женская роль…

— Н-не волнуйся! Уверена, ты будешь неотразим!

“Кажется, его волнует несколько другое”, — подумала Эстель в ответ на слова Клоэ. И действительно, Джошуа обречённо повесил голову.

— Отлично! С таким звёздным составом — победа у нас в кармане! — загорелась Джилл.

— Ты кого там побеждать собралась? — осадил её Ханс.

— Так, заместитель! Срочно на примерку! Костюмы нужно подшить под актёров!

— Да-да.

Очевидно, Джошуа слушать никто не собирался. Осознав это, он тоскливо вздохнул.

До конца недели и фестиваля оставалось четыре дня.

***

К тому времени, как им подшили костюмы, уже совсем стемнело. Поужинав, Эстель и Джошуа разошлись по разным общежитиям.

— Можешь занять эту, Эстель.

— Спасибо, — ответила девушка, кланяясь Клоэ.

Ей разрешили ночевать в женском общежитии, вместе с Клоэ и Джилл.

— Теперь понятно, почему вы с Джилл так дружите.

— Ха-ха. Мы подружились почти сразу, как поступили.

— Мы, если так можно выразиться, неразлучные сожительницы, — поправила Джилл. — Да и свободная постель есть именно у нас, так что надеюсь, ты не против.

— Да, мне в самый раз, — заверила Эстель. — Я вообще в путешествиях радуюсь самой настоящей кровати.

Джилл и Клоэ посмотрели на неё с восхищением в глазах.

— Ч-чего такое?

— Да так, просто вспомнилось, что ты настоящий брейсер… Кстати, хотела тебя поблагодарить, — Джилл выставила палец. — Спасибо, что сразу на “ты”. Надеюсь, мне можно так же.

— Конечно. Продолжаем в том же духе.

— Кстати, я и сама хотела сказать то же самое, — вставила Клоэ.

— Да? Ну тогда прекрасно. Давайте жить дружно.

Эстель улыбнулась, и Клоэ ответила взаимностью. Девушка-брейсер до глубины души тронуло, что всего за день они стали близкими подругами.

— Ну, у нас тут женское царство, так что чувствуй себя как дома. Парни ничего не увидят, — заявила Джилл.

— Но неряхой быть всё равно нельзя, — возразила Клоэ.

— Ох, как же тяжело с примерными девочками. Ты хоть здесь снимай свой костюм ангела и вешай проветриваться, а то в нём черви заведутся!

— Нет у меня никакого костюма. А будешь так грубить — не получишь больше моей выпечки.

— Нет-нет! Я же шучу!

— Ну уж нет, давай извиняйся.

— Прошу прощения, я поступила плохо!

Всё это время Клоэ и Джилл сидели рядышком на кровати, но теперь Джилл запрыгнула на покрывало и начала низко кланяться.

— Ох, Джилл, что ты за человек… О, Эстель, что-то случилось?

— А-ха-ха, да нет… Просто мне вдруг так завидно стало.

— Завидно? — недоумённо переспросила Джилл.

“Ну да. Для них это всё само собой разумеющееся…”

— У меня в Роленте тоже есть хорошие друзья, но с ними не получится в любое время вот так поговорить.

Когда Эстель показывалась в Роленте, то обычно её хватали маленькие дети и заставляли играть, носиться по городу. Она решила не говорить об этом вслух, как и о том, что живёт в глуши, от которой до ближайшего человека полдня пешком.

— Ну, Клоэ? Что ей ответишь?

— Что тут сказать… мне трудно уложить в голове то, что она может нам завидовать.

— Вот именно.

— Именно.

Клоэ и Джилл кивнули друг другу.

— Чего?

— А, так она и правда ничего не понимает.

— О чём вы?

— Эх ты… Ты хоть понимаешь, с кем путешествуешь? И с кем дома живёшь под одной крышей?

— А… — Эстель наконец-то поняла, о чём речь. — Вы, случайно, не про Джошуа?

— Не случайно, а очень даже специально.

— Рядом с тобой не мальчик, а настоящее сокровище, и ты ещё завидуешь нашему женскому царству… Тебя покарает демон незаслуженного счастья!

— Ой, да что вы говорите. Джошуа мне как родной родной брат. Мы столько лет прожили вместе, что он мне уже как родной.

— Хо-хо, к семье, значит… Ладно, можешь так считать, но что думает сам Джошуа? — Джилл хитро прищурилась.

— А?

— Ну, ты же понимаешь, мальчикам в его возрасте трудно себя сдерживать. Ему, наверное, так тяжело постоянно находиться рядом со спортивной красоткой… Понимаю. О-о, как я его понимаю. Прекрасный юноша, вынужденный день за днём страдать от неудержимой страсти молодости! О да, какой образ! Ну, Эстель, а ты как думаешь?

— В смысле… как думаю?..

Эстель в жизни не задумывалась над этим вопросом.

“Что обо мне… думает Джошуа?”

Она наивно и искренне полагала, что он полностью разделяет её мнение — считает их братом и сестрой. Однако она сама убедила себя в этом. Эстель — не Джошуа, а Джошуа — не Эстель.

“Я об этом даже не задумывалась…”

А теперь, единожды подумав, уже не могла остановиться.

— Джилл, что ты наделала?! Прости, Эстель. У неё есть дурацкая привычка — когда она чем-то чересчур увлекается, начинает издеваться над людьми.

— Фу, клевета! — нарочито громко возразила Джилл.

— Я что, слышу возражения? — спросила Клоэ сдержанным, и оттого наводящим страх голосом.

— Никак нет.

— А-ха-ха. П-понятно, она просто издевалась. Ох, не надо меня так пугать. Это же уму непостижимо, чтобы Джошуа меня…

— Хе-хе-хе, смотри-смотри, задумалась.

— Джилл! — Клоэ не удержалась, повысила голос и повернулась так резко, что её короткие волосы подпрыгнули. — Хватит уже!

— Ух. Н-ну ладно, завтра напряжённый день, так что давайте спать. Спокойной вам ночи.

Джилл быстро вернулась в постель, укрылась и сделала вид, что спит.

— Ох, она совсем не следит за словами… Кстати, Эстель, я могу одолжить тебе свою пижаму, если ты не против…

Эстель её уже не слышала. Только когда Клоэ ещё несколько раз позвала её, девушка наконец очнулась.

— Эстель?

— Уа?! А-ах да, пижама! Да, буду рада, если одолжишь.

Получив ночную одежду, Эстель зарылась в постель.

День выдался напряжённым. Сначала они узнали о пожаре в приюте и сразу же направились выяснять, в чём дело. Полдень встретили в гостинице Манории, поговорили с матушкой Терезой, затем с мэром Далмором. Узнав, что Клем в одиночку побежал мстить Воронам, кинулись за ним в погоню. Всё свелось к драке, потом пришёл Агат...

Проводив матушку и Клема, брейсеры направились в Королевскую академию, чтобы помочь с фестивалем. Вылилось это в то, что Джошуа досталась роль принцессы.

“Ему так подошло платье…”

Белое платье на примерке село почти как влитое, а после лёгкого макияжа получилась такая красота, что захватывало дух. Джошуа стал похож уже не на брата, а на сестрёнку. Причём куда более красивую, чем сама Эстель.

Не на брата…

“Ладно, ты можешь так считать, но что думает сам Джошуа?” — ожили в голове слова Джилл.

Казалось бы, день выдался трудный. Эстель должна была легко уснуть, но вместо этого в голове царила ясность, сон никак не приходил.

Слова Джилл раз за разом повторялись в голове и уступили место сонливости лишь около часа.

Эстель спала без снов и лишь проснулась разок — незадолго до рассвета.

Её разбудил звук пишущей ручки. Чуть повернув голову, она увидела, как Джилл остервенело работает над сценарием пьесы, приглушив свет настолько, чтобы он достигал лишь её рук. Скорее всего, она заново планировала все события спектакля — под новых актёров. Сейчас она запишет своё режиссёрское виденье, а затем Хансу придётся внести правки в, собственно, сценарий. Оказывается, про четыре часа сна девушка вовсе не шутила.

Сейчас Джилл Ридонор выглядела совсем не так та задорная шутница. У неё было лицо председателя школьного совета Королевской академии Дженис.

Эстель смотрела на неё и вскоре почувствовала, как веки снова наливаются свинцом. Она сама не заметила, как заклевала носом и вновь провалилась в пучину сна.

На мгновение в памяти промелькнуло лицо Джошуа. Но это был уже не тот мальчик со слегка обиженным взглядом, которого отец однажды принёс домой и которого Эстель считала трудным младшим братом.

Сейчас он казался ей совсем другим человеком.

***

Эстель всегда мечтала попробовать школьную жизнь, и следующие несколько дней показались ей раем.

С утра она просыпалась вместе со всеми и до полудня сидела на уроках. Затем обедала в столовой и коротала время разговорами о всяких пустяках. А после уроков начинались изнурительные репетиции, продолжавшиеся до глубокой ночи…

Здесь Эстель приходилось напрягать совсем другие мышцы, нежели во время брейсерской работы, и из-за этого у неё ныло всё тело. Как ни удивительно, театр давал хорошую нагрузку. Реплик ожидалось немного, но после переработки сценария их стало вдвое больше. Впрочем, Эстель уже успела выучить большинство наизусть. Она видела оба варианта сценария и признавала, что в доработанном виде он стал гораздо лучше. Либо Ханс обладал недюжинным писательским талантом, либо его подстегнули хлёсткие слова неумолимого режиссёра.

Наступил канун фестиваля. Эстель и Клоэ стояли на сцене актового зала, не сводя друг с друга глаз. Они обменялись словесными выпадами, затем схлестнулись клинками, но ни одна не собиралась уступать. Клинки прозвенели ещё несколько раз — обычно именно здесь Эстель допускала какую-нибудь фехтовальную ошибку — после чего заскользили друг о друга и столкнулись эфесами.

Эстель и Клоэ поморщились от напряжения, глядя друг на друга. Затем обе выдохнули, шагнули назад и расслабили плечи.

— Ур-ра! Теперь ничего не напутала!

— Ха-ха, у тебя получилось очень убедительно, — похвалила Клоэ.

Эстель покрутила головой, окидывая взглядом актовый зал с высоты сцены. В преддверии выступления его уже заставили стульями. Пока что зал пустовал, но завтра ожидался аншлаг.

— Завтра уже выступать. Интересно, понравится ли матушке и детям…

— Хе-хе, ты так заботишься о жителях приюта, словно они тебе настоящая семья, — сказала Эстель, и Клоэ вдруг притихла. — Ой, прости. Я что-то не то сказала?

— Нет… просто ты права, Эстель. Именно они научили меня тому, как важна семья… Родители погибли почти сразу после моего рождения.

— А…

— Меня взяли к себе очень богатые родственники, так что я всегда жила в достатке… но не знала, что такое настоящая семья.

Эстель, которая тоже рано потеряла мать, прекрасно понимала, о чём речь. Безбедная жизнь вовсе не спасет от одиночества.

— Не знала, пока не познакомилась с ними десять лет назад.

— Десять лет назад? Неужели во время Стодневной войны?

Клоэ кивнула. Именно в этом ожесточённом конфликте с Империей Эстель потеряла свою мать.

— Я тогда как раз находилась в Руане. Пришлось бежать от имперских войск, но я отбилась от остальных, и меня приютили Тереза и её муж Джозеф.

— Понятно…

Когда война закончилась, родственники в наконец узнали, что Клоэ находится в приюте, и пришли за ней. Но перед этим девушке несколько месяцев пришлось прожить вместе с Терезой, Джозефом и их детьми.

За эти месяцы она узнала, что такое семья. Пускай их не связывали узы крови, жители приюта окружили Клоэ таким теплом, что её окоченевшее сердце понемногу оттаяло. С тех пор Клоэ безоговорочно считала приют своим домом.

Эстель слушала этот рассказ молча. Закончив, Клоэ посмотрела куда-то вдаль, словно вспоминая прошлое, а затем вдруг сменила тему:

— Кстати, у Джошуа точно нет опыта актёрской игры? У него так хорошо получается.

— А. Гмм. Не знаю, чем он занимался до того, как мы познакомились. Он про это не рассказывает, — ответила Эстель и увидела, что Клоэ приняла виноватый вид. — А, только не накручивай себя! Хм, может, Джошуа вообще мастер на все руки. Меня, кстати, раздражает, какой он всегда хладнокровный и сдержанный. Но именно поэтому он такой милый, когда нервничает и волнуется.

Клоэ хихикнула.

— Что такое?

— Просто подумала, что вы, наверное, друг у друга всё подмечаете.

— Не знаю, наверное. Братья и сёстры всегда так делают, разве нет?

— Разве брат с сестрой?..

— Ну что ты заговорила как Джилл! Не хватало ещё, чтобы ты тоже надо мной издевалась.

Вдруг Клоэ замолчала.

— Ага, вот вы где.

От этого голоса сердце Эстель едва не выпрыгнуло из груди. Они с Клоэ дружно развернулись и увидели в дверях актового зала Джошуа и Ханса.

— Мы вас искали, — продолжил Джошуа. — Скоро ужин.

— А завтра выступление, — добавил Ханс. — Здорово, что вы так рвётесь репетировать, но отдохнуть тоже надо.

Эстель и Клоэ не стали возражать.

— Хорошо. Тогда пойдём в столовую. Кстати, где Джилл? — поинтересовалась Клоэ.

— Ах да, у неё какое-то совещание с деканом, так что она у него в кабинете.

— У Коллинза? Интересно, что они обсуждают...

— Давай лучше скорее переоденемся, — предложила Эстель. — В таком виде мы всё равно никуда не пойдём.

— Ха-ха, да уж. Хорошо, сначала переоденемся, потом сходил за Джилл. Ханс, Джошуа, можете идти без нас.

Парни кивнули и вышли из актового зала. Эстель уже заметила, что за прошедшее время они успели сдружиться, и это её удивляло. Джошуа обычно старался не разговаривать ни с кем, кроме Эстель и отца. Неужели на него как-то повлияла атмосфера академии?

Переодевшись, девушки дошли до кабинета декана, забрали оттуда Джилл и выдвинулись в столовую. Джошуа и Ханс уже заняли столик. После плотного ужина вся пятёрка легла спать и проснулась уже долгожданным утром фестиваля.

***

Вся академия пестрела украшениями.

