Глава 4: Добро пожаловать на фестиваль академии святой Линеи!

1

В день школьного фестиваля академия была пуста. Никого ни в классах, ни в коридорах, закончив приготовления, ученики расположились на сцене или в палатках поблизости. В пустой школе Гагака расположилась одна и курила у открытого окна.

— О, ты рано.

Позади прозвучал голос Немо.

— Да, что-то не спалось.

Показав опухшие глаза, Гагака сухо рассмеялась.

— Какое совпадение. Мне тоже.

Он встал рядом, и они вместе смотрели на фестиваль.

— Ха-ха, смотри. Колесо обозрения и американские горки, сделанные учениками. С учётом безопасности я бы не рискнул прокатиться.

— Ну, похоже они популярны. Не хочешь с Игнис сходить?

— Ха-ха, вот уж нет. Не люблю я такое.

Вялый разговор, типичный для тех, кто только проснулся. Тут Немо зевнул.

— А, дай сигаретку, давно не курил.

Гагака бросила ему пачку.

— Чем ты прошлой ночью занималась? Была так возбуждена, что не могла заснуть? Твоя большая задница виляла под одеялом до поздней ночи. Кто там с тобой был? — прикуривая, он ткнул Гагаку локтем.

— Ха, внимательный. Со мной была Дельфи.

— Ах, так ты раскачивала своей задницей со школьницей-зверолюдкой, ну ты и животное!..

— Увы. Я профессиональный следователь, и не стала бы пользоваться услугами школьницы. На кровати мы занимались совсем другим. Интересно, чем закончится бой между Дельфи и Зарой?

— А, мне тоже интересно.

— Скоро уже должно начаться. Есть то, о чём я не могу легкомысленно говорить про Дельфи. Но одно скажу... — Гагака выпустила дым, положила сигарету в переносную пепельницу и посмотрела на Немо.

— Ч-что?

— Хм. Любовь как-нибудь вытянет.

— Ха, нравится же тебе такое.

— В итоге вот так получается. Дело не только в том, что мне нравится.

— Вот и посмотрим.

С усмешкой Немо вернул Гагаке пачку сигарет, как раз докуривая.

— Нет, пары за день хватит. Оставляю сигареты тебе. Вряд ли у меня найдётся время покурить сегодня.

— ... Вот как.

Услышав слова Гагаки, Немо сжал пачку и убрал в карман.

— Что, какой-то ты мрачный. Где бандит, который хочет весёлой жизни?

— Даже у меня бывают непростые дни. Например, когда у моей лучшей подруги настаёт время выбрать работу.

— ... А?

— Материалы, полученные от твоего босса, не только Игнис, но и я прочитал. Там был стикер с заявлением на перевод на офисную работу. Там предлагалось думать о карьере, а не о едва знакомом бандите или святой.

— А, вот в чём дело...

— Ну... Это твоя жизнь, делай что хочешь. Хотя я буду скучать.

— С чего ты взял, что я выберу этот путь?..

— Эй, эй, только от ответа уходить не надо. Ты ещё недавно говорила о том, какой ты отличный следователь. Думаю, глубоко в душе ты именно такая. И ещё, — он достал смятую пачку и поднёс к глазам Гагаки. — Эти сигареты! Ты сказала, что тебе будет некогда курить сегодня. У вас курить запрещено, и ты отдала их мне. Когда эта работа закончится! Ты ведь планируешь вернуться в организацию!

— Эй, Немо...

— Я уже говорил! Это твоя жизнь, и ты можешь делать что хочешь! Но... Хоть посоветуйся! Я жил пустой жизнью! И у меня... Вы! Ты и Игнис — единственное, что у меня есть! А, чёрт, не собирался ведь говорить... В любом случае! По крайней мере попрощайся как полагается!

«Я буду скучать».

Вместе с дымом вырвались искренние чувства Немо или просто истерика.

Видя его таким, Гагака почесала голову, а потом выхватила у него из руки сигарету и взяла в рот.

— А, блин!

А потом прижала кончик своей сигареты к кончику сигареты Немо, удерживая его за подбородок.

— М?!

Он застыл от удивления, а она так и удерживала его. Вот через несколько секунд пламя перекинулось на её сигарету. Когда «сигаретный поцелуй» стал свершившимся фактом, она наконец его отпустила.

— О-о-о-о-о-о-о! Ты что творишь?!

— А?! Я думала, что это даже такой дурак понять должен! Я не собираюсь бросать курить! Потому точно не перейду на офисную работу!

— Н-но то, что ты говорила...

— Ты слишком много думаешь! Напридумывал себе всякого! Про специального следователя я не подумав сказала! И сигареты я отдала, потому что курить будет некогда, а ты только рад будешь этому!

— Т-тогда почему ты не поговорила с нами о повышении! Если придётся расстаться, надо же посоветоваться!

— Я забыла! Потому что мне плевать на это! В офисе скучно! С вами куда веселее! — краснея, сказала Гагака. Почему-то Немо тоже краснел, слушая её.

— В-вот как.

— Д-да, так.

Испытав неловкость, они прислонились к окну и молча курили.

— Н-но в любом случае! Жопастый следователь Гагака, тебе так весело с нами?! Ну тогда ладно! Вся твоя зарплата будет идти на финансирование нашего путешествия! Будем считать это оплатой!..

