7

Когда мы были готовы выдвигаться, солнце уже было высоко.

Поскольку мы шли на могилу, Унюко нарядили в чёрное платье, чему она очень обрадовалась, она держала нас за руки и размахивала ими.

Кстати, Канаде следовала за нами, неся огромную корзину. Я предложил самостоятельно понести, но девушка отказалась со словами: «Нормально. Канаде — умелая служанка». Она ловко взяла корзину, похоже и правда без труда справится.

Моя служанка так же хороша, как и слуги герцога.

— Б-брат... Что это, мы прямо как молодожёны!..

— Хо?

После слов Судзухи я призадумался.

Мы шли по территории особняка герцога Сакураги, освещённые пробивающимся сквозь листву солнцем.

Между нами Унюко, держащая нас за руки.

Позади служанка с тяжёлой корзиной для пикника.

Понятно.

Со стороны мы и правда напоминаем супругов-аристократов с маленьким ребёнком.

— ... Но в таком случае Унюко наш ребёнок?..

С виду маленькая девочка, но на деле она высший эльф, и ей несколько тысяч лет.

Хотя и подбивало узнать, не ребёнок ли она.

— Р-р-р-ребенок брата?! Это... А-а...

— Ты чего покраснела и смутилась, Судзуха?!

— Уню, уню-ню?..

— Я переведу. Нет, нет, Унюко такая же героиня, но если так посмотреть...

— Не надо из-за этого так переживать!

Хотя я был бы рад милой дочери вроде Унюко, вот мысли и просочились.

Даже Унюко покраснела и принялась кататься по земле.

Полагаясь на карту управляющего, мы прошли через городские ворота, сошли с дороги и вошли в лес.

Перебравшись через лес, мы добрались до холма, на котором могила четырнадцатого главы.

По пути нам встречались таблички, запрещающие вход, но мы просто их проигнорировали.

Так сказал нам управляющий.

— Брат, в лесу так хорошо. Тут так спокойно.

— Уню!

Унюко была согласна. И я так же думал.

Здесь покоился четырнадцатый глава, который по слухам был эльфом, потому этот лес отличался от прочих каким-то величием.

Конечно можно сказать, что мне показалось, и всё же...

— В этом лесу обед явно будет вкуснее, брат!

— Уню!

— Да...

Я погрузился в сакральные мысли, а они всё испортили. Ну и ладно.

— Канаде, что ты там высматриваешь?

— Ищу добычу. Найду кабана и приготовлю.

— Было бы неплохо, но тут запрещено разводить костры, потому приготовить мы не сможем.

— ... Что?..

Канаде была шокирована, что вызвало у меня улыбку. Все трое любители поесть.

Болтая, мы продолжали идти, и вот наткнулись на трёх патрулирующих местность солдат.

— Здравствуйте, спасибо за работу.

— ... Что вы здесь делаете?

— Идём на могилу.

— Дальше нет никаких могил.

— А, странно. Судя по карте, мы почти пришли...

Я показал карту, предоставленную управляющим, и солдаты сразу стали выглядеть серьёзными.

— Что это за карта? И здесь должны стоять запрещающие проход знаки.

— Нам сказали игнорировать их...

— Будто так можно! Это место — охраняемая семьёй Сакураги территория. И сюда часто пробираются шпионы, прикидываясь, будто потерялись.

— А-а-а?!

— А теперь пройдёмте с нами, обсудим всё.

Солдаты приняли нас за подозрительных личностей.

И тут я вспомнил про письмо.

Письмо, которое написала Юдзуриха-сан.

— ... Это, не взгляните?

— Что это?..

Солдат перевернул письмо и переменился в лице.

— Печать герцога?!

— Что это?

Это печать высочайшего качества даже среди герцогских семей, такой может пользоваться только глава рода!

... Мне было интересно, почему он так хорошо разбирается в печатях, но потом я узнал, что охраняющие эту территорию люди подобны королевской страже.

В зависимости от задания им приходится выявлять поддельные документы, потому они подробно изучают оттиски печатей.

Держа в дрожащих руках письмо, солдаты стали читать его, и вот.

«Приносим наши извинения!»

В прыжке они упали на колени.

Нам удалось успокоить солдат, и мы снова отправились в путь.

Они сказали: «Мы бы хотели вас проводить, но нам туда нельзя».

Похоже даже солдатам нельзя туда, где покоится четырнадцатый глава. Но раз у нас есть письмо, мы спокойно можем туда войти. Это вообще нормально?

Расставшись с солдатами, мы вышли на симпатичную поляну.

Судя по карте, до могилы уже рукой подать.

Это было отличное место для обеда, и у Судзухи как раз заурчало в животе. Похоже она о том же подумала.

Всё же главная цель у остальных — устроить пикник.

— ... Точно. Я схожу на могилу, а вы пока приготовьте всё к обеду. Можете начинать есть без меня.

— Но отпускать тебя одного.

— Да всё нормально.

Мне есть что рассказать на могиле, но для всех остальных это просто чужая могила.

Строго говоря, Судзуха моя сестра, потому к ней это тоже имеет отношение, но пустой желудок важнее.

В общем я оставил обед на девушек, а сам пошёл дальше.

Так как это могила главы герцогского рода, я ожидал увидеть что-то величественное, но оказался неправ.

Место, отмеченное на карте, представляло засыпанную землёй могилу.

То что называется земляной холмик.

— Это тоже в духе эльфов...

От старосты эльфов я слышал, что эльфы не делают приметных могил. Суть в том, чтобы вернуться к природе после смерти.

Потому это вполне подходящая могила для четырнадцатого главы, который по слухам являлся эльфом.

— Так.

Я прибрался, положил букет цветов, закрыл глаза и помолился.

«А. Из-за подделки генеалогического древа семьи Сакураги я стал твоим прямым родственником... Нет, не так».

Плохо. Надо чётче сказать, что я тут не виноват.

«А. Генеалогическое древо подделали, чтобы я смог присутствовать на церемонии совершеннолетия Юдзурихи-сан... А?»

Если так подумать, разве ж это повод для подделки древа?

Так, погоди-ка.

В отличие от простолюдинов для аристократов обычное дело составлять генеалогию. Так что всё нормально.

«А. В общем я попал в генеалогическое древо и пришёл поздороваться. Хотя в прошлом наверняка были сотни таких людей».

Кстати, позже я узнал, что первым был назначен его потомком.

«Потому, пожалуйста, будь снисходительнее, не стоит от меня многого ожидать... Нос чешется?»

У меня зачесался нос, я открыл глаза. И.

— ... Девочка?

С другой стороны насыпи на меня с подозрением смотрела девочка.

Очень красивая.

Что-то среднее между Юдзурихой-сан и Унюко.

Может какой-то соседский ребёнок?

Дети часто строят базы в запрещённых местах.

— Это, здравствуй, — поздоровался я, но она не ответила.

— Конфета...

Я предложил ей конфету, но она не собиралась открывать своё сердце.

Знал бы, что так будет, принёс бы коробку с обедом. Но чего уж теперь.

Собравшись, я продолжил общаться с четырнадцатым главой... Что ещё сказать?

— Ладно, я пойду. Оставлю конфету здесь.

Пожелав ей быть осторожной, я покинул могилу.

А девочка будто оценивающе смотрела на меня.

Вернувшись, я увидел следующее:

— ... Брат... Я больше не могу есть!..

— ... Уню!..

У Судзухи и Унюко выпирали животы, а Канаде с крошками на губах напоминала воровку.

Что-то такое увидеть я и ожидал.