Со стен зданий свисали гигантские полотна с приглашениями гостей, повсюду виднелись цветы и флаги. Во внутреннем дворе установили ларьки, в которых школьники продавали гостям праздника еду и десерты собственного изготовления. Как правило, на цены на фестивалях заламывают, но ученики не стали порочить честь престижной академии и просили лишь немного выше себестоимости — чтобы оправдать усилия. Пожалуй, больше всего совесть школьников радовала многочисленных детей Руана. Они уже облепили ларьки и радостно галдели на всю округу.

— Так-так, не толкайтесь. У нас на всех хватит. Эй, паренёк, это твой.

Ребёнок получил долгожданный леденец и заулыбался.

Жизнерадостная музыка разносилась по всем уголкам академии. Это старался духовой оркестр, который тоже много репетировал к этому дню. Для них фестиваль был крупнейшим ежегодным концертом.

Трое будущих актёров стояли в фойе учебного корпуса.

— Времени ещё полно, мы можем пока погулять по территории, — предложила Клоэ.

— Что, правда?!

Глаза Эстель загорелись. Джошуа же сохранял обычную невозмутимость:

— Если будешь соблюдать меру. По документам мы здесь охранники.

— Д-да знаю я, знаю! — выпалила Эстель, хотя ощущение праздника уже успело вскружить ей голову.

Кстати, настоящим охранником фестиваля была Карна — та женщина в красной бандане, которую они видели в гильдии. Она уже пришла в академию и поздоровалась с младшими товарищами.

— А! Смотрите, это они!

Повернувшись на детские голоса, Эстель увидела лавину знакомых, несущихся в её направлении.

— Вы всё-таки пришли! — обрадовалась Клоэ, обнимая детей, которые вцепились ей в юбку.

Некоторые из них уже успели купить сладости в ларьках.

— Рада вас видеть, малышня! — игриво выпалила Эстель.

— Ну как вам, весело? — поинтересовался Джошуа, и в ответ раздалось наперебой:

— Весело!

— Я уже наелся!

Сзади к детям подошла матушка Тереза.

— Добрый день, — сказала она с улыбкой.

Её лицо стало намного живее и светлее. Эстель мысленно вздохнула с облегчением.

— Большое спасибо за приглашение. Праздник нам очень нравится.

— Вы всё ещё живёте в Манории? — спросила Эстель.

— Да. В гостинице нам делают большую скидку, но…

Тереза замолчала с таким видом, словно ей очень хотелось что-то сказать. Посмотрев на её лицо, Джошуа предложил детям посмотреть костюмы для пьесы и увёл в закулисье актового зала.

— Ох, Джошуа такой учтивый и проницательный. Я не хотела, чтобы это услышали дети… — с тяжестью в голосе продолжила Тереза, когда парень скрылся с глаз.

— То есть вы хотите сказать, что… — пробормотала Клоэ.

— Да. Я приму предложение мэра.

То есть матушка решила переместить приют из Руана в пригород столицы.

По лицу Клоэ пробежала боль, но девушка мигом взяла себя в руки, словно считала, что не должна чувствовать себя задетой или оскорблённой. Ведь по-настоящему тяжело сейчас не ей, а Терезе.

Тем временем матушка добавила, что не оставляет надежд накопить денег и однажды отстроить приют заново.

— Тереза… — обронила Эстель, не зная, что на это ответить.

— Что же… Думаю, мне пора за детьми. Не хочу утруждать Джошуа, — сказала Тереза с улыбкой и попросила Эстель с Клоэ проводить её к детям.

Они довели матушку до актового зала практически молча — девушки не понимали, как поддержать разговор.

За дверью раздевалки их ждала куча детей. Увидев новых посетителей, охранявший костюмы школьник сразу расслабился. Пускай дети вели себя спокойно, он наверняка волновался, что с костюмами может что-то случиться.

— Ой, что за дела? Где Джошуа? — спросила Эстель, не найдя своего напарника.

— Он сначала привёл нас сюда, а потом куда-то ушёл.

Грудь Эстель наполнилась беспокойством — Джошуа не оставил бы детей просто так.

— Я знаю, куда! — заявила Полли, одна из девочек приюта. Она отличалась от остальных собранностью и быстрой речью. — Джошуа пошёл искать человека с серебристыми волосами!

— А? С серебристыми… волосами?

Беспокойство усилилось. К нему добавилось неприятное предчувствие.

— Того самого, который нас спас во время пожара, — пояснила Полли.

Эти слова сразу напомнили Эстель о человеке, которого упоминала Тереза в своём рассказе. Матушка тоже говорила, что кто-то помог им сбежать из горящего здания. При этом он действовал очень проворно и вряд ли был случайным прохожим, но и на поджигателя не был похож.

Эстель и Клоэ отправились на поиски Джошуа, оставив Терезу с детьми. Как только они вышли из здания, Клоэ подняла глаза к небу и крикнула:

— Зиг!

С неба спикировал белый сокол и сел на руку девушки.

— Ты знаешь, куда пошёл Джошуа? — спросила Клоэ.

Зиг подал голос и вспорхнул. Он поднялся над учёбным корпусом и принялся кружить над крышей.

— Наверху, что ли?

Девушки побежали со всех ног и, действительно, обнаружили Джошуа на крыше академии. Увидев его лицо, Эстель расслабилась, опустила плечи и встряхнула голову, чтобы прогнать засевшее в груди беспокойство.

— А где тот, с серебристыми волосами? — спросила она.

— Кажется, я упустил его…

Видимо, он бежал за ним до крыши, но теперь потерял след. Учитывая, что как раз преследование давалось Джошуа лучше всего, Эстель не могла не удивиться.

— Всё-таки мне кажется, что поджигал не он, — заявил парень. — Хотя это просто моё чутьё, не более.

Впрочем, теперь они окончательно убедились, что имеют дело с кем-то неординарным.

Вдруг ожили орбальные громкоговорители и попросили всех актёров и прочих участников пьесы собраться в актовом зале.

— А, скоро уже выступать, — обронила Эстель.

— Хотелось бы выяснить, что это за человек, но вряд ли мы сейчас что-то найдём. К тому же, лучше пойти переодеваться сейчас, а то можем не успеть, — заключила Клоэ. — И правда… Можем разве что сказать Карне, чтобы не теряла бдительность — Эстель тоже не хотела опаздывать. До начала пьесы оставалось ровно полчаса.

***

Эстель подсмотрела в зрительский зал из-за занавеса и оторопела.

— Ух-х… Там прямо аншлаг. Как-то даже не по себе.

Все окна занавесили плотными шторами, орбальные лампы под потолком притушили, так что в зале стоял полумрак. Тем не менее, Эстель умудрилась разглядеть, что свободных стульев попросту нет.

— Вижу, есть и наши хорошие знакомые, — прокомментировал Джошуа, бросив быстрый взгляд из-за плеча Эстель.

— Что? Где?

— Вон, на местах для почётных гостей. Это же мэр Мэйбел, да?

Эстель посмотрела на один из первых рядов перед сценой, где сидели всяческие важные личности. Среди них и правда обнаружилось знакомое лицо мэра Боса. По соседству с ней сидела горничная Лила. Сейчас уже казалось, будто события в Босе остались в далёком прошлом.

Следующим сидел был герцог, который представился племянником королевы.

“Ой, что-то я не припомню, как его зовут. Меня как-то больше волновала его дурацкая чёлка, а не имя.”

По соседству с обладателем вышеупомянутой чёлки сидел дворецкий Филипп. Он, как и Лила, всегда находился при своём господине, словно тень.

Далее на глаза попался мэр Далмор. Он обещал прийти на фестиваль и сдержал слово.

Ещё ближе к сцене стояли низкие стулья для маленьких зрителей. Там сидели в том числе и жители приюта. Матушка Тереза присматривала за ними с последнего места в ряду. Но что-то Эстель казалось подозрительным.

— Всё, начинаем, — раздался за спиной шёпот Джошуа.

Эстель и Джошуа переместились за кулисы. Мысль о том, что она увидела в зале что-то подозрительное, быстро ушла под напором волнения перед выступлением…

— Прямо сейчас на ваших глазах будет исполнена историческая драма “Мадригал белой магнолии”, поставленная школьным советом, — раздался голос председателя, объявляя начало выступления.

Свет в зрительском зале вновь начал тускнеть, пока не погас окончательно. Одновременно с этим неторопливо поднялся занавес, и включившеся софиты осветили угол сцены.

Посреди этого яркого пятна чинно стояла Джилл, зачитывая предысторию:

— Шли тысяча сотые годы по септийскому календарю…

Ни разу не запнувшись, она поведала зрителям об эпохе, в которую происходит пьеса, а также пересказала её начало. Разумеется, они не могли сыграть всё произведение от начала и до конца — это отняло бы от фестиваля слишком много времени.

Когда рассказ Джилл подошёл к концу, софиты погасли и включилось общее освещение сцены. Там уже появились передвижные декорации, изображавшие двор замка, на котором стояла принцесса в белоснежном платье. Её, Сесилию, также известную как Белую принцессу, как раз играл Джошуа.

Как только зрители увидели склонившую голову фигуру в безупречном одеянии, несколько человек громко ахнули. Белая принцесса подняла голову, демонстрируя прекрасное напудренное личико, и на сей раз из зала раздались вздохи восхищения. Зрители не могли оторвать от принцессы глаз.

На сцене появились служанки и окружили Сесилию.

— Принцесса… — раздался глубокий мужской голос. — Наконец-то я вас отыскал.

Мечтательные вздохи зала сменились на вскрики. Зашелестели брошюры. По рядам пробежала волна шепотков. Большая часть гостей только что догадалась, что в этой постановке мужчины и женщины поменялись местами. Другими словами, принцесса — это…

— Я отказываюсь выходить замуж, — раздался приятный голос, похожий на звон колокольчика. — Даже если того требует завещание отца, я в жизни не пойду на это.

В зале вновь послышались голоса, но теперь они звучали иначе. Взгляды зрителей вновь приковало к сцене, и в этот самый миг…

— Ах, это, случайно… не Джошуа в роли принцессы? — изумлённо спросила Мэйбел, мэр Боса. — У него на редкость красивое для мальчика лицо, но чтобы настолько?

— Да, госпожа. Но если к Джошуа вопросов нет, то служанкам… не мешало бы перед выступлением побрить ноги, — Лила как обычно нашла повод для колкости.

Тем временем пьеса шла своим чередом.

За сердце Белой принцессы Сесилии боролись два жениха. Теперь, после смерти короля, она была обязана сделать выбор между аристократом и простолюдином — между Красным рыцарем Юлием, которого играла Эстель, и Синим рыцарем Оскаром, чью роль исполняла Клоэ. Однако по сюжету все они дружили с раннего детства, поэтому Сесилия никак не могла определиться.

Одетые рыцарями Эстель и Клоэ вышли на сцену, и зрительный зал наполнился визгами учениц, которые с нетерпением ждали этого дня.

— О да-а! Они намно-ого лучше наших уродливых парней!

— А-ах, Клоэ!

Парни слушали эти крики с каменным лицами.

Безусловно, девочки из приюта Мерсия тоже поддерживали Эстель и Клоэ своими возгласами. Клем начал было плеваться, но Мари тут же отчитала его.

“Мадригал белой магнолии” — это в первую очередь комедия с большим количеством смешных сцен. От того, что мужчины и женщины в ней поменялись местами, представление стало ещё забавнее, так что смех в зрительском зале не утихал ни на секунду. Председатель школьного совета наблюдала за происходящим из-за кулис и довольно улыбаясь.

Однако во второй половине постановки сюжет понемногу набирал обороты, и страсти начинали накаляться. Конфликт между знатью и простолюдинами становился ожесточённее, противоборствующие лагеря буквально вынуждали Юлия и Оскара, некогда закадычных друзей, встать по разные стороны баррикад.

В зале повисла тишина. Все затаив дыхание следили за развитием событий. Белая принцесса по-прежнему не могла сделать свой выбор…

Вот на Оскара напал наёмный убийца и ранил того в руку.

— Ага-а, понятно… Должен признать, играют они неплохо. Вроде бы, следующая сцена — это… ох, чего это я. Я же сюда работать пришёл, — пробормотал мужчина и посмотрел на места для почётных гостей.

Голос принадлежал знаменитому мастеру журналистики Новостей Либерла, Найалу Бёрнсу.

— Это ж надо, прийти смотреть школьный спектакль в такое время…

Найал внимательно следил за одним из зрителей

***

Спектакль приближался к кульминации.

Пытаясь избежать столкновения между аристократами и простолюдинами на поле боя, Красный рыцарь Юлий обратился к Сесилии с предложением дуэли между ним и Оскаром.

— И пусть победителю… достанется честь стать вашим супругом.

Сесилия ахнула. Она поняла, что происходит именно то, что должно было произойти.

Умом она прекрасно осознавала, что не может отказаться. Юлий и Оскар уже стояли во главе противоборствующих сил. Единственным поводом для вражды между ними было то, что Сесилия до сих пор не могла выбрать, кого сделать мужем и королём.

Так всё и впрямь закончится кровопролитной революцией. Но если всё определит честная дуэль, то у сторон пропадёт повод для войны.

— Я всё понимала с самого начала, но так и не смогла ничего изменить, — тихо сказала принцесса, и освещение на сцене погасло.

— Настал день дуэли, — произнесла Джилл из-за кулисы.

Вновь зажёгся свет, демонстрируя декорации столичной арены — места, которое как ни одно другое подходило для кульминации пьесы. Все второстепенные персонажи выстроились полукругом, а в центре начался поединок между Юлием и Оскаром — вернее, Эстель и Клоэ.

— О-о, богиня, узри же наши души. Да начнётся битва! — практически пропела Клоэ звонким голосом.

— Да! — откликнулась Эстель.

Рыцари скрестили клинки посреди сцены. Их оружие, пусть и бутафорское, всё равно было тяжёлым, чтобы бой вышел эффектнее. Звон во время ударов имитировали ассистенты, сидевшие за кулисы со стальными инструментами, однако зал всё равно следил за поединком затаив дыхание — брейсер и чемпион академии по фехтованию сражались намного красочнее, чем могли бы на их месте рядовые школьники.

— Ты достойный противник, Юлий…

— И ты не хуже.