— А?

Пытаясь развеять неловкость и польщённый тем, что в нём нуждаются, Немо нагло улыбнулся, а Гагака зло уставилась, заставив взять слова назад.

— Неловко, но я всё равно тебе, плаксивый хлюпик, всё прямо сказала. А теперь твоя очередь сказать мне то же самое! Или как?!

— Не плакал я...

— А?!

— Да, прости! Гагака! Путешествовать с тобой весело, оставайся с нами!

— А?! Этого мало! Умоляй и пресмыкайся, девка плаксивая!

— Нет! У меня тоже гордость есть!

— Вообще-то я не против принять предложение перейти в офис.

— ...

Через несколько секунд едва не плакавший Немо цеплялся за большой зад Гагаки.

— Гагака! Я без тебя не смогу! Оставайся с нами всегда! Не уходи! Не исчезай! С тобой куда веселее! Мне хорошо с тобой! Давай и дальше путешествовать вместе! До самой смерти!

— Га-ха-ха, вот как, Немо, сразу бы был честным, — Гагака довольно завиляла хвостом. Похоже голос Немо был слишком громким, потому Игнис проснулась и вышла в коридор.

— Что вы, курильщики, тут делаете?

Заметив её, Немо подскочил и радостно обратился к Игнис:

— Слушай, Игнис! Гагака отказалась от повышения и будет путешествовать с нами?

— Что? Повышения? О чём ты?

— Это правда!

Когда Немо собирался всё рассказать, Игнис вытянула ладонь и остановила его.

— Выслушивать — пустая трата времени. Такая эмоциональная женщина как Гагака не оставила бы нас из-за повышения. А даже если бы мы и расстались, то без всяких обид. Так что ты сам проблемы придумал, Немо.

— Эх, ну ты даёшь, Игнис. Всё поняла, — усмехнувшись, Гагака выдохнула дым. Посмотрев на неё, Игнис улыбнулась:

— Но за время путешествия я привязалась к тебе не меньше, чем к Немо. Если возьмёшь и уйдёшь, я погонюсь за тобой до края света и буду пинать по огромной заднице до тех пор, пока она вся красная не станет.

По спине Гагаки пробежал холодок.

— А теперь SBC! Правда я не выспалась.

Уставшая девушка прислонилась к оконной раме.

— А чем девочки заняты, Немо?

— Всё ещё спят? Вот дают при том, что до начала лишь несколько часов.

— Ну-ну, молодой человек. В день фестиваля в такую рань расшуметься успели, — прозвучал мрачный голос. Обернувшись, они увидели Миранду.

— А, это ты, зачем пришла?

— Давно Эму не видела. Пришла зарядиться.

— Тц, как же.

— Что такое, молодой человек? Вообще-то это я тебя с подружкой помирила. Мог бы быть немного дружелюбнее.

— Плевать, что ты нас примирила, хочешь хорошего отношения, верни «договор поясницы святой». Подрывница.

Атмосфера похолодела.

— Эй, Немо...

— Чёрт, моя девушка и подруга вообще ничего не понимают. Взрыв случился ровно, когда ребята из клуба пытались напасть на Эму, будто её защищали. А Эма настолько одинокая, что смотрит за сценой из окна библиотеки совсем одна, и только библиотекарь могла бы захотеть защитить её, — Немо выпустил дым. Игнис и Гагака приблизились к Миранде.

— Мы узнаем, правдиво ли предположение Немо, когда схватим Миранду и разденем её.

— Да, Гагака. Будет отлично, если договор святой у неё. Тот, кто угрожает взорвать сцену, в день фестиваля обязан принести его с собой.

Говоря, они всё ближе подходили к Миранде.

— Хи-хи.

Тут раздался жуткий звук.

— Хи-хи, хи-хи, хи-хи-хи-хи-хи.

Смех. Совершенно не похожая на себя Миранда рассмеялась, при этом её лицо исказилось.

— Вот уж не думал, что ты вот так смеёшься, — практически без всякого интереса посмотрел на неё Немо.

— Молодой человек, ах, молодой человек. Может прогуляемся? — всё ещё улыбаясь, она протянула ему руку. — Пройдёмся по академии.

В руке она держала зловещий договор, способный всё взорвать.

— Хм. Похоже подрывница пригласила меня. И, к сожалению, никакой лёгкой эротики мне не светит. Позаботьтесь об SBC, Клэр, Дельфи и Эме.

Игнис и Гагака кивнули.

2

— Весело! Так весело, молодой человек!

— Ты! В каком месте это, чёрт возьми, весело?!

Немо и Миранда катались на чашке, одном из аттракционов.

— А-ха-ха-ха-ха! Весело! Этот аттракцион сделан учениками! Причём на славу!

— Слишком быстро, чёрт!

Как и говорил Немо, она держалась за рычаг и крутила, потому их чашка вращалась вдвое быстрее, чем у остальных.

— А-ха-ха-ха-ха-ха!

— Где ты свой угрюмый характер забыла?! — закричал парень, тут время закончилось, и аттракцион затормозил.

Шатаясь, он добрёл до травы и рухнул.

— Уэ-э-э-э-э-э.

— Ува, молодой человек, нет, нет. Только не блюй.

— Заткнись... Любой, кто не выспится, покурит, а потом покрутится, проблюётся.

