Эпилог: Три придурка!

С карнавала мокрого белья на горящей сцене-ракушке прошла неделя. На сцене, от которой остался лишь каркас, проходили восстановительные работы.

— Хе, так ты отсюда в том году наблюдала, вид и правда хороший. А, почему учитель Миранда, библиотекарь там? — Дельфи восхищённо смотрела в окно. Действие происходило в библиотеке во время обеда. На коленях у неё лежала милая коробка с обедом.

— В-в-верно... Я отсюда наблюдала. Читала скучную книгу... — рядом сидела озадаченная Эма с такой же милой коробкой для обеда. — Л-лучше скажи... Это... Можешь что-то с ней сделать?

Её взгляд упал на Зару, которая оттеснила Эму и оказалась рядом с Дельфи.

— Эй, Дель... Сделай «А». А.

Она сняла маску и широко открыла рот.

— Такая резкая перемена пугает... И клыки тоже пугают...

— Хм, я женщина, испытывавшая недостаток в ласке. Вот что бывает, если проявить хоть немного добра. Если есть претензии, высказывай их Дель. И, Дель... А.

Зара оттолкнула Эму и ещё приблизилась к Дельфи. А Дельфи ударила её по голове.

— Я же говорила, что я твоя фанатка! Но мне в тебе кроме клыков ничего не нравится!

— Пофиг! Скорее меня это даже устраивает.

— Ки! Гадость! Отцепись! Жарко!

Зара стала цепляться, Дельфи закричала на неё, Эма нерешительно посматривала на неё, и тут закричала Клэр:

— Эма, сюда, сюда. Не надо связываться с этими дурами. Они делают это, потому что им так нравится.

— А, но Дельфи вроде это не нравится...

— Ну и глупая ты, Эма... Неужели не видишь? — сказав это, Клэр показала экран телефона. Там был видео-сайт, где стримила Родзю-тян.

— Что это?..

— К-Клэр! Всё не так! Не смотри! — попыталась остановить её Дельфи, но её схватила Зара и усадила рядом с собой.

— Нет! Дель, ты остаёшься рядом со мной.

— Зара! Такая перемена и правда пугает!

— Ну и что. Главное, что ты рядом.

— Бесит!

Слыша крик Дельфи, Клэр с улыбкой показала один канал Эме.

— «Канал искупления»?..

— В качестве искупления за устроенный хаос, его ведут президенты клуба уходящих домой и клуба призраков, там предоставляют полезную информацию для учеников. По крайней мере официально.

— А неофициально?

— Просто канал парочки.

— Всё не так! Это идея Зары!

— Снова ты за старое. А ведь с таким энтузиазмом в твистер играла.

— Хи-э-э... Да это просто развратный канал, без намёка на искупление... Гадость...

— Не так всё! Это Зара его таким делает!

— А взамен я позволяю тебе лизать мои клыки.

— А после стрима там одна эротика остаётся... Мне это всё больше не нравится...

— Замолчи, Эма!

Теперь Дельфи злилась ещё и на Эму. Видя их такими, Клэр засмеялась. А монашеская вуаль на голове развевалась в такт движениям.

— Что-то после всего этого хаоса на фестивале я так и не спросила, что за вуаль такая?

— А, ты об этом? Я перевелась на другой факультет. С общего на теологический.

«А?!»

Даже Зара закричала.

— Вот расшумелись, не вижу ничего удивительного.

— Нет, нет, нет, нет, нет! Как раз удивительно! С Чего бы?! Благодаря успеху SBC на тебя снизошло божественное озарение?!

— С-с-с-с-спи! Спиритуалист?!

— Для меня бог — это Дель.

— Помолчите, вы куда-то не туда разговор уводите! — успокоив все, Клэр заговорила. — Я была очень рада успеху SBC. Атмосфера в академии теперь совершенно другая, те, кто раньше ссорились, теперь обедают вместе.

— Это она про нас, Дель.

— Если не замолчишь, я тебя возненавижу.

— Но в то же время я испытала потерю. Я добилась успеха и растеряла мотивацию.