Эстель с Клоэ расцепили клинки, отпрыгнули друг от друга и так же быстро схлестнулись вновь. Хотя в реальности их силы были равны, по сюжету Юлий, он же Эстель, одерживал верх. Клоэ сделала вид, будто у неё что-то с рукой. Когда зрителям стало очевидно, что она проигрывает, девушка резко выдохнула и бросилась в последнюю отчаянную атаку. Однако Эстель блестяще справилась со всеми ударами. Два рыцаря обменялись решающими выпадами.

И в этот самый момент между двумя клинками вдруг появилось белое платье.

— Что?..

— Сесилия?..

Белое платье рухнуло на пол и на глазах стало красным. Конечно, на него всего лишь направили софиты с красным фильтром, но некоторые из зрителей всё равно вскрикнули.

Игравший Сесилию Джошуа умирающим голосом зачитывал реплики кульминационной сцены, над которыми сценарист Ханс трудился упорнее всего. Он признался в своих чувствах к обоим рыцарям и пожалел о том, что допустил гражданскую войну.

— Ах… глаза мои застилает тьма…

Из зрительского зала донеслись всхлипы.

— Я вижу… как мы детьми… сбежали из замка гулять… по переулкам… — вкладывая в каждое слово все свои чувства, Джошуа воздел руки к потолку. — Оскар… Юлий… вы так задорно смеялись…

Вспоминавшая прошлое Сесилия закрыла глаза. Руки медленно упали.

Красные софиты погасли. Наступившая темнота означала, что жизнь принцессы оборвалась прямо на руках рыцарей. Окружившие их представители обеих армий склонились головы со страдальческими лицами.

— Бедная принцесса…

— Ах, почему так случилось?..

Служанки принялись стенать. Одни военные тоже оплакивали смерть принцессы, другие проклинали богиню, которая так рано призвала к себе всеобщую любимицу.

— Неужели вы до сих пор не понимаете? — раздался вдруг строгий голос.

Свет сошёлся на небольшой платформе в задней части сцены. В него вошла девушка в белом с крыльями за спиной. Это была первая красавица академии, которую пригласили на эту совсем короткую роль. Но она была довольна, ведь в этой пьесе играла Эйдос — небесную богиню, которую почитают жители Либерла.

Богиня пожурила всех присутствующих за эгоистичные слова, и военные вновь виновато опустили глаза. Увидев в их сердцах искреннюю досаду, Эйдос начала стыдить уже рыцарей.

Эстель и Клоэ повесили головы, прикусили губы и оробели.

— Я вижу, что вы оба осознали кое-что важное. И раз так, у Либерла ещё есть будущее, — сказала небесная богиня, поднимая руки.

Падавший на неё свет начал гаснуть. Эйдос тоже понемногу опускала руки.

На мгновение воцарилась тьма. Затем софиты ударили точно в середину зала. Со дна конуса света медленно встала фигура, и многие зрители ахнули. Белая принцесса ожила.

— Ха-ха… Чудо, сотворённое богиней?.. Ну, если кто-то верит в такие сказки… — пробормотал парень, наблюдавший за пьесой рядом с выходом.

Хотя представление ещё не закончилось, он развернулся и открыл дверь. Когда парень вышел на солнце, его волосы на мгновение сверкнули серебром.

Красный рыцарь Юлий признал своё поражение перед лицом воскресшей принцессы. Он заявил, что поскольку убийца ранил Оскара перед началом битвы, а тот всё равно не уступал противнику по силе, то его следует считать победителем.

— Нет, Юлий! — возразил Синий рыцарь.

— Только не подумай, что я отказываюсь от принцессы, Оскар. Когда твои раны заживут, мы закончим начатое… но деревянными мечами. Прямо как в детстве…

— Да… Обязательно.

— Ох, что же вы делаете… Снова забываете о моём мнении?

— Разумеется нет. Сегодняшний победитель получит лишь поцелуй. Мы все хотим именно этого, — заявила Эстель и покинула сцену.

Когда она произносила эти слова, на душе ей стало неспокойно. Дойдя до кулис, она попыталась разобраться в своих чувствах.

— Оскар…

— Принцесса…

Оскар нагнулся к лице Сесилии. Эстель наблюдала за ними из-за кулисы.

Джошуа закрыл глаза и слегка поцеловал Клоэ в щеку. Остальные актёры взорвались овациями, которые мигом подхватили зрители.

— Узри же нас, о богиня! И да продлятся вечно эти славные дни! — Клоэ декламировала последнюю реплику пьесы. — Вечный мир Либерлу!

Военные вокруг неё повторили эти слова, и занавес медленно опустился.

Пьеса была встречена громогласными аплодисментами. Затем через громкоговорители объявили, что фестиваль подошёл к концу. Вновь зажглись орбальные лампы в зрительском зале, и до сих пор взбудораженные увиденным гости потекли на улицу.

Фестиваль Королевской академии Дженис завершился на поистине высокой ноте.

Глава 12. Истинное лицо

Эстель вышла за кулисы сама не своя. Мысли витали где-то далеко, и почему-то… по какой-то необъяснимой причине она ощущала раздражение.

Клоэ окликнула её первой, но Эстель не реагировала. Лишь когда в ушах раздался голос Джошуа, она растерянно ойкнула и повернулась.

Раздался стук, и в раздевалку вошли матушка Тереза с детьми. Лишь тогда Эстель смогла отбросить посторонние мысли и сосредоточиться на происходящем.

И Тереза, и сироты так нахваливали спектакль, что актёры покраснели от смущения. Эстель, конечно, радовалась, что её старания оценили, а главное — что пьеса понравилась детям. Но лучшая новость была ещё впереди. Разговор вдруг прервал зашедший в раздевалку декан Коллинз. Следом появилась Джилл, неизвестно когда улизнувшая в зрительский зал. Глава академии принёс свои соболезнования по поводу пожара в приюте и заявил, что школа тоже внесёт посильный вклад в восстановление дома.

— Джилл.

Услышав своё имя, притаившаяся в углу помещения Джилл вручила Терезе большой мешок с эмблемой Королевской академии.

— Пожалуйста, примите этот подарок.

— Что это?..

— Кхм, — деликатно кашлянул декан. — Позвольте мне объяснить. Когда мы узнали о случившемся от пришедших в академию родителей, то решили объявить традиционный сбор денег. Худо-бедно наскребли небольшую сумму и дарим вам этот миллион мира. Используйте их для отстройки здания.

— Миллион?!

Эстель едва не сорвала голос, выкрикивая эту сумму. Какая ещё “небольшая”, когда миллион — это целое состояние?! Тереза тоже казалась ошеломлённой.

— Просто у нас сегодня собралось много важных шишек, включая герцога и мэра, — пояснил декан. — В частности, когда я обратился к мэру Далмору перед началом спектакля, тот страшно удивился, узнав о том, как хорошо идёт сбор средств, и с радостью согласился внести всю недостающую сумму.

— Я не могу принять такой подарок!

— Не нужно стесняться. Средства от ежегодных сборов всегда направляются на благие цели. К тому же, мы получили одобрение каждого мецената. Все они переживают за будущее приюта.

— Декан… — обронила Клоэ полным эмоций голосом.

Джилл обняла Клоэ за плечи и похлопала по спине. А Эстель наконец-то вспомнила, что накануне пьесы Джилл зачем-то ходила в кабинет декана. Похоже, именно за этим.

— Но это такая большая сумма…

— Госпожа Тереза.

— Клоэ?

— Я понимаю ваши колебания, но… умоляю вас, подумайте как следует. С такими деньгами вы не только отстроите приют, вам вообще не понадобится переселяться ближе к столице, не придётся бросать огород.

Тереза молча слушала увещевания Клоэ. Коллинз тут же поддержал ученицу и попросил матушку принять подарок ради покойного Джозефа.

— Я понимаю. Спасибо вам… спасибо от всего сердца… — сказала она дрожащим голосом, и слёзы покатились из её глаз.

Дети стояли в растерянности, не понимая, что происходит. Их любимая матушка вдруг расплакалась, и они не представляли, как реагировать. Тем временем Тереза прижала детей к себе.

— О богиня… Сколько же несчастья я принесла вам.

Даже Эстель почувствовала, как на глаза наворачиваются слёзы.

Оказавшись в объятиях матушки, Клем поморщился так, словно у него зачесалось лицо, и пробормотал:

— Нисколько. И почему ты кажешься такой счастливой, когда плачешь?

— Клем, ты такой глупый. Иногда люди плачут от счастья!

— Серьёзно?

— Серьёзно. Но тебе как ребёнку этого не понять, — заявила не по годам умная Мари.

***

Когда Тереза ушла с детьми в Манорию, Эстель и остальные взялись за уборку украшений, мусора и всего остального, что осталось после праздника.

— Кстати, я тут подумал… Не слишком ли опасно матушке разгуливать с целым мешком денег? — вдруг пробормотал Ханс, прекратив собирать всякое и приняв обеспокоенный вид.

Его волнение немедленно передалось Эстель.

— А, не волнуйтесь, — тут же ответила Джилл. — Её провожает тот брейсер, которая работала охранницей на фестивале.

— Причём по личной просьбе декана, — добавил Джошуа. — Поскольку это Карна, думаю, нам не о чем волноваться.

Он блестяще умел оценивать силу других людей, поэтому его доверие говорило о многом.

— Ясно, — Эстель успокоилась. — Тогда давайте заканчивать уборку!

Спустя полчаса они выбросили весь мусор и сложили все полезные вещи. Настало время возвращаться. Брейсерам предложили провести в общежитии ещё одну ночь, но они отказались — в конце концов, они и так почти не появлялись в гильдии с тех самых пор, как прибыли в Руан, и не брали заданий. Вежливо отказавшись, брейсеры принялись собирать вещи. Клоэ получила от декана разрешение покинуть академию до конца выходных, чтобы навестить матушку и детей в Манории, поэтому вызвалась сопроводить Эстель и Джошуа до развилки.

Пообещав Джилл и Хансу когда-нибудь вновь увидеться, брейсеры вышли из академии.

— Вроде пробыли всего несколько дней, зато каких весёлых!

— В твоём случае надо сделать оговорку: “За вычетом уроков”, — поправил Джошуа.

— А-ха-ха. Ну, да!

— Эх. А ведь смысл академии как раз в уроках…

Клоэ хихикала, слушая их разговор, но вдруг застыла.

— Хм?

Она начала озираться по сторонам.

— М? Что такое?

— Ничего, просто… я не ощущаю поблизости Зига… — Клоэ посмотрела в небо, затем снова вперёд.

— Может, он улетел искать еду? — предположила Эстель, и Клоэ кивнула.

— Простите, что морочу вам голову, — извинилась она.

Никто из троицы не нашёл в этом ничего странного. Ладно ещё Эстель и Джошуа, но Клоэ тоже решила, что всё в полном порядке. Должно быть, они потеряли бдительность на радостях от успешного окончания фестиваля.

Троица беззаботно шла на запад и благополучно добралась до развилки. Дальше в Манорию и Руан вели разные дороги, так что они начали прощаться и ощутили лёгкую грусть…

— Э-эй! Эй, вы! — раздался на дороге голос.

Из Манории к ним на полной скорости мчался юноша. Лицо показалось знакомым, но Эстель пришлось порыться в памяти, чтобы его вспомнить. Да, этот человек помогал разбирать завалы сгоревшего приюта.

Сейчас он выглядел ужасно запыхавшимся и дышал так тяжело, что, казалось, вот-вот упадёт в обморок. Пот с него буквально капал. Неужели он бежал сюда от самой Манории?

— Это катастрофа! — выпалил он, даже не пытаясь перевести дух.

Эстель невольно напряглась от тревоги в его голосе.

— Катастрофа?

— Уф, уф, уф… Д-дайте отдышаться!

Юноша настолько запыхался, что не мог продолжать. Ему понадобилось несколько секунд, чтобы прийти в себя, но Эстель показалось, что прошла целая вечность. Её не покидало дурное предчувствие.

— Уф, уф, на… на матушку напали… возле Манории.

— Ч-что ты сказал?!

Эстель забыла как дышать. Казалось, вся кровь отлила от её лица.

— А… — Клоэ закачалась и едва не упала, но Джошуа успел подхватить её. — Н-не беспокойтесь за меня… Говорите дальше, — сказала она юноше.

Тот рассказал, что на матушку напали, когда она возвращалась после фестиваля. Хотя дети не пострадали, в результате нападения и матушка, и охранявшая её брейсер потеряли сознание.

— К-Карна тоже без сознания?!

— Тогда… это дело рук очень сильного бойца, — мрачно заключил Джошуа.

— Мы собирались связаться с гильдией брейсеров, но телефон в гостинице сломался. Так что теперь я бегу туда лично.

Выслушав юношу, Джошуа быстро решил, как быть: бегун отправится в Руан, а троица — в Манорию.

— Д-да! Понял! Я не подведу!

Юноша умчался в сторону Руана.

— Нам тоже нужно бежать! — выпалил Джошуа, и девушки кивнули в ответ.

До деревни они добрались в самом начале вечера. В гостинице они увидели Терезу, лежащую на кровати. На соседней спала Карна. Их окружали взволнованные дети, но едва завидев Клоэ и брейсеров — кинулись к ним в слезах.

— Рад вас видеть… Хорошо, что вы и правда не целы, — сказал Джошуа и осведомился у хозяйки гостиницы о состоянии матушки и Карны.

Она ответила, что те не ранены, но не приходят в сознание.

— Позвольте, я кое-что сделаю, — заявип Джошуа, поднёс голову к подушкам спящих женщин и принюхался. — Кажется, им сунули под нос снотворный порошок.

— С-снотворное?

— Да. Вот откуда этот характерный резкий запах. Вроде бы у него нет побочных эффектов, так что им помогут тишина и покой, — заявил Джошуа.

“Разве нам рассказывали про такие препараты, когда мы учились на брейсеров?” — Эстель не помнила ничего подобного. Впрочем, она могла просто забыть. И куда больше её заботило происходящее. Свидетелями были только дети, и когда Эстель обвела их взглядом, самая из старшая из девочек сказала, что всё объяснит.

— Мари…

— Всё хорошо, Клоэ. Я расскажу.

— Ладно. Но не заставляй себя.

Мари кивнула и начала:

— Мы шли вместе с тётей-брейсером… и тут перед нами появились странные люди в масках.

— Масках?!

— Да. Тогда тётя попробовала их разогнать, но нас быстро окружили со всех сторон… Матушка попыталась нас защитить… и тогда… — заливаясь слезами, выдавила из себя Мари.