— Вот как, на чём теперь покатаемся? Давай на американских горках.

— Эй, ты что, издеваешься?!

— А что такого? Или взорвать?

— Тем же трюком ты меня в чашку затащила! Ладно, поехали!

— А-ха-ха! У нас прямо настоящее свидание, молодой человек!

— Пошла ты! Я не пойду на свидание ни с кем, кроме Игнис!

3

— Чёрт, всё вышло. Какие ещё самодельные американские горки? Это пыточное устройство.

— Весело было. На чём теперь покатаемся, молодой человек?

— Чёрт... Ещё на чём-то...

Миранда указала на колесо обозрения.

— На этом тебя не стошнит.

— Стошнит и правда вряд ли, но от этого спокойнее не становится.

— А-ха-ха, про спокойствие заговорил! Пока я с договором святой в этой школе, безопасно тут не будет.

— Я и не сомневался.

— Давай уже кататься! На колесо обозрения!

Пока Миранда тянула его за руку, они вошли в кабинку. Тревожно скрипя, колесо поднимало их выше.

— Молодой человек, смотри, отличный вид на сцену-ракушку.

— Она огромная, её отовсюду видно.

— Но только отсюда её видно сверху. Смотри, у них там концерт. Вот это масштаб.

— Эй, может скажешь, чего ты хочешь? — довольный тем, что тошнота наконец отступила, Немо спросил у сидевшей напротив Миранды.

— Ха-ха, что за жалкий вопрос для великого детектива, вычислившего подрывника? А как же умозаключения?

— К сожалению, я устал быть великим детективом. А теперь говори.

— ... Ты же сам говорил. Что надо действовать.

— Когда забирал Эму из библиотеки?

— Да. Вот я и стала действовать. Если насладиться фестивалем с тобой, человек изменится. Как Эма. Вот я и пошла с тобой на свидание.

— Хорош трепаться. Говори понятно.

— ... Хи-хи, на самом деле я тоже выпускница этой академии. За три года до выпуска я сидела одна в библиотеке, читала скучную книгу и смотрела на обворожительную сцену-ракушку.

— Потому ты ощутила связь с Эмой.

— Да. Разочарован прошлым таинственного подрывника?

— Ты вроде не сделала ничего, чтобы разочаровать. Ты испытывала сочувствие к Эме и хотела её защитить, потому собралась всё взорвать, но явно переборщила.

— Говоришь так, будто всё понимаешь. Всё так. Я первая воспользовалась договором, передававшимся в моей семье из поколения в поколение.

— Чего я не понял, так это угрозы. Почему тебе в голову пришла идея взорвать сцену?

— Мне нравится Эма. Она невинная и милая, но у неё острый язык. Будто увидела старую себя, — тут она зловеще продолжила. — Но тут к Эме пришли вы. Как-то несправедливо, ко мне-то никто не приходил. Несправедливо, я выпускной провела за чтением скучной книги. Несправедливо, я не могла выйти за окно.

— И потому ты собралась всё взорвать?

— Да, молодой человек. Эма поступила несправедливо. Устраивает SBC, и я взорву сцену, когда всем будет веселее всего. Я всех накажу. Так я спасу себя прошлую! — сияя, Миранда поднялась, раскинула руки и рассмеялась. Её смех разнёсся по кабинке.

Тут Немо затянулся сигаретой, которую ему дала Гагака.

— Что-то... Не вяжется.

— А?

— Ты переигрываешь. То, что Эма изменилась, ты изменилась и позвала меня на свидание по фестивалю, то, что у тебя с Эмой одинаковое прошлое, и ты использовала договор, который передавался из поколения в поколение в твоей семье, и вроде всё казалось правдоподобным, но вот дальше стало неубедительно.

— О чём ты... Молодой человек?

— Ты ведь учитель в этой академии? Точнее библиотекарь, хотя какая разница. А значит ты знала о межрасовом конфликте, больше напоминающем войну.

— Что ты хочешь сказать, молодой человек?

— Эма проводила время в библиотеке и вела себя так, будто ничего не знала про школьный конфликт и соперничество между клубом уходящих домой и клубом призраков. Когда она оказалась со мной под одним одеялом, и она сказала, что неправильно толковала волнение всех тех, кто находится за окном.

— Молодой человек, ты оказался с Эмой под одним одеялом?.. А? Что ты сделал? Что-то мы не туда ушли. Ну всё, может мне тебя взорвать?

— А, погоди, погоди, погоди! Я не виноват! Это недоразумение! Я ничего не сделал, там никакой эротики не было, довольно серьёзный разговор! Просто ситуация так сложилась!

— Молодой человек, если ты втянул Эму во что-то грязное, я не смогу сохранять спокойствие и не знаю, что могу сделать. Вполне могу всё взорвать.

— Всё в порядке, тебе не о чем переживать, всё правда хорошо.

— Надеюсь, на это.

— Поверь мне. Вернёмся к нашему разговору, Эма ничего не знала о школьном конфликте. Это при том, что она тут учится. Значит, кто-то блокировал информацию. Тут и думать нечего, это была ты.

— Зачем бы мне это делать?

— Ты не хотела, чтобы она вмешивалась в этот конфликт. Но потом появились мы.

Немо через окно посмотрел на сцену-ракушку.

