Оккультная сторона синдрома грёз

Сумиреко-доппельгангер вернулась из кошмара и наконец-то узнаёт всю правду…

У меня такое ощущение, будто жители Генсокё в последнее время начали как-то холодно ко мне относиться. Наверное, это из-за того, что я не появлялась там около трёх недель, но всё равно, это вызывает неприятное ощущение, словно я попала в параллельный мир, где всё немного не так. Сегодня я вновь пошла в храм Хакурей, где Рейму сидит с мрачным лицом.

— Так вот, неподалёку от моего дома скоро будет фестиваль фейерверков, но мне не хотелось бы идти туда одной. Я была бы рада, если бы ты пошла со мной.

— Фестиваль фейерверков во внешнем мире? Ну, что и говорить, мне и правда хотелось бы на такое посмотреть, но…

— Разве ты не можешь отправиться во внешний мир, как раньше?

Своего первого друга из Генсокё я встретила во внешнем мире. Рейму тогда пришла туда. Она всегда избегает этой темы, но она точно может как-то покидать Генсокё.

— Т-ты лучше скажи, Сумиреко, с тобой ничего странного не случалось?

— Хм? Да вроде бы нет.

— Ну, тогда ладно… Если что-то заметишь — дай знать.

Об этом я и говорила. В последнее время часто случаются такие разговоры, которые вроде бы и ни о чём, но такое ощущение, будто у меня пытаются что-то выпытать.

Во внешнем мире тоже такое случается. Популярный сериал, известный музыкант, десерт, который хорошо выглядит на фото, создатель видео, который у всех на слуху, лёгкий материал для отаку… Люди во внешнем мире — это существа, которые не могут существовать без какой-либо общей темы для разговора. Особенно в закрытых ячейках общества, вроде школы, если ты хоть немного отдалишься от общепринятых интересов и найдёшь что-то, что только ты считаешь интересным, ты фактически становишься изгнанником для своего социального окружения. Видимо, в Генсокё всё точно так же.

— А, кстати, говоря о странных вещах, я нашла у себя в телефоне некоторые фото, и я не припоминаю, чтобы я их делала.

— Ты имеешь в виду, фото данмаку?

Я показала ей свой телефон. Рейму будто и не удивилась вовсе.

— Да-да, но не только данмаку, там есть ещё фото ёкаев, которых я никогда раньше не видела. Интересно, кто их сделал?

— Это… Весьма загадочно.

Казалось бы, этот факт должен был её заинтересовать, но сухая реакция Рейму выглядела крайне неестественно.

Магазин антиквариата, Кориндо. Сейчас тут есть только один посетитель, и это человек из внешнего мира, Усами Сумиреко.

Владелец магазина, Моричика Ринноске, был в нерешительности.

— Так вот, Рейму начала вести себя как-то отдалённо, будто она что-то скрывает. Только ты, Ринноске, ведёшь себя, как обычно.

— Вот как?

— Может, расскажете уже? Что-то случилось за те три недели, что меня здесь не было, да? Вы знаете, почему я не могла сюда попасть?

На протяжении этих трёх недель, в Генсокё она была признана пропавшей, и был организован поисковой отряд. В итоге мы узнали, что передо мной сейчас находится не сама Усами Сумиреко, и не её второе «я» из мира снов, а нечто, что называется доппельгангером, что в каком-то смысле сродни ёкаям. По крайней мере, она точно не человек. Настоящая Усами Сумиреко сейчас должна спать во внешнем мире.

Но она сама верит, что она — человек. Конечно, было бы проще рассказать ей всю правду о том, что с ней происходило, но было бы это правильно? Видимо, Рейму и остальные тоже не определились, как к ней теперь относиться. Если она окажется ёкаем, стоит ли её изгнать? К выводу касательно всего этого мы так и не пришли.

Однако, она разделяет чувства и воспоминания с настоящей Сумиреко, и не похоже, чтобы их сознание было независимым друг от друга. По этой причине, и потому, что мы не знаем, как правда о ней на неё повлияет, мы решили, что выгоднее всего будет сохранять статус-кво.