— Ты умничка. Прости, что пришлось пройти через такое.

Эстель приобняла Мари и похлопала по спине.

— Эти твари украли тот мешок, который несла матушка… — процедил Клем, долгое время стоявший с поджатыми губами. — Я попытался забрать его, но меня оттолкнули… Джошуа, я… не смог защитить её.

Клем снова поджал губы.

— Ошибаешься, — возразил Джошуа и посмотрел на лежащую Терезу. — Ты сумел защитить себя. А для матушки именно это самое главное. Поэтому не вздумай себя ругать.

— Джошуа… Но…

Увидев, как Клем едва сдерживает слёзы, Эстель почувствовала, как внутри неё лопнула туго натянутая струна.

— Они заплатят…

Её сжатые кулаки задрожали. Она пока не знала, кто это сделал, но знала: если эти люди вдруг появятся перед ней, она изобьёт их до полусмерти.

— Кто только посмел?..

— Пока мы знаем только то, что преступники очень сильны, ведь они смогли быстро обезвредить брейсера, — заявила Клоэ хладнокровным голосом, но за ним, несомненно, таилась ярость. На этом её рассуждения не закончились. — А также… что это ограбление планировалось заранее.

— Что?.. — удивилась Эстель.

— Преступники прекрасно осознавали, что именно хотели забрать.

— Мешок с деньгами?

— Да. Можно смело предположить, что они знали о миллионе. Ведь они первым же делом схватили мешок.

— Т-так, погоди. Это ведь означает, что они слышали о сборе пожертвований на восстановление приюта.

— Видимо, да… Может быть, это те самые люди, которые его подожгли.

— Что-о?!

Догадка Клоэ застала Эстель врасплох. Деньги собирают каждый год, и на сей раз собранные средства решили пустить на восстановление приюта. Но об этом известно лишь немногим. Даже сами Эстель и Клоэ узнали об этом только когда декан передавал матушке мешок.

Из этого следует по крайней мере то, что преступники были на фестивале. И, возможно, виноваты не только в грабеже, но и поджоге.

— Да, почти наверняка, — подтвердил Джошуа.

Должно быть, он уже нашёл этому какое-то подтверждение, которое Эстель упустила из виду.

— И главное, что мы должны сделать — это как можно скорее выяснить, куда ушли эти разбойники.

Если миллион пропадёт, Терезе всё-таки придётся переехать вместе с детьми ближе к столице.

Вдруг открылась дверь.

— Поддерживаю.

За ней стоял рыжеволосый юноша с огромным мечом за спиной.

— А! — невольно воскликнула Эстель.

В комнате появился Агат по прозвищу “Тяжёлый клинок”.

***

Едва переступив порог комнаты, Агат потребовал объяснений у Эстель и Джошуа. По его словам, Жан с ним связался, но не сказал ничего конкретного.

Чтобы не терять времени, пересказ доверили человеку, которому изложение событий даётся лучше всего. То есть Джошуа.

— Хм, понятно… Вот теперь это действительно странно.

— Что тут странного? — переспросила Эстель.

— Вороны пропали из своего склада.

— А?!

Судя по лицам Джошуа и Клоэ, они удивились не меньше неё. Неужели получается, что именно Вороны всё-таки подожгли приют и ограбили матушку?

Когда Эстель высказала это предположение вслух, Джошуа покачал головой.

— Что-то не уверен. Думаешь, они смогли бы победить Карну?..

— Ой, точно… Н-да, эта кучка олухов…

Эстель даже не стала договаривать. Все знали, что они в подмётки не годятся Карне.

— К тому же как они могли узнать про пожертвования на фестивале? — напомнил Джошуа.

— А-а, да, точно.

Но Эстель всё равно считала, что Вороны как-то связаны с происходящим. Слишком уж вовремя они исчезли из своего логова.

— Тьфу! Стоять, болтать, время терять! Идём, мелюзга.

— Ты кого назвал мелюз… Аргх, ладно, не время. Куда мы сейчас?

— Найдём какие-нибудь улики и в погоню, куда ещё?! — Агат открыл дверь, вышел в коридор и бросил оттуда: — Начинать всегда нужно с места преступления!

— А! Точно, мы же там ещё не были…

— Как нам сказали, на детей напали перед самым входом в Манорию, — напомнил Джошуа.

Они попросили хозяйку гостиницы присмотреть за детьми (потому что боялись, что иначе Клем вновь увяжется за ними, а то и не один) и покинули гостиницу.

Выйдя из деревни, они изучили ту область, о которой им рассказали. Увы, солнце уже почти зашло, и вместо разборчивых цветов остались только блеклые оттенки заката.

— Вот зараза… — выругался Агат.

Вокруг становилось слишком темно. Ещё немного, и брейсеры перестанут видеть даже друг друга.

— Мы так ничего не найдём. Тем более, мы даже не знаем, что искать! — возмутилась Эстель.

— Если б знали, искать бы вообще не пришлось, тупица.

Эстель надулась, услышав оскорбление в свой адрес, но тратить время на споры по-прежнему не хотелось.

Фьюить!

Вдруг раздался птичий крик, и сверху спустился кречет.

— Ох, Зиг… Куда ты пропадал? — спросила Клоэ у птицы.

Та что-то просвистела в ответ.

— О, богиня! — изумилась Клоэ.

— И что это за фигня? — недоверчиво спросил Агат, глядя на происходящее.

Действительно, сцена могла озадачить любого, кто не знаком с этой девушкой.

— Это кречет Зиг, друг Клоэ, — кратко и правдиво пояснила Эстель, пока девушка заканчивала диалог с птицей.

— Хорошо, я поняла… Спасибо, Зиг.

— Что ты там поняла?

— Куда убежали преступники, напавшие на матушку, — ответила Клоэ с настолько невозмутимым видом, что Агат не сразу сумел переварить смысл услышанного.

— Ага, ну конечно, престу… ч-что-о?!

— Видимо, Зиг сопровождал Терезу, — добавила Клоэ.

— Вот как? Понятно, почему он не появлялся, — ответила Эстель.

— Да. И он говорит, нам нужно идти по этой дороге.

— Т-так, ну-ка стоп! О чём вообще речь?! — вспыхнул Агат.

— Как о чём? Зиг говорит, что видел, куда пошли преступники, — сказала Эстель.

— И нам лучше поторопиться, — подхватила Клоэ. — Боюсь, что ночью нам не помогут даже глаза кречета.

— Ха-ха-ха… Вы такие шутники, я прямо не могу…

— Зиг, ты молодец! — бросила Эстель птице на плече Клоэ.

Тот гордо свистнул в ответ.

— Ребята, ну вы же не верите всерьёз в этот бред, правда? Ну, про кречета, который выследил преступников. И про то, что она понимает его речь.

— Просто мы не раз убеждались, что это правда, — заявил Джошуа.

— Если не хочешь верить, то мы тебя с собой не зовём! Клоэ, Зиг, показывайте дорогу!

— Да!

Фьюить!

Свистнув, Зиг взмыл в закатное небо. Он сделал круг над головами четвёрки и улетел в направлении Манории, затем ещё дальше.

Эстель и остальные кинулись следом.

— Э-эй, вы! Мелюзга!

Позади раздался голос Агата. Эстель обернулась и увидела, что он тоже бежит следом. Как только она вновь посмотрела вперёд, Зиг ещё раз набрал высоту. Он продолжал зазывать их вперёд.

Пробежав через всю деревню, они оказались на побережье Манории — самой западной части континента. Одна дорога разделилась на три, и они побежали налево вдоль берега океана.

— Да, он и правда показывает нам путь, но в сторону… — Агат уже начал понимать, куда они бегут.

— Джошуа, это ведь дорога…

— Да. Она ведёт к мысу с маяком.

Зиг летел строго по прямой и громко свистел, словно подгоняя группу. Даже Эстель уже слышала в его голосе слова “Быстрее, быстрее!”.

Впереди показался маяк, построенный на мысу.

— Маяк Варенну, собственность города Руан. Вроде бы тут живёт одинокий старик… — пробормотал Агат.

Зиг наворачивал круги над строением.

— Похоже, нам сюда, — заключил Джошуа.

Они дошли до маяка практически одновременно с тем, как огромное красное солнце скрылось за горизонтом.

***

— Да, я совершенно уверена. Преступники, напавшие на матушку, находятся внутри маяка, — заявила Клоэ, глядя на порхающую в небе птицу.

— Смотритель живёт внутри один, верно? — спросил Джошуа у Агата.

— Ага. Я слышал, он уже старый и поэтому живёт прямо там же, где работает.

— Другими словами… преступники могли легко захватить это здание. Если, конечно, они пришли именно сюда.

— Придётся войти и проверить, — заявила Клоэ.

— Ага, — согласилась Эстель, кивая.

— Нет, секундочку. Пусть девушка лучше…

Несомненно, Агат хотел, чтобы Клоэ подождала снаружи, но та замотала головой.

— Позвольте мне войти.

— Чего-о?

— Я должна понять, кто и зачем повёл себя так жестоко с матушкой.

Если бы Клоэ назвала в качестве причины любопытство, Агат бы однозначно отказал ей. Однако теперь он замялся и забормотал:

— Я всё понимаю, но…

Глаза Клоэ светились не любопытством, а решимостью. Её сжатые кулачки побелели от затаённой ярости, а губы поджались от невысказанного гнева.

— Я могу поручиться за её силу. По крайней мере, она точно не будет путаться у нас под ногами, — хладнокровно подтвердил Джошуа.

— Тьфу… Как хотите, — сломался Агат. — Только не забывайте, что наши враги легко победили Карну. Будьте начеку.

— Да, буду помнить, — согласилась Клоэ.

— Решено! — выпалила Эстель, давая понять, что обсуждение завершено.

Она знала, что им, откровенно говоря, нужна помощь. Особенно помощь такого способного человека, как Клоэ. А уж в том, что мечник из неё отменный, Эстель уже успела убедиться.

Перед тем, как они вошли в маяк, Зиг спикировал и приземлился на плечо Клоэ.

— Он что, тоже с нами? — устало спросил Агат. Очевидно, спорить он уже не собирался.

— Он мой друг.

Фьюить!

Кречет гордо выпятил грудь.

— Мальчишка, две девчонки и птичка… Да уж, в такой группе я ещё не состоял.

— Всё бывает в первый раз, — постаралась сказать Эстель как можно жизнерадостнее и открыла тяжёлую железную дверь.

Она вела в небольшую комнату. Казалось, будто кто-то взял квадратное помещение и срезал в нём все углы, получив восьмиугольник шириной где-то восемь аржей. Вдоль стены шла винтовая лестница, ведущая к, собственно, маяку.

В комнате стояли три фигуры. Эстель мигом отыскала среди них одну знакомую.

— Это же он!

Она видела его во время первого посещения Руана вскоре после перехода через мост. Да, этот человек состоял в Воронах.

— Мы, конечно, подозревали их, но… — в голос Агата просочилась досада. — Слышь, Дин!.. Что ты здесь забыл?! — прорычал он настолько злобным и угрожающим голосом, что Эстель вытаращила глаза.

Однако Дин лишь повернул голову, причём таким неуклюжим движением, словно был не человеком, а манекеном. Агат мигом осознал, что Ворон ведёт себя странно.

— Ты чего?..

Дин смотрел на них пустыми глазами. Казалось, он даже не осознаёт, кто перед ним.

— Берегись, Агат! — крикнул Джошуа одновременно с тем, как Дин метнулся к Агату, поднимая какую-то железную дубинку.

— Уо!

Раздался грохот, похожий на колокольный звон.

— Ого! — воскликнула Эстель, не веря своим глазам.

За спиной Агат всегда носил такой огромный и тяжёлый меч, что он даже стал его кличкой. Он почти царапал пол, а конец рукояти возвышался над головой мужчины. Пожалуй, в нём было не меньше двух метров длины…

Однако Агат молниеносно взмахнул им и остановил удар Дина.

— Гх.

— Агат! — выкрикнул Джошуа.

— Да ладно, он уступает?! — изумилась Эстель.

Бойцы сцепились, и Дин уверенно отодвигал от себя клинок. Агат уже почти упал на колено.

— Чёрт! — ругнулся он, взмахнул мечом и еле успел отпрыгнуть из-под вражеского удара.

— Ну и силища… Дин, ты чего?

Агат уставился на противника, но юноша из Воронов лишь меланхолично надвигался на него. Позади тоже самое делали ещё пара незнакомых парней. Все они двигались будто куклы.

— Ха, сами напросились. Придётся вломить вам покрепче, чтобы разбудить!

— Агат! — вновь повторил Джошуа.

— Мы с тобой!

— Мы поможем!

К тому моменту, как Эстель и Клоэ договорили, в руках Джошуа уже сверкали кинжалы. Эстель сняла со спины посох и встала в боевую стойку, Клоэ обнажила рапиру, а Зиг взлетел к потолку, чтобы не мешать.

Наконец, Вороны кинулись вперёд всё с теми же отрешёнными лицами.

— Р-р-р! Просыпайтесь, недоумки! — взревел Агат, размахиваясь своим мечом.

Он в мгновение ока выбил оружие из рук противников и кинулся в погоню. Увидев, как противники побежали прочь от грозного меча, Эстель ловко обрушила на них всю мощь своего посоха. Не прошло и пары секунд, как все Вороны растянулись на полу.

И тем не менее…

— Поверить не могу… Они на порядок сильнее, чем раньше.

— И выглядели как-то странно, — заявила Клоэ.

Эстель безоговорочно согласилась. Движения противников казались какими-то неправильными, да и за весь бой они не сказали ни единого слова.

— Хм… Кажется, ими управляли, — заметил Джошуа, сев на корточки рядом с Дином.

— Ты уверен?

— Полностью, — подтвердил брейсер, глядя на потерявшего сознание Ворона. — Это какая-то особая форма гипноза на основе снотворного и внушения. Кроме того, внушение сделало их намного сильнее, — хладнокровно заключил Джошуа.

— Р-разве этого возможно?

— Да, если приложить достаточно усилий. Для этого нужно большое мастерство… Но давайте двигаться наверх. Настоящий преступник, который руководит Воронами, должен быть именно там.

Единственная дорога к верхушке маяка, где располагалась лампа, проходила по винтовой лестнице вдоль стены. К тому же пространство внутри постройки было не единым, а делилось на три или четыре этажа. Группа помчалась наверх.