— Ты забыл, что именно я подтолкнула Эму, когда вы собрались её забрать? Если бы я этого не хотела, то остановила бы.

— При том, что у тебя такое же прошлое, всё приобретает смысл. Ты знала, что если Эма не будет ни с кем общаться и не узнает о том, что за окном, то вырастит такой же порядочной взрослой как ты.

— Довольно резкое заявление.

— Ха! Это ты больше всех надеешься на перемены, если пойдёшь на свидание со мной.

— Мне нечего ответить.

— Но Эма, которую ты отправила разжиться небольшим опытом, оказалась в эпицентре конфликта, став мишенью. И ты запаниковала. Потому ты и собралась взорвать сцену.

— Я не верила, что SBC пройдёт как надо, — с губ Миранды сорвалась усмешка. — Все взрослые так думают.

— Это бы подлило масло в огонь. Все причастные подумали бы, что это приведёт к более суровым нападкам. И если это грозило и Эме, проще взорвать сцену. В этом и заключается настоящая причина угрозы.

— Нет, я угрожала, потому что считала, что Эма ведёт себя несправедливо.

— Ты говоришь так, потому что если выставишь себя злодейкой, то когда Эма узнает от меня, кто преступница, она может подумать, что всё это из-за неё.

Миранда откинулась на сиденье.

— Вот ведь... И что теперь делать будешь? Испортил мне всё.

— Сама виновата, что плохая актриса. Если бы ты и правда от обиды собиралась всех взорвать, я бы с удовольствием пошёл у тебя на поводу, — докуривая сигарету, продолжал говорить Немо. — Ты слишком добродушная для этого.

Выступление на сцене закончилось, настало время матча мечты между Дельфи и Зарой.

— ... Я... Что мне делать? — когда кабинка начала опускаться, Миранда наконец заговорила. — Если взорвать сцену и замять всё, то Эма...

— Не волнуйся. Просто надо обеспечить успех SBC.

— Ха-ха, это глупое эротическое мероприятие явно не выгорит.

— Всё будет хорошо. Предоставь всё моим товарищам Игнис и Гагаке. Мы не облажаемся.

Со стуком кабинка остановилась.

— Давай посмотрим на завораживающую сцену-ракушку. Взорвать никогда не поздно, — выбравшийся первым Немо протянул Миранде руку.

4

За сценой звучали звуки гитары, барабана и баса. Зара Даттауэй, стиснув зубы под чёрной маской, гневно смотрела на всё вокруг.

Её бесило всё. Готовившаяся рядом зверолюдка Дельфи, её окружение, все, кто болел в зале. Но больше всего бесил скрежет клыков под маской.

— Эй, Зара.

Тут прозвучал неприятный голос. Зара вспомнила, что он принадлежит той раздражающей зверолюдке Гагаке, с которой она столкнулась в клубе.

— Эй, не игнорируй меня. Меня попросили комментировать этот матч мечты, вот я и подошла поздороваться. Или ты отреагируешь только если я назову тебя стримершей Родзю-тян?

Кровь отхлынула от лица Зары. Её раскрыли впервые. Теперь ухмыляющееся лицо Гагаки было не менее раздражающим, чем её собственные клыки.

— И не стыдно тебе использовать грязный трюк с этими видео. Мне много всего показали. И про секрет, скрытый под маской я тоже знаю.

— Ха-ха, вот как, после Дельфи я убью тебя.

— Я ещё не настолько низко пала, чтобы позволить тебе убить меня.

— Я даже делать сама ничего не стану, будут видео, выставляющие тебя злодейкой, и все будут говорить о придуманных тобой грязных трюках. Будешь продолжать в том же духе, и сдохнешь. Потому нет смысла что-то скрывать от той, кто всё равно умрёт, — Зара сняла маску и показала свои ужасные клыки. А Гагака усмехнулась.

— Не смейся, чёртова волчица, как видишь, я мерзкая тварь, на которую во второй раз никто не взглянет. Ты знаешь? Люди с уродливыми лицами видят мир иначе. И оттого, что ты видишь мир иначе, это искажаешь твой разум. Потому вся грязь продолжает бурлить по венам.

— Рожа и правда страшная. Заслуживает того, чтобы преследовать.

— Спасибо за комплимент, тут ты права. Я жила правильно в этом мире. И я буду продолжать так жить, неся своё бремя.

— Заткнись, соплячка.

— А?

— Ты соплячка. Что ты там продолжишь? Не смеши меня. Я покажу тебе, когда действительно хреново. Лучше бы тебе не недооценивать разнообразие фетишей.

— О чём ты?

— Сделаю предсказание: ты влюбишься.

В зале зазвучали громкие крики, сообщающие об окончании выступления, а значит матч скоро начнётся.

5

— Леди, джентльмены и прочее отребье! Вы готовы увидеть бой?!

Гагака забралась на стол, установленный на сцене, и закричала в микрофон. А со зрительских мест зазвучал рёв, сотрясающий всё вокруг.

— Вы все знаете историю матча мечты! Нет тех, кто бы не знал!

И снова крики, но в этот раз в них ощущалось нечто мрачное.

— В красном углу Зара-а-а-а-а-а-а-а Даттауэй! В синем углу Дельфи-и-и-и-и-и-и-и Гилдан!

