6

В последнее время Судзуха стала возвращаться позже.

Всё потому что её взяли в студенческий совет академии женщин-рыцарей.

Похоже это беспрецедентное событие, что первогодку, к тому же простолюдинку взяли в студенческий совет. И я горд моей сестрёнкой.

Хотя чего уж.

— Я вернулась, брат.

— С возвращением, Судзуха. Сегодня на ужин медзаси, свинина и тикува на гриле.

«Вай».

Вместе с голосом Судзухи прозвучал ещё и голос Юдзурихи-сан.

В последнее время она стала каждый день захаживать к нам после занятий.

Вообще странно, что аристократка приходит в дом простолюдинов... Но я не собирался как-то это комментировать.

И если не учитывать её происхождение, я только рад, что к Судзухе в гости приходит подруга.

— Юдзуриха-сан, если хочешь, угощайся.

— Правда? Тогда я присоединюсь.

Вообще-то она вместе с Судзухой сказала «вай».

— Кстати, Юдзуриха-сан, ты когда-нибудь ела медзаси?

— Такого у меня дома не было. Но дома у Судзухи-кун много всего вкусного, потому я только рада попробовать что-то новое. Прости.

— Что ты. Спасибо, что присматриваешь за Судзухой.

На основании разговоров девушек, я сделал кое-какие выводы о том, почему Юдзуриха-сан приходит к нам.

Во-первых, Судзуха теперь член студенческого совета, а как президент Юдзуриха-сан каждый день рассказывает её про работу.

Во-вторых, после работы в студенческом совете проводит тренировочный бой с Судзухой... Она устраивает ей серьёзную тренировку.

В-третьих, Судзуха после тренировок так измотана, что она даже не сможет нормально дать отпор, если на неё кто-то нападёт на обратном пути, потому девушка её провожает.

... Ну, ладно первые две причины, но последнее вряд ли требуется.

Какой бы измученной Судзуха ни была, если нападут простые бандиты, она сможет отбиться.

— Послушай, брат Судзухи-кун, её обязательно надо провожать домой.

— Правда?

— Конечно. Обычно Судзуха-кун может сдерживаться, но у неё ничего не получается, когда она уставшая.

— А... Вот оно что...

— Она случайно может перебить напавших разбойников, и потом придётся отчитываться перед стражей. Ну да, от этого больше проблем, чем от сражений... — Юдзуриха-сан посмотрела вдаль.

Похоже вспоминала что-то неприятное.

Значит у неё был такой опыт?

Юдзуриха-сан съела пищу простолюдинов медзаси и сказала, что было очень вкусно. Даже добавку попросила.

Проблема была позже.

Она внимательно смотрела, как я массирую Судзуху.

Зырк...

— ... Это...

Зырк...

— ... Юдзуриха-сан?..

Как-то неуютно, когда вот так пялятся.

Это очень неприятно.

Будто засовывают палец в зад, чтобы помассировать простату. Хотя и немного не так.

— ... Э-это... Ты хочешь что-то сказать?..

— К-конечно нет! Совсем ничего! Я нисколечко не хочу, чтобы брат Судзухи-кун массировал меня!

— В-вот как...

Раз так, не смотри на меня такими грустными глазами.

Вообще она уже пробовала мой массаж.

Тогда она так же пристально наблюдала, что я предложил: «Юдзуриха-сан, хочешь тоже попробовать?» — и она тут же выдала: «В-вот как?! Тогда давай, разок попробую! Полагаюсь на тебя!»

Однако.

После того, как я закончил, она выглядела то ли недовольной, то ли какой-то выгоревшей, потому я подумал, что мой массаж ей не понравился, но...

— ... Всё же не такой.

— А?

— Брат Судзухи-кун, массаж, который ты делаешь ей и мне, отличается. Как это вообще понимать?

— Ну а как иначе-то? Не могу же я массировать до основания как и мою сестру девушку из аристократической семьи.

— Это нечестно. Это дискриминация аристократов.

Что такое говорит старшая дочь герцогского рода?

— Нет, нет, нет, если я сделаю тебе такой же массаж, как Судзухе, в случае, если твой отец узнает, всё не закончится простым признанием неуважения. Меня и Судзуху посадить могут.

— За отца не переживай. Тебя ни в чём обвинять не будут. Клянусь своей душой.

— Но всё равно это неправильно.

— Почему?

— Ты ведь уже в том возрасте, когда пора о замужестве думать.

— Если мой будущий муж будет обделён здравым смыслом и станет переживать из-за таких тривиальных вещей, что кто-то может надругаться над моей попой, то мне такой муж не нужен. Я не приму такого мужчину. И-и ещё. Если я всё же не найду жениха, тебе придётся взять ответственность...

— Успокойся. Это скорее у тебя тут недостаток здравого смысла.

— Ух. Вот умеешь ты оправдываться, — она почему-то недовольно стиснула зубы.

Я не знал, как с этим разобраться, и даже перестал массировать. И тут Судзуха высказала мне свою идею:

— Может Юдзуриха-сан просто хочет стать сильнее.

— ... Хм?

— Массаж брата совсем не такой, как делают остальные. Потому конечно она хочет попробовать.

— Юдзуриха-сан ведь и так сильная.

— Как бы силён ты ни был, всегда хочешь достичь большего. Ты ведь и сам это понимаешь, брат.

— Хм...

После такого уже неловко отказываться.

Да и сама Юдзуриха-сан сказала, что мне за это не будет предъявлено никаких обвинений. Ну раз так...

— Э-это. Тогда, Юдзуриха-сан, разок попробуем?

— Хм?!

— Такой же массаж я делаю Судзухе, он позволяет расслабиться всем мышцам в теле. Суть ты понимаешь, и если это раскроют, возможно ты и правда не сможешь выйти замуж, потому и не стоит этого делать, но...

Реакция девушки была драматичной.

До этого она была готова расплакаться, но тут на лице появилась широкая улыбка, после чего она снова стала спокойной.

Похоже аристократы не любят выражать свои эмоции.

Но она не могла заставить уголки губ прекратить двигаться.

Даже не верится, что она дочь великого аристократа.

— В-в-в-вот как! Ну раз ты так сильно хочешь сделать мне массаж, то ладно!

— Вообще-то я бы как раз не хотел этого делать...

— Нет, нет, нет, можешь больше ничего не говорить! Это ещё и мой долг аристократки, я должна знать про массаж простолюдинов!

— А-а...

— И да, только потому что я аристократка, не обходись со мной как-то по-особенному. Я хочу, чтобы ты телом и душой вёл со мной себя как с Судзухой-кун!

— ... Ну ладно.

После этого Юдзуриха-сан разделась, легла на кровать в одних трусиках, и я сделала массаж, о котором она просила.

Кстати, он довольно болезненный, пока не привыкнешь, но как она и заказывала, я сделал его, не сдерживаясь.

В итоге всякий раз, как я давил пальцами, она извилась точно рыба, выброшенная на берег.

Кстати, сегодня на ней чёрное белье.

Увидев его, Судзуха восхищённо заговорила: «Это роскошное бельё, демонстрирующее всю сексуальность аристократки!..» — как брат я немного начал переживать за неё.