***

На втором и третьем этажах их вновь поджидали Вороны, которые молча нападали, едва завидев их. Приходилось останавливаться и сражаться.

Победа давалась группе лишь чудом. Однако именно то, что противники оказывались самую малость слабее, чем они сами, наводило на подозрения.

— Не нравится мне это, — пробормотал Джошуа. — Возможно, их здесь поставили…

— Просто чтобы ненадолго задержать нас, — закончил за него мысль Агат. — Понятно, что эти этажи довольно тесные, но если бы они просто напали всем скопом, мы бы не выстояли.

Агат заподозрил, что враги сознательно разделили доступные им силы, чтобы позволить брейсерам пройти.

— Не понимаю, что задумал их главарь, но… из-за шума он явно знает, что мы здесь. Так, мелюзга…

— Чего?

Препираться по-прежнему не хотелось, так что Эстель не стала молчать, но позволила обиде просочиться в свой голос.

— Я не тебе. Я твоему напарнику с артами, — сказал Агат, косясь на Джошуа. Затем он посмотрел в сторону вершины маяка. — Знаешь арты, которые помогают прятаться?

— Прятаться?.. Пропадать с глаз, глушить звуки и так далее?

— Ага. Хоть твои собственные, хоть кварцевые.

— Увы.

Джошуа покачал головой. То же самое сделала Клоэ.

— Эх.

— Ты думал застать их врасплох? — спросил Джошуа.

— Насколько это вообще возможно.

Джошуа крепко задумался, затем поднял голову и предложил Агату:

— Если использовать “Разгон”[✱]Clock up....

“Разгон” — арт ускорения. С его помощью можно управлять течением времени вокруг себя и двигаться быстрее, чем обычно.

Агат вновь посмотрел вверх по винтовой лестнице. Они находились на третьем этаже. Судя по всему, чётвертый был последним в этой “башне”, но пока что сверху не слышалось никаких звуков. Ещё выше находилась крыша, где и размещалось орбальное оборудование. Поэтому если пройти через четвёртый этаж незаметно для противников, то их получится застать врасплох.

— Видимо, придётся, — решил Агат и без колебаний приказал Джошуа наложить на всех “Разгон”.

Почувствовав, как время рядом с ней ускорило ход, Эстель взбежала наверх вместе с остальными и постаралась пробежать четвёртый этаж как можно бесшумнее. Лестница сделала ещё половину витка и упёрлась во выход на крышу.

— Ой… Этот голос…

Эстель уже приоткрыла дверь и вдруг замерла. Снаружи задул ветер и принёс звуки разговора. В нём участвовало несколько мужчин, и один из них был ей знаком.

— Теперь мы сможем повесить всю вину на них, и на этом дело будет полностью закрыто.

Этот низкий голос…

“Неужели он?”

Личность обладателя голоса всплыла из пучин воспоминаний Эстель.

— Надеюсь, тебе понравились наши методы, — ответил другой голос.

— Они просто великолепны! Но на всякий случай должен спросить, вы ведь не оставили никаких улик? — спросил холодный голос, от которого мурашки бежали по коже.

Эстель уже не раз слышала его. Вот только раньше он был куда теплее и вежливее. Да, она знала, кто говорит: Гилберт, секретарь мэра.

— Не волнуйся, — ответил ему другой мужской голос. — Даже если они вдруг придут в себя, то не смогут ничего вспомнить. А этот спящий смотритель не очнётся до самого утра.

— Хе-хе-хе, — засмеялся Гилберт. — Уж теперь-то матушка точно отчается восстановить приют. А мы свалим вину и за поджог, и за ограбление на этих придурков. Одним махом решим оба вопроса! Хе-хе.

Эстель, слушавшая в приоткрытую дверь, чувствовала, как её тело наполняется гневом.

“Что-о-о он сказал?!”

Эстель заскрипела зубами.

— Эти люди… ходят обвинить Воронов в поджоге и нападении на матушку? Это что, шутка?..

— Спокойно, Эстель, — прошептал Джошуа, хватая Эстель за руку, потому что та была уже готова открыть дверь плечом и напасть на разговаривающих людей.

Однако разговор Гилберта с загадочными мужчинами по-прежнему продолжался. А значит, следовало ожидать новых шокирующих откровений.

— Мы только не поняли, в чём был смысл ломать тот приют…

— Ха-ха, неужели неясно? Мэр хочет построить на этом участке люксовые виллы.

— О?..

“Мэр!”

Наконец-то вскрылась личность преступника. Оказалось, что настоящий злодей — это не секретарь Гилберт, а сам мэр Далмор.

— Живописный участок, прямо возле дороги, ещё и рядом с Руаном. Но богачам ведь не нужно, чтобы рядом стояло такое здание и портило вид. Поэтому мы сожгли его. Дотла. Знали, что эта упрямая баба не отдаст землю ни за какие деньги. Но теперь она должна смирится.

Должно быть, когда мэр узнал о сборе денег на строительство нового приюта, он приказал своему секретарю ограбить Терезу. И теперь, догадавшись об этом, Эстель осознала, что именно смутило её перед началом выступления, когда она окинула взглядом зрительский зал.

Мэр Боса Мэйбел сидела рядом со своей горничной Лилой. Герцога, чьё имя Эстель уже забыла, сопровождал верный дворецкий Филипп. Однако Гилберта, который всегда тенью ходил за Далмором, тогда не было.

К тому времени Далмор уже знал о благотворительном сборе средств и приказал Гилберту напасть на Терезу.

“Эх, надо было ещё тогда догадаться!”

И вот теперь Эстель точно услышала достаточно. Содрогаясь от гнева, она потянулась к двери.

Однако её опередила другая рука, ещё тоньше, чем у неё самой. Резко распахнув дверь, её обладательница выскочила на крышу.

Клоэ.

***

Эстель и остальные погнались за Клоэ.

Небо было чёрным, луна то ли скрылась за облаками, то ли вообще ещё не поднялась. В глаза бил бил ослепительный свет орбальной лампы, уходящий в море длинным лучом. Каждый раз, когда он проходил через брейсеров, вся крыша казалась ослепительно белой.

Клоэ встала перед мужчинами, широко расставив ноги. Её спина дрожала от гнева.

— И поэтому?.. Из-за такого… пустяка вы ранили матушку, сожгли дорогое ей место… и украли улыбки детей?.. — бормотала она, обливаясь слезами. — Вы за это заплатите!

— Кх… Это та девчонка, которая вступалась за приют…

— Не только она! — выпалила добежавшая Эстель и поравнялась с Клоэ одновременно с Джошуа и Агатом.

— Вы…

— О… — обронил вслед за Гилбертом стоявший за ним мужчина. — Я-то думал, вас грохнули, раз тишина такая наступила.

Этот человек носил чёрный костюм. В ночи он казался ожившей тенью.

“Чёрные костюмы… Да, мы уже встречали их раньше…”

Эстель заинтересовалась этими людьми, но не сводила глаз с Гилберта.

— Жаль вас расстраивать, но ваши ребята спят крепким сном, — бросила она. — Вот уж не думала, что за всем стоит мэр. И что он водится с такими знакомыми личностями.

Эстель уже вспомнила, где видела этих людей в чёрных костюмах. Они вели переговоры с воздушными бандитами на озере Валлерия.

— Ты знаешь, кто мы, девчонка? Понятно… Да уж, брейсерам палец в рот не клади…

— Эй, вы! — возопил Гилберт, не желая сдаваться. — Убейте их всех! Они видели нас, нельзя оставлять их в живых!

— Мне жаль, Гилберт… — обронила Клоэ.

— Секретарь Гилберт и мужики в чёрном! — рявкнул Агат. — В соответствии с уставом гильдии брейсеров, вы арестованы. Сложите оружие и сдавайтесь!

Людей в костюмах было трое, а всего врагов, включая Гилберта, четверо. Ни один отряд не имел численного превосходства, однако команда Эстель, не считая Агата, наверняка казалась со стороны чересчур молодой и неопытной. Но мужчины в чёрном должны понимать, что в поединках один на один брейсеры крайне сильны.

— Командир предупреждал, чтобы мы не сражались здесь с вами. От этого одни потери…

— Командир? — переспросил Джошуа. — Случайно, не тот, кто вёл переговоры с воздушными бандитами.

— Вы и про это пронюхали? Ох уж эти ищейки гильдии Брейсеров, носы у вас что надо…

— Хватит нам льстить! Немедленно сдавайтесь! — крикнула Эстель.

— Ха. Так мы тоже не можем, — сказал один из мужчин в костюме, достал из кармана орбальный пистолет (грозное оружие, выпускающее металлические шарики с помощью орбальной энергии) и направил его… на своего союзника Гилберта.

— Что?! — изумился Гилберт, а вместе с ним и вся команда Эстель.

Мужчины носили не только странные костюмы, но и маски, полностью скрывающие лица. Тем не менее, Эстель всё равно поняла, что противник не улыбается. Он действительно собирался застрелить Гилберта.

— Ч-что ты задумал?! — воскликнула Эстель.

— Увы, нас нанял вовсе не мэр… Мы помогали ему, поскольку нам до сих пор было по пути, но теперь…

— Что, при первых же трудностях берёте заложника? — спросил Джошуа с демонстративным недоверием в голосе.

— Кажется, мы тебя не убедили. Я не собирался трогать его, если вы будете держаться на расстоянии, но…

Мужчина равнодушно и без колебаний спустил курок. В темноте вспыхнул выстрел, раздался сухой хлопок. На крышу упали брызги крови.

— А-а-а-а! Моя нога-а-а!

У Эстель перехватило дух. Выстрел из орбального пистолета мужчины в чёрном с лёгкостью прострелил ногу Гилберта. Брызги крови превратились в чёрные пятна. Но как бы Гилберт ни выражал свои страдания лицом, упасть мужчина ему не давал.

Агат плюнул и прикусил губу. Мужчина с пистолетом скосил взгляд на дверь подсобки. Перед ней, прислонившись к косяку, лежал пожилой мужчина. Должно быть, это и был смотритель.

— Не глупи! — прорычал Агат.

“Если не веришь, я его застрелю”, — ответил мужчина взглядом, а затем сказал:

— Теперь, когда вы поняли, что я не шучу, отойдите чуточку дальше. Прямо к лестнице.

Агат посмотрел на Эстель и взглядом приказал отступить. Девушке стало обидно, но ей ничего не оставалось, кроме как подчиниться.

“Но зачем врагам это нужно? На крыше так мало места, что ничего толком не изменилось…”

Эстель не понимала замысла мужчины в чёрном костюме. А когда он раскрылся, она не поверила своим глазам.

— Счастливо оставаться, — сказал мужчина и толкнул Гилберта в сторону брейсеров.

Тот сделал лишь пару шагов, прежде чем упасть на пол. Его лицо перекосилось от боли, он вцепился в простреленную ногу и взвыл.

— Н-ни с места! — крикнула Эстель, но затем троица в костюмах сделала нечто совершенно неожиданное.

Они спрыгнули с крыши.

— Что?!

Эстель кинулась к перилам и посмотрела вниз. Несмотря на ночной полумрак, она разглядела, как враги стремительно опускаются при помощи тонкого шнура, который тянулся от их поясов.

Шнур кончался крюком, закреплённым на перилах. Джошуа поравнялся с напарницей, посмотрел вниз и ошарашенно пробормотал:

— Проволока с зацепом…

— Н-ничего себе они подготовились!

Неужели они с самого начала предполагали, что им придётся уходить с маяка именно так? Безусловно, брейсеры могли отцепить крючья или перерезать проволоку, но это наверняка убьёт мужчин. С другой стороны, они не монстры, и их побег вряд ли будет возможно считать победой…

“Но мы не успеем их догнать, если спустимся по лестнице…” — подумала Эстель и, кажется, не только она.

— Чёрт… ладно, оставляю вам секретаря и моих придурков! — бросил Агат.

Эстель машинально повернулась к нему и увидела, как он перепрыгивает через перила.

— Э-эй, ты!

— Как закончите, доложите Жану!

Агат вцепился рукой в проволоку и устремился вниз, словно не обращая внимания на то, что его кожаная перчатка дымится. Совсем скоро он уже был у основания маяка.

— Агат! — крикнула Клоэ, но тот даже не посмотрел на неё. Он не сводил глаз с мужчин в чёрных костюмах.

— Если падать с такой скоростью, можно всю кожу на руке содрать, — с дрожью в голосе произнёс Джошуа.

Эстель на мгновение обомлёла, но тоже потянулась к проволоке.

— Нет, стой! Ты слышала Агата. Мы не можем бросить тех, кто остался здесь.

— А… Кх!

Слов Джошуа оказалось достаточно, чтобы разгорячённая Эстель начала остывать. Действительно, Гилберту прострелили ногу, а Вороны оказались лишь пешками в руках врагов.

Ещё раз посмотрев вниз, девушка убедилась, что мужчины в чёрных костюмах уже скрылись в лесу. Агат как раз приземлился и побежал следом за ними.

— Эх…

Преследователь тоже растворился в ночи. Оставшись без командира, группа принялась покорно выполнять его последние указания. Они разбудили старика-смотрителя и оказали первую помощь Гилберту. Затем связали и секретаря, и Воронов, оставив их запертыми в маяке. Дальше ими займётся городская стража, когда получит сообщение от гильдии.

Хотя враги в чёрных костюмах сбежали, их отступление кое в чём пошло на пользу. Благодаря внезапному нападению Агата противникам пришлось бросить похищенный миллион. Брейсеры отдали его хозяйке гостиницы, чтобы она могла вернуть его Терезе, когда та проснётся.

Уже брезжил. Эстель и её попутчики побрели в Руан, борясь с усталостью.

Им оставалось покарать ещё одного злодея.

Глава 13. Артефакт

Эстель с отрядом как только можно бежали в Руан. В воздухе ещё веяло ночной прохладой, а едва поднявшееся солнце освещало белый песок лишь самыми слабыми лучами. И тем не менее, уже скоро Эстель почувствовала, как её кожа покрылась бусинами пота.

Впереди показалась развилка. Правая дорога вела к Руану, левая к Королевской академии Дженис. Отряд остановился передохнуть как раз на их пересечении.