На ринг вышли соперницы в перчатках без пальцев, на их лицах не было улыбок. Снова зазвучали мрачные голоса.

— Они будут драться, пока одна из них не упадёт! Проигравшая злодейка, а победительница права! Конфликт, разожжённый видео и поджогами разрешится в этом бою! Смотрите внимательно!

— Г... Гагака, не надо их провоцировать... — с беспокойством сказала сидевшая рядом Игнис. Но Гагаку это не остановило.

— Надо их разозлить, пусть выпустят всё! Давай, подбодри их, Игнис!

И она ударила в гонг, чтобы начать первый раунд.

Зара стала действовать первой. Она ударила ногой с разворота, ударив Дельфи по носу.

Дельфи попыталась увернуться, но полностью уйти не смогла, из её носа потекла кровь.

«Ох! Завораживающая сцена-ракушка! Теперь она залита неуместной зверь-кровью!» — пока Гагака плевалась в микрофон, комментируя происходящее, Зара оскорбляла Дельфи на ринге.

— Дрянь, дрянь, дрянь! Ты грязная половая тряпка, не смей брызгаться кровью передо мной!

— У тебя словарный запас совсем ограничен, как дура повторяешь «половая тряпка».

Дельфи в ответ ответила с правой в живот.

— Ух.

Удар помог Дельфи перейти в контратаку.

— Не зазнавайся!

Зара тоже в ответ нанесла несколько ударов. Первый раунд шёл полностью без обороны. А потом прозвучал гонг.

«Оба бойца обменивались отличными ударами, но на этом первый раунд окончен!»

«Что ты думаешь об их бое, Гагака?»

«Да, первый раунд был разминкой. Никто не показал истинных чувств. Настоящее представление ждёт нас впереди».

«Ох! Вот и девушка ринга! И на ней унизительная форма, подобранная директором!»

Взгляд взволнованной Игнис упал на Клэр, которая вся краснея расхаживала по рингу с табличкой «Раунд 2».

— Этот матч организован при поддержке директора Клариссы! — сказала Клэр, проходя по сцене.

В зрительском зале Кларисса побледнела и заговорила:

— Я-я ничего не слышала о том, что ученики будут драться!

«Начинаем второй раунд!»

6

Жестокая схватка продолжалась во втором и третьем раунде. Дельфи и Зара были все в крови.

— Ты... Сегодня попалась крепкая тряпка.

— Хе... Хе-хе... Что?.. Сегодня... Мне ещё есть что тебе сказать...

— Сдались мне слова грязной гиены!.. — Зара ударила её по лицу.

— Это кто тут грязная и уродливая?..

Дельфи в ответ ударила её прямо по маске. Обе явно измученные упали на ринге. Со зрительских мест зазвучали аплодисменты.

Первой поднялась Дельфи, она забралась на упавшую Зару и обрушила град ударов.

Лягаясь, Зара смогла её сбросить, а потом замахнулась правой ногой.

— Воняешь! Заткнись! Грязная зверолюдка!

Дельфи не стала уходить от удара, приняла его, а потом приблизилась к Заре и прошептала:

— Разве ты сама о себе так не думаешь?

На миг Зара стала беззащитна. Воспользовавшись моментом, Дельфи набросилась на неё, сбила и снова оказалась сверху.

— Тебе ведь больно! Я знаю! Я видела! На пожарной лестнице! Я видела, как тебе тяжело!

— Ведёшь себя так, будто всё знаешь...

— Я ничего не знаю! Но! Но знаю, когда людям больно и когда они злятся на тех, кому весело!

Дельфи снова и снова била Зару.

— Ты оскорбляешь других словами, которые возвращаются к тебе же, избиваешь других, снимаешь мерзкие ролики! Втянула в это всю школу! При этом носишь милую одежду и стримишь! Танцуешь! Пытаешься быть милой, не показывая лица! И это мило!

— Всё не так, дура! Я набираю зрителей! Так у меня будет оружие, чтобы дать отпор тем, кто надо мной насмехается! Не смотри на меня со своей колокольни!

— Не пытайся быть милой по такой жалкой причине! Как я могу злиться на такую как ты?!

— Заткнись!

Как-то Зара смогла сбросить Дельфи.

— Хха... Хха... Это мне досталось такое тело и такая судьба, потому не тебе меня поучать.

— Какая ещё судьба, ты просто мучаешь других и получаешь от этого удовольствие.

— Как же ты бесишь... Ты хоть задумывалась над тем, каково это не вписываться в общество и быть вынужденной носить маску из-за чёртовых клыков.

— А ты-то... Ничего не знаешь, что я... Обожаю твоё лицо.

Эти слова разозлили Зару. Она нанесла самый сильный удар в солнечное сплетение.

— Отвали от меня! — крик, напоминавший вой. После удара с лица Зары свалилась потрёпанная в бою маска.

— М!..

Взгляды всех учеников были прикованы к сцене и клыкам Зары, которые были скрыты под маской.

«Жамк».

Мягкое ощущение скрыло рот Зары, прикрыв её клыки.

— М... М-м.

На мгновение Зара растерялась, не понимая, что происходит. Она опустила взгляд и увидела лицо Дельфи, с которой недавно сражалась.

— М?!

Только когда в рот проник язык Дельфи, она поняла, что происходит. Дельфи целовала Зару, с языком!