— Майская хандра...

— В тяжёлой форме. И тут я поняла.

— Что?

— Я... Очень услужливая!

— Услужливая?!

— Да! Когда я нахожу что-то, я всецело отдаюсь этому, ни о чём не заботясь!

— Тогда... Может стоило бы и в следующем году организовать SBC?

— Не получится. Я же сказала, что в академии уже царит гармония. В следующем году это у любого получится. Мне такое не интересно. Я больше не хочу испытывать чувство пустоты, когда тянешься к чему-то, но дотянуться не можешь.

— И при чём тут теологический факультет?

— Потому... Теперь я собираюсь заняться идолопоклонничеством.

«Это ещё что значит?!» — хором закричали Эма и Дельфи.

— Эй, Дель, я в этот раз молчала.

— Ага. Ещё бы ты этого не упоминала.

— ... Оставим в стороне глупую парочку, и я хочу сказать, что хочу служить кому-то недосягаемому. Потому этот человек идеален для меня, — Клэр указала на вуаль. — Святая Игнис Фарфрейн. Её сила недосягаема, как и образ жизни. Идеально для моих фанатских дел! После выпуска я собираюсь заняться сбором всякой всячины!

— Начать ты собираешься с внешнего вида и носить одежду монашки? Довольно нечистый мотив.

— Хе-хе, если нужен чистый мотив, то он у меня есть. Но это мои драгоценные воспоминания. Я бы просто от зависти умерла, если бы об этом знал кто-то помимо меня, — Клэр вспомнила тепло Игнис, когда та обнимала и утешала её.

— Понятно... Если так подумать, то наши жизни изменились после SBC. А как насчёт тебя, Эма?

— Ва?! Меня?!

— Ну да. На горящей сцене ты высказала всё, что думаешь, другим ученикам, и теперь самая популярная в нашей школе.

— Я... Я... Ну... Не изменилась... Изменилось только то, что в школе меня зовут... «Чертовски опасная».

«А».

Клэр, Дельфи и Зара посмотрели с жалостью, и она тихо заговорила:

— В-все, кто проходили мимо, говорили: «А, это та опасная».

— Э-Эма? Хватит, уже всё в порядке...

— Э-эти типы, похожие на шимпанзе, выпрыгивают и кричат: «Скажи что-нибудь гадкое!»

— Эма, стоп. Стоп, Эма.

— Н-но. Иногда говорят, что противостояние прекратились не благодаря поцелую Дельфи и Зары и не SBC, а благодаря моей речи... — Эма подняла голову, посмотрела на подруг и улыбнулась. — В это время и те, кто называют меня опасной, и те, кто ведут себя как шимпанзе, начинают неловко кивать. Видя это... Я понимаю, что не изменилась, но начинаю нравиться себе.

Услышав это, Клэр и Дельфи обрадовались и обняли Эму. Зара, которая считала, что это не для неё, осталась в стороне, но её потащила за собой Дельфи, заставив присоединиться.

— А, а, но! Я! Если и изменилась, то не благодаря SBC, а благодаря человеку, который вытащил меня из библиотеки.

— Не надо! Всё остальное не имеет значения! — радостно сказала Дельфи, обнимая её.

— Точно, Эма! Это ведь драгоценное воспоминание. Не рассказывай никому. Оставь всё при себе! — обняв Эму, Клэр сказала то же самое. Зара ничего не говорила, просто выглядела смущённой, но она тоже обняла Эму. Громкие голоса старшеклассниц прошли через окно и достигли строительной площадки, даже одна из работниц подняла голову.

— Эма... Я рада, что тебе весело.

И тут прозвучал удар хлыста.

— Миранда, ты ведёшь себя так меланхолично, отлынивая от работы?! Ты хоть в курсе, что наделала?!

— Говори что хочешь, Кларисса, но уже обед. Меня практически принуждают работать...

— Молчать! Если ты этого не сделаешь, то не искупишь вину перед теми тремя, что взяли вину на себя! Ну же, работай старательнее!