Ну а раз они на развилке — до Руана уже рукой подать. Эстель пыталась отдышаться. Она посмотрела на Джошуа и удивилась тому, каким спокойным и невозмутимым он кажется. Откуда такая разница в выносливости, если росли они вместе? Неужели это одно из различий между мальчиками и девочками?

— Нечестно.

— А? — недоумённо обронил Джошуа.

— Ничего, — буркнула Эстель.

— Эстель, Джошуа…

— М? Что такое, Клоэ?

Клоэ, которая запыхалась ещё больше, чем Эстель, что-то пробормотала себе под нос с мрачным видом. Затем выдавила из себя:

— Вы… точно сможете арестовать мэра Далмора?

— В смысле? — Эстель недоумённо покрутила головой, а Джошуа сразу понял, о чём речь.

— Ты про право отказа от ареста?

— Да.

— Действительно…

— Чего?!

Эстель ничего не понимала и смотрела то на Клоэ, то на Джошуа. Оба стояли и о чём-то напряжённо раздумывали.

— О чём речь?

— У гильдии брейсеров есть нерушимый принцип: не вмешиваться в суверенные дела государств и работу органов местного самоуправления. Иначе говоря, мы не можем трогать важных политиков.

— Н-но это же бред!

— Может и бред, но таков закон. Конечно, когда вскроется правда, мэр может потерять свою должность, и тогда мы сразу же сможем его арестовать…

— Н-но ведь!..

— Да-да, Эстель. На это уйдёт слишком много времени.

Узнав о неминуемости ареста, Далмор вряд ли согласится покорно сидеть в Руане. Нельзя ждать, мэра надо хватать прямо сейчас, но брейсеры, увы, таких полномочий не имели.

— Видимо, пока мы можем только рассказать обо всём Жану.

— Угу…

— А, Эстель и Джошуа. Простите, я…

Клоэ вдруг сказала, что вспомнила об одном срочном деле и попросила брейсеров дойти до Руана без неё. Эстель удивилась — что может быть ещё срочнее, чем их задание? Разве не Клоэ больше всех хотела покарать злодея, который причинил столько страданий матушке Терезе?

Но в конце концов Эстель решила оставить это мнение при себе. Очевидно, у Клоэ были на это веские причины, а времени на разговоры всё равно не было. Раз Клоэ что-то вспомнила на этой развилке, должно быть, ей нужно забежать в академию. И кстати, ей ведь разрешили покинуть её территорию только до конца выходных.

— Ладно, мы побежали!

— Ещё раз простите, — Клоэ поклонилась.

Оставив её одну, брейсеры побежали в Руан. Они услышали, как Клоэ свистнула за спиной, призывая Зига, но Эстель не придала этому особого значения.

***

Попрощавшись с Эстель и Джошуа, Клоэ так и осталась стоять на развилке. Она сказала товарищам, что у неё есть срочное дело, но на самом деле…

Зиг спустился с небес, услышав свист девушки, и приземлился на её плечо.

Клоэ достала из кармана блокнот и ручку. Написав коротко сообщение, она вырвала страницу, сложила её и привязала к лапе птицы.

— Ага, сойдёт.

Зиг недоумённо свистнул и посмотрел девушке в глаза.

— Зиг, у меня для тебя ещё одно задание…

Клоэ сказала ему ещё несколько слов, а затем вытянула руку. Зиг перепрыгнул с плеча на ладонь.

— Лети!

Клоэ взмахнула рукой. Зиг расправил крылья и взмыл в голубую высь.

***

Жан тяжело вздохнул, глядя на брейсеров из-за стойки.

— Ну и дела. Не думал, что за этими стоит Далмор.

— И что теперь, Жан? Неужели мэр…

— Да, Джошуа прав, арестовать его будет нелегко. По правилам брейсеры не могут трогать важных политиков, если только они не совершают преступление прямо у них на глазах.

— Так и знал, — Джошуа прикусил губу.

— Ох… Мы что, должны просто отпустить его?!

— Ну, ты так сильно не расстраивайся. Доказательств у нас достаточно. Мы можем хоть сейчас связаться с королевской армией и попросить принять меры.

— Ах да, армия вправе его арестовать, — сказал Джошуа и тут же осознал, что и это может не помочь. — Но…

— Думаешь, он успеет сбежать? А не тут-то было, — Жан вдруг подмигнул, ломая сложившийся в голове Эстель образ. Правда, он зачем-то сделал это двумя глазами, так что сложилось впечатление, что он заставил себя моргнуть. — Я хотел бы попросить вас придержать его.

— Придержать?

— Насколько я понял из вашего доклада, в эту самую секунду мэр ждёт, когда к нему заявится Гилберт с украденным миллионом. Но если он слишком задержится, Далмор начнёт нервничать и готовиться к бегству, — хладнокровно предположил Жан, заставив Эстель осознать, что он не просто так занимает свою должность. — Вы сразу пришли ко мне. Думаю, мы выиграли достаточно времени. Далмор ещё понял, что его уже раскрыли.

— Но скоро поймёт…

— Именно так, Джошуа. Наш мэр — он такой. Едва почует опасность, сразу находит причину сбежать подальше от Руана. Обычно якобы в заграничную командировку. Потом понимает, что ничего страшного не случилось, и сразу же возвращается.

— Бросив Гилберта?

— Мне кажется, ему вообще плевать на людей. Он ведь рассчитывал, что дети и матушка сгорят вместе с приютом.

Внутри Эстель закипела злость.

— Даже если я подам запрос в армию от имени нашего отделения, арест Далмора займёт несколько часов. Поэтому вы должны его придержать. Так что я формально приказываю вам продолжать изыскания.

— Ясно… Обставим это так? — Джошуа проникся пониманием.

— П-подождите. Но разве это не означает, что мы его даже пальцем тронуть не можем? — взволнованно спросила Эстель.

Если Джошуа и Жан уже нашли общий язык и полностью понимали замыслы и планы друг друга, то девушка оставалась в недоумении. Разговоры умных товарищей казались ей набором головоломок. Её будто бросили в тумане..

— Арестовать не можете, а вот допросить о вещах, связанных с расследованием — это пожалуйста. Далмор ведь не отказывался помогать вам со следствием. Поэтому вы вправе навестить его особняк в рамках дела о сгоревшем приюте.

— Но ведь мы уже знаем, кто преступник!

— Зато если скажете, что продолжаете поиски, он будет не вправе вам отказать. Согласившись, он не сможет уйти до окончания вашего допроса, и даже если попытается — это уже будет умышленное противодействие расследованию. Вы сможете сразу же арестовать его, как совершившего преступление на ваших глазах, — объяснил Жан и улыбнулся кривой, злодейской ухмылкой.

— А, вот как… Ну ты и жулик!

— Жульничество — слишком полезный навык, чтобы им пользовались только злодеи. Что же, Эстель, Джошуа, отправляйтесь в особняк мэра и расспросите его по вашему делу. Не страшно, если вы его немного разозлите, главное — выиграйте время.

— Сколько нам нужно?

— Где-то пару часов. До полудня. Я сейчас же позвоню в Лейстон и попрошу помощи у начальника крепости, но вряд ли они придут раньше.

— Как же не хочется снова полагаться на армию… но не время привередничать.

Эстель закончила ворчать как раз когда в дверь постучали. Обернувшись, брейсеры увидели запыхавшуюся Клоэ, почти повисшую на двери.

— Уф, уф… извините, что я так поздно…

— Ты как раз вовремя!

Эстель предложила гостье стул, но Клоэ замотала головой и вместо этого спросила:

— Что решили?

— Мы собираемся попасть в особняк мэра под предлогом расследования поджога приюта.

— В особняк? — Клоэ вытаращила глаза.

— Мы же не можем просто арестовать его.

— Поэтому делаем вид, что продолжаем расследование, — пояснил Джошуа.

— А-а, поняла, — слов парня хватило, чтобы картина происходящего сложилась в голове девушки. — Вы собираетесь устроить мэру допрос, чтобы потянуть время. А, и если за это время в город прибудет армия…

Пожалуй, брейсерам стоило ожидать того, что одна из лучших учениц Королевской академии Дженис мигом поймёт их замысел. Эстель оставалось лишь подтвердить:

— Д-да, именно так.

— А… раз так, то мне… наверное… не надо было….

Клоэ вдруг заговорила непонятно о чём.

— Чего? — переспросила Эстель.

— Нет, ничего. Можно с вами? Пригодится ведь свидетель для допроса мэра…

— Да, и правда.Рядом с той, которому приют был так дорог, Далмор может и показать своё истинное лицо, — согласился вдруг Жан. Он уже знал о недюжинных способностях Клоэ из доклада брейсеров. Впрочем, это не помешало ему напомнить девушке о безопасности.

— Что же, вам пора звонить в крепость, — попросил Джошуа, и Жан решительно кивнул.

— Ага, сейчас этим займусь!

***

Размеры особняка поражали воображение Эстель: он был даже не вдвое, втрое больше её дома, а двор вполне мог зваться парком. Клоэ говорила что, мэр Далмор был отпрыском знатного рода, и поместье досталось ему по наследству.

Дверь открыла одна из работавших в особняке горничных. Джошуа сразу вышел вперёд и попросил о встрече с мэром.

— Прошу меня извинить, но господин сейчас принимает гостя…

— Гостя?

— Да. Он ведёт исключительно важные переговоры и сказал, что не принимает сегодня кого-либо ещё, — горничная поклонилась. — Могу я предложить вам назначить встречу на другой день?

— Н-нет, не пойдёт!

Эстель занервничала — они не могли ждать так долго. Она предположила, что мэр Далмор в эту самую секунду готовится к бегству, прикрываясь встречей с важным гостем.

— Мы как раз по поводу этого гостя, — заявил вдруг Джошуа. — Это ведь герцог Дюнан, не так ли?

— О, вы правы, — удивилась горничная, а через секунду заметила эмблему на груди Джошуа. — Ах, так вы брейсеры? Мой господин пригласил ещё и вас?

— Да. Мы должны поговорить с ним лично. Впустите?

— В таком случае, разумеется, проходите. Идите прямо до большого зала.

— Благодарю.

Джошуа поклонился. Горничная повернулась на месте и взмахом руки пригласила гостей внутрь. Она немного покраснела от любезностей Джошуа, Эстель сразу обратила на это внимание.

— Гр-р…

— Ты чего?

— Ничего!

Горничная вызвалась проводить троицу до зала, но Джошуа вежливо отказался, так что девушке пришлось уйти, лишь тоскливо оборачиваясь.

— Как ты догадался, что герцог здесь? — шёпотом спросила Клоэ.

— Мэр ведь надеется продавать виллы богачам. Они сидели рядом во время спектакля. Должно быть, Далмор уже тогда успел заинтересовать герцога.

— Ох…

— Но тебе всё равно пришлось наврать, что мэр нас пригласил, — напомнила Эстель.

— Я не наврал. Он сам сказал обращаться к нему по любому поводу, когда мы столкнулись с Воронами, помнишь?

— А, точно.

— Ха-ха… — Клоэ засмеялась. — Выходит, мы и правда по приглашению.

— Даже если он имел в виду обращаться только по поводу Воронов, то мы как раз с ними столкнулись! Ну, можно не скромничать!

— Именно так, Эстель. А теперь пошли допросим мэра.

Они подошли к огромной двери в конце коридора и… не стали стучать. Вместо этого брейсеры попытались сначала вслушаться. Изнутри доносились голоса.

— Ик!.. Гм, да, заманчивое предложение. Руан — действительно лучшее место для виллы.

Говорил герцог, чьё имя Эстель успела забыть… но теперь, благодаря Джошуа, вспомнила, что его зовут Дюнан. Он разговаривал с мэром Далмором:

— Я выделю вашей вилле самый лучший участок во всём элитном комплексе. Уверен, что вы останетесь довольны.

— А ты умеешь вести дела. Хорошо, я экономить не намерен.

— Я верил, что вы поймёте, почему я выставил такую цену, герцог. Я попрошу принести договор, а пока давайте выпьем ещё…

— Ох, мне уже хватит…

Дальше слушать Эстель не захотела. Она резко открыла дверь и решительно шагнула внутрь.

— Доброе утро! Гильдия брейсеров! — выкрикнула она нарочито жизнерадостным голосом.

Клоэ встала рядом с ней и поклонилась.

— Простите, что отвлекаем.

Хотя она говорила тихо, в её голосе слышалась затаённая ярость.

Дюнан повернул к двери красное от выпивки лицо.

— Гм? Где-то я вас уже видел, — пробормотал он, подозрительно косясь на троицу.

А дворецкий Филипп, судя по его взгляду, сразу вспомнил, кто они.

— Ну что вы за люди… — Далмор поморщился, не скрывая недовольства. — Даже брейсеры вроде как должны знать основы этикета. У меня тут важный разговор, так что не могли бы вы зайти позже?

Однако Джошуа сделал шаг вперёд и ответил:

— У нас действительно срочное дело. Мы наконец-то выяснили, кто виновен в поджоге…

— А, вы по тому делу.

Далмор согласился принять брейсеров, хотя по его глазам читалось, что он пошёл на это через силу. Он попросил было герцога покинуть комнату, но Дюнан пожелал остаться.

— Мне интересно, о чём речь.

— Но…

— Да ладно тебе. Не тебя же обвиняют, в самом деле.

— Разумеется, нет, но…

Пока мэр спорил с герцогом, Джошуа решил продолжить:

— Вчера ночью на матушку Терезу вновь напали.

— А, про это я уже слышал. Поистине ужасное событие. Неужели это сделали поджигатели? — спросил Далмор, делая вид, что непричастен к преступлениям.

— Вероятнее всего да.

— Ох… И вы узнали, кто это?

— Да, — подтвердил Джошуа.

— Понятно… Как жаль. Я надеялся, что их ещё можно исправить, но…

— Что-что, господин мэр? Про кого вы сейчас говорите?

Вопрос Эстель застал Далмора врасплох.

— Как про кого?.. — он вскинул бровь. — Очевидно, что про Воронов. Их как раз вчера ночью не было в городе.

— Нам очень жаль, но… они не преступники. Наоборот, потерпевшие, — строгим голосом подтвердил Джошуа.

— Ч-что?!

По лицу Далмора побежала дрожь. Очевидно, такого ответа он не ожидал.

— Сейчас всё объясним! — победоносно объявила Эстель. — Преступник это…

Она поравнялась с Джошуа, вскинула палец и показала прямо на мэра.

