4

Уже начав привыкать к регулярным вибрациям, Немо поднял фонарь. Пещера утратила свой былой чудовищный вид и теперь напоминала кирпичный проход.

— Смотри, Игнис. Похоже тут и правда город.

— Да, согласна. И всё же он довольно далеко. Пешком на это требуется много времени.

— Точно, повезло, что мы нашли замену машине, — Немо чуть сильнее сжал хвост «замены машины».

— Больно! Ты меня за хвост схватил!

— Эй, эй, машины не разговаривают. Это звук двигателя?

— Н-Немо, даже если это в наказание за то, что она наставила на меня пистолет, это уже слишком...

— Это не так. Я просто больше не хочу ходить по тем мерзким пещерам.

— Мы уже выбрались оттуда, потому теперь всё в прядке!

— Т-точно, Немо! Гагака и так достаточно наказана... Я её уже простила!

— Нет! Я ещё её не простил. Да и просто в лом пешком идти! Если можно проехаться, буду ехать!

— Немо! Вот ты и проболтался!

— Завали! Машинам слова не давали! — он снова потянул Гагаку за хвост.

— П-прости, Гагака... Кажется у бандита Немо сработал переключатель садиста...

— Игнис... Не думала, что скажу это несущей бедствия святой, но твой парень просто ужасен!

— Машинам слова не давали!

В этот раз Немо ещё и с размаху шлёпнул её по большой заднице.

— Хау!

— А? Гагака? Что это был за странный звук? Неужели ты извращенка, которой нравится, когда её шлёпают? Мне бы хотелось узнать, а как ты приобрела навыки садо-мазо? Мне очень интересно...

— Чёрт! Извращенцы! Меня поймали не святая с бандитом, а парочка извращенцев! Спасите, кто-нибудь! Хау!

Получив ещё несколько раз, Гагака затрясла своим красным задом и продолжила исполнять роль замены машины.

— Эх, как удобно, — довольно сказал Немо, играя с серым мехом, торчавшим из-под воротника. А вот Игнис выглядела скорее меланхоличной.

— Ты чего, Игнис, едем с комфортом, а ты недовольная, Гагака так точно покой не обретёт.

— Я ещё живая, что б тебя.

Немо молча ударил Гагаку по заднице, и она странно вскрикнула. Игнис криво улыбнулась, уже несколько минут наблюдая за этим, и заговорила:

— Эй, Немо. Я хочу, чтобы ты выслушал. Мою многотысячелетнюю историю, про которую ты ничего не знаешь.

Неуверенный и серьёзный голос заставил Немо выпрямиться. То же относилось и к Гагаке, на её спине будто стало меньше болтать.

— Я уже рассказывала, что правила этим миром во времена мифов, но эта легенда не совсем точна.

— Ну, уже несколько тысячелетий прошло. Через столько лет и меня будут помнить высоким красавчиком с большим членом. Ну, это и так правда.

— ... Я продолжу.

— ... Продолжай.

— Я правила миром как святая и думала, что так будет всегда. Высокомерно и жестоко я использовала свою силу и насильно принесла мир.

— Всё как всегда... А потом тебя начинают ненавидеть.

Немо представил беснующуюся Игнис. Вряд ли такое хоть кто-то примет.

— Всё так. Меня ненавидели, а потом избавились.

— Вот в чём правда легенды о святой?

— Да. Восставшие и схватившие меня разделили мою огромную силу договорами, сделав меня обычным человеком. Моё бессмертие для них тоже стало неожиданностью, но я помню, как они смеялись и говорили мне страдать вечно.

— Похоже тебя сильно ненавидели. Но после такого и ты должна была измениться.

— На самом деле так и есть...

— Правда?

— Ещё как правда. Моя ненависть и жестокость лишь приумножились, я собиралась отомстить. Но без силы не победить. Но меня не убить, и наша перепалка была грязно.

— То есть ты была слабачкой, притворяющейся крутой. Отстой. Ты прямо самая убогая из людей.

— Жестоко, не находишь? До этого-то я и правда была сильной. Настолько, чтобы силой навязать мир.

— Прямо как бывшая хулиганка. А это была жестокая сцена, когда бывшая бандитка вспомнила прошлое. Тебя швыряет как говно в бочке, в итоге ты становишься спокойнее и начинаешь себя вести, типа, «эти молодые люди в наши дни». Так ведь, святая-бандитка?

Тут вокруг стало так ярко, что фонарь был не нужен, факелы, установленные на равных расстояниях на стенах достаточно освещали узкий коридор. Немо молча поблагодарил замену автомобиля, выключил фонарь и убрал в рюкзак.

— Только не надо принижать половину моей жизни, которую я вела в эпоху мифов...

— Какую ещё половину жизни? Ты и сейчас делаешь лишь то, о чём сожалеешь.

— Жестоко. Но ты прав. Потом я начала размышлять о своей жизни и успокоилась. Но сгладить мои острые углы помогло не общество, а одна женщина.

— Ты что-то такое уже говорила. Одна из владелиц договора.

— Да. Та, кто владеет договором на сердце. Её звали Розалия Поуп.

— Довольно обычное имя.