Потом Дельфи толкнула поражённую соперницу и скрыла её секрет своим телом.

— Пха... Лизь...

Цвет глаз Дельфи изменился, когда она начала лизать клыки. Лизать! Лизать!

— П-прекрати, это отвратительно!

И лизать! И лизать! И лизать!

— Ах, потрясающе, блин. Обожаю. Блин. Я так кончу.

— Т-ты что, совсем долбанутая?!

— Долбанутая. Никогда не отпущу. Мне плевать на тебя, но я обожаю твои клыки! Лизь. Хочу встречаться. Хочу пожениться!

И тут Дельфи ещё раз страстно поцеловала её.

7

— Поцеловала! Поцеловала! Поцеловала-а-а-а-а-а-а-а!

— Поцеловала! Поцеловала! Поцеловала-а-а-а-а-а-а-а!

Пока Дельфи вылизывала клыки Зары, Гагака и Игнис закричали, повторяя одно слово. Со зрительских мест разносились поражённые голоса.

— Поцеловала-а-а-а-а-а-а!

— Поцеловала-а-а-а-а-а-а!

Но они не унимались скандировать. Пока все зрители с одного края до другого не поняли, что заклятые враги президент клуба уходящих домой и клуба призраков целуются.

И когда они осознали, что все поняли ситуацию, девушки заговорили.

— Что происходит?! Эти двое, сеявшие раздор в школе! Те, кто собирались решить всё в поединке, теперь целуются!

— Вы понимаете?! Вы все! Вас использовали! Эти две извращенки!

— Они уже были вместе! Эти двое! Они вовлекли всю школу! И воспылали любовью друг к другу! Прямо как Ромео и Джульетта! В итоге они выбрали эту сцену! И страстно поцеловались! Они доказали свою любовь!

— Пха! Чушь! Не неси хрень... Пф!

— Молчи. Дай пососать, дай полизать.

Когда в микрофон заявили слова, далёкие от правды, Зара попыталась возразить, но Дельфи заставила её замолчать.

— Хи-хи, мы заранее спланировали это с Дельфи. А теперь молчи и дай пососать.

— Зара, теперь понимаешь, каково это, когда о тебе распространяют слухи? Но у тебя хотя бы не сожгли комнату, и ты получила любимую.

Не говоря в микрофон, Игнис и Гагака обращались к Заре, в чьих глазах собирались слёзы.

Тут среди зрителей зазвучали шепотки. Будто они не могли уже сдать назад.

— Это вообще нормально?! Мы же в одной академии учимся! А вы дерётесь и устраиваете поджоги! Всё это часть плана извращённой парочки! Очнитесь уже!

— Т-точно! У вас больше нет причин ненавидеть друг друга!

Так увещевали Гагака и Игнис. Но этого было недостаточно, чтобы заставить зрителей замолчать.

— Эй, эй, это нехорошо... Мы же вроде всё подготовили, чтобы тут со всем покончить!.. — с тревогой произнёс наблюдавший с расстояния Немо. Атмосфера была такой тревожной, что он просто не сдержался.

Все были недовольны таким исходом, и вокруг растекалась тягучая атмосфера.

— Вот к чему это привело, молодой человек. Я не удивлена, — с грустью сказала Миранда, а среди зрителей уже начались стычки. — Все просто хотят избить тех, кто им не нравится.

Миранда достала «договор поясницы святой».

— Стой! SBC ещё не начался!

— Думаешь, кому-то будет интересно лёгкое эротическое мероприятие!

— Стой! Что-нибудь! Я что-нибудь придумаю!

Миранда печально покачала головой. И тут в небо поднялся столб воды, разлетевшийся фейерверком.

— Договор... Колена святой...

Под фейерверком стояла Игнис, высоко подняв договор, и Эма с микрофоном в руках.

8

— А, ха-ха, в-в-в-всем здравствуйте! Я... Эма Крей! Э, э-хе-хе, второй год, впервые на сцене и вообще на фестивале. В-в том году я весь фестиваль просидела в библиотеке и читала скучную книгу... А, но! Я никому не завидовала! Считала всех глупыми! Всех, кто наслаждается фестивалем! Н-ну в смысле всех учеников, кроме меня... Я говорю это обо всех, кто сейчас здесь! Ува... Блин... Я считала вас шимпанзе или ещё хуже. Просто ведь! Вы будто вообще ни о чём не думали! Смотрите на сцену! Смотрите дурацкое представление! Хлопаете и радуетесь! Я думала, вы точно такие же люди? Люди должны думать обо всём на свете, страдать и радоваться! Вот такими должны быть люди! А вы просто смотрите на сцену, ни о чём не задумываясь... Прямо как обезьяны. Но сегодня всё не так! Вам всем понравилась иностранная группа, вы были в восторге от поединка! Разве это не здорово? Дельфи и Зара поцеловались, и вы думаете, что вас обманули! Но что в этом плохого? Это же нормально! Конфликты в нашей школе — разве это не веская причина остановиться?! Вы же обезьяны! Шимпанзе! Смотрите на сцену! И встаёте на рельсы, на которые вас поставили! Легко поддаётесь эмоциям! Разве этого не достаточно?! Как с вами сложно! Вы обезьяны! И когда вы начинаете мучиться и страдать как люди! Я не могу относиться к вам как к обезьянам! Я хочу ненавидеть! Хочу жаловаться! Пора положить конец межрасовому конфликту в нашей академии! Всё! Настало время SBC. Вы знаете, что это? Карнавал мокрого белья. Клэр, раздай водяные пистолеты! Об этом объявили со сцены, и вы должны слушаться! Вы же обезьяны! Вы шимпанзе. Нет, серьёзно, хватит. Не заставляйте меня, тихую девушку из библиотеки говорить всё это! Задумайтесь над вашим поведением! Даже обезьяны на это способны! Ох, все получили водяные пистолеты! Тогда начинаем мероприятие по межрасовому примирению! Здорово ведь, что все конфликты закончатся! И вам повезло, что для вас подготовили рельсы! А теперь постарайтесь! Я точно не приду на это мероприятие в следующем году! Буду читать скучную книгу в библиотеке! Всё!