Я лично думаю, что если она не агрессивна по отношению к нам, нет причин относиться к ней, как к врагу. И поскольку она сама имеет много вопросов касательно своего «синдрома грёз», я бы хотел заполнить её пробелы в памяти за последние три недели, но…

— На протяжении трёх недель, что тебя здесь не было, мы очень переживали за тебя, и даже сформировали поисковой отряд. Хотя, поскольку мы не можем отправиться во внешний мир, наши поиски ограничивались самим Генсокё.

— Ох, понятно. Значит, все волновались из-за меня…

— Да, ведь было бы плохо, если бы тебя поймал какой-нибудь ёкай. Это могло бы привести к беспокойствам даже во внешнем мире, так что мы очень рады, что ты вернулась в целости и сохранности.

— Что-то мне в этом ответе не нравится, но всё равно, спасибо за беспокойство. Но всё- таки, что же случилось за эти три недели?

— Я не знаю подробностей. Насколько я понял, из-за проблем со здоровьем или чего-то подобного ты не могла видеть сны, правильно?

— То есть, это проблема с моим здоровьем. На самом деле, у меня было такое ощущение, будто я видела кошмары, но я их совсем не помню.

Сумиреко начал раздражать этот разговор, который никак не приходил к каким-либо выводам.

— Ну и ладно! Нет смысла ломать над всем этим голову. Значит, то, что все ко мне так холодно относятся — это последствие того, что они волновались обо мне. Мне стоит быть за это благодарной. Буду рассматривать это как плюс.

К Сумиреко вернулся её задорный настрой. Видимо, у неё хорошо получается восстанавливаться в таких ситуациях. Возможно, молодёжь во внешнем мире обладает неплохим самоконтролем.

Динь-дилинь

— Добро пожа… А, это Мариса.

— Да, я — бог. То есть, клиент.

Я слышал раньше фразу «клиент — бог», но никогда не слышал, чтобы клиенты называли себя богами. И конечно же, Кирисаме Мариса даже не клиент.

— О-о, и ты тут, Сумиреко. Это хорошо.

— Хорошо? Что ты имеешь в виду?

— Ну, знаешь, после того как ты пропала, все переживают об этом. Вдруг ты опять исчезнешь, и никто даже не заметит. Поэтому встреча с тобой немного успокаивает.

— Простите, что заставила вас так переживать.

— Хм, наверное, я неправильно высказалась. Мы сами из-за этого подняли бучу, так что тебе не стоит так из-за этого убиваться.

Благодаря этому неловкому объяснению Марисы, атмосфера в комнате стала немного мрачной.

— Кстати, Мариса, ты сегодня по какому делу пришла?

— В последнее время ничего интересного не происходит, поэтому Рейму начала раскисать. Такими темпами она наверняка начнёт замышлять что-то недоброе, так что я подумала, не устроить ли какое-нибудь весёлое событие, пока до этого дело не дошло. Вот и ищу что-нибудь примечательное.

— Что за чепуха. Если ей скучно, почему бы ей не организовать фестиваль?

— Потому что она и так постоянно фестивали устраивает, приелись они уже. Так что нам нужна какая-нибудь изюминка. Например, выставить напоказ одну из твоих загадочных штуковин.

Я окинул взглядом свой магазин. С гордостью могу заявить, что среди всего Генсокё, у меня самый большой выбор загадочных товаров. Естественно, у меня есть предостаточно вещей, которыми можно кого-нибудь развлечь.

— Понятно. В таком случае, что насчёт этого?

— Что это за здоровенный шлем?

— Это называется VR…

Сумиреко удивилась, увидев этот предмет.

— Это же «VR-очки». Как странно их видеть в магазине антиквариата.

Я надел их на голову. Они полностью закрыли мне обзор, и вокруг себя я видел лишь кромешную тьму. Слегка погодя, я начал видеть мириады разноцветных цветов, и передо мной распростёрлось прекрасное поле… Или так мне казалось, по крайней мере.

— С помощью этого предмета можно «увидеть пейзажи, которые не являются реальными». Я лично сейчас вижу красивое поле.