— Вот только женщина необычная. С тех пор, как я лишилась силы, прошло уже пятьдесят лет, и ничего я не вернула, тут я и отправилась к великой волшебнице границы.

— Если она такая крутая, её имя запомнили бы потомки.

— Она была одиноким человеком с великолепными умениями, но сложным характером. А будущим поколениям передавалось только моё имя. При первой встрече мне часто говорили, что у меня «рожа прогнившая».

— А сейчас нет? — поддразнил Немо. Но Игнис ответила со своей привычной улыбкой.

— Уже нет. Я многому научилась у Розалии. От навыков общения до этикета и терзавших мир чудес... Она изучала очень много всего, и я помогала ей в этом, — Игнис рассказывала это с чувством ностальгии. — Она была эксцентричной, но хорошей учительницей, тогда мне было очень весело. Я забыла про свою ненависть, а моя личность стала такой, какая она сейчас.

— Почему ты ушла и решила вернуть свои силы?

— Розалия... С помощью алхимии она смогла продлить свою жизнь, но она была обманкой. Её воспоминания и знания постепенно угасали, и последние десять лет она едва была в сознании, прикованная к постели.

— ...

— Было грустно. Даже такой эксцентричный, умный и добрый человек не смог победить старость, я была так расстроена, что впервые за долгие тысячелетия во мне вспыхнула ненависть, — рассказывая, Игнис стиснула зубы. — Но как-то раз я проснулась, и Розалии не оказалось на кровати. Она заварила кофе на кухне и впервые за много лет читала газету. Я стала переживать, а она сказала: «Как же здорово стареть». Она цинично улыбалась, будто видела меня насквозь, а потом сказала: «Если ты так расстроена, почему бы тебе тоже не попробовать, Игнис», — а потом умерла.

— ... Крутая бабулька.

— Да, моя учительница была крутой. В итоге я решила вернуть договоры, чтобы стать прежней и умереть от старости. Я считаю это обещанием учителю. А если смерть — это не так уж и хорошо, на том свете я ей пожалуюсь. Потому до тех пор я не намерена умирать.

— Завидую я тебе! Вот я никого такого никогда не встречал!

— Надо же. Говоришь так, будто мы были не просто учителем и ученицей. Но...

Они сидели, глядя друг другу в глаза. И тут Игнис шутливо ткнула Немо в нос.

— Пока ты не станешь круче учителя, я в тебя не влюблюсь.

— Сложная задачка.

— Хотя ты всё равно мне очень нравишься. Настолько, что я готова принять твою странную идею о влюблённых.

— Ну ты.

— И-хи-хи-хи.

— А-ха-ха-ха-ха.

Они стали подшучивать друг над другом. И тут рука Немо случайно коснулась руки Игнис. Девушка ахнула. В свете факелов они смотрели друг на друга, их губы стали приближаться... И тут движок из машины зарычал.

— А, всё, хватит! Вы двое! Я молчала, потому что разговор был серьёзным, но если вы там собираетесь на мне чем-то заниматься, это уже совсем другая история! — злилась Гагака.

«А, забыли».

— Забыли они! Вы верхом на мне общаетесь! Из-за происходящего я старалась быть внимательной, но хрен вам! Завязывайте! — сказала Гагака и поднялась, разминая суставы, а потом задрожала. Её серая шерсть затряслась.

— Мы ещё не добрались до города в панцире, мы не о том договаривались.

— Н-Немо, может уже хватит?..

— Точно, святая права. Я уже достаточно сделала, чтобы искупить вину за то, что наставила пистолет. Так что дальше я снова человек.

— А люди с такими жопами бывают?

— Размер задницы тут не при чём! И если не собираешься относиться ко мне как к человеку, оскорбляй хотя бы как зверолюдку, а не про задницу говори!

— К сожалению для тебя, я прекрасный мужчина, который говорит «нет» дискриминации зверолюдов.

— Мужчина, который насмехается над задом женщины не может быть прекрасным! Ты враг всех женщин!

— Может хватит ссориться?.. — Игнис попыталась успокоить разгорячившуюся Гагаку. А Немо подал знак, чтобы его могла видеть только Гагака.

— Вначале со мной насмерть сражалась, теперь с Немо. Гагака, ты очень вспыльчивая.

— Точно. Из-за того, что ты нарвалась на драгу с Игнис, я теперь вроде как в отношениях с ней...

— Немо, что значит «вроде как»?

— Это я так, образно...

— О? Прекрасный мужчина честно заговорил? Да ты же только счастлив, Немо!

— Завали! Гагака!

— Что?! Значит ты легкомысленно к нашим отношениям относишься?! А я-то серьёзна было... Уже о будущем думала!

— Ува! Игнис, как же с тобой тяжело! Так ты собственница в отношениях!

— Не собственница! Всё это ради будущего!

— Банальная отмазка!

— Эх, я не собираюсь с этим мириться. Пойду вперёд. Не только у вас дела в городе в панцире.

— А, эй, погоди! Не уходи одна! Чёрт! Что б ты заблудилась и сдохла!

— Немо, мы ещё не договорили!

— Эй, Гагака. Я с тобой. Ну же, Игнис. Успокойся и пойдём за ней. А то отстанешь. Пока!

— А, погоди, Немо! Стой ты!