Все были поражены. Игнис, Гагака, Дельфи и Зара на сцене, неловко раздававшая пистолеты Клэр, стоявшие на расстоянии Немо и Миранда, а также все зрители были поражены.

Внезапно появилась тихоня в очках и с косичками и быстро то ли похвалила, то ли оскорбила, огорошив всех.

На сцене воцарилась тишина.

Все несколько раз моргнули, где-то защебетали птицы, Немо, Игнис и Гагака наконец всё поняли и прыснули, а из зала зазвучали гневные крики.

— Да ты обнаглела, тихоня!

— Ты вообще кто такая?!

— Жестоко прозвучало!

— За обезьяну ответишь!

Вот такие оскорбления обрушились на Эму потоком.

— Х-хи-э-э-э-э-э-э.

Когда Эма уже собиралась сойти со сцены, прозвучал особенно громкий голос.

— Ты ведь тоже приготовилась к SBC, наверняка и бельё подготовила! Хоть и тихоня!

Было не ясно, кто это сказал. В неё из зала выстрели из водяного пистолета, который выдала Клэр. Девушка не успела уйти, и на блузке появилось большое мокрое пятно. Под ней получилось разглядеть бельё. Полосатый лифчик, увеличивающий объём груди.

— Ты, хоть и тихоня, а такое сексуальное белья надела!

— Какая самоуверенная! Не наглей! Сама такая же обезьяна!

Тут в голове Клэр что-то щёлкнуло. Она вышла сцену и дала подруге водяной пистолет.

— Проблемы?! Проблемы с тем, что неприметная девушка сексуальный лифчик носит?! Кто это был?! Эй! Выходи! Я тебя замочу! — закричала Эма, стреляя из водяного пистолета. Наблюдавших издалека Немо расхохотался.

— Эй, смотри, Миранда! Твою любимую Эму совсем понесло!

— Молодой человек... Я же говорила. Если Эма ввяжется во всё это, я не смогу сохранять спокойствие, и неизвестно, к чему это приведёт.

Она сунула руку под одежду и достала договор.

— Я могу всё взорвать.

— Да стой ты, Миранда!

Крик Немо остался неуслышанным, прозвучал звук, напоминающий хруст костей, и на завораживающей сцене-ракушке случился взрыв. Даже при том, что сзади всё пылало, Эма не остановилась и даже не думала об этом. Полагаясь на взрывную волну, она спрыгнула со сцены и продолжила беспорядочно стрелять в зрителей.

— Плевать! Взрывы или ещё что! Плевала я на сцену-ракушку!

Эма продолжала поливать поражённых зрителей. Кто-то, заливаемый ярким пламенем, кричал.

— Стой, стой, стой! Сцена-ракушка взорвалась и горит!

— Заткнись! Вы обезьяны, вот и наслаждайтесь этим как костром! Примите происходящее на сцене! А если не можете, уходите в библиотеку! Наблюдайте за весельем во время чтения книг! — продолжая говорить, она оставляла после себя мокрую одежду, а наблюдавшая с огромным удовольствием Клэр раздавала указания через мегафон.

«С этого момента школьный фестиваль теперь наш! Это сила, которая позволяет по-настоящему насладиться фестивалем! Вся власть в руках комитета по реконструкции SBC!»

А потом она нажала на курок своего водяного пистолета. Нет, то, что она держала, было трудно назвать водяным пистолетом. По форме это был пулемёт, и он производил двести выстрелов в минуту, с его помощью она облила всех зрителей.

— Чёрт! Я это терпеть не намерен! Какая-то интровертка! Делает тут что хочет! Ученики академии святой Линеи — это вам не фунт изюма! Люди и другие расы! Беритесь за оружие! Не проиграем! Это наше общее сражение!

Обычные ученики хватали водяные пистолеты и присоединялись к сражению. Поначалу казалось, что стороны разделены, но быстро начался хаос, где было не ясно, кто есть кто.

Сцена-ракушка взорвалась и была объята пламенем, но ученикам было плевать. Уже никто не переживал, где враги, а где союзники, никого не волновало пламя, все стреляли и были мокрыми.

Клубничка, в горошек, с ленточками, белые, голубые, красные, чёрные, спортивные лифчики, шортики, плавки, боксёры.