— Ничего себе! Звучит круто!

Мариса отобрала у меня VR-очки, будто намереваясь их украсть. А затем она их надела.

— Ну-ка, ну-ка… А почему всё черным-черно?

— Так и должно быть. Это приспособление делает так, чтобы тебе было проще увидеть то, что ты хочешь, полностью изолируя тебя от света. Наверное.

— Хм-м, всё ещё ничего не вижу…

— Тут самое важное — твоё воображение.

— О-о… Что-то вижу! Я лечу над бесконечной гладью воды! Так это море? Это же море! Мариса была в восторге. Сумиреко наблюдала за этим холодным взором.

— Да что вы несёте, у них даже кабеля нет, и они к питанию не подключены. Понятное дело, в них только темноту и увидишь.

— Хм? Но мне кажется, что я действительно это вижу.

Впрочем, если для этого нужна только темнота, то почему бы просто не закрыть глаза?

— Ну и классно же было лететь над морем! — Мариса с довольным выражением лица сняла очки.

— Если вам так весело с выключенными VR-очками, то у жителей Генсокё слишком хорошее воображение. Наверное, показывать эти очки на фестивале пока ещё рановато.

Сумиреко вспомнила, как она видела VR с 360-градусным обзором на фейерверки.

— Кстати, может устроите обычный фестиваль фейерверков?

— Фейерверков? Я знаю про фейерверки, но как с ними фестиваль можно сделать?

— Ну, можно запускать большие фейерверки, и… А, кстати, недалеко от моего дома сейчас проводится такой фестиваль, не хочешь пойти посмотреть?

— Я бы с радостью, но… Это ведь во внешнем мире, да? Тогда не получится.

— Разве ты не была раньше во внешнем мире?

— Это было скорее по случайности. Обычно мы не можем своевольно ходить между мирами.

— Вот как, очень жаль. Ну ладно, я наделаю фотографий и покажу их тебе.

Спустя пару дней, Рейму, Мариса и Сумиреко собрались в храме Хакурей.

Как она и обещала, Сумиреко показала им фотографии фестиваля фейерверков.

— Ого, как красиво. Так вот какие фейерверки запускают во внешнем мире. Сумиреко показывала фото со своего смартфона.

— Нравится? Это всего лишь небольшой фестиваль, что проводится недалеко от моего дома, но всё равно, самая большая сякудама[✱]Сякудама — один из типов японских фейерверков, чаще всего сферической формы и большого диаметра. была просто невероятной!

— Вот как. Насколько же она большая?

— Я снимала издалека, так что трудно сказать… Погодите секунду.

Имея плохую привычку спрашивать у Интернета, прежде чем самой задуматься над ответом на вопрос, она ввела на экране слова «фейерверки размер».

— А, точно, тут же не ловит. Ну, я вполне уверена, что она была очень большой. Да. Рейму и Мариса оживлённо рассматривали фото невиданных ими ранее фейерверков,

но даже не представляли, как сделать что-то подобное своими руками. В этот момент внутри Сумиреко появился странный импульс, и она сделала нечто, сама не понимая этого. Она переключилась в смартфоне с фото фейерверков на фото кое-чего другого, и передала его Рейму.

— Хм… Но от этого довольно легко увернуться. — Сказала Рейму.

— Эй-эй, фейерверки это тебе не данмаку… А, так это же данмаку!

— Да, это фото спелл-карт, которые я сняла в Генсокё.

Выдавая их за фото фейерверков, она показала им фото спелл-карт. Благодаря этому Рейму задумалась о том, что они между собой похожи, и у неё появилась идея провести фестиваль данмаку-фейерверков.

Спустя ещё несколько дней, за день до того, как должно было начаться соревнование в данмаку под названием «прохладный вечерний фестиваль фейерверков», Сумиреко наведалась в Кориндо.

— Завтра ведь фестиваль фейерверков, который ты придумала, да?

— Это не я придумала, а Рейму-ччи.