— А-ха-ха, всё в порядке, Кларисса. Им плевать, что про них говорят, они прекрасно проводят время под этим голубым небом и делают всё, что хотят.

Откинувшись, Миранда слабо улыбнулась, глядя на чистое небо.

— А! Ты пытаешься круто себя вести и отлыниваешь?! Не прощу! Даже если другие простят, я как директор...

После шумихи фестиваля в академии святого Линеи восстановились мирные деньки.

... Где-то в это же время под ясным небом.

Шевроле ехал по дороге. За окном стояла прекрасная солнечная погода, сняв с себя тяготившую школьную форму, они переоделись в удобную одежду и наслаждались поездкой. Держа руль, Немо включил радио.

«Мы продолжаем рассказывать о террористическом акте, произошедшем в академии святой Линеи. Насколько нам известно, взорвали здание школы и сцену-ракушку три человека. Игнис Фарфрейн, Вартиус Гагака и Немо».

— Эй, моё имя в эфире!

— И моё тоже!

— Как бесчестно...

«Террористическая группировка совершила серию подрывов, однако они не привели к смертям, к тому же террористы не выдвинули никаких требований, их мотивы остаются совершенно неизвестными!»

— Надо было какие-то требования выдвинуть...

— Может надо было деньги попросить, чтобы жить беззаботно.

— Ты же и так бессмертная.

— Но я путешествую, чтобы это изменить!

«Власти заявили, что странность инцидента связана с неопытностью, из-за этого получилось избежать жертв, а требования они просто забыли выдвинуть, из-за того, что они глупцы, их количества и из-за того, что взрывы произошли на сцене во время выступления SBC, террористическую группировку назвали SBC[✱]SanBaCa, и теперь их выслеживают все правительственные силы. На пресс-конференции был задан вопрос, почему в таком случае использовалась буква «С», а не «К». Но представители власти дали невнятное объяснение, сославшись на то, что в имени одного из членов участниц Гагака есть «Са»...»

Немо выключил радио.

— Три придурка.

— Точно. Никакого вкуса.

— Согласна. Если бы это была лёгкая новелла, я бы закрыла её после трёх томов.

Все рассмеялись.

— Хватит уже с нас быть разыскиваемыми преступниками, может пора с этим завязывать? — засмеявшись, Гагака откинулась на заднем сидении.

— А это возможно?

— Не недооценивайте силу отделения по противодействию чудесам. После таких обвинений я вполне могу связаться с начальством и всё быстро решить.

— После такого о повышении можно не надеяться, — прозвучал голос Гагаки так, что её никто не расслышал. Но на лице не было разочарования, скорее уж она не могла сдержать волнения перед тем путешествием, что их ждало.

— О, общественный телефон. Остановись-ка.

— Ага. Разберись со всем, Гагака.

— Сделаю.

Она вышла из машины, закинула монетки и набрала номер. После нескольких гудков Гагака услышала голос начальницы.

— Эй, вы теперь разыскиваемые преступники.

— Луг, а поздороваться?

— Так чего тебе? Решила прислушаться и пойти на повышение?

— А можно вместо этого убрать мои плакаты... И плакаты моих друзей о розыске?

— Понятно, вот каков твой выбор, жаль.

— А-ха-ха, работать за столом для меня пока рановато. Я буду пользоваться не головой, а телом и своей огромной задницей, чтобы выполнять работу.

— Вот как, ну, главное, что у тебя всё хорошо. По поводу списка разыскиваемых...

— Да, можешь убрать нас из него...

— Нет.

— Что?

— Это невозможно. Это не то же самое, что скрывать ошибки на работе. Совсем другая юрисдикция. Это вопрос не организации, а полиции.

— Н-но!

— Какие ещё «но»?! Я сейчас пойду в полицейский участок, где меня будут допрашивать по поводу тебя. И под конец ещё одна весёлая новость...

— Весёлая? Тебя увольняют?

— Чушь не неси! Тебя увольняют! Конечно же, ты же в розыске!

— ...