У каждого было своё прекрасное бельё, на этой прекрасной сцене бельё мокло, и к бою присоединялось новое, бельё поднималось на сцену и спускалось с неё. Среди зрительских мест тоже было полно людей в мокрой одежде, нет расовых или половых различий, только нижнее бельё. Вначале было бельё, и в конце осталось бельё, это и есть SBC, карнавал мокрого белья. Без сомнения праздник межрасовой гармонии.

9

— Немо!

— Немо!

К наблюдавшим издалека Немо и Миранде подошли Игнис и Гагака.

— О, это вы! Пережили взрыв!

— Чуть не умерли!

— Чуть не померли!

— Вот как. Жалобы можете этой дуре высказать, — Немо указал на сидевшую рядом Миранду.

— Ты... Подрывница! В итоге ты простая террористка! А ну верни! Мой «договор на поясницу святой»!

— Уже всё в порядке, Игнис! Я забрал.

— Что и ожидалось! Ты надёжный парень!

— Понятно, так это Миранда угрожала всё взорвать.

Тут вмешался голос лольки. Посмотрев, они увидели директора Клариссу, направлявшуюся в их сторону.

— Поверить не могу... Учитель из моей же школы... — Кларисса схватила Миранду за грудки. — А если бы ученики погибли?!

— ... П-простите.

— Если бы всё было так просто, то и полиция была не нужна! Сцена всё ещё горит! И ученики в опасности!

— Э-это.

— Что?!

— За учеников можно не переживать. Я что-нибудь сделаю!

— Что-нибудь... Что ты задумала, Игнис Фарфрейн?!

— Хи-хи, я вернула «договор на поясницу святой»!

— Хватит умничать, сделай уже что-нибудь!

— П-поняла...

Под напором свирепой Клариссы Игнис взмахнула договором.

— Я могла бы сразу воспользоваться, но это испортило бы SBC. Надо самим намочить одежду!

— Что ты там бормочешь?!

— Ва, ва, ва! Уже всё хорошо! Смотри! Вот!

Игнис указала на горящую сцену, над которой собралась огромная водяная сфера.

— Финал фестиваля межрасовой гармонии! — сказала девушка, сфера лопнула, создав людей различных форм и накрыла огонь. Капли-люди, зверолюды, эльфы и суккубы погасили пожар.

— Ну как? Довольно символично, правда?

— Игнис, а ты... Молодец...

— Ну, после такого конфликты между расами кажутся нелепыми.

Наблюдая за происходящим, они улыбнулись.

— Спасибо вам. Игнис Фарфрейн, Вартиус Гагака, Немо. Как директор академии святой Линеи я благодарна вам, — обрадованная тем, что никто из учеников не пострадал, Кларисса поклонилась. — И как директор я прошу прощения. Мне стыдно, что я как директор полагалась на чужую помощь в решении внутренних проблем...

— Не бери в голову. Всё как-то само по себе вышло.

— Ну, у нас так всегда.

— Благодарность принимаю, а в извинении смысла нет, потому его я возвращаю. Не переживай, Кларисса.

— ... Большое спасибо. А теперь я передам Миранду полиции и добьюсь для неё сурового наказания...

— А, по этому поводу, можешь отпустить её безнаказанной?

— Что?!

— Молодой человек?..

— Ну просто мы не пострадали, а досталось только школе и сцене.

— Н-но...

— Если так говорит владелица договора, то всё в порядке. Мы в любом случае не держим обиду.

— Если Немо всё устраивает, то и меня тоже. Уверена, у тебя есть на это веская причина.

— Не то чтобы, просто это же школа. Просто раз в несколько лет или десятилетий наверняка появится ребёнок вроде Эмы, который не впишется в школьные мероприятия или на сцену, и будет один читать в библиотеке. Я просто подумал, что библиотекарь вроде Миранды могла бы им помочь.

— ... Молодой человек!..

— Если благодарна за это, то работай как следует. Ладно, нам уже пора.

— Да, раз уж Немо смог показать себя с крутой стороны, нам на этой ноте пора покинуть академию.

— Ты явно сделал что-то лишнее, Немо.

— Подумаешь! Наконец мы сможем снять эту форму!

— А мне она начала нравиться.

— Мне тоже.

С этими словами они собирались оставить академию. Но тут их окликнула Кларисса:

— П-подождите! Даже если её оправдают, дело серьёзное, и полиция должна получить преступника...

— А... Ну ты и зануда... Пусть никто не будет виноват.

— Как поступишь, Немо? Может возьмёшь вину на себя, чтобы выглядеть крутым?

— Ну... Можно. Честно говоря, я просто хочу поскорее снять форму, залезть за руль шевроле и выкурить сигаретку. Если смогу это, то на остальное плевать.

— К-как же так! Вы ведь наши спасители!

— Подумаешь. У нас и так репутация преступников, так что от нас не убудет.

— Эй, от меня убудет.

— Если уж так говорить, то я и Немо в какой-то степени преступники.

— Эй, я другая.

— Заткнись, Гагака! Ты вообще на зарплату живёшь...

— Не говори так! Вы на эту самую зарплату машину починили!

— В общем не переживайте и сделайте крайними нас.

— Передавайте привет Эме, Клэр и Дельфи. Скажите, что было весело.

— А, и скажите Заре, чтобы она перестала создавать проблемы.

— А ещё скажите Дельфи, что я желаю им обеим счастья!

С этими словами Немо, Игнис и Гагака покинули академию святой Линеи.