***

— Ты, Далмор!

— Что?!

Мэр вздрогнул, но быстро взял себя в руки. Его лицо покраснело от ярости.

— Как вы смеете?! Ваша дерзость переходит все границы! Я не потерплю такой клеветы в свой…

— Увы, но это никакая не клевета, господин мэр, — продолжил Джошуа, сохраняя полное спокойствие. — Ваш секретарь Гилберт пойман с поличным и уже арестован. А исполнители, сжёгшие приют и забравшие у матушки пожертвования, подтвердили, что выполняли ваши приказы.

— Ни один суд не примет показания сомнительных личностей в чёрных костюмах!

— Ой! А мы про чёрные костюмы ещё ни слова не сказали.

После ответа Эстель Далмор впервые заволновался по-настоящему.

— Я об этих делах ничего не знаю! А, точно! Это всё сделал мой секретарь!

Он никак не хотел сдаваться. Впрочем, тем же лучше для брейсеров.

Увы, Эстель и Джошуа не могли арестовать Далмора. Если спор поможет задержать его в особняке — это им только на руку..

— У вас есть планы по строительству элитных вилл, не так ли? — вдруг сменил тему Джошуа.

— Д-да.

— Вы собираетесь отдать землю вдоль побережья под участки для богачей. А приют, конечно же, лишь испортит вид.

— Да, такой план действительно существует… но он давнишний. Я придумал его, когда искал способы развить экономику Руана. Торопиться мне ни к чему, и я уж точно не пойду на преступления, чтобы поскорее начать.

— Вы настаиваете, что оно не может быть мотивом?

— Именно! Или вы хотите сказать, что я по зачем-то решил нарушить закон ради строительства вилл?

— М-мы не… — замялась Эстель.

Едва заметив это, Далмор усилил напор:

— Ну, что скажете?! Или у вас есть доказательства, раз вы собирались подавать на меня в суд?!

Эстель поняла, что они допустили ошибку. Действительно, брейсеры даже не приступали к расследованию мотивов Далмора. Они лишь услышали из уст секретаря, что мэр надеется избавиться от приюта, и на этом успокоились.

— Давайте, отвечайте уже! Если окажется, что ваши многочисленные оскорбления в мой адрес беспочвенны, то я сам подам на вас в суд ради за очернение моего имени!

Вдруг раздался глухой мужской голос:

— Ты задолжал гору денег, не так ли?

Все присутствующие дружно развернулись. У двери, оперевшись на косяк, стоял неизвестно когда появившийся улыбчивый мужчина в криво повязанном галстуке.

— Н-Найал!

Да, это был Найал Бёрнс из Новостей Либерла.

— Что ты здесь делаешь?.. — удивился Джошуа вслед за Эстель.

— Пришёл запросить у мэра интервью. А тут уже вы, и заняты каким-то интересным делом. Вот я и прокрался за вами, чтобы всё подслушать.

— Т-ты кто вообще такой?! — взорвался Далмор.

— Я? Журналист Новостей Либерла, Найал Бёрнс. Видите ли, мне как раз поручили разобраться в финансовых делах Руана…

Найал достал свой блокнот и принялся быстро пересказывать содержимое его страниц. Оно оказалось поистине ошеломляющим. Из расследования Найала следовало, что Далмор использовал городской бюджет в личных целях. Далмор на секунду растерялся, услышав это обвинение, но вскоре взял себя в руки и объявил, что того требовал проект элитных вилл.

— И это притом что строительство даже не началось?

— Гм. Дело в том, что…

Однако Найал неожиданно сменил тему:

— Господин мэр. Это правда, что около года назад вы часто наведывались в Республику?

— Туристом, а что?

— На словах. Но на самом деле вы ездили спекулировать и сильно прогорели.

После заявления Найала Далмор впервые растерялся и не придумал, как ответить. Очевидно, журналист попал в яблочко. Однако Эстель услышанное тоже озадачило.

— Э-э… Что такое спекулировать?

Разумеется, спрашивать было неловко, но она решила, что оставаться в неведении ещё хуже. На вопрос ответила Клоэ:

— Покупать товар задёшево, а продавать задорого. Конечно… если он подорожает.

— А если нет?

— Будет убыток.

“Ага, вроде понятно”, — подумала Эстель. Судя по всему, Далмор пытался нажиться на разнице в ценах на товары между Либерлом и Республикой. Девушка решила поинтересоваться:

— И сколько же нас уважаемый мэр потерял?

— По моим подсчётам… около сотни миллионов.

Мозг Эстель завис, пытаясь объять это число.

“Чего?..”

— С-сто миллионов?!

Постепенно Эстель удалось представить нужное количество нулей.

— В сто раз больше, чем те пожертвования, — хладнокровно прокомментировал Джошуа. — Кстати, ты ведь и сам внёс свой вклад, Далмор… но, видимо, тебе пришлось отдать немного денег для прикрытия, чтобы никто не заподозрил о твоих долгах. Да и ты с самого начала собирался забрать ту сумму назад.

— Ик! Это ж надо, сто миллионов. Я, конечно, живу на широкую ногу, но до тебя мне далеко, — восхитился Дюнан, но Эстель показалось, что говорить о таких вещах в одобрительном ключе как-то неправильно.

— Так что, господин мэр, когда вы залезли в городскую казну, чтобы расплатиться по долгам, это помогло, но вы знали, что лишь откладываете неизбежное. Так что решили быстро сколотить состояние на виллах. Я ничего не напутал?

— Доказательства есть? — пробормотал Далмор, не поднимая головы, а затем закричал таким жутким голосом, словно он раздавался из самой Геенны:

— Доказательства, живо! Если это снова догадки, я подам на тебя в суд!

— Ого, вот это упрямство.

Найал тоскливо вздохнул. Но Далмор, кажется, уже никого не хотел слушать.

— Вон, все вон! — Далмор повернулся к группе Эстель и сквозь зубы приказал выметаться. — У брейсеров нет полномочий арестовать меня.

— Так и знала, что ты это скажешь, — проворчала Эстель.

Пускай Далмор порой принимает глупые решения, он вовсе не безмозглый.

— Могу я спросить одну вещь, господин мэр?

К разговору неожиданно подключилась Клоэ.

— Ты кто? Школьница из академии? Шла бы ты обратно туда, а не водилась с этими мутными личностями! — Далмор накричал на Клоэ, но та до сих пор смотрела на него холодным взглядом. — У… ч-чего тебе… надо?..

***

— Господин мэр…

Глаза Клоэ светились силой, да такой, что перед ней занервничал даже взрослый мужчина.

— Почему вы даже не попытались расплатиться по долгам своими силами? Сумма, о которой идёт речь, вполне подъёмная для семьи Далморов, некогда прославленного знатного рода. Например, продав этот особняк, вы бы…

— Что за чушь?! Этот особняк — гордость Далморов, он передаётся из поколения в поколение!

— Как и сиротский приют… — парировала Клоэ с печалью в глазах.

В памяти Эстель тоже всплыл приют, теперь уже казавшийся таким родным и знакомым. Ожил и аромат тёплого пирога, который испекла Клоэ, и задорные детские голоса, и тёплый взгляд Терезы. Дом душевного умиротворения, которого уже не стало…

— Ха! Даже не сравнивай тот неприглядный сарай с моим грандиозным особняком!

Далмор сказал именно те слова, которые говорить не стоило. Взгляд Клоэ наполнился холодом, мэра и правда будто приморозило к месту.

— Мне жаль тебя… — сказала девушка таким тоном, словно больше не желала слышать от Далмора никаких оправданий. Мэр только что полностью и необратимо утратил её доверие.

— Хе-хе… — вдруг Далмор резко вскинул голову. — Ха-ха-ха… Как скажешь, девчонка. Теперь мне плевать, что с вами будет!

Мэр попятился к двери в задней части зала. Он не глядя ухватился за рычаг за спиной и открыл с его помощью дверь.

— Фанго, Бронко! Выходите, пора завтракать!

За дверью оказалось совершенно тёмное помещение без ламп и окон. Сейчас в него попал свет, и внутри закопошилось нечто огромное.

Гр-р-р!..

Изнутри донёсся утробный рык.

— Ч-что это такое?!

— Воняет псиной!

Из открытого прохода и правда доносился звериный запах. Вдруг во тьме сверкнули глаза. Затем в зал вышли два огромных зверя. Увидев их, Найал вскинул палец и заорал:

— Ч-что это за твари?!

— Похоже, что монстры, — ответил ему Джошуа.

По залу вальяжно вышагивала пара похожих на волков существ. Они чем-то напоминали тех, с которыми брейсерам пришлось биться на заставе, но были вдвое крупнее. Одного монстра покрывала серебристо-белая шкура, второго чёрная как ночь. В пастях проглядывали такие мощные клыки, которыми наверняка легко перекусить человека.

— Подумать только, ты держал в особняке монстров… — ошарашенно пробормотала Клоэ.

Далмор нервно захохотал в ответ и сказал полубезумным голосом:

— Вам не о чем волноваться. Всё, что они не доедят, я просто сброшу в реку!

— Не, это всё. У него крыша поехала…

От такого поведения даже Найал попятился подальше от мэра. Эстель и Джошуа тут же встали так, чтобы закрыть его от монстров.

— Не ожидала, что нам придётся сражаться прямо внутри особняка.

На ворчание Эстель ответил Джошуа:

— Зато теперь мы можем схватить мэра.

— Даже если монстры домашние и прирученные, их нужно уничтожить, раз они собираются навредить людям! — твёрдо заявила Клоэ, с протяжным звуком вытаскивая рапиру.

Можно сказать, что это и стало сигналом к началу боя. Монстры дружно взвыли и согнули лапы, готовясь к наскоку. Однако Эстель нарочно кинулась навстречу.

— Эстель! — крикнул Джошуа. — Это слишком о…

— Всё под контролем!

Оставив напарника позади, Эстель устремилась к более крупному монстру — его звали Фанго. Вывод напрашивался сам собой: большой зверь должен быть сильнее. И раз так, биться с ним должна Эстель. Джошуа пользовался кинжалами, которые отлично годились для ударов исподтишка, но едва ли могли остановить огромного монстра в прямом бою.

Эстель разогналась настолько, что даже внутри зала поднялся ветер. Сократив расстояние, она щёлкнула застёжкой и достала шестиугольный посох. Делая последний шаг, она начала раскручиваться.

“Нужно скорее победить его и помочь со вторым!”

Пусть брейсерам и не пристало перекладывать работу на гражданских, второго монстра, Бронко, придётся сдерживать Клоэ.

Посох ударил Фанго по челюсти. Зверь взвыл, и Эстель торопливо отскочила.

— Что ты медлишь, Фанго?! Скорее прикончи её!

Судя по всему, Далмор уже не собирался скрывать своей сути.

— А я так просто не дамся!

Фанго гавкнул и прыгнул на Эстель, нацеливаясь острыми клыками на шею девушки. Но та без труда разгадала намерения монстра. Более того, она знала, что ей обязательно помогут.

— Эстель! — крикнул Джошуа, и прямо перед носом Фанго разорвалось заклинание.

Парень поддержал свою напарницу артом. Магический поток воды помешал Фанго, и огромная туша пролетела мимо Эстель.

Девушка услышала, как челюсти клацнули совсем рядом с головой. По коже пробежали мурашки. Но в то же время у неё появилась отличная возможность нанести удар.

“Пора!”

Время, казалось, потекло медленнее. Эстель видела, как мимо неё проплывает живот монстра. К нему постепенно приближался наконечник посоха. Она провела выпад так, чтобы импульс противника сыграл против него самого. Наконец, оружие достигло цели.

Фанго рухнул на пол, жалобно заскулив. Не став терять времени, Эстель добила его следующим ударом.

— Зиг! — воскликнула Клоэ.

Непонятно откуда влетевший кречет захлопал крыльями под потолком и напал на Бронко. Оправдывая гордое звание хищной птицы, Зиг бесстрашно атаковал противника, грозно крича. Бронко взвыл, когда птице удалось рассечь когтем кожу под глазом. На секунду монстру стало не до битвы, и Клоэ не собиралась упускать такую возможность. Рапира сверкнула в воздухе и впилась зверю в бок.

— Вот и всё…

Бронко медленно завалился набок. Вытекающая кровь быстро растекалась по ковру. Монстр не умер, но только тихо скулил, утратив всё желание сражаться. Клоэ опустила глаза и вернула рапиру в ножны.

— П-поверить не могу… мои милые пёсики…

— Это я поверить не могу! — выпалила Эстель, до сих пор разгорячённая боем.

До чего дошёл мир — люди начали держать монстров в качестве сторожевых собак! Эстель действительно не хотела в это верить и приказала мэру:

— Сдавайся! Пора признать поражение!

— В соответствии с уставом гильдии брейсеров ты арестован за покушение на убийство в нашем присутствии, — объявил Джошуа. — Ради твоего же блага советую не сопротивляться.

Далмор ошарашенно посмотрел на юношу. Затем перевёл взгляд на Эстель, и та увидела, как глаза мэра наполняются пламенем.

— Хе… хе-хе…

Ухмыляющийся рот обронил смешок. Эстель устало спросила:

— Да что с тобой теперь-то такое?

— Видимо, придётся использовать… секретное оружие!

С этими словами Далмор достал из кармана какой-то жезл. Он направил его на противников и крикнул:

— Время, замри!

И время замерло.

***

Наконечник жезла испустил белый свет, который в мгновение ока окутал и Эстель, и её товарищей, и всё помещение. От его яркости пришлось зажмуриться.

Эстель поняла, что с её телом творится нечто неладное. Оно ни с того ни с сего будто оказалось под водой, и каждое движение давалось с огромным трудом.

Постепенно свет погас. Не переставая ехидно ухмыляться, Далмор окинул противников взглядом, постукивая жезлом по второй руке.

Эстель попыталась подойти к мэру, но её ждало страшное откровение.

— Я не могу пошевелиться!..

Её будто обернули плотным одеялом, которое не давало пошевелить даже пальцем.

— Это что… арт? — спросил Джошуа, с огромным трудом изобразив лицом изумление. Даже мышцы лица двигались с трудом.

— Хе-хе-хе… — Далмор издал глухой смешок, и Эстель захотелось накричать в ответ, но это оказалось слишком трудно.

— Скорее всего… сила артефакта, — выдавила из себя Клоэ.