Гагака была в шоке. Поняв, что подчинённая от шока замолчала, Луг понизила голос и заговорила:

— Гагака, нам будет тяжело без тебя.

— Х-х-х-хоть увольнять не надо...

— Не получится. Если объявления о розыске не уберут, восстановить тебя мы не сможем. У меня есть кое-какие связи... Но для этого придётся перейти кое-какие черты... А потом ещё раз.

— Неужели ничего нельзя сделать, Луг?! Мы же вместе на групповые свидания ходили!

— Только не надо тут скулить. Вытащить всех троих будет невозможно. Из розыска можно убрать только одного.

— Погоди-ка, Луг...

— Я могу сделать это, если ты решишь вернуться.

— ... Это как?

— Как я сказала. Если бросишь товарищей, с тебя снимут обвинения, ты примешь повышение и станешь моей непосредственной подчинённой.

— ... Луг, ты...

— Особый следователь Гагака, я уже говорила тебе, между вами нет особо связи, они просто бандит и святая. Не больше и не меньше.

Гагака молча наблюдала за скучающими возле машины Игнис и Немо. Они ждали её возвращения.

И тут на лице расплылась улыбка.

— Луг, ты права, мы не так уж и крепко связаны. Я просто случайно столкнулась с бандитом и святой. Но мы отлично подходим друг другу. С ними весело. Это благословение иметь таких людей рядом.

— Даже если это будет значит потерять работу и стать беглецом?

— Хе-хе, ну, при том, что таких людей можно встретить лишь раз в жизни, то цена вполне приемлема.

— ... Похоже тебе и правда весело, Гагака.

— Только завидовать не надо. Если так хочется, отправляйся в погоню за своим сбежавшим мужем.

— Заткнись, не хочу слышать поучения от преступницы. Однако, — мягкий голос достиг уха Гагаки. — Рада, что тебе весело. Веселись и продолжай свой путь, продолжай жить. Вартиус Гагака, «бывший» специальный следователь.

Тут звонок закончился.

— Так и планировала, — усмехнувшись, Гагака повесила трубку... А потом присела на корточки и схватилась за голову. — ... Что делать, я всё храбрилась... Но меня уволили!..

— Йо, Гагака, как поговорила? Мы возвращаемся к мирной жизни?

Гагака молча покачала головой.

— Не вышло?! Когда нужны, и ты, и все эти механизмы совершенно бесполезны.

— ... Ли.

— Что?

— Чего?

— Уволили... — пробормотала Гагака, залезла на заднее сидение и улеглась. Немо и Игнис ничего не сказали. — ... Я потеряла работу, — снова пробормотала Гагака. Немо и Игнис уже были на пределе.

«Гя-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха».

По машине разнёсся бессердечный гогот Немо и Игнис.

— М! Эй, вы! Нашли чему смеяться!

— Добро пожаловать! Добро пожаловать! Вартиус Гагака! В чудесный мир безработных!

— Точно, точно! А то даже не верится, что одна из нас та, кто сидит на зарплате! Теперь наше нищенское положение лишь усугубится! Вперёд, Немо!

— Да! Шевроле отправляется в путь с тремя безработными!

— Ещё и с разыскиваемыми преступниками!

— Точно! Для нас это ничего не меняет! Мы продолжим весёлое путешествие по поиску договоров Игнис! Куда теперь?

— В бюро по трудоустройству! Едем в бюро по трудоустройству! Восстановите мой карьерный план!

— Отказано! Мы не поедем никуда, где не весело!

— Чёрт! Чёрт! Уволили! Это же ужасно! Как такое возможно?! Может можно что-то сделать! А! Инспекция по труду! Едем в инспекцию по труду! Я подам апелляцию!

«Отказано!»

— Чёрт! Мой карьерный план! Моя зарплата! Моё благополучие!

Под душераздирающий крик и грубый хохот шевроле поехал по бесконечной дорогое.

Небо голубое, бак полон, а дорога бескрайняя.

Ничем не связанные три придурка продолжали своё бесконечно путешествие.