— Да, люди так думают, но я слышал, что многие ёкаи считают, что это было идеей человека извне, то есть тебя. Знаешь, почему?

— Хм-м, понятия не имею.

— Из-за фото на объявлениях. Они, очевидно, были сделаны твоим телефоном.

— А, ну да. Хотя минутку, я не припоминаю, чтобы я делала эти фото… Возможно, те, кто изображён на них, знают, кто воспользовался моим телефоном, чтобы их сделать.

— Они говорят, что ты их и сделала.

— …

— Понимаешь, к чему я веду?

— То есть… Это всё-таки я сделала эти фото? Но я совсем такого не припоминаю.

Неужели у меня раздвоение личности? Звучит как какой-то психологический хоррор… Сумиреко выглядела озадаченной.

Этот фестиваль данмаку-фейерверков уже начал вызывать волнения. Немало ёкаев начали высказывать недовольство, и пошли слухи, что более радикально настроенные ёкаи начали замышлять что-то неладное. Рейму об этом рассказали, но она ответила: «Ничего страшного, именно поэтому у нас есть сильные судьи», и больше её этот вопрос не волновал.

Однако, у меня была догадка насчёт того, кто же строит эти козни.

— Ты хочешь участвовать в качестве судьи. Возможно, этот фестиваль фейерверков будет немного опасным для тебя.

Я собрался с духом и рассказал Сумиреко всю правду.

— Я не знаю, притворяешься ли ты, что тебе это неизвестно, но на самом деле, ты — не настоящая Сумиреко.

— Э?..

— Ты — ёкай, доппельгангер. Настоящая Сумиреко сейчас находится во внешнем мире.

— Что?!..

— То время, когда были сделаны эти фото, осталось только в памяти самого доппельгангера. Об этом знают и Рейму, и все остальные.

— Но ведь… Я помню внешний мир, и помню даже своё детство. Этого не может быть.

— Хоть ты и доппельгангер, ты разделяешь все воспоминания с настоящей Сумиреко, и возможно даже она не смогла бы отличить, кто из вас настоящая. Но разве тебе не казалось странным то, как ты можешь приходить в Генсокё только во сне? И непонятно, как ты могла приходить не только как дух, но и с настоящим телом из плоти. Мы только недавно это поняли, но Сумиреко из Генсокё, то есть ты, на самом деле доппельгангер.

— …

Сумиреко потеряла дар речи. И неудивительно, ведь ей только что сказали, что она ненастоящая. Тут кто угодно был бы шокирован.

— Ну, это не так страшно. Доппельгангеры разделяют и душу, и тело оригинала, так что твои воспоминания останутся с тобой, даже когда ты проснёшься. Поэтому можно сказать, что ты всё равно, что второй оригинал… Надеюсь, это не сильно тебя расстроит, юная Сумиреко.

— То есть я сейчас… ёкай?

— Да, хотя «ёкай» может быть слишком сильным словом. Ты нечто более близкое к оккультному.

— Ура! Я так счастлива!

— А-а?

Сумиреко на удивление обрадовалась. Я даже почувствовал себя обескураженным.

— Я всегда знала, что я не простой человек, что я чем-то особенная. Когда я бодрствую, я — человеческая школьница, а когда сплю — ёкай! Это же так круто! Я теперь официально стала частью Генсокё!

На следующий день, начался фестиваль фейерверков.

Сумиреко с энтузиазмом записывала свои наблюдения о данмаку в книгу.

Я лично задался вопросом — какое же истинное назначение этого фестиваля? Рейму, конечно же, хотела привлечь посетителей, но на самом деле и помимо неё был кто-то, кто получал от этого выгоду. И это была сама Сумиреко. Ведь доппельгангер Сумиреко тоже обладает своим сознанием, и разве не он подстегнул Рейму к проведению фестиваля данмаку-фейерверков, чтобы заполучить возможность встретиться с ещё большим количеством ёкаев?

Сумиреко делала фото, сама не осознавая этого. Это значит, что у доппельгангера тоже есть своё сознание. Я решил, что нам стоит и дальше пристально наблюдать за ней.

Продолжение следует