Эстель сумела скосить глаза и увидела, что сбежавший в самый угол дворецкий Филипп тоже застыл, словно статуя. Герцог Дюнан подле него вообще лежал без сознания. “Так вот почему он не вопил, когда в комнате были монстры…” — подумала Эстель, вместе с тем осознавая, что герцог сейчас, должно быть, самый счастливый из пленников мэра. Ведь человеку в обмороке двигаться и не хочется.

— Артефакт?! Как это понимать?..

Услышав слабый голос Найала, неожиданно ставший хозяином положения Далмор покрутил жезл в руке.

— Ха! Вы правы. Это артефакт, фамильное сокровище Далморов. Он обладает силой полностью обездвиживать всех разумных существ на небольшом расстоянии от себя.

Очевидно, под “разумными существами” имелись в виду люди.

— Ч-что это за безумная сила?..

— С трудом верится, что это плод мудрости древней цивилизации, правда? Но силы в нём столько, что ваши брейсерские орбменты и в подмётки не годятся… Хотя с артефактами есть одна маленькая загвоздка: как правило, каждый из них умеет лишь что-то одно, — Далмор убрал жезл в карман и вместо этого вытащил орбальный пистолет. — Да уж, я берёг пёсиков как раз для такого случая, а вы с ними разделались… Так и быть, придётся прикончить вас лично. Хе-хе, чувствуете, какая вам выпала честь? — Далмор направил пистолет на Эстель. — Наверное, начну с девчонки, а то бесит до невозможности.

— Гр-р! Что значит “бесит”?!

Увы, как Эстель ни старалась, её голос был предательски хриплым и казался испуганным. Девушка прикусила губу, осознавая, насколько просчиталась. Ей показалось, что победа над парой монстров сломит мэра. Но вместо этого она сама попала впросак.

“Обидно!”

Эстель скрипела зубами, но по-прежнему не могла пошевелиться. Её жизнь висела на волоске.

Взгляд Далмора перешёл с Эстель на Клоэ.

— А самой последней я пристрелю эту излишне умную школьницу.

Клоэ молча смотрела на мэра.

— Что такое? Проси пощады, и я, так и быть, передумаю. Хотя не обещаю.

— М-мы не идиоты, чтобы просить о…

— О?.. Опять дерзишь? — Далмор подошёл к Эстель.

Он медленно окинул её взглядом снизу вверх и улыбнулся так гадко, что у девушки мурашки пробежали по коже.

— Ну и невоспитанность, ни одного вежливого слова не дождёшься… Кажется, тебе бы не помешала небольшая дрессировка.

Несомненно, орбальный пистолет придавал Далмору уверенность и наглости.

“Он знает, что мы ничего ему не сделаем…”

— …рогай…

Вдруг послышался голос Джошуа, и Эстель ахнула. Дело в том, что сейчас его тон слишком уж отличался от того, к которому привыкла девушка.

— Не трогай Эстель своими грязными руками…

Не верилось, что мягкий, ласкающий слух голос Джошуа может быть таким. Сейчас он напоминал клинок, выточенный из чистого льда. Он внушал такое ощущение опасности, словно об него можно было порезаться. Казалось, будто голос доносится из самых глубин Геенны.

— Чего? — Далмор посмотрел на Джошуа.

— Если… пострадает хоть один волосок на её теле… то я найду способ разорвать тебя в клочья!..

— А?..

— Д-Джошуа…

Эстель никогда не видела, чтобы Джошуа смотрел на людей такими глазами. В них горело чёрное пламя. Казалось, этим взглядом можно убить.

— Джошуа… — обронила Клоэ.

На её лице тоже читалось удивление перевоплощением парня.

— К-кого ты из себя строишь? Ты же и пальцем пошевелить не можешь! — справедливо заметил Далмор.

Даже свирепые взгляды давались брейсерам с трудом, а тела действительно отказывались двигаться. В своём нынешнем состоянии Эстель едва могла выдавливать из себя слова. Руки по-прежнему сжимали боевой посох, но словно прилипли к нему и не слушались приказов.

— Так и быть! Начну с тебя!

Далмор направил пистолет на Джошуа.

— Д-даже не думай! Я тоже тебя покараю, если ты тронешь Джошуа!

Но юноша и мужчина продолжали сверлить друг друга глазами.

— Давай, стреляй…

— Как скажешь!

Глаза Далмора ярко сверкнули. Палец лёг на спусковой крючок и собрался с силами.

— Умри, — глухо бросил мэр.

***

— Не-е-е-е-ет! — истошно прокричала Эстель.

И в тот же миг из неё вырвался чёрный свет. Буквально чёрный. Комната быстро наполнилась всполохами кромешной тьмы. Они расходились лучами во все стороны от тела Эстель, погружая пространство во тьму.

Стало так темно, что девушка перестала видеть даже собственные пальцы. Она подняла глаза и с трудом разглядела, как тёмный поток обволакивает Далмора.

Эстель чувствовала, что по-прежнему находится в одной комнате вместе с остальными, но никого не видела. Её будто вышвырнули в беззвёздное ночное небо. Она почему-то начала задыхаться.

Раздался сухой треск. Потом изумлённый возглас Далмора. Тьма вдруг развеялась, и к комнате вернулся прежний вид. Эстель наконец смогла вздохнуть:

— Я… снова могу двигаться?

— Как так? — ошарашенно обронил Далмор, снова достал жезл из кармана и уставился на него непонимающим взглядом.

Артефакт был переломлен точно посередине.

— Эстель… Что это был за чёрный свет? — спросил Джошуа, поворачиваясь к напарнице.

Той на ум пришло лишь одно возможное объяснение.

— Думаю, отсюда, — ответила она, доставая из кармана круглый чёрный предмет, который находился внутри предназначенной отцу посылки.

Чёрный орбмент.

— Вроде бы это вспыхнул он…

Эстель не понимала, что и как произошло, но почему-то чем больше она смотрела на орбмент в своей руке, тем больше убеждалась в том, что сказала правду. Кстати, Оливье ведь предполагал, что этот предмет тоже может быть артефактом…

— Кх. Это невозможно… Артефакт нельзя сломать…

— Так или иначе, ты остался без козыря, — сказал Джошуа, поднимая кинжалы и вставая в боевую стойку.

Он больше не собирался допускать ошибок. Эстель тоже приготовила посох к бою и убрала чёрный орбмент в карман.

— Смирись и сдавайся в плен, — тихим, назидательным голосом попросила Клоэ.

— Что за дурак согласится на такое?!

Далмор швырнул свой пистолет в Эстель.

— Что?!

Девушка, конечно, не ожидала, что мэр метнёт в неё последнее оставшееся у него оружие, но была начеку и успела отбить его посохом. Однако Далмор воспользовался замешательством, чтобы сбежать в комнату, из которой вышли монстры.

— А! Стоять!

Дверь быстро закрывалась.

— Нет! — Джошуа побежал первым, дёрнул за рычаг, и дверь вновь открылась. Замка у этого механизма не было.

Оказалось, что внутри комнаты есть ещё одна дверь, и брейсеры как раз успели заметить, как Далмор убегает через неё.

— Да что он никак не сдаётся!

— За ним! — скомандовал Джошуа.

— Ага!

— Есть!

— Э-эй, постойте!

Последним раздался голос Найала, но отряд не мог стоять и ждать.

Дверь привела их в коридор. Впереди мелькала спина Далмора, но вскоре он завернул за угол. Кажется, этот проход вёл в дальнюю часть особняка.

“Вот уж что, а удирать у него получается лучше всего!”

Убегающий мэр захлопнул дверь прямо перед лицом брейсеров.

— О нет! Этот звук!..

Джошуа подбежал к двери и почему-то недовольно простонал. Как только он снова открыл дверь, Эстель осознала причину его реакции.

Перед ними протекал канал, связанный с рекой, а Далмор как раз залезал в небольшую яхту. Судя по гулу мотора, она работала на орбальной энергии. Борта судна мелко задрожали. Очевидно, Джошуа услышал этот двигатель ещё когда подбегал к двери.

Увидев ухмылку на лице Далмора, Эстель снова начала закипать.

— Эй, ты! — крикнула она, но противник не собирался их ждать.

Яхта отчалила и заскользила по воде.

— Я с кем разговариваю?!

— Потом его отругаешь, Эстель. Сначала нужно его догнать!

Джошуа заметил ещё одну маленькую лодку, пришвартованную к стене канала, и запрыгнул в неё. Не теряя времени, он нажал на кнопку включения орбального двигателя.

— Давай уже!

Но торопить Эстель было незачем, она и сама запрыгнула на борт. Обернувшись, она увидела, как следом летит Клоэ. Приземлившись у самого края, она едва не потеряла равновесие, так что Эстель торопливо вскинула руки, чтобы подхватить её.

— Погнали!

Маленькая моторная лодка погналась за яхтой Далмора.

— Эй, вы! Меня взять забыли!

За спиной раздался затихающий голос Найала.

Узкий канал вывел их прямо в реку Рубин. До яхты было уже около селжа. Увы, Далмор успел значительно оторваться. Впрочем, впереди уже виднелся Лангландский мост, и Эстель чувствовала, что капкан почти захлопнулся. Яхта Далмора была слишком высокой, чтобы протиснуться под мостом.

— Вот он и попался!

— Нет… это как раз очень плохо, — ответил Джошуа с досадой в голосе.

— Как же ему так везёт?.. — Клоэ прикусила губу.

Как назло раздался звон полуденного колокола. Лангландский мост разделился точно посередине и начал подниматься. Увидев, что мост начали разводить, Далмор ускорил яхту. Лодка Эстель отчаянно пыталась не отставать. Орбальный двигатель пыхтел как мог.

“Это же море!”

Разведённый мост напоминал раскрытые руки, приглашающие корабли в море.

“Не уйдёшь!”

Их отряд надеялся арестовать мэра до того, как он покинет реку. Мало того, что по большой воде Далмору будет легче уйти, их маленькая моторная лодка не годится для хождения по морям.

Джошуа выжимал из двигателя всё. Лодка мчалась вперёд, оставляя за собой белую пену. Наконец, расстояние до яхты начало сокращаться.

— Мы догоняем!

— Всё-таки сказывается, что наша лодка легче.

Далмор встал на корме яхты и посмотрел на лодку брейсеров. Поняв, что его догоняют, мэр сходил до капитанской рубки и вернулся с какой-то вещью, похожую на ружье.

“Неужели это… орбальный пулемёт?!”

Из дула вырвалось пламя. Через мгновение по ушам ударил тяжёлый грохот. Эстель еле удержалась, чтобы не завизжать. Шквальный огонь из пулемёта обрушился на их лодку, и даже рёв двигателя отошёл на второй план.

— Чёрт! — выругался Джошуа, изо всех сил пытаясь удержать курс.

Пули попадали в реку вокруг них, поднимая высокие брызги. Но хотя возникло ощущение, что отряд оказался в нешуточной опасности, Далмор стрелял с кормы качающейся яхты — о какой-то приемлемой меткости речи идти не могло. Магазин закончился в мгновение ока, и ни одна из пуль не достигла цели.

— Н-ну и псих же он. Но теперь у него точно больше ничего не…

Резкий порыв ветра растрепал волосы Эстель.

— Ветер поднялся… — прошептала Клоэ.

Они перевели взгляды и увидели, как надулись паруса на яхте Далмора.

— Ой. Ч-что такое? Почему мы так медленно плывём?

Клоэ ответила девушке-брейсеру:

— Это… морской ветер. Да, в этот час он должен дуть в сторону моря.

Их лодка вовсе не стала плыть медленнее. Это яхта Далмора стала быстрее, потому что теперь её орбальному двигателю помогали паруса.

— Теперь наши дела ещё хуже. С ветром у яхты огромное преимущество…

— Да как так?! — воскликнула Эстель в ответ на слова Джошуа и заскрипела зубами.

Они сблизились до половины селжа, но теперь вновь начали расходиться. Далмор хохотал, стоя на палубе. Ветер доносил его слова:

— Кажется, Эйдос на моей стороне.

Эстель мысленно закричала:

“Да не может быть! Богиня, ты не можешь позволить ему сбежать!”

На ум пришли разочарованные лица Терезы и детей. Как можно упустить человека, который принёс столько страданий этим замечательным людям?! Эстель молилась изо всех сил, чтобы хоть кому-то удалось схватить этого подонка. Они почти сумели его догнать… но расстояние всё увеличивалось и увеличивалось.

Кулаки Эстель задрожали. Неужели несмотря на приложенные усилия всё закончится именно так?!

— Что за шум? — спросил вдруг Джошуа к недоумению Эстель.

— Шум?..

— Она здесь.

Стоило Клоэ обронить эти слова, как их лодка оказалась в огромной тени. Через мгновение над головой раздалось гудение орбального двигателя.

— Ч-что это?..

Эстель запрокинула голову. И солнце, и половину небосвода закрывало гигантское обтекаемое нечто, неторопливо плывущее прямо по воздуху.

Эстель изумилась до глубины души. Она застыла на месте, разинув рот.

— В-воздушный корабль?..

Когда нечто проплыло над головой, она сумела разглядеть киль и поняла, что видит гигантское судно.

— Быстроходный крейсер Арсель[✱]Верно — Арсей. Изменено в угоду благозвучности и привычке., принадлежащий королевской гвардии Либерла.

— Крейсер гвардии… это его называют личным кинжалом Её Величества и козырем армии королевства? — прошептал Джошуа, провожая киль корабля взглядом.

— Арсель летает со скоростью до трёх тысяч шестисот селжей в час. Ему не уйти.

Прогноз Клоэ полностью подтвердился. Арсель во мгновение ока обогнала яхту Далмора и приводнилась на её пути, полностью перегородив путь.

Яхту мигом взяли на абордаж люди в бело-зелёной форме королевской гвардии и схватили Далмора. Следом на палубе появилась высокая женщина-офицер. Дождавшись, пока отряд Эстель доплывёт на моторной лодке, она сказала тоном, которого обычно ожидаешь от мужчин:

— Приветствую вас, брейсеры. Благодарю за содействие.

Она улыбнулась и поклонилась. Затем представилась старшим лейтенантом королевской гвардии и заявила, что всем остальным займутся гвардейцы. Напоследок она представилась Юлией Шварц.

Этот арест поставил окончательную точку в планах мэра Далмора, начавшихся с поджога приюта.