8

— А, ха-ха, в-в-в-всем здравствуйте! Я... Эма Крей! Э, э-хе-хе, второй год, впервые на сцене и вообще на фестивале. В-в том году я весь фестиваль просидела в библиотеке и читала скучную книгу... А, но! Я никому не завидовала! Считала всех глупыми! Всех, кто наслаждается фестивалем! Н-ну в смысле всех учеников, кроме меня... Я говорю это обо всех, кто сейчас здесь! Ува... Блин... Я считала вас шимпанзе или ещё хуже. Просто ведь! Вы будто вообще ни о чём не думали! Смотрите на сцену! Смотрите дурацкое представление! Хлопаете и радуетесь! Я думала, вы точно такие же люди? Люди должны думать обо всём на свете, страдать и радоваться! Вот такими должны быть люди! А вы просто смотрите на сцену, ни о чём не задумываясь... Прямо как обезьяны. Но сегодня всё не так! Вам всем понравилась иностранная группа, вы были в восторге от поединка! Разве это не здорово? Дельфи и Зара поцеловались, и вы думаете, что вас обманули! Но что в этом плохого? Это же нормально! Конфликты в нашей школе — разве это не веская причина остановиться?! Вы же обезьяны! Шимпанзе! Смотрите на сцену! И встаёте на рельсы, на которые вас поставили! Легко поддаётесь эмоциям! Разве этого не достаточно?! Как с вами сложно! Вы обезьяны! И когда вы начинаете мучиться и страдать как люди! Я не могу относиться к вам как к обезьянам! Я хочу ненавидеть! Хочу жаловаться! Пора положить конец межрасовому конфликту в нашей академии! Всё! Настало время SBC. Вы знаете, что это? Карнавал мокрого белья. Клэр, раздай водяные пистолеты! Об этом объявили со сцены, и вы должны слушаться! Вы же обезьяны! Вы шимпанзе. Нет, серьёзно, хватит. Не заставляйте меня, тихую девушку из библиотеки говорить всё это! Задумайтесь над вашим поведением! Даже обезьяны на это способны! Ох, все получили водяные пистолеты! Тогда начинаем мероприятие по межрасовому примирению! Здорово ведь, что все конфликты закончатся! И вам повезло, что для вас подготовили рельсы! А теперь постарайтесь! Я точно не приду на это мероприятие в следующем году! Буду читать скучную книгу в библиотеке! Всё!

Все были поражены. Игнис, Гагака, Дельфи и Зара на сцене, неловко раздававшая пистолеты Клэр, стоявшие на расстоянии Немо и Миранда, а также все зрители были поражены.

Внезапно появилась тихоня в очках и с косичками и быстро то ли похвалила, то ли оскорбила, огорошив всех.

На сцене воцарилась тишина.

Все несколько раз моргнули, где-то защебетали птицы, Немо, Игнис и Гагака наконец всё поняли и прыснули, а из зала зазвучали гневные крики.

— Да ты обнаглела, тихоня!

— Ты вообще кто такая?!

— Жестоко прозвучало!

— За обезьяну ответишь!

Вот такие оскорбления обрушились на Эму потоком.

— Х-хи-э-э-э-э-э-э.

Когда Эма уже собиралась сойти со сцены, прозвучал особенно громкий голос.

— Ты ведь тоже приготовилась к SBC, наверняка и бельё подготовила! Хоть и тихоня!

Было не ясно, кто это сказал. В неё из зала выстрели из водяного пистолета, который выдала Клэр. Девушка не успела уйти, и на блузке появилось большое мокрое пятно. Под ней получилось разглядеть бельё. Полосатый лифчик, увеличивающий объём груди.

— Ты, хоть и тихоня, а такое сексуальное белья надела!

— Какая самоуверенная! Не наглей! Сама такая же обезьяна!

Тут в голове Клэр что-то щёлкнуло. Она вышла сцену и дала подруге водяной пистолет.

— Проблемы?! Проблемы с тем, что неприметная девушка сексуальный лифчик носит?! Кто это был?! Эй! Выходи! Я тебя замочу! — закричала Эма, стреляя из водяного пистолета. Наблюдавших издалека Немо расхохотался.

— Эй, смотри, Миранда! Твою любимую Эму совсем понесло!

— Молодой человек... Я же говорила. Если Эма ввяжется во всё это, я не смогу сохранять спокойствие, и неизвестно, к чему это приведёт.

Она сунула руку под одежду и достала договор.

— Я могу всё взорвать.

— Да стой ты, Миранда!

Крик Немо остался неуслышанным, прозвучал звук, напоминающий хруст костей, и на завораживающей сцене-ракушке случился взрыв. Даже при том, что сзади всё пылало, Эма не остановилась и даже не думала об этом. Полагаясь на взрывную волну, она спрыгнула со сцены и продолжила беспорядочно стрелять в зрителей.

— Плевать! Взрывы или ещё что! Плевала я на сцену-ракушку!

Эма продолжала поливать поражённых зрителей. Кто-то, заливаемый ярким пламенем, кричал.

— Стой, стой, стой! Сцена-ракушка взорвалась и горит!

— Заткнись! Вы обезьяны, вот и наслаждайтесь этим как костром! Примите происходящее на сцене! А если не можете, уходите в библиотеку! Наблюдайте за весельем во время чтения книг! — продолжая говорить, она оставляла после себя мокрую одежду, а наблюдавшая с огромным удовольствием Клэр раздавала указания через мегафон.

«С этого момента школьный фестиваль теперь наш! Это сила, которая позволяет по-настоящему насладиться фестивалем! Вся власть в руках комитета по реконструкции SBC!»

А потом она нажала на курок своего водяного пистолета. Нет, то, что она держала, было трудно назвать водяным пистолетом. По форме это был пулемёт, и он производил двести выстрелов в минуту, с его помощью она облила всех зрителей.

— Чёрт! Я это терпеть не намерен! Какая-то интровертка! Делает тут что хочет! Ученики академии святой Линеи — это вам не фунт изюма! Люди и другие расы! Беритесь за оружие! Не проиграем! Это наше общее сражение!

Обычные ученики хватали водяные пистолеты и присоединялись к сражению. Поначалу казалось, что стороны разделены, но быстро начался хаос, где было не ясно, кто есть кто.

Сцена-ракушка взорвалась и была объята пламенем, но ученикам было плевать. Уже никто не переживал, где враги, а где союзники, никого не волновало пламя, все стреляли и были мокрыми.

Клубничка, в горошек, с ленточками, белые, голубые, красные, чёрные, спортивные лифчики, шортики, плавки, боксёры.

У каждого было своё прекрасное бельё, на этой прекрасной сцене бельё мокло, и к бою присоединялось новое, бельё поднималось на сцену и спускалось с неё. Среди зрительских мест тоже было полно людей в мокрой одежде, нет расовых или половых различий, только нижнее бельё. Вначале было бельё, и в конце осталось бельё, это и есть SBC, карнавал мокрого белья. Без сомнения праздник межрасовой гармонии.